47-летний Йохим имеет небольшую фирму такси, и сам работает в ней водителем. У него есть подруга и он ведёт достаточно свободный образ жизни, но после того, как в автокатастрофе разбивается его бывшая жена, с которой он не виделся уже больше 10 лет, ему приходится забрать к себе своего сына — 17-летнего Свена.
Вроде бы надо начать стандартно: «Нам показана история 17 летнего подростка Свена…», но не получается.
Ну ладно, поехали.
В фильме не рассказываются предшествующие семейные отношения семьи Свена, его прежнее окружение, социальные связи и все то, что в итоге могло бы стать условием для возникновения такой девиации.
Он растет без матери, предоставлен всегда сам себе, достаточно скрытен, необщителен и замкнут. Его забирает к себе жить отец (очень показательна, на мой взгляд, сцена, когда Йохим открывает полумрачный гараж и заявляет «Ты снова в своей берлоге?»)
Со временем отец узнает тайну сына, но, вместо того, чтобы отдавать его на принудительное лечение (а в Европе есть методы борьбы с такого рода отклонениями), он помогает избавиться ему от этой зависимости.
Вроде все начинает налаживаться, нормализуются отношения отца и сына, кажется, что кризис позади. Но нет, Свена каждый раз срывает заново, и скандалы в семье повторяются снова и снова. Несмотря на все попытки собственными силами помочь сыну (Хотя подруга Йохима неоднократно предлагает обратиться к врачам), Свен снова берет в руки камеру и идет на поиски очередного «актера». Но тот факт, что ему (Свену) уже 18, незамедлительно дает о себе знать.
В фильме показаны несколько параллельных линий:
Взаимоотношения Свена и его… друзей
Взаимоотношения Йохима и Свена (отец, узнав обо всем, отстраняет от себя свою подругу, тем самым оберегая сына)
Мы видим, как мучается отец, как он страдает от осознания того, что каждая его попытка помочь сыну не приносит должного результата.
Фильм больше ориентирован как бы на чисто механические действия, события, нежели на внутренние переживания героев (в частности, Свена), их размышления — своеобразную диалектику души и душевных переживаний. Здесь за каждой акцией следует незамедлительная реакция.
Кстати, предыдущая фраза (акция-реакция), позаимствована из фильма «Хористы», главную тему из которого можно услышать в картине.
И тот факт, что именно этот кусок как бы вырезан из более масштабной истории без предисловия и эпилога (как, скажем, это было сделано в «Загадочной коже» Г. Араки), не дает нам ответить на все вопросы и узнать, что было первопричиной такого отклонения…
