Джон Хёрт отправляется в Нью-Йорк по следам Квентина Криспа, которого одинаково помнят родимая британская земля и достопримечательные уголки нижнего Манхэттена, куда чудаковатым стариком перебрался на жительство лондонский вольнодумец, сумевший сделать себе имя, отвоевав право быть самим собой.

Город очаровывает героя свободой и независимостью, привечая странно одетого англичанина горящими глазами тесных баров и пестротой уличной толпы, беря в объятия дневных звуков и осыпая звёздами ночей. Новичка переполняют чувства, и город даёт ему шанс заговорить. Заговорить и говорить, говорить, в прямоте личного мнения выплёскивая впечатления от мира, который ценит откровенность и особый взгляд.

Встречи, знакомства, издатели и агенты, журнальные обзоры и монологи перед заинтересованными людьми. Афористичная тонкость и едкая острота суждений, мгновенная реакция и задумчивый тон — к восхищению публики и восторгам, будоражащим притихший зал.

Язык, стиль и оригинальность мышления привлекают внимание, делая пожилого фрика желанным гостем вечеринок и светских встреч, подогревая популярность, обеспечивающую контракты, а с ними — пищу для тела и работу для богатого ума.

Время отбивает Нью-Йорк. Знакомыми постерными картинками и узкими стритами из низкорослых первых домов, дрожащим воздухом разогретых крыш и бликами небоскребных стен, наполняющих желанием и поднимающих дух человека, готового делиться открытиями мысли, пусть даже придётся расплачиваться живой болью за правду сказанных слов.

В основе — камерные представления и шоу-интервью Криспа, превращающие картину в бенефис блистательного Хёрта, невозмутимо накладывающего перед зеркалом яркий макияж, одевающего шляпки-бантики, чтобы потом завернуть на тусовку к распоясавшимся геям или, сидя на сцене, пикироваться в словесной дуэли с мелочными людьми.

Старичок делает шоу, не давая скучать ни себе, ни людям, покоряя вызывающей уверенностью, ясностью мысли и непоколебимостью решений — таков был Квентин Крисп, таковым его и представил Джон Хёрт: оригиналом, устремленным к жизни, не по писаным правилам, а по собственному пути. Много слов, много Хёрта. Жизнь, расписанная по временам и годам. Увлекательная повесть о человеке, жившем в мире с самим собой.