Смотрел много раз, в большинстве ещё в советское время. Знаю почти наизусть, поэтому давать оценку сейчас как то казалось странным — с чего бы это вдруг. Но на днях случайно во время обеда наткнулся на сцену, где Пётр уличает Меньшикова в воровстве, но потом, когда заходит тайный разговор о кознях Запада, оставляет именно его; ну и сцена с посланником Римского кесаря, спаиванием и пальбой.

Боже ж ты мой, ничего ведь не изменилось! Ничегошеньки!

Всё так же очередной реформатор, даже если ему, почему — то это и захотелось — реформировать Россию, сталкивается перед проблемой, что преданный жулик ему ближе чужого либерала, а тем более западника; Запад всё так же боится России и не хочет с ней слишком сближаться, и эта боязнь и холодность в свою очередь являются подпиткой для самых реакционных сил у нас внутри, что приводит к ещё большему отторжению и страху, но на более высоком витке. Выходя за пределы указанных сцен, тоже всё без перемен: вместо того, чтобы создать условия, при которых русский человек естественным образом сам начал обустраивать свою жизнь и заодно Россию, стригутся бороды, навязываются нелепые законы, а потом выносится вердикт про инертность и нереформируемость, хотя каждый раз наиболее работящими и пассионарными оказывались именно те, кто бежал от потных рук государства и церкви (что почти одно и то же) на Кавказ, Сибирь, становился казаком, старовером, т. е. источником инертности были именно государство и церковь, а не народ с как бы ущербными генами. Не случайны любовь нынешнего режима к Сталину, а Сталина — к Петру и Ивану Грозному.

Фильм конечно хороший, но по сути — это Лени Рифеншталь.