Когда-то Андрей жил в провинциальном городке и любил девушку Таню. Теперь, учась во ВГИКе на сценарном факультете, где ему с другом светит стажировка в Америке, он случайно узнает, что Таня за употребление наркотиков попала в тюрьму. Он решает подарить ей свободу.
«Дюба-дюба» — тот редкий фильм, который приводит в замешательство уже одним своим названием, тарабарским, отсылающим то ли к латиноамериканским напевам, то ли к дурашливой детской считалочке, то ли ещё куда. Любопытно, что по мере знакомства с картиной раз возникшее замешательство только нарастает. И уж совсем великолепно, что не исчезает оно никуда и к тому моменту, как на экране появляются финальные титры. Наполненный где-то «символьем», где-то возвышенным пафосом, местами живописными пейзажами, местами злободневной «чернухой», дебютный проект Александра Хвана образует загадку, парадокс, эдакий ловкий фокус-покус, не имеющий ни единого объяснения, ни однозначной трактовки. Короче говоря, работа не простая, а значит, ничего удивительного в том, что и судьба у неё нелёгкая.
По мнению культового дуэта кинодраматургов Луцика и Саморядова, из их полуавтобиографического сценария получился лишь очередной «плохой фильм». И это притом, что картина оказалась лучшей в карьере режиссёра Александра Хвана, и одной из лучших у актёра Олега Меньшикова. Вопреки ожиданиям, лента осталась с носом в Каннах-93, толком не дошла до отечественного зрителя, а к сегодняшнему дню оказалось и вовсе хорошо забытой. Такой вот фильм неудачник. Но сколько было таких неудачников среди талантливых проектов во все времена? Что уж говорить о проекте, рождённом в эпоху «безвременья» начала 90-х? Что с того, что этот фильм, мастерски совмещающий элементы психологической драмы, философской притчи и гарантированно леденящего душу триллера, отдалённо напоминающий лучшие работы таких мэтров, как Дэвид Линч и Михаэль Ханеке, вполне претендовал на то, чтобы открыть «новый тип высказывания в русском кино»? Ничего, проехали.
Вполне доступный, на первый взгляд, сюжет легко может быть подвергнут самой невероятной трактовке, однако, надо полагать, как ни воспринимай этот фильм, он всё равно останется неразгадываемым ребусом. Вроде бы вполне логично выглядит следующая цепочка причинно-следственных связей. Студент сценарного факультета ВГИКа хочет вызволить из кутузки свою бывшую подругу, ставшую наркоманкой. Для этого, разумеется, необходимы деньги, причём «реальные деньги». Разумным способом достать их в нужном количестве и быстро, тем более на заре эры «лихих», выглядит грабёж какого-нибудь подпольного Корейко тех лет. Но на такое дело просто так не пойдёшь, а потому студент спешит заручиться поддержкой парочки бывалых разбойников. Миллионер будет успешно ограблен, девушка — освобождена. Всё ровно и последовательно, если бы не несколько настораживающих обстоятельств.
Так, в процессе добычи денег студент совершенно неожиданно проявит себя изощрённым маньяком-пытателем, — что может быть страшнее пугала, поигрывающего перед твоими глазами топориком под элвисовское «It`s now or never»?! — рядом с которым его напарники будут выглядеть божьими агнцами. Но ни навыки одержимого психопата, ни проявленная отвага, ни деньги, ни убеждения не помогут удержать освобождённую девушку. Результатом неимоверных усилий окажется всеобщее несчастье. В чём же дело?
А в том, что изначальный посыл всех действий главного героя остаётся туманным. Что движет им, когда он загорается идеей освободить экс-подругу? Приходящие на ум первыми мотивы не срабатывают — это не любовь, и не глупость, не чувство долга, и не жажда справедливости, не сострадание, и не охота за приключениями. По самым остроумным догадкам, студента обуревает инстинкт борьбы со скрытыми гомосексуальными наклонностями. А те, кто не желает копаться в подобных головоломках, удовлетворяются трактовкой похождений героя как всего-навсего плода его разыгравшегося сценарного гения. Как бы то ни было, именно благодаря таинственности мотивов действий персонажа картина способна как угодно видоизменяться в нашем восприятии, что прекрасно.
По моей догадке, студентом движет исключительно жажда творчества, и именно из желания творить пускается он во все тяжкие. И вся эпопея с вызволением девушки, с побоями, с грабежами и бегствами — это творческий акт. Творчество же, если оно настоящее, как известно, не нуждается ни в какой мотивировке, ни в каком объяснении, оно просто есть. Оно ничего не даёт герою, а его результаты только усугубляют несчастья, но именно оно, творчество, его процесс, движут жизнь и составляют её смысл. Вот только направление движения оказывается прескверным. Впрочем, творчество — это зеркало времени, в данном случае, смутного.
С началом 90-х в кино прочно вошла тема новых русских бандитских фильмов, большинство из которых были просто сляпанными на скорую руку и растянутыми на полтора часа выпусками «600 секунд» (помните такую передачу?).
Но были и «приятные» исключения. Одно из них перед вами. В отличие от большинства подобных творений «Дюба-дюба» снят не просто ради показа как можно большего количества чернухи-порнухи-мокрухи, а ради того чтобы показать, что раз окунувшись в эту кровавую водичку (пусть и с традиционно благими намерениями, идущими еще со времен страшного бандита Раскольникова)- выйти сухим уже не удастся.
Меньшиков (еще без малейшего налета звезданутости) выкладывается полностью. Поклонникам его таланта смотреть обязательно. Остальные тоже сыграли неплохо, но до его пафоса явно не дотягивают.
Интересная особенность: Владимир Головин, который со времен «Холодного лета…» играл исключительно «паханов», здесь играет тюремщика.
Короче, cмотрите отличный фильм и чтите уголовный кодекс.
