На космическую станцию, сотрудники которой давно и тщетно пытаются сладить с загадкой планеты Солярис, покрытой Океаном, прибывает новый обитатель, психолог Крис Кельвин, чтобы разобраться в странных сообщениях, поступающих со станции, и «закрыть» ее вместе со всей бесплодной «соляристикой». Поначалу ему кажется, что немногие уцелевшие на станции ученые сошли с ума. Потом он и сам становится жертвой жуткого наваждения: ему является его бывшая возлюбленная Хари, некогда на земле покончившая с собой.
Подыскивая в поэзии Арсения Тарковского ассоциативный эпиграф, хоть как-то подходящий к фильму «Солярис» Андрея Тарковского, я остановил своё внимание на следующем стихотворении:(... читать всё)
Кино — такое очевидное искусство, оно нарывается на придирчивость, тем более в наши дни, тем более в условиях информационного псевдоизобилия и в контексте КиноПоиска.
Ты отмечаешь пронзительность взгляда Дворжецкого и слегка морщишься от ретро-транспортных развязок в Токио, пытаешься определиться с отношением к Артемьеву по контрасту с Бахом, натыкаешься на неловкие съемки невесомости, замечаешь любимые приемы режиссера, восхищаешься образами и ракурсами, а взгляд цепляется за имеющиеся и мнимые нестыковки, и, вообще, интересно, как это делалось, что и почему стоит за кадром.
И все эти рассуждения о совести кажутся ну как то слишком, да и вообще это слишком мужской взгляд на вещи, рафинированно радикально мужской, женщины бы адаптировались еще до того, как дошло до такой интенсивности переживания.
Но на конце с островом, тем самым, который был так отвратен Лему, я плачу от того, что наверное называется катарсис, и мы, каждый для себя, знаем, как действительно редко это бывает.
Жуть какая! Так и хочется ругаться! Знаки препинания в отдельных постах совсем не там, где надо. Хотя мысли, вроде, разумные, интеллигентные. Как такое сочетание — интеллекта и безграмотности — возможно?!
Мне очень нравится этот фильм. Моя тупая жена ничего этого не понимает и, по своей ограниченности, считает подобные произведения надуманным мудрованием и бездарной диссидентщиной — мол какой-то умник высказался, что картина гениальна, — все и кинулись поддакивать, чтобы не прослыть невеждами. Как в «Голом короле». А я считаю, что такого глубокого фильма никто ещё не снимал. Конечно, «земная» часть фильма — чистая «отсебятина» Тарковского, которой вообще нет в книге, — но она так берёт «за душу», что оправдывает себя бесспорно. Без неё не сформировалось бы целостного представления у зрителя о происходящем. Душевная боль отца, навсегда провожающего своего сына и глотающего слёзы, заведомо омрачает предстоящий «славный полёт» во имя науки — неизвестно, на пользу ли Человечеству такие жертвы.
Это один из самых лучших фильмов мирового кинематографа. Другую оценку ему давать просто невозможно! Восхождение к истинным ценностям через попытку познания другого мира. Возможно ли любить человечество? «Любить — это боятся потерять». Возможно, мы здесь (в космосе) для того чтобы понять, что человечество достойно любви.
Фильм напоминает длительную медитацию, когда истина кажется уже где-то рядом. Ты чувствуешь ее, видишь ее, но она плавно, как водоросль, ускользает от тебя. Спецэффекты далеко не самое главное в этом фильме, они банальны, просты, они даже и не нужны. Суть не в них.
Фильм «Солярис» нужно смотреть в определённом психологическом и физиологическом состоянии — во-первых, чтобы попросту не уснуть (как мой отец, который тщетно совершал отчаянные попытки вникнуть в суть этой ленты и от слишком усердных стараний во время просмотра заснул три раза крепким сном), а во-вторых, чтобы фильм не показался чересчур напряжным и бессмысленным.
Герой культового и благообразного Донатаса Баниониса перед тем как отправиться на странную планету, покрытую не менее странной и жуткой субстанцией, похожей на земной океан, любуется и наслаждается простыми земными радостями: прудиком, ряской, деревьями, пением птиц и другими умиротворяющими атрибутами истинной природы. Всё пока ещё кажется Крису Кельвину живым… На орбите планеты Солярис его поджидает станция, на которой происходят непонятные вещи с сотрудниками — тамошний океан превращает учёных в неврастеников, а также вызывает у них расстройство психики, проявляющееся в навязчивых состояниях и галлюцинациях. Попав на станцию, Крис и сам становится жертвой немилосердной планеты…
Фильм длится два с половиной часа… Долго. Но если очень интересно, то этого времени будет недостаточно, чтобы в полной мере насытиться загадкой планеты Солярис, которая хоть и искажает сознание, но даёт радость общения с теми людьми, которых давно уже не существует. И Крис, будучи в не очень хорошем расположении духа и тела, всё-таки успел насладиться обществом своей любимой Хари, которая когда-то наложила на себя руки — то ли душа снизошла с небес, то ли и вправду у Кельвина ум за разум зашёл…
Фильм с технической точки зрения смотрится не наивно. Интерьер станции немного опередил своё время и представлен всё-таки не в духе а-ля семидесятые… А вот автомобили и некоторые другие вещи повседневного пользования подкачали — сейчас это уже доисторический антураж. Поэтому если судить внешнюю сторону фильма в целом, то получилось гораздо лучше, чем могло быть в далёком 1972 году. Ну а внутренняя суть — это уже сложнее, и каждому она видится по-разному…
Посмотрел американский фильм — ничего не понял, посмотрел советский и опять ничего не понял. Придётся книгу читать. Накрутил видать там Лем, раз киноязыком смыслы передать трудно.
Фильм чем-то напомнил фильмы Антониони — претензия на высокую интеллектуальность, сплошные образы-символы и снобизм по отношению к зрителю. А я-то вобщем-то парень простой, деревенский…
Понравилось чувство стиля Тарковского. Здесь его действительно можно сравнить с Кубриком. Музыка Баха, полотно Брейгеля, икона, предметы дизайна. Даже тазик и тот, не иначе как от итальянских дизайнеров.
Очень понравился фильм. Книги не читала. Но теперь точно исправлю это недоразумение. На самом деле довольно сложно смотреть множество затянутых сцен. Порой кажется что фильм можно было уложить и в полтора часа. Но тогда многие диалоги не были бы поняты, сцены не осознаны и фильм не донес бы свою мысль до зрителя.
Монолог в библиотеке поразил очень. Люди всегда стремились познать космос, но хотели совсем другого ведь просто «человеку нужен человек». И слова Хари, что мы — люди, такие разные, именно поэтому и ссоримся.
Так же очень понравилось как автор в лице Соляриса предложил решение проблемы отношений людей. Наша совесть никогда не должна покидать нас.
Пусть все очень натянуто, но смотреть надо внимательно. Практически все сказанное героями несет глубокий смысл.
Очень трудно писать комментарии к этому фильму. Творчество Тарковского вообще не сравнимо с Голливудскими фильмами, да и со всеми остальными фильмами вообще. Оно настолько глубже, что дать ему оценку практически невозможно. Тот, кто не видел этого фильма, ничего не видел.
Психиатр Крис Кельвин (Банионис) прибывает на станцию планеты Солярис и находит её в жутком беспорядке. Персонал из двух человек влачит жалкое существование, а один — доктор Гиборян — покончил жизнь самоубийством, так как его заела совесть. У Кельвина, кстати, выражаясь астрономическим языком, тоже есть свои скафандры в шкафу. И в скором времени они материализуются в лице его бывшей и вроде как покойной жены Хари (Бондарчук). А такое возможно, потому что океан Соляриса, по сути, наделённое разумом существо, способное извлекать из закоулков человеческой памяти самые болезненные воспоминания.
Постановка Тарковского немногословна, и даже те слова, которые произносят главные герои, звучат чаще всего тихим голосом. Главную ударную силу тут на себя принимает ухо Баниониса — крупный план кинокамеры на несколько секунд фиксирует каждую его черточку. Как фиксирует и печаль на лице Натальи Бондарчук, которую не одним рентгеновским лучом не измерить. Кто-то состоит из атомов, кто-то из нейтрино. Тарковский в этом случае имел ввиду, что он ведёт рассказ не о исследование космоса, а людях (и о тех, кто в душе человек). О их непростых взаимоотношениях. О моральной выборе и нравственной стойкости. О том, что и на Земле и за её пределами, люди везде решают одни и те же проблемы, пусть иногда другого порядка. Однако, складывается впечатление, что его фильм и о том, что принято называть вечностью. Растянутая концовка с открытым финалом — время ужасных чудес ещё не прошло.
«Наука? Чепуха! В этой ситуации одинаково беспомощны и посредственность и гениальность. Должен вам сказать, что мы вовсе не хотим завоёвывать никакой космос. Мы хотим расширить Землю до его границ. Мы не знаем что делать с иными мирами. Нам не нужно других миров. Нам нужно зеркало. Мы бьемся над контактом, и никогда не найдем его. Мы в глупом положении человека, рвушегося к цели, которой он боится, которая ему не нужна. Человеку нужен человек…»
После просмотра этой картины великого Андрея Тарковского, который в лишний раз убедил меня в своей гениальности, я долго не мог прийти в себя. «Солярис» — психологически мощная человеческая драма, пропитанная глубокой философией.
Актерский состав подобран великолепно. Все актеры сыграли очень убедительно, им просто невозможно не верить. Главную роль исполнил Донатас Банионис. Его роль очень сложная, но ему удалось передать все те чувства, эмоции, мысли и сомнения, которые переполняли его героя.
Роль, которая досталась Ярвету, по своей сложности не уступает роли Баниониса, но у Ярвета было существенно меньше экранного времени, чтобы полностью раскрыть своего персонажа, однако, должен сказать, что роль Снаута он исполнил на «отлично».
В фильме очень мало Анатолия Солоницына, так понравившегося мне своей игрой в «Сталкере», который я посмотрел до «Соляриса». В кадре он появляется очень редко и на весьма короткий промежуток времени, но, не смотря на это, его игра — очень важная деталь в механизме этого киношедевра.
Сюжет картины довольно прост. Психолог Крис Кельвин отправляется на планету Солярис, которая покрыта Океаном, чтобы разобраться в странных сообщениях, поступающих со станции. От сотрудников станции, доктора Снаута (Юри Ярвет) и доктора Сарториуса (Анатолий Солоницын), Крис узнает, что на Солярисе происходит кое-что очень необычное.
Ему говорят, что на станции появляются так назывемые «гости», которые, по сути, копии дорогих нам людей. Они являются нам такими, какими мы их запомнили. Сначала Крису кажется, что обитатели станции сошли с ума, но, вскоре, он начинает понимать, что эти «гости» рождены не «безответственным фантазированием» или психически неустойчивым состоянием людей, а их собственной совестью.
К Крису приходит его умершая жена, Хари, роль которой очень удачна исполнила Наталья Бондарчук. Сначала он пытается от нее избавиться и отправляет ее в открытый космос на ракете, при этом сам он чуть не пострадал от пламени, но Хари вновь возвращается, а когда уходит по своей воле, оставляет свой жакет. Мы не можем покончить с нашим прошлым, а за попытку это сделать можем пострадать. Прошлое может уйти, если само захочет, но и в этом случае оно оставит след.
Сарториус утверждает, что Хари не является человеком. Он аргументирует это тем, что Хари — субстанция, структура которой не соответствует биологической структуре человека, а Хари утверждает, что она — человек, обосновывая свое смелое заявление тем, что она способна чувствовать, способна любить. Может человеком не рождаются, а становятся?
Сарториус и Снаут упорно отрицали «гостей», а ведь, как правильно заметила Хари, отрицая их, они отрицают самих себя, ведь «гости» — это мы, вернее наша совесть, наша память. Память — это зеркало, в котором мы можем увидеть отражение нашего прошлого, не совсем таким, каким оно было, а таким, каким мы его запомнили, таким, каким оно было для нас. А в своем прошлом человек может разглядеть отражение своей совести, своей подлиной сущности. В «Солярисе» Андрей Тарковский поднимает вопросы, которые найдут свое продолжение в следующих его работах, особенно в «Сталкере».
Когда подсознание главного героя устраивает ему «встречу» с его совсем еще молодой матерью, он извиняется перед ней, а она смывает грязь с его руки, словно снимает с него все грехи. Затем Крис «встречается» со своим отцом. Он подходит к дому, прислоняется лицом к оконному стеклу и видит, как внутри дома откуда-то сверху льется тугая струя горячей воды. Когда отец замечает своего сына, в его глазах можно разглядеть многочисленные вопросы, которые все же уступают чувству радости. Эта вода словно смывает все неважное и мелкое, что было в их отношениях и отдаляло их друг от друга.
- Когда человек счастлив, смысл жизни и прочие вечные темы его редко интересуют, ими следует задоваться в конце жизни.
- А когда наступит этот конец — мы же не знаем, вот и торопимся.
- А ты не торопись. Самые счастливые люди те, кто никогда не интересовался этими проклятыми вопросами.
- Вопрос — это всегда желание познать, а для сохранения простых человеческих истин нужны тайны: тайны счастья, смерти, любви…
- Может быть ты и прав, попопробуй не думать обо всем этом.
- А думать об этом — все равно, что знать день своей смерти. Незнание этого дня практически делает нас бессмертными…
Конец «Соляриса» характиризует всю картину: он многозначный и очень глубокий. Что хотел сказать зрителю такой концовкой Андрей Тарковский? Что есть этот островок? Матерелизация памяти Криса, которому устроили своеобразное «возвращение домой»? Символ человеческих знаний (точнее их ничтожности) в огромном океане? А может стремительно отдаляющимся островком режиссер решил показать нам отдаление ради приближения? Ведь для того, чтобы полюбить, мы должны осознать возможность потери…
Насколько сильно можно исковеркать такую красивую книгу! Книгу о высоком, о людских чувствах и о том, что мы — человечество, не готовы принять другой, возможно настолько же развитый разум. Мы считаем, что кроме homo sapiens никого нет и никогда не было. Но это все книга, а не этот фильм.
На самом деле Станислав Лем сам был против подобной экранизации, это его и поссорило с Тарковским. Но Тарковский решил снять сам, без чьей-либо идеологической помощи. Однако, на протяжении всего фильма, мне казалось, что он сам не читал повесть Лема.
Начнем сначала.
Виды земли, березки, лес, аморфный Крис и Бертон, который показывает фильм со своей историей. Все это мне в каком-то смысле понравилось, хоть этого и не было в книге, но это более-менее интересный ход. После этого была сама «гениальнейшая» сцена в этом фильме. Бертон едет в машине. Камера переходит то на автостраду, то на Бертона с мальчиком, то снова на машину. И так — 4 минуты! Те, кто считает этот фильм гениальным, вы что, эту сцену пропустили?
Ну ладно, это все ничего. Дальше, на Солярисе все еще более пагубно.
Во-первых после просмотра мы так и не узнаем, что такое Солярис. Мы не узнаем, что существует множество теорий о разумности океана, о двух солнцах, о Гибаряне все переврано. Фактически, у меня даже рука не поднимается назвать этот фильм экранизацией. А котируется он именно так. Хоть убейте, но по сравнению с книгой — это просто уныло и убого.
Однако, у Тарковского был последний шанс. Несмотря на отсутствие компьютерной графики, я думал, что он выиграет на грамотном показе человеческих чувств, любви Криса к Хари. Но я не увидел ровным счетом ничего! Ни мудрости Хари, ни замешательства Криса. Оба актера были одинаково аморфными и слишком часто падали перед друг другом на колени и говорили, что любят друг друга. Только я не поверил в это. Уж слишком все комкано и косно. Так и хочется сказать всем посмотревшим: читайте книгу, там это есть!
И в конце, как всегда? стоит упомянуть про музыку. Я смотрел не один и не два советских фильма. И во всех музыка подбиралась более менее сносно. Но здесь, кроме прелюдии Баха (Большое ему спасибо) ничего не было. 2 с лишним часа киноленты фактически без музыкальной подложки! Ужас, да и только.
Все это также пагубно сказалось на впечатлении от фильма.
В общем, нечего браться за футуристический фильм, если ты не можешь его снять. И даже не то, что не в силах снять будущее и фантастичность, а даже попросту показать красоту отношений между двумя людьми.
6.9 тыс. 
1.3 тыс.
