Не преувеличивая, можно сказать, что «Торпедоносцы» — это картина о настоящих героях. Не телевизионных, не всенародно освещённых, а о простых парнях, честно и до конца исполняющих свой долг. Возможно, достоверности картине добавляет военная хроника и стилизация в ряде эпизодов. Возможно. Однако, в любом случае, режиссёру Семёну Арановичу удалось создать атмосферу военного времени, пусть и не совсем такую, какую мы привыкли видеть в кино послевоенного периода, но ведь фильм снят в 1983 году, а это всё-таки уже далеко.

Сценарий фильма достаточно плотный, в нём нет почти ни одной лишней фразы и, уж конечно, нет натянутых сцен. У фильма свой уникальный лаконичный характер, поэтому смотрится он на едином дыхании. Таковы и герои картины — у них практически нет свободного времени, они всё время вынуждены действовать.

Безусловно, самая сильная сторона сценария — это люди. По ходу действия лётчикам несколько раз приходится выполнять боевые задания, и каждый раз зритель осознаёт, что в небо уходит не подполковник Фоменко или инженер-капитан Гаврилов, а рискующий своей жизнью человек, только в военной форме. За чинами и званиями скрываются люди со своей историей, своей судьбой. Это также заслуга блестящего актёрского состава.

В кино часто бывает так, что на экране создаются образы, имеющие свои отличительные черты, но не всегда создаются характеры. Заслуга сценаристов Светланы Кармалиты и Алексея Германа, а также и самого режиссёра в том, что в «Торпедоносцах» у каждого персонажа есть характер. Каждый несёт в себе понятие о чести, долге, Родине.

Важнейшим элементом сценария является хроника военных лет. Аранович, вставляя её в сцены боевых вылетов, даёт понять, что всё по-настоящему и никакого обмана.

Образ отца-командира в советском кино — это незапятнанный мундир, образец героизма, первый товарищ солдату на войне. Здесь Аранович не отступает от правил, но, хоть и делает командиров кроткими и отчасти суровыми, но человеческое в них явно преобладает над монументальным. Блестяще показан подполковник Фоменко (Юрий Кузнецов) в сцене перед первым вылетом, где он проявляет чуткость и мужество и по сути спасает Гаврилова от гибели. Молчаливый подвиг командира полка.

Сегодня очень актуален вопрос: что же это за порода людей такая, для которых подвиг — обычное дело? И что толкает их на героические поступки — война или заранее выработанный внутренний стержень? Или и то, и другое. Аранович раскрывая эту проблематику, раз за разом ставит героев в драматические ситуации. И не всегда они связаны с выполнением боевых заданий. Так, например, герой Родиона Нахапетова Саша Белобров ставит честь любимой женщины выше желания быть с ней рядом. Это ли не подвиг? А Гаврилов в исполнении Андрея Болтнева способен приютить ребёнка в трудное военное время, даже допуская, что это не его сын. Вот уж где настоящее мужское начало. Выходит, на подвиг способен каждый и совсем не обязательно быть для этого бравым лётчиком. Дело, выходит, вовсе не в войне. Дело в людях. И невольно возникает вопрос — а сегодня такие люди есть?

Лирическая составляющая картины тоже немаловажна. Ведь на фоне жестоких боёв и солдатского быта не может не быть любви. В картине всего несколько моделей отношений, но все они по-своему трогательны и обречены одновременно.

Очень примечательна игра Арановича с цветом. Часто в картине тёплые и уютные тона помещений сменяются холодными тонами суровой зимы и реалий войны. Этот контраст подчёркивает нестабильность жизненного уклада военного времени.

Атмосферность картин Арановича довольно своеобразна, и с первого раза её порой трудно раскусить. Но, пересмотрев фильм во второй, а некоторые эпизоды и в пятый раз, зритель, наконец, проникается (или не проникается) этой необычной атмосферой. И довольно сложно сказать, что именно работает, но можно определить, что ощущение достоверности создают как хроника, так и артисты-карлики. Эти породистые сочетания Аранович дарит зрителю, как хороший хозяин дарит гостю редкий сорт вина. Гости обычно довольны. Зрители тоже.

Выглядит довольно глупо, если в кино нет подлецов и трусов. Удивительно, но в «Торпедоносцах» это совсем не вызывает дискомфорта, как не вызывает его и предельная ясность характеров. Все они по-военному однозначны, но от этого, вот ведь странность, не менее многогранны.

Можно было бы отыграться на немцах и сделать их злодеями, как часто делали в старом кино про войну. Однако здесь немцы грамотно вписаны в контекст войны и более, чем врага, ничего из себя не представляют. Белобров даже приравнивает их себе в одной из сцен, давая зрителю понять, что на той стороне тоже люди. Но тот же Белобров, когда «ярость благородная» вскипает его жилах в решающий момент уверенно даёт команду: «Всех на дно! В атаку!» бескомпромиссность войны, перед которой все равны — вот, пожалуй, основной посыл режиссёра Арановича.

Заканчивается картина фотографиями настоящих участников войны, чем режиссёр ещё раз подчёркивает: «Никто не забыт. Ничто не забыто».

Как-то в далеком детстве родители отправили меня вечером спать, но спать не хотелось и, пробравшись к ним в комнату, я таки умудрилась посмотреть фильм, который в тот момент шел по телевизору. Фильм был о войне, о летчиках, и поразил меня, на многие годы оставив в памяти сцену, когда наш самолет идет на таран немецкого корабля. Фильм запал в душу, но я не знала как он называется, а кроме той сцены тарана и общего впечатления от картины ничего больше не помнила. И вот уже в конце 90-х мне случайно попался номер журнала «Юность» за 1984 год со статьей, посвященной вышедшему на экраны фильму С. Арановича, и вот из этой-то статьи, сопоставив с ней свои детские впечатления, я и узнала название — «Торпедоносцы». Посмотреть его довелось спустя пару лет, случилась трагедия с «Курском» и в день траура по ТВ показали «Торпедоносцев»… Можно, конечно, возразить: «неужели про флот не нашлось фильма?» Но мне кажется, что именно эта картина тогда очень точно попала по тональности: Север, море, суровая природа, тяжелая служба, мужественные люди… Очень реалистичное, почти документальное кино. Суровое, скупое на эмоции и очень мужское.

Фильм снят точными, скупыми штрихами — вот утро в бараке, женщины готовят завтрак, мужчины собираются на службу, потом построение на аэродроме, ставится задача, самолеты взлетают, торпедная атака, гибель двух экипажей, возвращение из госпиталя Саши Белоброва, история с сыном инженера Гаврилова, любовь стрелка Черепца к Марусе, минуты отдыха в офицерском клубе, герой Садальского со своим псом Далдоном и… война, война, война… Между этими штрихами умещаются и диалоги, и завывающие метели, и чувства, и юмор, и даже одна забавная песенка про «в коробке той манто вам и стихи поэта Лермонтова». Ничего лишнего, ни одного слова, ни одного жеста мимо, ни одного непопадания в роль и тональность, музыка и цветовая гамма фильма доводят реалистичность происходящего почти до абсолюта.

Об актерах говорить не хочется, уж слишком неблагодарное занятие — пытаться оценить то, что оценить невозможно, ведь они не сыграли, а прожили эти роли. Хочется отметить лишь Садальского, может потому, что его роль здесь для меня была откровением: вроде тот же привычный балагур и балбес, но минутная сцена в столовой, когда Белобров спросил видел ли он как погибли два экипажа, и все меняется. «Видел, Саша, все видел» — и перед нами смертельно уставший после тяжелого боя человек, переживающий гибель товарищей.

И отдельно хотелось бы сказать о том, что дает общий фон и настроение фильма: Заполярье, тоскливые пейзажи, страшные северные моря, тяжелые условия полярной ночи. Кажется, что и люди в этих краях и предлагаемых судьбой обстоятельствах должны быть мрачными, озлобленными, депрессивными, но…

«Кто сказал, что здесь задворки мира?

Это край, где любят до конца,

Как в произведениях Шекспира

Сильные и нежные сердца»

Пожалуй, это всё, что я сейчас могу написать об этом фильме. Смотреть его непросто, здесь почти нет моментов «для отдыха» — ни тебе музыки, ни лиричных сцен, ни озорного юмора как в «Стариках» или «Хронике пикирующего». Здесь всё на нерве, потому что «здесь вам не равнина, здесь климат иной», потому что эти ребята практически камикадзе, ведь торпедная атака — это 600 м до цели, а корабельные зенитки бьют на несколько километров, и расстреливают летящие на них самолеты в упор. А самое главное, здесь каждый кадр достоверен, и когда фильм заканчивается, вместо титров — документальные кадры и фотографии летчиков Северного флота, смотришь на эти лица и понимаешь: мы в таком долгу перед ними, и расплатиться можем только достойной жизнью, достойной их подвига и их памяти…