За последние годы ни один исторический сериал и вообще ни один художественный фильм не произвел на меня такого неоднозначного впечатления, как недавно просмотренный мною 14-серийный сериал «Столыпин. Невыученные уроки». Даже сейчас, когда после просмотра прошло недели три, улеглись первые эмоции и систематизировались впечатления, я затрудняюсь сказать, какие же из эмоций преобладают. Скорее, конечно, позитивные. Хотя и негатива хватает. Начну с хорошего.

Прежде всего и как бы то ни было, работа снимает много фальшивых штампов, которые наложила впоследствии советская историография, описывая эту эпоху в истории дореволюционной России. Перед нами эти страшные годы террора, революции и борьбы с ними предстают без малейших прикрас, такими, какими они и были, на мой взгляд, или очень приближенными у к этому. Есть место как страшной разрушительной силе, которая стремилась рушить, не особенно волнуясь о том, что построят взамен, так и величию духа отдельных рыцарей России /так бы я их назвал/, которые вставали на защиту вековых устоев, которые издавна держали Россию — Веры, Царя и Отечества.

Одним из главных таких рыцарей и стал человек, имя которого вынесено в заглавие ленты — Петр Аркадьевич Столыпин. Кроме того, что авторам фильма удалось понять и постичь эпоху, им удалось и красиво представить ее в визуальном плане. Картинка действительно смотрится очень неплохо. Возможно мне, как киевлянину, хотелось бы большей панорамности и масштаба съемок, которые проходили в Киеве, а то, к сожалению, внушительно выглядят только Лавра и Софийский собор. Не впечатлили съемки на вокзале, на ипподроме и в Опере /если сцена покушения вообще действительно снималась в Киевской опере/. Но в целом операторскую работу, как и работу художника, гримеров, мастера по костюмам хочется отметить с хорошей стороны. Не подкачала и режиссура. Режиссер Юрий Кузин по сценарию Эдуарда Володарского развернул перед нами, на мой взгляд, весьма последовательную, логически увязанную цепь событий. Да, вместить и детализировать все, даже учитывая что это сериал, было невозможно, но основные моменты в сериале, мне кажется, освещены.

Впервые в фильмах подобного жанра говорится о масонстве, показано, что масоны отнюдь не стояли в то время /да и раньше тоже/ в стороне от политики, а активно влияли на жизнь России путем вовлечения в масонские ложи высокопоставленных лиц, государственных чиновников, деятелей культуры а через них вели свои игры, отнюдь не безобидные для государства. Считаю этот момент очень важным.

Что касается актерских работ. Мне особенно понравились все революционеры-террористы. Слава Богу, мы уходим от не самой лучшей советской традиции наделять положительных героев всеми добродетелями без единой слабости, а отрицательных — всеми мыслимыми и немыслимыми пороками. Я имею в виду тут, конечно, в первую очередь фильмы исторической тематики на темы революции, гражданской войны, да и Великой Отечественной тоже, где до «17 мгновений весны» все немцы в фильмах про войну изображались сплошными дураками. Революционеры-террористы в сериале получились разные. Здесь и циничный, беспринципный и наигранно беззаботный Азеф в блестящем исполнении Александра Строева, и сосредоточенный трудяга-практик Савинков, которого не менее блестяще играет Алексей Девотченко, а также молодая поросль в лице озлобленного на весь мир Дмитрия Богрова которого очень удачно играет Роман Багриа, пылкого слуги революционного террора Иавана Каляева, и ряда других молодых людей, многие, если не все из которых, думали, что делают благое дело, способствуют прогрессу России, открывают для нее новый светлый путь. Путь, вымощенный невинными жертвами…. Но все-таки при этом они все равно остаются людьми, искра Божья окончательно не угасла и в них, еле-еле, но все-таки теплится под пеплом.

Только два момента, но очень характерных: Каляев не может бросить бомбу в карету, в которой едут дети; Савинков в одном из разговоров с Азефом на вальяжно кинутое высказывание последнего о том, что, мол, все равно, кто дает деньги на террор — Америка, Франция, Германия или Япония, возмущенно говорит, что у последней, с которой Россия ведет войну, брать деньги недопустимо и аморально. И думаю, тут дело не только в боязни в определенной мере упасть в глазах общественности, но и в моральных принципах, которые все-таки не позволяют перейти какие-то черты, хотя кажется, эти люди перешли их уже все. Или почти все. Словом, многие герои-революциоенры предстают далеко не такими уже однозначными и беззастенчивыми злодеями. Даже Бгоров в отдельных моментах вызывает жалость. Правда, очень в отдельных.

О положительных героях. Тут все вышло куда сложнее. Так, например, главное действующее лицо — Столыпин — в исполнении актера Саратовского драмтеатра Олега Клишина — в отдельных моментах показался мне слишком уж беззаботным, вальяжным и даже развязным. Особенно это касается ряда его диалогов с Императором, где он ведет себя с царем чуть ли не панибратски, фамильярно и неподобающе. А в других, наоборот, чуть ли не поучает Императора, читая ему нотации. Вряд ли это имело место в действительности. Мне именно вот эти моменты сильно резали глаз. Да и в ряде других эпизодов шутки и веселость премьер-министра абсолютно неуместны. Покоробил и момент, когда Столыпин дурачится с супругой, валяясь на кровати, когда в комнату заходят дети. Тут даже вульгарностью пахнуло.

Не знаю, какую цель тут преследовали создатели фильма. Возможно, показать Петра Столыпина прежде всего живым человеком со своими слабостями, а не парадным героем с обложки. Да, безусловно, он был живым человеком и слабости у него были. Но всему есть предел. Не исключаю /хотя и не утверждаю категорично/, что тут сыграли свою роль и определенные субъективные обстоятельства. Если верить информации в Интернете, роль Столыпина стала для театрального актера Олега Клишина первой ролью в кино. Может, вышеизложенные издержки связаны и с этим.

В то же время в фильме есть и ряд просто прекрасных сцен с участием главного героя. Это почти все эпизоды с ним в Думе, и сцена, в которой он диктует политическое завещание /я так, кстати, и не понял, куда оно потом делось/, и, разумеется, потрясающая сцена в опере, когда его смертельно ранят. Есть и еще ряд моментов, которых сейчас не могу вспомнить в подробностях, возможно напишу о них впоследствии после повторного просмотра.