…Детство 12-летнего Ивана закончилось в тот день, когда у него на глазах фашисты расстреляли мать и сестренку. Отец мальчика погиб на фронте. Оставшись сиротой, Иван уходит в воинскую часть и становится неуловимым разведчиком.
Он с риском для жизни добывает для командования бесценные сведения о противнике. Но война есть война…
При анализе первого полнометражного фильма молодого Андрея Тарковского (премьера состоялась всего через два дня после того, как он отметил 30-летие) как-то упускается из виду, что выпускник ВГИКа, успевший снять на «Мосфильме» лирико-поэтическую короткометражку «Каток и скрипка», был по рекомендации своего учителя, прославленного режиссёра Михаила Ромма, брошен, что называется, в прорыв и оказался словно в «экзистенциальной ситуации», когда следовало спасать производственную единицу на студии. Прежний постановщик Эдуард Абалов совершенно не справился с материалом, поэтому был отстранён от дальнейшей работы. Что же, прежде всего, сделал новичок Тарковский, как только взялся за режиссуру? Вместе с Андреем Кончаловским, с которым потом напишет сценарий «Страсти по Андрею», послуживший основой для следующего шедевра «Андрей Рублёв», он напрочь изменил традиционную версию адаптации рассказа «Иван» Владимира Богомолова — и писатель, как ни парадоксально, не смог ничего противопоставить напору молодого таланта, хотя позже добивался прекращения съёмок и полной консервации проектов (как в случае с «Моментом истины» Витаутаса Жалакявичюса).(... читать всё)
Подросток Иван потерял на войне мать, сбежал из интерната и ушел на фронт в разведроту. После одного из заданий он попадает к лейтенанту Гальцеву. Затем его командиры — Холин и Грязнов — решают отправить Ивана в Суворовское училище, но мальчик отказывается и готовится к новой операции по переброске на «другой берег».
Первый фильм Андрея Тарковского получился очень проникновенным и глубоким. Главный герой, волею судьбы ставший взрослым в раннем возрасте, практически не имевший детства, является символом, собирательным образом всех детей войны.
Своё детство Иван видит только в снах. В них он беззаботен и весел, одним словом «ребенок». Так же в этих снах Иван неизменно видит мать — проводника в жизнь любого ребенка.
Если в снах Иван представлен перед нами как ребенок, то в первой же сцене в штабе полка понимаешь, что на экране настоящий мужчина, выполняющий приказы командира и имеющий четкую цель своей жизни — быть полезным на фронте.
Когда Иван сбегает от своих командиров, то встречает старика, который бродит по сгоревшим развалинам своего дома. Цела только печь. И старик говорит, что печку огонь не берет. Печка — символ возможности начать всё заново или всё сначала. Судьба дала Ивану такой шанс, однако он продолжил свой путь, показав этим несгибаемость духа, присущую только настоящему мужчине.
День Победы. И в огнях салюта
Будто гром: — Запомните навек,
Что в сраженьях каждую минуту,
Да, буквально каждую минуту
Погибало десять человек!
Как понять и как осмыслить это:
Десять крепких, бодрых, молодых,
Полных веры, радости и света
И живых, отчаянно живых!
Э. Асадов
О чем вы думаете, когда слышите слово — «война»?
Я вспоминаю картину нашего пензенского художника А. А. Оя «Наваждение. Мать.», на которой в черную даль, что бы никогда не вернуться, уходят солдаты, и старуха мать в отчаянии и горе рвет на себе волосы, эта картина, мало кому известная для меня самое страшное олицетворение войны. По крайней мере, так было, пока я не посмотрела около года назад «Иваново детство» Тарковского, творчеством этого режиссера я никогда особо не интересовалась, и не знала, что этот фильм был первым среди других его шедевров, я не смогла оценить художественную ценность или операторскую работу. Этот фильм я буквально пережила вместе с героями, пропустила его сквозь себя. Впервые война для меня стала чем- то действительно реальным, не далекими, полузабытыми событиями прошлого, с безликими героями, но былью отравленной кровью и болью, тысяч погибших, замученных, убитых людей, которые жили, любили, плакали, смеялись, и никто не хотел умирать, никто не думал, что завтра может не прийти.
В нашей стране, наверное, нет ни одной семьи которая, так или иначе, не была связана с войной, обязательно найдется в роду человек, сражавшийся против немцев, не важно солдатом, партизаном или в тылу, и каждый остался в памяти своих родных. Но не такова участь главного героя — Ивана, ему не дали прожить свою жизнь и оставить после себя память в потомках, его не просто лишили детства, заставив идти воевать, но и самой памяти в последующих поколениях. Не осталось даже могилы, на которую могли бы прийти люди, почтить его память, у него не осталось матери, которая бы ждала его у теплой печи, веря, что он когда-нибудь вернется. Кто-то может возразить, что он сам вызвался идти в разведку и сам выбрал свою судьбу, это все так, но почему он сделал это, почему отказался отсидеться в теплом и надежном тылу, ведь не только ради мести, за погибших, хотя это и главная причина, как говорит его друг Катасоныч: «У него одно на уме мстить до конца» Но не только это, как сказал сам Иван: «Пока война знаешь, кто отдыхает тот от кого пользы мало», потеряв семью и оставшись один в этом мире, он не ищет жалости и сострадания, он хочет сделать что-то, помочь как-то остановить этот кошмар.
Но, в то же время он остается всего лишь ребенком, мальчиком, потерявшим мать и сестру. Момент, когда Иван играет в подвале церкви, один из самых страшных. Веселая детская забава и здесь отравлена ядом войны, ведь это не просто развлечение, в своем воображении он опять думает только о том, как настигнуть врага и отомстить, он видит призраки погибших, слышит их мольбы о помощи, но ничего не может сделать и плачет от осознания собственной беспомощности.
Тарковский действительно был гением, в этом фильме поражают детали, и символы войны. Например, место, где разворачиваются основные события это подвал разрушенной при бомбежке церкви, где со стен на героев смотрят печальные лики святых. То и дело в кадре оказываются кресты как символы терпения. Здесь так же ярко прослеживается и апокалипсическая символика, например гравюра Дюрера «Четыре всадника Апокалипсиса» которую, рассматривает Иван, обращая особое внимание на самого зловещего всадника. «И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными» (Откр. 6:8).
В фильме есть три очень сильных момента.
Один из них, когда на стене подвала Иван читает надпись:
«Нас 8 человек каждый не старше 19 через час нас, поведут убивать, отомстите за нас»
Простые слова, написанные возможно солдатом, возможно крестьянином, несут в себе такую боль и ненависть, что мысль эта становится материальной и ясно можно увидеть их лица, почувствовать их страх.
А ведь есть еще старик на пепелище, поминающий как живую свою, убитую немцами старуху, и закрывающий дверь, которая уже никуда не ведет, как бы в последней надежде укрыться от этого безумия, спрятаться в своем уже не существующем доме, забыть весь ужас войны.
Или контраст между мечтами о любви и счастье, Маши, когда показывают солнце и березы, а затем резко, как выстрел тела погибших солдат с табличкой на которой с издевкой написано: «Добро пожаловать»
Больше всего, конечно, потрясает конец, в котором нет бурных перестрелок и красочных взрывов, как это принято сейчас, но, тем не менее, это один из самых сильных финалов за всю историю кинематографа. Когда все понятно без слов и долгих объяснений, достаточно лишь взглянуть на камеры, где еще буквально несколько дней назад мучили и терзали живых людей, на крючья с удавками и гильотину, на которых казнили только за другой цвет кожи, другие убеждения, за преданность своей родине и не принятие варварских нацистских убеждений. И как последний привет перед нами испачканное лицо обычного советского мальчишки, с таким взрослым, не по детски серьезным взглядом.
Но самое страшное, как это, ни странно началось не во время войны, а после, в наше с вами время, когда уничтожаются памятники героям освободителям, орденами и медалями торгуют с лотка, как простыми безделушками. А молодежь, та самая молодежь, ради свободы которой и шла война, считает Гитлера своим духовным вождем, а «Майн Кампф» принимает как откровение. Как такое возможно в стане победившей нацизм, в стране, где есть такие фильмы как «Иваново детство», в котором так ярко показано к чему привело мир господство Третьего рейха?
И все-таки хотелось бы верить, что еще есть возможность все исправить, что следующие поколения будут помнить о том, что было в 40 — х годах двадцатого века, и не повторят ошибок прошлого. Важно не забывать героев ВОВ, благодаря которым мы сейчас живем в Российской Федерации, а не в колонии великой нацисткой Германии. Как бы ни тяжела была наша теперешняя жизнь, как бы мы не ругали правительство, мы должны быть благодарны людям, сохранившим нашу свободу. Не будем забывать о тех, кто рядом, ведь ветеранов осталось не так много, и будем чтить тех, кто уже никогда не вернется.
Шедевр, дебютный фильм гения мирового кинематографа Андрея Арсеньевича Тарковского.
Фильм показывает нам войну, но войну не глазами солдат, глазами полковников, а глазами маленького мальчика, потерявшего самое дорогое, что есть в жизни, мать. Теперь его детство окончилось, а осталась лишь месть.
Операторская работа грандиозна, съемки весьма экспериментальны, пожалуй это самый необычный фильм о ВОВ. Концовка фильма так и вовсе потрясает своей глубиной. Повсюду нестандартные ходы, по причине которых фильм смотрится на одном дыхании.
Актеры играют отлично, жаль, что им явно не хватает времени, чтобы раскрыть полностью характеры своих героев.
Очень много сильных сцен, впечатляющих, практически каждая сцена представляет собой блестящую картину.
Многие из действительно тяжёлых и страшных историй рассказывают нам о бедах и невзгодах, обрушивающихся на человека. Мы видим, как под ударами судьбы наш герой преодолевает все испытания, что выпали на его долю и как закалили они человеческий дух. Ведь, это и делает героя героем — как бы ни было страшно, какая бы ни была сильная боль — он вытерпит, он не сломается, он станет светом, который подарит надежду нам, простым смертным, жизнь которых не столь щедра на волнения и бури. Герой — разве не тот, кто из самых глубин ада найдёт дорогу обратно к свету?
Нет. Не всегда.
Но начнётся всё именно с Рая. И пока вы — часть природы, и каждая травинка в этом лесу знает, что ваша душа чиста. Ужасы войны ещё не окрасили её во мрак, и сама война, что отняла у вас отца, когда вы были совсем маленьким сейчас где-то далеко, на периферии сознания. Вы счастливы здесь, и природа как будто улыбается вам. Вы летите над миром и воздух дрожит от вашего заливистого смеха. Вы бежите на встречу матери, чтобы напиться прохладной воды в этот жаркий летний день. Оторвавшись от ведра с водой, вы смотрите на мать, она улыбается вам. Только что-то громыхнуло невдалеке, и вы просыпаетесь. Рай, как водится — это только сон, что не может длиться вечно. Пока у вас в груди бьётся ваше израненное сердце. А мир пожирает война, вам двенадцать лет и вы один здесь, совершенно один.
Когда я впервые посмотрел это фильм, меня в первую очередь поразило то, на сколько совершенна у Тарковского здесь построена композиция, что из каждого кадра делает гениальную по своей художественной и смысловой значимости фотографию. Та же особенность этого режиссёра заставит меня не отрываясь посмотреть его знаменитого «Сталкера», но именно в «Ивановом детстве» этот гений заставил меня по-настоящему прочувствовать всю трагедию израненной детской души.
Говорят, что когда теряешь всех, кого любил, жизнь теряет всякий смысл. Хочется просто лечь, и умереть. Возможно, это действительно так. Но только не для вас. Иногда трагедия, отнявшая у вас все прежние смыслы, наполнявшие вашу жизнь, в замен даёт свой. Один-единственный страшный смысл. Вам всего двенадцать лет, но в этом ваше преимущество: вас трудно заметить. И именно поэтому вы настолько успешный разведчик. Именно поэтому вы знаете, зачем живёте, и с недетской угрюмостью лелеете одну только мечту — отмстить. Только во сне вам по-настоящему спокойно. Когда мама с вами, и вы вместе смотрите в колодец, в котором можно заметить звезду.
Контраст — это ещё одна особенность, за которую я так люблю этот фильм. Необычайно пронзительно и резко показан контраст жестокого мира, погружённый в ад самой ужасной войны и снов Ивана. Поразительно, как этот волчонок, живущий на яву одной лишь только ненавистью к фашистам, преображается во сне вновь в ребёнка, который счастлив от того, что мама рядом. Но от этого, должно быть, боль только сильнее. И сны — это единственное напоминание Ивану о том, чего лишила его война.
На последнее своё задание вы уйдёте навсегда. Удача не вечна, даже для вас. Но, возможно, это не самый плохой вариант. Ведь, ненависть уже выжгла вас изнутри, осталась только пустота. Вы умерли в тот самый миг, когда в колодце погасли последние звёзды от дыма и копоти, что окрасили небо чернотой. Возможно, для вас — это лучше всего, когда вы, как и многие другие дети остались играть в догонялки вокруг обугленного, как ваши души, дерева в своём вечном и счастливом «сейчас». И как тогда, во сне, вы — часть природы, и каждая песчинка на этом пляже знает: ваши души чисты.
Я считаю, что трагедия этого фильма скорее не в том, что жертвами войны становятся дети, а в том, что смерть для них — это самая удачная судьба после того, что она сделала с их душами. Поистине, нет более тяжелого зрелища, чем душа ребёнка, сгорающая в огне бесконечной боли и ненависти.
Идет Великая Отечественная Война. 12-летний Иван наравне со взрослыми трудится в разведке, добывает важнейшие сведения, которые не могут получить разведчики постарше. Военные, с которыми работает Иван, понимая на какой риск каждый раз идет мальчик, хотят любой ценой убрать парня с фронта. Но Иван слышать не хочет о «мирной жизни», ведь на глазах маленького разведчика фашисты расстреляли его маму…
В 1961 году на «Мосфильме» произошло неприятное событие: после того, как отсняли тысячу полезных метров пленки, был закрыт фильм, который посчитали творческим браком. Фильм назывался «Иван», по рассказу Владимира Богомолова «Иван».
Сейчас остается только гадать, почему переснять эту ленту предложили молодому дебютанту Андрею Тарковскому, на счету которого была лишь дипломная работа «Каток и скрипка». Взявшись за работу, режиссер, засучил рукава и снял потрясающую картину.
На первый взгляд простую, но наполненную сложными символами ленту, с первых же сцен которой можно было сказать, что в мировой кинематограф пришел настоящий мастер. Вместе со своим сподвижником оператором Вадимом Юсовым, Тарковский создал запоминающийся визуальный ряд, так же был переработан и сценарий ленты.
Можно себе только представить, что чувствовал, работая над фильмом, режиссер-дебютант. Тарковский прекрасно понимал, что если съемки завершатся провалом, то вряд ли ему доверят серьезную работу в дальнейшем. Из воспоминаний Тарковского: «С другой стороны, для меня эта картина была как бы экзаменом. Для самого себя. Я серьезно, очень серьезно думал, что если картина не получится, вряд ли я останусь в кино. То есть сам бы не захотел остаться. Я был очень честолюбив в то время, очень верил в свою исключительность. Провала я бы не пережил.»
Но все обошлось… Фильм «Иваново детство» стал трагической, экзистенциальной поэмой, поразившей самого Жана Поля Сартра.
Но на съемках фильма трудно пришлось не только Тарковскому и Юсову, все свои силы, всю энергию отдал и молодой Коля Бурляев, которому, в то время, было всего 14 лет. Режиссер требовал от маленького актера не игры, а полной правды. Коле приходилось лежать в холодной мартовской грязи, ползать в осенних болотах, в одежде и ботинках плавать в ноябрьском Днепре… И все это ради того, чтобы достоверно передать образ необыкновенной личности — героя самопожертвования Ивана. Он бросил на кон все, он добровольно и с полным сознанием принес себя в жертву. Война для Ивана — это месть. Месть за уничтоженное на взлете детство, за гибель матери, за все то светлое и доброе, что должно быть у мальчишки… В мире взрослых, вынуждаемый страшными обстоятельствами именно ребенок предлагает себя на заклание, совершая тем самым почти что религиозный акт.
Одним из своеобразных «ноу хау» режиссера стали и сны Ивана. Сны, в которых мальчик видит свое прошлое: «Мама, там кукушка!» и запрокинутое лицо убитой матери, вода в колодце и грохот немецкого автомата, кони, жующие рассыпавшиеся по песку яблоки и грубая, непонятная немецкая речь…
После выхода в широкий прокат в июне 1962, «Иваново детство» стал сенсацией. Пресса восторженно писала о фильме, как о явлении в кино.
В Венеции фильм получил гран-при — «Золотой лев Святого Марка», а затем еще более десяти наград на различных зарубежных кинофестивалях: «Золотые ворота» в Сан-Франциско, «Золотая голова в Паленке» Акапулько 1963 года…
«Иваново детство» — фильм, который и сейчас невозможно смотреть без комка в горле, без боли в сердце за тех, кто безвозмездно пожертвовал собой, бросив на Алтарь Победы все: жизнь, свободу, счастье, детство… Прекрасный и пронзительный дебют одного из самых выдающихся русских режиссеров Андрея Арсеньевича Тарковского.
Иван до войны проходил у ручья,
Где выросла ива неведомо чья.
Не знали, зачем на ручей налегла,
А это Иванова ива была.
В своей плащ-палатке, убитый в бою,
Иван возвратился под иву свою.
Иванова ива,
Иванова ива,
Как белая лодка, плывет по ручью.
Очень трогательная, печальная картина Тарковского. История юного героя фильма, мальчика Ивана, показана как-то легко, без всяких излишеств и мишуры, максимально приближено к реальности: работа оператора, сценарий представлены таким образом, словно мы смотрим реальное видео. Лишь после просмотра начинаешь осознавать всю глубину поднятой в картине темы, всю ее безысходность. Очень ярко показан в фильме контраст: счастливая, беззаботная жизнь вечно улыбающегося мальчика в мирное время, когда он ходит за водой из колодца с матерью, везет с сестрой яблоки, и суровая жестокая жизнь хмурого мальчика полного ненависти и жажды мести, когда он находится на фронте.
О великолепии советского кинематографа говорить не приходится: на моей памяти нет ни одного плохого советского фильма: в массе своей они характеризуются глубиной, красотой, живостью и реалистичностью. Они искрятся бесконечной добротой.
Такие фильмы, как Иваново детство, не нуждаются в излишних комментариях и тем более в пересказе. Их нужно просто смотреть… А после просмотра молчать и наблюдать за тем, что происходит внутри. У каждого, несомненно, будут свои впечатления, но в любом случае, думаю, картина мало кого оставит равнодушным.
Тарковский в фильме «Иваново детство» впервые затронул тему войны именно в таком ключе. Впервые в истории советского кино подошёл к данной теме с другой стороны по сравнению с остальными военными фильмами. Этот подход к войне в какой-то мере напоминает стиль повествования Хемингуэя: холодный, трезвый, зеркальный, непредвзятый.
В данном фильме «войны» по сути как таковой нет (под словом «война» я здесь предполагаю всё то, что мы все привыкли видеть в других военных лентах): ни как таковых страданий народа, ни массовых сражений, ни атак, ни гибелей. Здесь показана «война» в мальчике Иване 12 лет, у которого «детство» как раз не существовало из-за этой «войны». Его, оставшегося в столь раннем возрасте сиротой, война заставила повзрослеть в момент настолько быстро, что он к этому стремглавому взрослению уже успел и привыкнуть.
Иван 12 лет в фильме смотрится не моложе 45-летнего командира дивизии (иногда он на фоне бывалых военных в фильме кажется взрослее и их даже). Его повадки, манера речи, характер холодный и сильный — всё заставляет думать, что это опытный полководец в оболочке мальчика 12 лет. Чувствуется даже какая-то здержаность его к самой войне: он её ненавидит всей своей сутью, но не показует весь спектр эмоций, словно накапливая всё больше и больше его для того чтобы выплеснуть в нужный момент весь его прямо, будучи уверенным в точном попадании. Он в любой момент готов идти на врага, не чувствуя ни капли страха, ни даже какого-то намёка на него.
Пускай он бросается в слезы, когда его не хотят брать на сражения и отправляют окончить воинскую гимназию. Его слёзы в данный момент не показатель тонкости и ранимость его характера (может разве что Тарковский хотел ими показать всё же ещё детскую душу Ивана), а показатель — его крайней огорчёности и озлобленности на судьбу, которая не даёт ему шанс хоть в какой-то мере рассчитаться с убийцами его родных.
Здесь Тарковским поставлена довольно весомая загадка: имеет ли место быть в Иване желание отомстить за убитых фашистами близких или в нём играют другие побуждения? Это колоссально сложный вопрос. Если мыслить логично и шаблонно, то естественно можно сказать: «Имеет и ещё как!» Но в картине Тарковского такой ответ прямо сказать нельзя.
Начнём с того хотя бы что, как на мой взгляд, нам в фильме показан мальчик Иван потерявший родных где-то полгода назад. То время дикой ненависти и злобы на врага уже минуло, чувства отчаянья немного притупились, устаканились; агрессия и желание мести превратились уже из пламени в камень и лёд (что как раз возможно намного страшнее). У него нет прямой цели мстить, — что касается этого вопроса он спокоен, как по мне. В нём присутствует только желание наносить ущерб врагу как можно больше (что он и делает в разведке). Как можно дольше воевать. Вот что желает Иван.
В нём отсутствует ярое побуждение к «убийственным деяниям» (убивать, насиловать и т. д.) В Иване «разведка» в какой-то мере даже побеждает чувства мести. В этом может быть и заключается другая сторона фильма — показать, как и какие черты проявляются с ранних лет в молодом парне, которому судьбой предначертано стать в будущем настоящим разведчиком; показать психологию зарождающегося в парне разведчика.
Очень ощутимо холодное бездействие режиссёра к тому, что происходит в кадре. Что меня как зрителя заставляет чувствовать довольно высокую степень художественной реалистичности фильма. Как и Хемингуэй в своих книгах о войне Тарковский большую часть сил здесь приложил к психологической достоверности картины; непосредственно главного героя Ивана, который получился крайне живым и настоящим.
Просто потрясён игрой 16-летнего Николая Бурляева. Так и задаешься в течение фильма вопросом: «Откуда он это знает?» Фильм как мы знаем, удостоен наградой «Золотой лев» на Венецианском кинофестивале 1962 года и, по-моему, является классикой советского интеллектуального кино. Так что все советую очень даже!
«Иваново детство»-первая полнометражная картина Андрея Тарковского. По своему сюжету, внешне, она оказалась наиболее понятной, а потому и самой известной и популярной среди советского кинозрителя. В нашей стране ее трактовали с точки зрения героической борьбы 12-летнего мальчика Ивана за освобождение Родины от фашистских войск. Тема эта была особенно актуальна, со дня окончания войны прошло еще не так много времени (премьера состоялась в 1962 г.), и поколение детей, выросших во время войны, хорошо помнило то тяжелое и страшное время. Но вот другую линию, скрытую за внешней, внутренний лейтмотив картины о психологическом воздействии войны, о разрушении человеческой души, ужасе, коверкающем сознание и лишающем детства детей, оставляя после себя внутри лишь выжженную пустыню (характерные кадры с обгорелым деревом) — увидели не все и отчего-то не подчеркивали ее глубокую экзистенциальную значимость.
В своем дебютном фильме четко виден автор будущего «Андрея Рублева» и «Соляриса». Ставка не на демагогию, идеологию и пафос, а на реальные переживания и чувства, на яркий символизм-каждый кадр здесь важен в канве повествования. Образы, символы для более яркого и глубокого восприятия действительности. С помощью снов маленького Вани режиссер пытается показать жизнь души, переложить ее на язык образов и звуков, и у него это получилось совершить очень красиво. После просмотра фильма, наряду с чувствами сопереживания жертвам войны, их страданиям и изломанным судьбам, возмущения и ярости от зверств войны, остается некое чувство чистоты и спокойствия, ощущения, будто прикоснулся к первозданной красоте. Все это-результат мастерской работы Художника Тарковского. Он чередует эмоциональные впечатления- вот маленький мальчик отправляется через темное болото в тыл к немцам на верную гибель, и тут же камера выхватывает водную гладь, отражение деревьев и спокойное движение веток по ней. Прекрасная, спокойная в своем величии и вечности природа. И вода — один из любимейших предметов интереса Тарковского. Вода как символ жизни, мудрости и памяти. Вода-отражение души.
Березовый лес — из него сложены землянки для военных, оно стало средством, использующимся для такого противоестественного дела, как война- и тут же кадры романтической встречи капитана Холина и девушки Маши в березовом лесу. И здесь уже это место спокойствия и гармонии, то пространство, где зарождаются любовь и счастье.
И самые запоминающиеся по своей красоте и смыслу моменты- это сны Ивана. Воспоминания колодца, как древнего источника мудрости и истины. Поездка в кузове машины, доверху набитой яблоками рядом с сестрой, ставшей очередной невинной жертвой войны- искренняя детская радость, улыбки и отливающие чистым золотым светом яблоки на фоне идущего дождя, теплого и свежего.
Яблоки, просыпающиеся на дорогу, и подходящие к ним лошади — живые существа, издавна символизирующие доброту и ум, верные помощники человека.
В финальной сцене — провозглашение Тарковским идеи вечности- жизнь не заканчивается с физической смертью, и бескрайняя водная гладь с бегущими по ней детьми символизирует это.
«Иваново детство» оставляет впечатление классического произведения, воспринимается как некая мелодия, плавная и размеренная, но прерываемая злостью и ужасом входящей в него суровой реальности. Реальности, в которой детство разрушается, а от живых людей остаются лишь папки с подписью: «расстрелян» или «казнен». Но это лишь одна из сторон многогранной жизни, в которой есть место для прекрасного, вечного, светлого.
Иван — как собирательный образ детей, потерявших родных на войне и вставших на путь мщения. Фильм формата соцреализма, с фирменными, присущими Тарковскому, истерически-надрывными моментами.
Образ Ивана мне показался, как образ ребенка, человека, «неодушевленным». И это дело не в войне, которая выхолащивает людей, делает их в той или иной степени амбивалентными к происходящему. Дело в мастерстве режиссера, его взгляде, который отличается от моего. Возможно, сыграла свою роль лаконичность, граничащая с примитивностью, кинематографического языка.
Касаясь идеалистических образов, в фильме, по моему мнению, придаётся им некий оттенок нездоровья. Вероятно, как выражение нездоровья самой войны, как факта, но кинематографические образы были для меня не убедительными.
Фильм раздражает и опустошает, как при взгляде на что-то искусственное, фальшивое. Это касается прорисовки образов. Но это только мой взгляд.
Как история, повествующая о войне, о детях на войне, об их несовместимости с войной заслуживает внимания. Тарковский передал то военное детство, которому отчасти принадлежал и он сам.
