«Перемена участи» поставлена по рассказу С. Моэма «Записка», действие которого происходит в середине 20-х годов в Сингапуре (тогда столице английской колонии Малайи). Однако сюжет и текст рассказа — не более чем каркас для фильма, если какие-то мысли писателя и прослушиваются в многоголосии этой картины, то только как одна из мелодий.
В целом же в фильме господствует К. Муратова, ее эмоции, наблюдения, размышления, эстетика, понимание человеческой души, общества, цивилизации, жизни. Картина создана по принципу когда «действие происходит везде и нигде, всегда и никогда». Для этого даже английские имена главных героев заменены на «наднациональные», а остальные персонажи сделаны безымянными.
От мудрого приятия жизни во всех ее проявлениях в ранних картинах в «Перемене участи» режиссер приходит к констатации неизлечимого несовершенства мира, где потеряны нравственные ориентиры и выживают лишь моральные мутанты. «Притча — наоборот» (о торжестве зла над добром) посвящена общим проблемам современной цивилизации.
Перемена участи это типа экранизация, заметьте, именно «типа», потому что (каюсь — не читал) никогда не поверю, что хоть отдаленно подобное написал этот Моэм, и «подобное» в данном случае это не главная нить повествования конечно (она-то как раз наверно и пересказана в картине), а тот очередной муратовский мир, как всегда ни на что не похожий и всепоглощающий. Вычитав что-то про убийство женщиной в порыве отчаяния своего любовника, Кира Георгиевна делает детектив, от которого одно название и в котором мысли и краски, переплетаясь, легко заходят за грани воображения. Итог — нити раздумий длиннющие, а выводы хоть и определенные, но вовсе не конечные.
Муратова работает в разных плоскостях, но никогда не распыляется. И вот, с одной стороны, это персонажи-кирпичики, гротескные до абсурда, страшные и смешные одновременно, доводящие до восторга открытого рта (от сцены с тюремными забавниками мурашки были вполне материальны), все они при этом выстраиваются во вполне органичное, хоть и сюрреалистичное здание. С другой стороны — это вечная проблема преступления и наказания, в главной роли которой зло, причем в женском роде. Последнее никак не оттеняется вышеупомянутым сюром, наоборот очень естетсвенно кладется на общую многогранную форму. Все гениальное — цельно!
Особо отметить хочется главную женскую роль. Прекрасная игра Лебле (нигде кстати больше так и не видел её) и старания мэтра экзистенционализма в кино сделали свое дело: персонаж не просто колоритный — это та роковая женщина, которая легко влюбляет и так же легко нажимает курок, ее слушаешь с предыханием, красота ни при чем, индивидуальность — вот что обволакивает и не дает покоя. И абсолютно не удивительно, что именно такие женщины и есть то самое злое начало, из-за которого весь сыр-бор.
