Однажды молодой казак Колька Смагин приехал в Москву со своим дядькой Зарубиным покупать племенного быка. Там он встретил прекрасную Ганну и влюбился. Проведя с любимой чудесную ночь в лесу, утром проснулся Колька, посмотрел на все чужими глазами, затосковал и отправился с дядькой глаза свои выручать…
Русский фильм 92 года, который начинается, как обычная пост-советская комедия про пьяную деревенщину, а потом приобретает сказочные черты, которые с каждой минутой становятся всё мрачнее. И
вот от комедии не остаётся следа — перед нами страшная сказка а-ля Гоголь, вполне тянущая на звание отечественного хоррора. Что понравилось: хороший актёр Виктор Степанов (дядька); фантастичность, ловко вплетённое в нашу обыденность; музыка группы «Ноль»; ряд операторских находок; сексапильная актриса Екатерина Кмит.
Что не понравилось, или точнее, не понравится большинству хоррор-фэнов: кустарная картинка, присущая перестоечной чернухе; отсутствие чётких жанровых рамок; Екатерина Кмит не покажет сиськи (хотя в других фильмах она делает это охотно); эстетика пьяного совка.
Итог: Если вас не воротит от самого словосочетания «Наш русский хоррор», с данной любопытной картиной стоит ознакомится.
Фильм 1991 года настолько был создан из привычных тогда штампов позднеперестроечного кино (хорошая/плохая мафия — хорошие/плохие менты — изумлённые иностранцы — размышления о загадочной русской душе), насколько внутренне не соответствовал подобным клише. Акценты другие.
Съёмочная группа, вероятно, сама того не подозревая, сотворила мрачное пророчество, к превеликому сожалению, почти буквально исполнившееся в жизни. Москва захвачена нечистью. Обладатели роскошных машин и особняков с четырёхметровыми заборами если и вступают в контакт с обычными людьми, то как с существами другого низшего вида, с которыми можно делать всё. Зомбированные толпы готовы часами стоять на морозе, лишь бы спасти непонятную болонку. Здоровые русские мужики способные с трудом, но всё же свернуть нежити шею, находят забытье в беспробудном пьянстве. Но, может быть, и в такой беспробудной темноте есть свет? И главные герои говорят — есть.
Пересказывать этот сюрреалистический сюжет особого смысла нет. Сущность фильма в его колоритности слабо связанных между собою эпизодов. Почему слабо связанных? Да потому что, это не голливудские ужастики с заброшенными домами, дьявольщиной в зеркалах и зомби, осаждающими дом. Это, скорее, подражание «Вию», в котором сложно определить — действительно ли нечистая сила атакует героя, или это вполне закономерный результат выпитой в непомерных количествах горилки? Эта атмосфера потерянности во времени и пространстве присутствует почти во всём — от «Христом-Богом молю!» до принятия «честного партийного» как высшего критерия истинности; от патриотической патетики до песен Чистякова.
Переживём смутное время с изменением цвета глаз? Переживём! «Казаки и не такое терпели».
Часто можно встретить фильмы, которые выдержаны в каком-то определенном стиле. Допустим, фильм ужасов. Ночь, раскаты грома, дождь… и прочие атрибуты, диктуемые законами жанра. Здесь легко ошибиться и разочаровать, ведь зритель требователен к фильму с самого его начала. Но представьте себе на минуту другой вариант. Начинается что-то неопределенное, комедия, не комедия, не понять. Смотришь себе, расслабившись, без особых надежд. «Комедия», тем не менее, особо ничем не выделяется, но остается вполне смотрибельной. И вот когда зритель смотрит просто очередной фильм, начинают происходить странные вещи. В фильме проявляется нечто совсем из других жанров.
В «Гонгофере» показывают таких себе простых деревенских мужичков. Совсем и неинтеллектуальных. А вот проблемы, им навязанные, простыми никак не назовешь. Юмор в фильме, вместе с тем, очень скоро приобретает хмурые интонации, насыщается темной мистикой, смещается в подсознательное.
Хочется отметить хороший визуальный ряд сопровождаемый на удивление уместными песнями группы «Ноль». Например, появление черной машины, на фоне поднимаемых ветром опавших листьев, словно, открывает двери в ад. Пьяное веселье простых казаков. Примеров много. И в конце концов, незабываемая песня
