Был обычный летний день. Санек гулял по бульвару и с интересом рассматривал всех окружающих. Кто-то танцевал хип-хоп, кто-то катался на скейтбордах, кто-то целовался, в общем, все как обычно, но… Санек повернул голову и увидел ЕЕ — свободную, красивую, рыжеволосую девушку, ту которая стала для него — «Чистым КИСЛОРОДОМ»! И с этой минуты все, что было в его жизни раньше, потеряло смысл — ОНА стала воздухом, без которого жить он больше не смог.
Санек, бритый под ноль детина в майке-алкоголичке и удобных тренировочных штанах, прибывши в столицу из провинциального Серпухова, влюбляется в Сашу, рыжую-бесстыжую москвичку приятной наружности. В сопровождении электронной музыки, смастеренной со свойственной русскому человеку симпатией к богом забытому трип-хопу, актеры Алексей Филимонов и Полина Грушка (последняя мелькнула во «Внутренней империи» поп-сюрреалиста Дэвида Линча) выступают одновременно и в роли главных персонажей, и в качестве рассказчиков, демонстрирующих перед студийным микрофоном аккуратную, но манерную артикуляцию.
Воспроизводя на свой лад десять вечных заповедей, они катают по зубам остроумные, но, в сущности, избитые сентенции про то, что: в смертельной русской еде есть только великодержавный пафос; за горстку травы сажают на пять лет, а за водку только на ночь в кутузку, утром выпуская героем; главный признак провинциальности души — чувство ущербности. И прочая, и прочая.
Иркутчанину Вырыпаеву — апологету «новой драмы», в последние годы набравшей популярность в прогрессивной арт-среде, — после снятой им пару лет назад «Эйфории» в вину, помнится, ставили жеманность и надуманность персонажей, отсутствие сформулированного художественного высказывания и беспрепятственное переложение на кинорельсы техники вербатим — вида театрально-документального представления, которое в литературе, к примеру, получило название нон-фикшн. К вышедшему в прокат «Кислороду» (экранизации авторской пьесы 2002 года), изрядно поднашумевшему на последнем «Кинотавре», где он получил приз за лучшую режиссуру и музыку, имеются и другие гораздо более важные претензии, кроме уже обозначенных.
Новая лента Вырыпаева — это скорее не фильм в его привычном понимании, даже не фильм-клип, как его принято позиционировать, хоть он и правда составлен из эффектных (надо отдать должное) визуальных дорожек к десяти композициям и двум бонус-трекам и местами делает реверансы в сторону стилистики отечественного музтелевидения. Нет, «Кислород» — явление иного толка. Он, будучи в этом смысле документом времени, собирает в одну кашу-малашу то, что в принципе характерно нынешнему поколению продвинутой молодежи: актуальную поэзию, арт-хаусное кино, исключительно модную музыку (и вообще все самое популярное в кругу как бы интеллектуалов), современное искусство, в конце концов. «Кислород» будто и вышел из музея упомянутого современного искусства, где играл роль растянутой на 75 минут видеоинсталляции.
Наверное, Вырыпаев хотел с ее помощью дать сатирическую пощечину своей целевой аудитории, описанной выше. Вышло, впрочем, нежное поглаживание по коже. Слишком поверхностное и расчетливое, чтобы тронуть.
Иван Вырыпаев, чья пьеса «Кислород» танцевала по сценам моноспектаклем, чей фильм «Эйфория» затягивал в ближайшую степь за страстью и одинокими выстрелами, в киноверсии «Кислорода» решил поставить экраны под углом LOL, кусочки библии под хип-хоп-рэп, а двух единственных персонажей, её и его, под микрофон, в наушники, в травку-водку-постельку-гонконг, а также забанил, забубнил, завис, замер взасос в зеркалах.
Вообще трудно передать оглушающие раскаты тех воздушных поцелуев (10 клипов, бонус, плюс комната смеха), которые Вырыпаев послал нах, зрителям, себе и тебе. Фильм, действительно, и вот это интересно, адресуется как массовому сознанию поколения, весело попадающего под машины, потому что прыгает везде в наушниках, так и отдельным средневозрастным группировкам (включая любителей отвязной аудио-визуальной фестпродукции), но на этом не останавливается, подтягивает взяться за просмотр пары самых разных людей, и, наконец, заставляет выбрать из себя что-нибудь по вкусу всех прочих смотрителей «новой русской драмы», или просто даже «новейшей» (исходя из объёма использованных в видеоряде компьютерных эффектов).
Помню, как мне сильно захотелось, через пару клипов и пока текст разбухал, разжёвывался, идиотски повторялся, вертелся на жестких губах Санька речитативом с нарочитыми суггестивными обертонами, чтобы дальше всё, дали в переводе на какой-угодно-слава-богу-нерусский язык. С этим искренним желанием я дожила до заговорившей Саши, и тут, как и многих зрителей меня успокоил глубокой красотой голос (акцент, не думаю, скорее, течение речи без омутов слов, без лишних мыслей, без вздохов в безоблачное), — не уверена, но, кажется, озвучивала Каролину Грушку Варвара Воецкова.
Иван Вырыпаев в «Кислороде» на манер dj-шамана настриг купоны заповедей — от нерасслышанной Саньком — не убий, и занялся следующими «не прелюбодействуй-те».
Смеш кадрами с изрядной долей рядового примитива. Правда, золотисто-красные рыбки в банке споют-таки не в унисон мантру.
Из явных приёмов: душ Шарко — с горящими волосами смешаем остывшие лопаты в огороде и на луне где-то в вакууме.
Да или нет? — остальное от лукавого. Не демона — демо. И уместная демофрагментация — вспышки неоновой проволоки, взмахи по грязной посуде, кричалки, пинки под дых, в щёки, невылупившиеся яйца глаз с непереваренными «люблю». Не кислород.
Хотя, подождите, Саша (Каролина Грушка и у Линча играла и прекрасна) похожа на Лилу и Лолу, на убегающий «пятый элемент», там, где она долго бегает по городу и там, где платье у неё в цветах. Санька (Алексей Филимонов) убедителен, догоняя, по ходу музыкальных сопровождений, сальсирующими лёгкими единственный источник кислорода, и будет голым и весёлым на каннабис-бис.
В общем, я выразилась в ключевом духе этого фильма.
Лично меня он расположил к курению. Выйдя из Дома кино, где зрители ещё сидели, гипнотически созерцая титры, закурив, я принялась отдыхать взглядом на белой собаке, дремлющей у ног, сидящих на лавочке мальчиков в светлом вечере.
Несложно представит картину: стоит человек перед картиной «Черный квадрат» — и получает удовольствие. Неважно отчего удовольствие — от того, что наконец-то приехал и посмотрел, от того, что завтра раззвонит всем друзьям, или просто ему хорошо. Но вот стоит человек у картины и получает кайф, в нематериальном смысле слова. Ну и слава Богу, правда?
Другой человек слушает песни группы Аквариум. Ну, например, такое вот:
Боже, помилуй полярников, с их бесконечным днем,
С их портретами партии, которые греют их дом,
С их оранжевой краской и планом на год вперёд,
С их билетами в рай на корабль, идущий под лёд.
И слушает этот текст человек и получает удовольствие. И снова не так уж важно, то ли он сам когда-то сильно замерз, то ли снятся ему парусники с детства, а может и просто так, душа так устроена или вечер сегодня такой. Ну и снова слава Богу, правда?
Стоит на обочине BMW — и прохожие оглядываются — красиво, черт. Что, все мужики при этом специалисты автомобильных дизайн-ателье? Нет, но просто им нравится, они имеют это право — получать удовольствие.
А почему фильм «Кислород» нужно разбирать на запчасти? Кому-то хочется этих самых запчастей в отдельности щупать? Или просто так модно и умнО? Зачем искать смыслы, жизнь недобрасывает пищи уму? Зачем разбирать то, что есть, что махает, как бабочка, крыльями? Не призываю всё подряд хватать и тянуть в рот, но пусть себе летает, может кому нужно? Зачем тратить время и силы на поиски смысла фильма? А если его там нету? Забыли положить. Прохлопали. А если там что-то другое? И кто сказал, что в каждом кино должен непременно быть смысл?
А может поступить так, как в той песне о полярниках:
Так помилуй их, словно страждущих, чьи закрома полны,
Помилуй их, как влюблённых, боящихся света луны.
И когда ты помилуешь их, и воздашь за любовь и честь,
Удвой им выдачу спирта, и оставь их как они есть.
Может правда проще оставить этот чудо-фильм тем, кому такое в «кайф». Такая пестрая видеоформа, такие вот растакие тексты. Тем, кому в целом — нужно именно такое вот. На подсознательном ли, алкогольном, аномальном, любом уровне. Неважно почему, неважно зачем. В кайф — ну и слава Богу.
Вы будете смеяться, но посмотреть в кинотеатре «Кислород» — историю-видеоклип о приключениях малосимпатичного Санька из Серпухова — нас пригласил… мой друг из Серпухова. Кстати, тоже Санек (т. е. Саша). «Тебе, скорее всего, не понравится», — предупредил он. — «Это даже не совсем кино».
С тем, что «Кислород» не совсем кино я, скорее всего, соглашусь. Четкая разбивка на «треки» (со стебной DVD-менюшкой в начале картины), всплывающие имена авторов музыки (почему-то по-английски), какие-то куски как будто вырезанные по-живому из YouTube, кислотные цвета, пародийная реклама «сушеных грибов» — ощущение как будто смотришь телевизор, наугад щелкая каналы… Оттого, что смотришь это в кинотеатре, возникает довольно странный эффект, примерно такой же, как от спонтанного переключения каналов — перегруз ощущений на грани укачивания. А ведь телевизор хоть выключить можно…
Насчет «понравился» или нет — сложнее. Первые десять минут я смотрел, словно завороженный — с экрана вырывалась бешеная энергетика под завораживающий речитатив, и практически неважно было, ЧТО там говорит бритоголовый Рассказчик (что-то про танцующие легкие), и ЧТО там творит пресловутый Санек из Серпухова (символично убивает жену лопатой и бьет банки с консервацией). Впрочем, мне показалось, что произносимый текст претендует на многозначительность исключительно за счет многократного повторения. Ей-богу, произнеся в двадцатый раз слова «кислород», «танцоры», «легкие» и «лопата» в разных комбинациях, начинает казаться, что что-то в этом есть. Да, что-то есть. Форма. Но вряд ли содержание. Это стало особенно очевидно, когда бритоголового Рассказчика (Алексей Филимонов) в студии сменила Рассказчица-с-польским акцентом (Каролина Глушка). Свой цикличный речитатив она произносила как-то отстраненно и равнодушно, отчего слова не цепляли с самого начала. Разочаровавшись в текстовой составляющей проекта (будет уместнее употреблять это слово вместо «кино»), осталось следить за визуальной информацией. Это было уже интереснее: пробежка «галопом по Европам» и по Луне, перестрелка в комнате смеха, и всплытие из глубин нагромождения смыслов к жадному глотку пресловутого кислорода. Опять-таки с повторениями.
Словом, мне было бы куда интереснее посмотреть, как в данном формате «экранизируют», скажем, стихи Маяковского, чем озадачиваться, смеяться ли после очередного слова «лопата»… Ведь жизненности текста иногда не хватает… ну, как кислорода…
«Фильм сделан в системе диалога, и не обязательно соглашаться с тем, кто с тобой говорит» (И. Вырыпаев)
Вторая режиссёрская работа Ивана Вырыпаева, которая известна тем, что не только отличилась на различных кинофестивалях, удостоившись немалого числа наград, но и, в свою очередь, стала объектом бурного обсуждения со стороны критиков, тем самым вызвав к себе ещё более пристальный интерес уже с нашей стороны, обычных зрителей. Чем же так хорош «Кислород»? Действительно ли, его можно назвать «авторским блокбастером Ивана Вырыпаева», как было сказано в адрес самого режиссёра?
Представить свои мысли, используя при этом тот своеобразный способ художественной передачи, коим решил воспользоваться создатель данной картины -было довольно рискованно. Но, наверно, столь смелый поступок всё — таки сполна оправдался, о чём может свидетельствовать награда не только за режиссуру, приз зрительских симпатий, но и за новаторство.
Что же нового привнёс в российский кинематограф своим «Кислородом » И. Вырыпаев?
Как можно в целом охарактеризовать данную работу. Как один большой видеоряд к музыкальному альбому? Что ж, данная мысль не лишена логики, ведь то, что нам демонстрируют в самом начале фильма — это список тех музыкальных «композиций», которые нам и предстоит «прослушать». Но о чём же, собственно, «песни»?
Два главных героя: Саша, парень из г. Серпухова и Саша, «девушка с мужским именем» из столицы. Два основных персонажа, картину развития отношений которых нам и представляют под звуки музыкального сопровождения, текст к которому каждый раз «начитывается», собственно говоря, самими «исполнителями». И такое своеобразное «рэп — исполнение», текст которого временами трудно воспринимается, всё — таки, является тем, что, по сути говоря, справедливо можно назвать новаторским приёмом.
Вспоминая слова самого создателя «Кислорода» о том, что данная картина выполнена в форме диалога, справедливо было бы обсудить то, о чём же, собственно, говорит с нами И. Вырыпаев.
Использование в своём «тексте» упоминания 10-ти заповедей, вызвавшее у многих волну дикого негодования и повода обвинить режиссёра в богохульстве, на мой взгляд, выглядит уж слишком сурово. И относиться так уж прямолинейно к тому, как в данной картине были использованы религиозные мотивы, думаю, не стоит. Да, пускай, может это и выглядит, на первый взгляд, как-то неуместно, но при дальнейшем просмотре такие мысли уже не возникают и может именно потому, что упоминание заповедей и настраивает на более серьёзную атмосферу, призывая к тому, что на экране для нас «крутят» не просто клипы, а может маленькие художественные «зарисовки», в основе которых и присутствует основная идея создателей «Кислорода».
Безусловно, фильм И. Вырыпаева можно обсуждать долго и скрупулезно, находить в нём какие-то изъяны и тему для дальнейших споров, но то, что «Кислород», действительно, «цепляет» и вызывает поначалу странные и непонятные ощущения после просмотра, но в дальнейшем заставляет при этом снова задуматься и поразмышлять на такие вечные темы, как любовь, свобода, приоритетность и др.
И может, кто-то и посчитает работу Вырыпаева уж слишком новаторским «изделием», а кто-то наоборот, не увидит здесь ничего нового, но то, что «Кислород» никого не оставит равнодушным — факт, с которым придётся столкнуться тем, кто всё же решится на просмотр данной картины.
Каждый вправе высказывать своё собственное мнение и быть солидарным с тем, кто говорит с нами в открытую, совсем необязательно, но поразмыслить, например, о том, действительно ли «безумной любовью можно оправдать безумную ненависть» и считать тот «кислород», о котором говорит Вырыпаев, метафорой свободы станет возможным после «знакомства» с «титулованным» творением Ивана Вырыпаева.
P.S.: В жизни каждого человека есть что-то, без чего невозможно представить своё существование, то, что для каждого из нас наиболее важно, то, что мы все считаем главным в нашей жизни. Для кого-то главным является любовь, семья, для кого-то, быть может, мечта, свобода, а кто-то главным в своей жизни считает…совесть.
Из современных ново-русских нигилистов Вырыпаев, пожалуй, один из самых адекватных и талантливых. Кино-вопрос про пост советское наследие. В последнее время в нашем кинематографе очень популярен авангард и бытовой сюрреализм.
От чего бы это? От бессилия? Или это так называемая «новая волна»? Никто пока точно сказать не может. Ясно одно. На большие блокбастеры денег у нас не хватает, а если хватает, то растрачиваются лямы не экономно, снимается обычно страшная халтура, где извращаются даже Стругацкие и исторические сюжеты 2МВ.
Так вот. Модное течение «новой волны» как будто бы до брезгливости презирает большие бюджеты и извечные светлые темы. Они любят снимать про распад системы, современную развалюху мира, душераздирающее падение нравов и много много всякой другой абструкции.
«Кислород» — кино, снятое по какому-то мтв-му шаблону, гду доморощенное студенческое творчество делается в рекламных целях, оно не имеет смысловой нагрузки. У Вырыпаева имеет. Так как за кадром непрерывно ведутся повествования двух людей — парня и девушки. Эти две, заплутавшие в пространстве хауса души, кажется, давно сошли с ума и, может, быть давно умерли.
…
Для главного…
-Почему мужья пинают сапогами по беременным животам?
-Почему дети ненавидят своих родителей?
-Почему у меня нет выбора?
Двое совершенно апокалептичных персонажа, за какие-то несчастные 75 минут, пытаются разобраться с вещами, над которыми человечество просидело в думах не одно столетие. Так как сюжета в картине, как такового нет, то смотреть его с точки зрения полноценного кинофильма глупо. Кино это фестивальное. Причем попсово-фестивальное.
В 90-х модно было в такой эстетике снимать видеоклипы. Но кино, кажется, в таком виде никогда не делали.
Это кино — клип, с чудовищно деструктивным остатком после просмотра. Натыкаясь опять уже на сотые грабли подобного толка, в недоумении вопрошаю:«Почему есть вопросы, но нет ответов?» Даже если режиссер взял на себя смелость снять полито-социологическое кино про нашу страшную жизнь, то он должен понимать, что одними вопросами он не отделается… Художник, конечно, не обязан быть политологом, психологом, экстрасенсом, но если ты не можешь ответить на свои же поставленные вопросы, к чему тогда снимал фильм?
И как зрителю и адеватному человеку мне непонятны эти вечные смакования нашего позора, нищеты, замкнутости на саморазрушении. Есть в мировом кинематоргафе вещи очень диструктивные, но сняты они так, что тут понимаешь — Я видела искусство, это меня задело, я этого не забуду и т. п.
Про кино Вырыпаева почему-то такого не скажешь, а ведь он еще, как я сказала, не безнадежен…
В который раз убеждаюсь, что не надо обманывать себя — русский кинематограф скорее мертв чем жив. Воропаев более правильная фамилия для человека потратившего кучу бабла на дурь, пленку, авиабилеты, актеров и др. тусовщиков
а теперь еще и мое время и мои деньги.
Один из симптомов разрухи в голове это чрезмерное увлечение формой. А давайте камерой вот так, а давайте актеров оденем вот так, а давайте пленку порежем вот так, а вверх ногами, а. …….
Короче половина бюджета фильма чистая (это скорее догадка чем утверждение) дурь.
Что касается мыслей которые заложены в этом фильме, то в этом сборнике клипов, их собственно нет, потому как репперский
перефраз билейских заповедей это даже не пошло. Музыкальный материал вполне соответствует общему уровню ленты — т. е. нудное дерьмо. РЭП в россии воспринимается только как форма, а на диком Западе это на 90 процентов ХАРИЗМА. Вы вон на Эминема посмотрите, вся музыка, в основном, перекомпиляция чужого материала, но какие тексты, какая подача. Вот вам современный»… Быть или не быть».
А какая может быть харизма у убогих, и тут авторский ход прямо поражает своей креативностью, а пусть наш убогий (и убогая) будет наркоманом, циничным таким, забубенным наркошей. Вообще самое плохое, что может быть с писателем это непонимание элементарных причинно-следственных механизмов. Наркотики не синоним богемности. Личность сначала должна заявить о себе тем или иным способом, через какую нибудь художественную форму, доказать всем и каждому что он заслуживает особого, к себе, отношения и наркотики только механизм раздвигающий границы (на самом деле создающий только иллюзию) и без того неординарной личности. А у нас тут имеет место случай совсем уж дикий, каким бы ты убогим дуриком не был, но если если ты употребляешь наркоту, то ты уже «право имеешь…»
Вообще же хочется особо отметить отмирание цеховых традиций в целом.
Такие не маловажные вещи как совесть и ответственность, заставляют художника трепетно относиться и к форме и к содержанию. Я часто думал над феноменом Горовица, в том смысле, что по клавишам стучать умеет огромное количество людей, и все они играют в основном одни и те же великие произведения, но только в его исполнение нотные знаки превращаются в Музыку, и я пришел к выводу, что парень просто не мог фальшивить перед самим собой, он был честен на все сто в каждой ноте, поскольку самым жестоким критиком была его совесть и ответсвенность. Если произведение не вызывало у него понимания и вдохновения, он его не исполнял, какие бы ему гонорары не сулили, да вообще деньги для этих людей мусор под ногами. У нас же какая то вакханалия странных людей называющих себя писателями, режиссерами, и т. д. и они почему, то считают, что раз они так себя назвали, то и соответсвенно они должны что-то писать и что-то снимать, а пипл соответственно должен всё это хавать. Тут бы внутрицеховая критика и сработала бы и дала бы по рукам и строго одернула, но у нас тут все не как у людей… Даже призы какие то дали, этому, с позволения сказать, произведению.
ВНИМАНИЕ! Да и еще тем кто тут писал, что то типа ах как круто, свежо, мыслительно и т. д. и это пееревернуло всю мою жизнь и т. п. не советую читать Пушкина Толстого Чехова и т. д. и т. п. ваш мозг может не выдержать.
Недавно с планеты Земля были выперты доставшие всех людей группа Radiohead и запущены в качестве очередного послания инопланетным цивилизациям. Чтобы им не было скучно вместе с ними выслали ребят из Синематик Оркестра и парня Limewax, который, конечно, вернется, как мы здесь на Земле без него…
«О два» очень неудобен для зрителя вообще любой категории. Вся эта безумная текстово-реперская стилистика, морализаторские размышления о войне, народах, заповедях, о человеке — все это хозяйство, пропущенное через историю любви двух современных ребят, направлено не на людей, а на совершенно непонятно какого рода зрителя. Критики по своему человеческому разнообразию и профессиональному от рукоплескания могут пасть до осквернения этого произведения всякими известными отвратительными способами и неудивительно, если кому-то захочется лопатой что-то сделать режиссеру. Образно.
Приятнее и интереснее всего думать, что Вырыпаев нашел какой-то язык и пробует его подстроить под зрителя, и этой работой подбирает аккорды, а мелодию исполнит позже, тогда кино уже будет восприниматься более адекватно, то есть с точки зрения эксперимента, а не с позиций восхищения странной смеси разнотемпового и интонационного речитатива в лице девушки-полячки и бритоголового милого парня, в студии записывающих альбом под музыку разных малоизвестных и малоинтересных групп, и не с позиции того самого полного осквернения. Потому что, действительно, неудобство формы делает этот фильм с одной стороны чересчур вычурным, усложненным, смешивая способности клипмейкера с режиссерским талантом преподнести все грубо и прямо, с другой каким-то наивным, когда человеку показывают темы, которые итак ясны, ведь кино не должно быть полем для политических размышлений.
Но, несмотря на то, что фильм ни на кого не направлен, адресован он как раз тому поколению 17—23-летних людей, у которых сознание как раз находится на разных стадиях формирования отношения к миру, к жизни, к взаимоотношениям вообще между людьми, а в частности с противоположным полом, потому что на этом частично завязаны основы жизни человечества. Мы же, по сути, мальчики и девочки и живем по законам частиц. Вырыпаев, конечно, не копает так глубоко, но посыл проглядывается. Экспериментальный посыл.
Фильм-насмешка, насмешка над абсурдностью нашей жизни, над лживостью религии, над всей той глупостью и бессмыслицей, которая нас окружает, над обществом, которое душит. Может я не права, но мне показалось, что этот фильм — своеобразный `крик души` и призыв начать дышать. Дышать кислородом.
Фильм очень новаторский и нетрадиционный, в нем иногда встречаются неоднозначные, не всегда понятные, слишком `авторские` моменты, трудные для восприятия, но посмотреть его стоит хотя бы потому, что он заставляет задуматься над тем как и зачем мы живем, зачем надеваем на себя столько масок, зачем топчемся вместе с этим людским стадом, бредущим в никуда.
Творчество всегда неотделимо от творца. Нельзя рассматривать квадрат Малевича отдельно от самого Малевича. Творчество — это продолжение автора, кривое зеркало его души, его мыслей, чувств и жизненного опыта. Что же мы знаем про Ивана Вырыпаева? За свою сравнительно недолгую жизнь Иван был уже дважды женат, дважды уходил из семьи, в каждой из них у него остались дети. Наконец он встречает польскую красавицу Каролину Грушку, эту рыжую бестию и обретает счастье и свою творческую музу. Вот какой жизненный опыт.
И тут Вырыпаев пробует себя в кинематографе. Снимает сначала «Эйфорию», затем «Кислород». Оба фильма о безразмерной любви. Любви, которая ломает судьбы влюбленных и близких к ним людей. Любовь, которая убивает. Не самооправдание ли это беспутной жизни самого творца? Прежде всего перед самим собой?
«Эйфория» — неоднозначный и безусловно интересный фильм. Фильм о имбицильной деревенской «любви». Причем типажи главных героев настольно имбицильны, что в реалиях современной российской деревни попросту невозможны. Фильм вызвал восторг у кинокритиков и непонимание и полное неприятие у зрителей.
«Ну раз не понимают, так надо объяснить», — решил Вырыпаев и снял «Кислород». Фильм о таких же имбицылах, но уже городских. И что самое главное — каждый их поступок уже объясняется и обосновывается длительными монологами, подчас уходящими в дебри религии и философии, превращающими посредством демагогии «черное» в «белое» и наоборот. Что называется — «разжевать и в рот положить». Фильм получился безусловно потрясающий, но ядовитый.
Основной посыл фильма в переводе на язык обывателя будет звучать как, — «Живите и дальше своей серой и унылой жизнью — семья, дети, работа, отпуск. Можете даже курить легкие наркотики, бухать, уйти в религию или увлечься йогой. Но даже и не пытайтесь ощутить «настоящую жизнь», «настоящую любовь». Любовь, подчиняющую себе до конца, дающую взамен ощущение счастья и приводящую к гибели. Даже не пытайтесь прогореть яркой звездой. Сгореть до пепла. Это не для вас. Это опасно! Но и не осуждайте тех. кто выбрал такой путь.» И через отрицание и запрет в сознание зрителя так или иначе проходит этот яд, яд запретного плода, который, как известно, сладок.
Короче говоря, людям с неустойчивой психикой, людям, склонным к метаниям и самопоискам, фильм категорически противопоказан.
31 января на фестивале в Роттердаме состоится мировая премьера фильма Василия Сигарева «Жить». КиноПоиску режиссер «Волчка» рассказал о новой картине, планах написать комедию и мистическом сериале-альманахе, который он выпустит силами собственной кинокомпании. (...)
