Произведения социальных фантастов Стругацких в нашей стране читают все, независимо от возраста и интеллектуального ценза: каждый находит что-то своё. Экранизируют их тоже на различных магистралях. Мэтры авторского подхода (Тарковский, Сокуров, Герман) используют некоторые философские идеи авторов для создания собственных антиутопических размышлений. А деятели от конвейерного проката (Флайшманн, Бондарчук) заимствуют лишь эффектный сюжет. В любом случае, на экранном полотне или телевизионном экране от стиля писателей остаются рожки да ножки. Почему то никто не хочет адаптировать их произведения близко к тексту. Особенно, страдает современный авторам «советский» элемент их произведений, игнорируемый большинством постановщиков, но, несомненно, важный для ткани популярных текстов.
Замечательный режиссёр Аркадий Сиренко не стал изощряться и буквально воспроизвёл киносценарий Стругацких. В результате «Искушение Б», хоть и не основанное на литературном первоисточнике, является лучшим образчиком миропонимания Стругацких в кинематографе. Причудливое сочетание, доходящее до абсурда, бытового и волшебного переходящее в философское размышление о тщете человеческой жизни и будущем цивилизации, рассказано невероятно увлекательно с изрядной долей чёрного юмора.
Сиренко мастерски преодолевает заведомую театральность камерного пространства небольшой квартиры, где и происходит почти всё действие, насыщая эмоциональностью моральный конфликт главного героя вынужденного выбирать между скорой смертью или бессмертием. Конечно, в этом заслуга и выдающегося актёрского состава. Менее чем за полтора часа все шесть персонажей раскрываются, до абсолюта заложенной в них идейности, разрушая первоначальный схематизм жизненной наполненностью образа. С каждым из пяти визитёров у среднего «обыкновенного» писателя Снегирёва своя дуэль. Фактически пять персонифицированных пороков пришли по душу советского обывателя. Понимание глубинной «совковости» Снегирёва основополагающе для восприятия замысла авторов. Фильм создан накануне конечного излёта СССР и Стругацкие, как истинные провидцы, одними из первых в философском концепте развлекательного искусства противопоставили уходящий тип советского гражданина лишённого всяческих амбиций незыблемому величию, самой вечности в завлекательно-колоритных образах, возможно явившихся из подсознания героя. У каждого из них своя логика, с которой трудно спорить. Особенно она сильна у магистра в гениальном исполнении, всегда гениального, Олега Борисова, но сакраментальное недоумение Снегирёва: «Пушкин умер, а вы живы…» перечёркивает все доводы дарителей. Интересен вывод создателей, неожиданно ставящих знак равенства между метаниями Снегирёва и категоричностью гостей, полагающих, что альтруистичная интеллигентность также губительна для души человека, как властолюбие.
10 из 10
