Владелец ранчо Дэвид Брэкстон добился всего в своей жизни сам. Годы непрестанных усилий ушли на то, чтобы превратить заброшенные дикие земли в процветающую империю. И когда на его хозяйство, состояние и даже семью покушается отпетый конокрад, Брэкстон берет инициативу в свои руки.
Чтобы выследить преступника, он нанимает безжалостного бандита. Однако его намерения очистить округу от преступности выливаются в итоге в запутанную цепь диких происшествий, осложнений и бесконтрольного насилия.
Сам по себе этот фильм мутноват, даже грязноват; такой себе несколько затянутый вестерн с претензией на эпатаж. Ради чего стоит его смотреть — так это ради неподражаемой и искромётной игры Марлона Брандо, этого ленивого гения мирового кинематографа. Одной левой, небрежно, дедушка Марлоша поворачивает тумблер и — бац! — включает на полную своего внутреннего беса. Джеки николсоны и прочие партнёры по фильму неизбежно отправляются не то что на второй, а на третий план (на втором норовистая лошадь Марлона). Фёдор Михайлович в таких случаях говорил: стушевались; тут-то и становится понятным, кто есть who. Как бы резвяся и играя, безо всякого напряжения, сверхчеловек Брандо демонстрирует одного из самых странных злодеев кино. Неприлично располневший красавец, одновременно жеманный и брутальный пузырь, седые космы по ветру, он «как светлячок», по выражению самого Марлона, пролетает через картину, паля из ружья, поедая морковку, плескаясь в ванной, бренча на чём-то вроде балалайки и даже один раз выпустив газы. Кроме этого полёта вы ничего не запомните, всё остальное, банальное и глуповатое в сравнении с буйным гением мистера Брандо, неизбежно останется смазанным (между прочим, многое от актёрской манеры Марлона в этом фильме перенял впоследствии Джонни Депп, например, в попсовом образе Джека Воробья — но как и бывает в таких случаях, остался лишь подражателем). Концовка, предсказуемейшая с учётом жанра, становится дурацкой и нелепой, всё должно было быть по-другому, мы ведь все понимаем, но куда там, выйти за рамки подобно главному артисту ни у режиссёра, ни у сценариста не получилось.
Артур Пенн плюнул на всё и позволил Марлону Брандо, самовлюбленному высокомерному самодуру, играть что он хочет и как он хочет…
… и Брандо превратил зловещего антагониста — в клоуна-педераста. Джек Николсон, с густой растительностью на лице и в шляпе, каким-то чудом и практически в одиночку вытягивает фильм на достаточно интересный уровень. Режиссер Артур Пенн в свою очередь не злоупотребляет здесь бандитской романтикой, однако иной раз всё же смешивает нелепую несмешную комедию в духе немого кино с «мужским» вариантом собственного «Бонни и Клайда». Эффект в итоге получается крайне странный…
… из-за чуждых жанру манерных кривляний Брандо периодически создаётся впечатление, что находишься на цирковом представлении, где клоун-садист вызывает из зала ничего не подозревающих добровольцев и убивает их на арене с особым цинизмом, прямо на глазах у обескураженных заплаканных детишек. Было бы смешно, если б не было так грустно. Хотя вот Брандо явно не грустит…
… спустя через 19 лет МакКормак напишет роман «Старикам тут не место», а в 2007-ом году братья Коэны любезно экранизирует его труды. Джош Бролин не станет ехидно скалится а-ля Николсон, а Хавьер Бардем изобразит психа, диаметрально-противоположного эксцентричному психу Брандо. И цирка с конями не приключится…
… ну а «Излучины Миссури» так и останется в истории кинематографа уродцем из кунсткамеры, чьё главное достоинство — несочетание несочитаемого. Утонченное дурновкусие. Изысканный труп. Как «План 9 из дальнего космоса», который хоть и далёк от шедевра, но всё же «не так страшен черт, как его малюют». Да и в каком ещё затратном голливудском фильме увидишь как выкаблучивается зарвавшийся актёр, когда тому дают полную свободу действий?
