Пожилой летчик Бен Энсли, нуждающийся в средствах, соглашается для телевидения сделать опасные подводные съемки. Вместе с 12-летним сыном Дэви он летит на легком спортивном самолете в Акулью бухту. В результате несчастного случая Бен не может управлять самолетом, помощи ждать неоткуда, и только Дэви может их спасти.
Всё-таки умели наши снимать достойные фильмы в те года, сколько тому подтверждений: «Белый бим-чёрное ухо»,«Судьба человека»,«Летят журавли» и для меня открытие «Последний дюйм».
Фильм учит смелости, терпению, надежде, любви к родному человеку. В главном персонаже Дэви все эти качества присутствуют. Его мужество и отвага восхитят кого угодно. Запомнились мне его слова:-Я умею терпеть. Дэви было всё-равно, нуждается ли он в пище или нет, главное для него было спасти своего отца, зная, что для этого нужна большая сила и мощь.
В итоге хочу пожелать зрителям побольше смотреть старые фильмы, в которых показаны все качества хорошего человека.
Это не каждому по плечу. Здесь всё решает последний дюйм
Для тех советских мальчишек и подростков 50-х и 60-х годов прошлого века, которые восхищались суровой мужской романтикой произведений Хэмингуэя и Олдриджа этот фильм безусловно культовый. Хочется сказать спасибо Никите Курихину, Теодору Вульфовичу и Леониду Белокурову за то, что, сохранив основную идею замечательного рассказа Джеймса Олдриджа, они добавили в эту историю о мужестве и стойкости любовь к отцу и огромное желание ребенка разбить ту невидимую преграду непонимания, которая так часто разделяет отцов и сыновей. Спасибо за то, что раскрыли образ Дэви больше, чем это было сделано Олдриджем, и показали мальчишкам, подросткам такого героя, не восхищаться которым было просто невозможно.
Если кому-то интересно, какое впечатление «Последний дюйм» производил на тогдашних пацанов — в своём романе «Моё дело» Михаил Веллер очень здорово это впечатление описал.
А тот факт, что картина про мужественного и честного АМЕРИКАНСКОГО летчика и его сына собрала в 1960 году столько кинофестивальных призов у нас в стране (в стране, где фраза из песни «и никто на свете не умеет лучше нас смеяться и любить» была тогда почти аксиомой), говорит о высоком качестве фильма.
В «Последнем дюйме» каждый кадр, музыкальное оформление, внутренние монологи героев — всё выстроено так, что бы полностью раскрыть характеры отца и сына, их настроение, чувства. А актеры, их лица, глаза! Спасибо Николаю Крюкову и Славе Муратову, моё мнение — не сыграли, а прожили свои роли.
А песня! Я вот не могу себе представить, что сцена, где звучит эта потрясающая песня, когда кажется, что в целом мире никому нет дела до этих двух и никто не придёт на помощь, а Дэви, надрываясь, тащит отца к самолету, может оставить кого-то равнодушным.
И, наверное, надо сказать спасибо хрущевской оттепели, без которой, думается, снять такую картину у нас было просто невозможно.
Настоящий, сильный и светлый, благодаря образу Дэви, который создал Слава Муратов, фильм.
«Мир ломает каждого, и многие потом только крепче на изломе» (Эрнест Хемингуэй)
Если одним словом охарактеризовать этот фильм, то это слово — удивительный.
Почитав как-то на разных ресурсах отзывы людей об этой картине, узнал, что многим, посмотревшим «Последний дюйм» в далеком детстве, он запомнился как иностранный. Он ведь, действительно, очень сильно отличался от наших картин тех лет. Западная жизнь (пусть лишь маленький её кусочек). Песня, похожая на очень популярную тогда Sixteen Tons. Мужественный американец Бен Энсли — сильный герой-одиночка, такой типичный для произведений Хемингуэя и Олдриджа, и совсем нетипичный для нашего кино. Да и внешне похож был тогда наш Николай Крюков на знаменитого американского актера Кирка Дугласа. А удивительная атмосфера «Последнего дюйма»? Самолет, пески, море, акулы, акваланг… мальчик и его отец на краю мира… Мира, которому нет до них никакого дела.
Плюс ко всему — впервые в советском кино был показан настоящий подводный мир, да еще и в цвете.
Ну, пройдемся по персонам.
Английский писатель Джеймс Олдридж. Жаль, что он сейчас почти забыт у нас. В небольшом произведении ТАК рассказать о силе духа человека! Рассказ «Любовь к жизни» Джека Лондона читали? Вот у Олдриджа, ИМХО, ещё сильнее вещь получилась.
Режиссеры Никита Курихин, Теодор Вульфович и сценарист Леонид Белокуров.
Думаю, перед ними изначально стояла задача сделать фильм привлекательнее и понятнее для мальчишек — ведь в первую очередь им «Последний дюйм» предназначался. Поэтому и были несколько изменены образы героев рассказа Олдриджа. Мужество — это замечательно, но когда к нему добавляются любовь и преданность — отклик в душе сильнее. И в том, что фильм заставляет так сопереживать героям — большая заслуга режиссеров и сценариста.
Композитор Моисей Вайнберг, поэт Марк Соболь. Благодаря первому музыка стала неотъемлемой частью «дюйма», строчка-рефрен «какое мне дело до всех до вас, а вам до меня…» появилась благодаря второму… Невозможно представить эту картину без «Песни Бена» в исполнении Михаила Рыбы, без той замечательной музыки, которая сопровождает весь этот фильм.
Оператор Самуил Рубашкин — очень высокого уровня работа. Даже задние планы, фон в этом фильме — это не просто цветные картинки. Они его полноправные участники, передающие атмосферу этого кино. А две сцены на берегу моря — когда Дэви ждет возвращения Бена, нырнувшего за кинокамерой, и когда сын тащит отца к самолету — показательные образцы операторского мастерства.
Утвердив на роль Бена Энсли Николая Крюкова, Курихин и Вульфович не прогадали абсолютно. Николаю Николаевичу не надо было «играть мужество». Актер с очень непростой судьбой, много переживший, действительно, не сыграл, а прожил свою роль. Стареющий, уставший, но мужественный и гордый летчик, внешне жесткий по отношению к сыну, но любящий Дэви и соглашающийся ради него принять рискованное предложение авантюриста Джиффорда — для очень талантливого, но, увы, так и не раскрытого полностью в нашем кино, Николая Крюкова эта роль стала лучшей в его большой кинематографической карьере.
Слава Муратов. Его герой открыт и очень любит отца. Дэви по сюжету переживает целую кучу чувств — есть там и веселая беззаботность, и волнение, и страх, и отчаянье, и отчаянная решимость… Без искренности и естественности в кадре здесь никак. Справился ленинградский школьник Слава Муратов с этой трудной задачей превосходно. Было б иначе — вряд ли бы в свое время так понравился взрослым, и, главное, юным зрителям этот фильм. Песню о маленьком тюлене, кстати, Слава исполнил сам.
Но, как известно, чтобы судить о подлинном качестве какой-либо вещи, нужно сравнить ее с лучшими мировыми аналогами. В том же 1958 году американцами был снят очень хороший (но сейчас, похоже, уже подзабытый) фильм «Старик и море» (один «Оскар» и две номинации, две премии Национального совета кинокритиков США) со Спенсером Трейси в главной роли. Снят по замечательному (нет, по ЗАМЕЧАТЕЛЬНОМУ) одноименному произведению Эрнеста Хемингуэя. «Последний дюйм» и «Старик и море» — два близких фильма и по жанру, и по сюжету, и по атмосфере. Да, по той самой хемингуэевской атмосфере. Атмосфере романтики, атмосфере мира настоящих, сильных духом мужиков, готовых бросить вызов судьбе и не сломаться от её удара.
Много раз пересматривал оба фильма — по силе воздействия «дюйм» не уступил американской картине. Предлагаю сравнить и вам. Эти два фильма вполне достойны того, что бы вы их хотя бы раз увидели.
А вывод мой такой будет:
«Последний дюйм» — искреннее, увлекательное (но не развлекательное), пронзительное, трогательное, сильное мужское кино. Да, вот такой набор. Кино о силе духа человека, о победе над собой и обстоятельствами, о взрослении и превращении ребенка в настоящего мужчину, о преданности и любви, которая разрушает все преграды… Вот я сейчас пафосно сказал, конечно, но абсолютно честно. В этом небольшом по продолжительности кино, действительно, всё это есть… и не только это. Я же говорю — удивительный фильм.
«Что-то не так устроено в этом мире — кажется, это единственное, что я понял…» (с)
Никогда не сдавайся, преодолей свой страх, забудь о жалости к себе — и ты обретешь мужество. Такая вот основная идея этого фильма. А еще он об искренней любви сына к отцу. А еще о том, как важно и нужно для мальчишки, что бы отец, безусловный авторитет для него, был ему настоящим другом — понимающим и открытым.
На пустынном морском берегу, где на сотни километров вокруг никого, перед мальчиком и его раненным отцом выбор — погибнуть, не дождавшись помощи, или сделать невозможное и вырвать у судьбы шанс на спасение. И Дэви предстоит пройти через тяжелейшее для него испытание. Такой вот сюжет.
Хоть фильмов в своей жизни я посмотрел много — и просто хороших, и настоящих шедевров, но чаще возвращаться тянет именно к «Последнему дюйму». Фильм любимый и я, наверное, субъективен в его оценке. Тем не менее, считаю его звездным часом для многих, кто принял участие в его создании. Настолько качественно, ярко, психологически точно и без фальши снято это кино.
Совет — будете смотреть этот фильм — просто постарайтесь поставить себя на место Дэви. Представьте, что вы давно уже ищете открытых, доверительных отношений со своим отцом, мужественным и гордым летчиком, на которого вы так хотите быть похожим. Вы готовы на многое, чтобы доказать, что достойны его внимания и похвалы. Но отец, уставший от постоянной борьбы за возможность находиться в этой жизни на плаву, погруженный в свои проблемы — увы, не понимает этого. Вы ему дороги, но жизнь по отношению к нему была сурова и готовит он вас к ней соответственно — в строгости и без поблажек.
После этого, я думаю, поведение и поступки героев вам станут абсолютно понятны.
Захватывающий сюжет, хэмингуэевская атмосфера, отличная актерская игра Николая Крюкова и Вячеслава Муратова, невероятная песня, глубокий смысл — вот за это всё я и люблю «Последний дюйм».
А если к этому добавить подводные съемки, которые в 50-ые годы прошлого века были у нас в диковинку… Хорошо понимаю нашего знаменитого космонавта Георгия Михайловича Гречко, сбегавшего с работы, чтобы еще раз увидеть этот фильм, и однажды едва не поплатившегося за это своей космической карьерой.
Посмотрите этот удивительный фильм — за 50 с лишним лет он очень мало потерял в своей актуальности. «Какое мне дело до всех до вас, а вам до меня…» — ну чем вам не принцип по которому мы сейчас живём? Думаю, что талантливо снятое кино о настоящих человеческих ценностях — такое кино всегда своего зрителя найдет. А отсутствие современных спецэффектов и компьютерной графики «Последнему дюйму» есть чем заменить, уверяю вас.
Художественный уровень советского кино его «золотого века», а это, бесспорно, конец 1950-х гг- 1960-е гг, был настолько высок, что даже режиссеры второго эшелона (как Вульфович и Курихин), не входящие сегодня во всевозможные топ-списки, были способны создавать яркие, незабываемые кинопроизведения, до сих пор будоражащие душу.
Возможно, это связано с тем, что, экранизируя рассказ из «буржуинской» жизни, авторы могли пренебречь некоторыми условностями и штампами советского кино в пользу достоверности и реализма.
В самом деле — сюжет о вынужденном взрослении ребенка, о том, как трудно, а подчас и невозможно найти подростку взаимопонимание с собственным отцом, он вне времени и географического пространства, он вечен, по сути. Не удивлюсь, если именно этим фильмом отчасти вдохновлялся Андрей Звягинцев, снимая свое «Возвращение».
Великолепно исполнили свои партии мужественный Николай Крюков и юный актер Владислав Муратов. Невозможно не сопереживать отчаянным попыткам ребенка завести и поднять в воздух проклятый самолет, чтобы спасти от неминуемой гибели раненого акулой отца, ведь на помощь никто не придет! Спасение действительно зависит только от твоих рук и от твоей силы духа.
Сцены эти сняты настолько достоверно и убедительно, на таком эмоциональном накале, что мурашки бегают по коже — «а вдруг не получится», «а вдруг не взлетят». Технически съемки, как в море, так и в воздухе, выполнены кинематографически безупречно, без фальши и бросающихся в глаза ляпов, не хуже чем в знаменитой голливудской ленте «Полет «Феникса» (1965).
Ну и особый шарм картине придает знаменитая песня — классический блюз с поистине бессмертными строками: «Какое мне дело до всех до вас — а вам до меня», который, как гласит легенда, и побудил юного Андрея Макаревича всерьез заняться музыкой.
