К своим 16 годам старшеклассник Донни уже знает, что такое смерть. После несчастного случая, едва не стоившего ему жизни, Донни открывает в себе способности изменять время и судьбу. Перемены, случившиеся с ним, пугают всех, кто его окружает — родителей, сестер, учителей, друзей, любимую девушку.
Компания «Newmarket Films», дистрибьютор фильма на территории США, предложила Ричарду Келли сделать режиссерскую версию картины. Он согласился и вместе с монтажером Сэмом Бауером создал новую версию фильма за девять дней.
«нет смысла плакать из-за мертвого кролика, который даже не боялся смерти»
«Атеист — это человек, который начисто отрицает существование бога. Ты агностик. Агностик — это человек, который верит, что не может быть доказательства существования бога, но не отрицает возможности того, что бог существует.»
Я смогла моргнуть только, когда закончились титры. В голове такая путаница, бардак… сложно подобрать слова, сложно с чем-то сравнить… Осталось столько вопросов. Например, о чем этот фильм? Все фильмы о чем-то, а этот? О том, как странный парень меняет будущее? Или о том, насколько это будущее непредсказуемое, и совпадение мелких случайностей может вылиться в нечто грандиозное и непоправимое…
Мне кажется Донни сделал то, о чем почти все мечтают. Каждый из нас задумывается, что было бы, если вернуться в прошлое и что-то сделать по-другому или вообще не делать. И каждый хотел бы заглянуть в будущее, чтобы знать, что он делает не так сейчас, и какие последствия это будет иметь.
Донни увидел это и хочет сказать окружающим, что они зацикливаются на неправильных ненужных вещах. Они слушают готовые ответы человека из телевизора, который утверждает, что он знает все, а на самом деле имеет кучу собственных проблем. Донни известна истина и он пытается и другим открыть на нее глаза, но его манера только отталкивает людей.
»… разрушение — есть форма творения… они хотели посмотреть, что будет после разрушения, они хотели хоть что-то изменить…»
Но более всего в этом фильме меня привлекла его конструкция, до последнего момента сохранявшая ту самую интригу, изюминку фильма.. Во-первых, на комнату Донни падает двигатель самолета, который будет пролетать там только через 28 дней; во-вторых двухметровый кролик предупреждает его о конце света, потом извиняется, когда Донни спрашивает, что у него с глазом, а в конце Донни простреливает глаз Фрэнку — знакомому его сестры в костюме кролика для хеллоуина, — который сбивает подругу Донни, что в принципе и оказывается концом света, его личным концом света.
Но если честно, то я еще не до конца разобралась в этой путанице и может еще многое не поняла, в любом, случае, я собираюсь занести фильм «Донни Дарко» в список «посмотреть еще пару раз и понять, зачем его смотрю».
Запутавшийся в непонятном мире подросток, спасающий мир ценой собственной жизни. Дурацкий мир со всеми его недостатками. Неужели никому в подростковом возрасте не хотелось спасти мир? Я вам не верю.
Совет тем, кто фильм не понял — пересмотрите. Фильм сложный, с первого раза вникнуть во все кусочки паззла, образующего весь смысл, почти невозможно. Особенно с нашим блестящим переводом, оставляющим добрую половину важных деталей за бортом.
ДД посмотрел где-то в 2003-м или 2002-м — до сих пор поражаюсь продуманности до последней мелочи буквально КАЖДОГО кадра — режиссер Ричард Келли выложился по полной.
Музыка — непередаваемо хороша!
Джейк — молодец!
Дрю Берримор — после этого фильма я понял что она классная актрисса оказывается :) Многоуважаемый Патрик Свейзи — аналогично!
Фильм у н и к а л е н.
Попробуйте посмотреть — велика вероятность что Вы получите массу удовольствия. Может немного темновато-туманно-слегка мрачного, но удовольствия!
Кевин Смит сказал о фильме примерно так: похоже Ричард нарезал кучу эпизодов, перемешал их и подбросил, получился гениальный фильм. Эти слова говорят больше о Смите, чем о фильме (вспомнить хотя бы его «войну» с Андерсеном), если бы не одно но… Ни один фильм Келли, не исключая «Сказок…», в которых в эпизоде и снялся Смит, не ровня этому. Хотя «Сказки юга» фильм великолепный. Сама эта подоплёка фильма как бы иллюстрирует, что автор не конечная инстанция творчества. В свою очередь эта идея важная нить в фильме.
О фильме сказано очень много, поэтому буду максимально краток и скажу об одной нити своего любимого фильма.
«Красная нить имени Курта Воннегута». Я имею ввиду «Крестовый поход детей». Прошлое, будущее, настоящее, время вообще не имеет значения. Если в физике есть время-пространство, то в антропологии действует нечто типа времени-личности. Почему Донни не выходит из комнаты в финале? Нет, не потому, что мир без него станет лучше, иначе говоря выживет Гретхен. Просто это не финал. Это равноценная часть времени. Она часть его личности (не нравится мне это слово, лицемерное какое-то, идентичность куда понятнее). Для него прошлое, как вечное возвращение, только он не дрожит перед ним как индуист, не пытается вырваться как буддист, не жаждет как Ницще, а органично вписывается. Он единственный кто понял картину в целом, потому он и смеётся. Он не ушёл как Будда, ведь Гретхен явно его помнит, как нечто тайное, что выражается в её жесте узнавания его семьи, его мама узнаёт Гретхен, хотя в реальности повествовании я они не были знакомы (по крайней мере на это в фильме не указывается).
Когда вы пытаетесь его понять, нужно иметь в виду, что логика понимания отдельных нитей, не обязательно переноситься на параллельные. Короче, законы микрокосмоса на макро уровне не действуют.
Посмотрела фильм, прочитав кучу положительных отзывов. И глубоко разочаровалась. Друзья мои, где ваши глаза и разум?!
И так, по порядку:
Сценарий — на троечку. Мальчик видит фантастическое существо, которое предрекает ему конец света и еще много всяких неприятностей. Ну, пусть. Все было бы ничего, но спецэффекты и «декорации» вообще, оставляют желать лучшего. Диалоги — когда семья Дарко разговаривает за ужином, хочется выключить телевизор и больше не досматривать фильм. Набор избитых, тупых, лишенных всякого смысла фраз. К тому же, в нормальных семьях так не разговаривают.
Подборка актеров — даже не буду оценивать численно. Джейк Джилленхол, играющий в «Горбатой горе» красавца мужчину в полном рассвете сил, тут играет подростка, точнее, переростка, неопределенного возраста. Друзья мои, обратите внимание на детей в классе Донни. Кто-нибудь понял какой это класс? Создается впечатление, что все дети в классе разного возраста. Девочки, выглядят намного младше мальчиков. Если речь идет о школьниках младшего и среднего школьного возраста, то этого просто не бывает — элементарная биология и жизненный опыт. Если речь идет о старших классах, тогда все тот же вопрос-почему рядом с почти взрослыми мужиками за партой сидят маленькие девочки?
Простите, что так зациклилась на возрастном вопросе, но ведь это же просто оскорбление нашей с вами интеллигенции! Ах да, к тому же крутой Донни перемены проводит с маленькой сестренкой и ее подругами. Не бывает такого. Будь он самый заботливый в мире брат, лишенный предрассудков — слишком большая разница в возрасте.
Насчет таких вот мелочей могу продолжать еще долго. Пожалуй, остановлюсь. Идея ясна. Присмотритесь сами.
Режиссура — режиссер не сумел скрасить колоссальные недостатки сценария и актерского состава и поэтому не смог вытянуть фильм.
Посмотрел фильм второй раз. Пробило на слёзы. Именно там, где они и должны быть — в конце, под песенку одинокого школьника.
Когда-нибудь Голливуд поймет (хотя лучше бы не понял никогда — тогда гениальных фильмов останется гениально мало), что трогает зрителя. Что это не подернутая тревогой смазливая физиономия помирающего (и успевающего на получасовой монолог) главгероя, не пребывание его девушки в опасности, не его чудотворные подвиги, рвущиеся ко спасению человечества.
Конечно, я и сам магию этого фильма до конца не понял (этим он тоже цепляет), но есть мысль, что привлекает здесь даже не просто ярко выраженный герой, а логика его действий. Возможно даже некоторое изменение его характера (по крайней мере эпизодичное — где он вдруг начинает ругаться насчет кроликов), как в романах.
Исключительная положительность в Донни даже не проскальзывает. Он хамит взрослым, кутит, сопротивляется напору мира. Впрочем, как любой уважающий себя подросток. В то же время большое уважение вселяет его начитанность, попытки найти правду, добиться ее оглашения и переубедить как можно больше слепцов. Его, как это раньше называли, доблесть: ни разу он ничего не испугался. Всегда был готов дать по яйцам супостатам-наркоманам-одноклассникам. Особенно четко это видно на фоне его дружков-недоростков, убежавших около Cellardoor. Те тоже интересные характеры. Не получая достаточных ощущений от биения жизни, они пытаются усилить его сигаретами, алкоголем, разговорами о том, что сами-то знают по наслышке. Инкубированные организмы верят, что куря и попивая виски (или что там у них), они отбиваются от правил, на самом же деле просто губят себя под влиянием дурной моды. Донни в этом плане ведет себя с как нельзя более реалистичным взглядом: «Обычная сигарета», думает он. Да и алкоголь употребляет лишь за компанию.
Уникальный в своем маленьком мире, он не довольствуется своей неповторимостью, а вынужден с нею мучиться, преодолевая барьеры непонимания со всех сторон, лишь одна из которых оказывается всегда открыта, но как запасной, аварийный вариант: его отец (тот еще в детстве лихач), мудрый от жизни, видит, словно бог, что Дональд ничего страшного не творит, и что скоро все закончится. Очень интересным фактором является это самое всё, что должно закончиться. Немалая его часть, а именно кролик и его приказания, являются, если думать со стороны, выдумкой Донни, благодаря чему вселение в его реальность и параллельное вытеснение из действительности зритель испытывает почти весь фильм. Да и в отсутствие кролика мир ведет себя как-то по-своему. Явно не по-киношному. Чего стоит момент в начале, когда отец прогоняет дочь ветродуем. Да и фрагмент перед этим уже толкает на активные размышления, а чегой-то парень на дороге забыл.
Как ни абсурдно (понял сейчас), Гретхен — персонаж совершенно ненасыщенный, что странно для такого мощного фильма, способного по яркости персонажей сравниться с классиками литературы. Вспомните: она ведь не псих, не закомплексованная (как Черита), не очень-умное-и-сознательное-существо (как сестра Донни)… Просто девушка, симпатичная, несчастная.. Да и всё. Тем не менее, она, как человек, светившийся на экране немалую часть фильма, уйдет под корку мозга вероятней, чем та же Литературоведша, которую встретить в жизни было бы куда интересней, чем Гретхен. Говорить об остальных персонажах, думаю, не стоит, они и так понятны.
Приятно было видеть в кино много солнечного света. Особый, слегка извращенский холодок проходил по телу в напряженные моменты фильма, когда солнце продолжало невозмутимо сиять на угрюмых лицах героев. Эффект если не противопоставления света происходящему, то абсолютный пофигизм со стороны солнца к мыслям героев насыщал атмосферу фильма еще больше. Не было чувства нагнетенной обстановки и недоумения по поводу излишнего усердия работников кинопрома над достижением эффекта типа грусть/радость. Ведь когда на небе ни тучки, а мы грузимся, как попасть на работу, чтобы не загрызла местная собака, да чтоб клиент не проспал, да чтоб жена выздоровела — то тучи над нами, чтоб окружающие осознали всю тяжесть нашего положения, не сгустятся. Так и здесь.
Фильм приятен своим упором на сюжет (больше, чем на игру актеров, все равно оставшуюся превосходной), над которым заморачиваешься весь сеанс, а может и еще пару дней после него. Мне кажется, заморачиваются на пару дней все, но кто о чем. Кто-то пытается допонять произошедшее как цепь событий. Кто-то рассуждает о философии Донни. Кто-то — о философии режиссера. Здесь представлено еще очень много мировоззрений, над каждым из которых приятно задуматься как над пищей для мозгов вместо обычной бытовой жвачной массы.
10 из 10, потому что плакал. Редкий фильм долетит до… Ну вы понимаете.
Если кассовые сборы кинофильма были бы значимым критерием оценки его качества, можно было бы сделать прямо противоположные выводы. С одной стороны, широкий прокат и аншлаги — весомый «плюс» в копилке положительных отзывов на ленту. С другой же, при ограниченном количестве копий и невысоких сборах фильм тут же становится потенциально лакомым кусочком для неширокой публики интеллектуалов и киноманов-эстетов.
Драма «Донни Дарко» 26-летнего режиссера-дебютанта Ричарда Келли в мировом прокате едва окупилась. Но при этом была номинирована на Главный приз жюри фестиваля в Санденсе, взяла Специальный приз американской Академии фантастики и собрала еще несколько статуэток по всему миру.
1988 год, маленький калифорнийский городок. Донни Дарко (Джейк Джилленхаал) — обычный подросток, и поначалу может показаться, что в его жизни все как у всех. Политически активный в пределах собственного дивана отец; мать, перманентно находящаяся в состоянии конфликта с собственным образом существования. Сестры, мысли одной из которых заняты личной жизнью, а второй — проблемами взросления и выступлениями в школьной танцевальной группе. Донни ходит в самую заурядную школу, его класс донельзя типичен: в нем есть свои лидеры и аутсайдеры, ботаники и хулиганы. В общем, все обычно и всем знакомо.
Но на самом деле у Донни всё не настолько банально. Во-первых, он лунатик. Во время очередной из ночных «прогулок», очутившись в саду у своего дома, Донни видит огромного кролика, по имени Фрэнк (Джеймс Дюваль), который без лишних предисловий сообщает парню о конце света, что якобы наступит через 28 дней с небольшим. А пока они беседовали, от пролетавшего где-то высоко «Боинга» отвалилась турбина и упала прямиком на спальню Донни.
То, что происходит по сюжету дальше, можно понимать по-разному. Хитрое сплетение событий складывается в многослойную головоломку. А финал фильма и вовсе заставляет заново обдумывать увиденное.
Донни, и без того отягощенный частыми рефлексиями, теперь и вовсе загружен массой новой неясной информации. Почему миру должен прийти конец? Можно ли его как-то спасти? Помимо всего прочего, после визита Фрэнка Донни периодически видит «временные потоки» — прозрачные ленты, вырастающие из солнечных сплетений и указывающие на развитие событий в ближайшем будущем. А кролик с окровавленной дырой вместо левого глаза тем временем возникает с завидной регулярностью, являясь Донни то там, то сям. Он снабжает подростка нетривиальными заданиями — поджечь дом местного шарлатана-знаменитости, устроить потоп в школе, — которые тот послушно выполняет. Во сне.
«Донни…» — это, в первую очередь, драма, которую лишь дополняют элементы фантастики. Многожанровость органична в канве фильма и очевидно служит общей цели. У фильма есть все шансы на то, чтобы получить статус кино «для избранных». «Донни Дарко» — это драма о случайности и предопределенности, об ответственности и выборе, о желании и необходимости. Это вкусная, сочная головоломка — и чтобы разгадать ее, нужно уметь увидеть в тексте фильма спрятанные детали, намеки и параллели. Это фантастика, грань которой с реальностью настолько тонкая, что действительность сложно отличить от сновидения или шизофренического бреда. А помимо прочего, это хорошее кино об ощущениях обычного подростка, о его желаниях — тайных и явных, о его страхах и попытках к самоанализу. И, что самое главное, «Донни Дарко» — это, в первую очередь, кино о жертвоприношении. Хочешь спасти мир? Принеси в жертву самого себя.
Стоит отметить удачный подбор актеров. Джейку Джилленхаалу, на мой взгляд, удалось очень органично вписаться в образ своего героя — в его глазах видна мысль, несмотря на всю заторможенность, отстраненность и постоянное погружение в собственные страхи. На своем месте смотрится Дрю Бэрримор в роли молодой продвинутой учительницы литературы, которая за свои прогрессивные взгляды «вылетела» из школы. Вечно молодой Патрик Суэйзи появляется в образе местечкового красавчика-шарлатана.
Фильм выигрывает и за счет великолепного саундтрека; композиция «Mad World» в исполнении Гэри Джулза стала настоящим хитом.
«Донни Дарко» смотрится белой вороной в теле современного кинопотока, этот фильм не похож ни на что. Чем он является на самом деле? Потоком мыслей, свободным полетом фантазии режиссера? Драмой, где элемент фантастики служит лишь для того, чтобы оттенить, подчеркнуть давящую реальность? Сложносконструированным ребусом? Ричард Келли в одном из интервью сказал, что в этом фильме постарался отобразить свои детские фобии.
После просмотра — щемящее послевкусие, и почему-то представляются режиссерские руки, тонкие изящные пальцы, нежно прикасающиеся к фортепианным клавишам, где каждая клавиша — это персонаж, а новый такт — это очередной эпизод. Сначала какофония, потом звуки выстраиваются в стройный ряд. Но то, что ты слышал потрясающе нежную, чудесно завершенную симфонию, ты поймешь только тогда, когда исполнитель закроет пюпитр и опустит крышку инструмента. А потом — хитро улыбнется.
Знаете, есть настоящие автомобили — мощные, обтекаемые, манящие хромированными радиаторными решетками. Они, поблескивая лощеными корпусами, аккуратно стоят на площади автосалонов и ждут своего хозяина. А есть модельки настоящих автомобилей, что сотворены из мельчайших деталей и представляют собой издевательскую, минимизированную копию настоящих царей дорог. Они обычно умещаются на полке в магазине игрушек и ждут своего хозяина в лице ребенка, который после приобретения разберет ее на запчасти, вместо того, чтобы поставить на полочку и заботливо стирать с нее пыль. Вот и «Донни Дарко» — дебютная работа 26-летнего режиссера Ричарда Келли — напомнила мне забавную кинематографическую безделушку, подделку под настоящий кинематограф, сотканную из различных намеков и цитат, беспощадно разобранную и проинтерпретированную охочими до загадок киноманами. Это не просто фильм, нет. Это загадка, построенная по принципам «магического реализма» (как интересно) и предлагающая себя разгадать. Да только всем ли захочется это делать?
«Донни Дарко» вышел в один год с «Малхолланд Драйв» Дэвида Линча. Зрители еще очень долгое время после выхода этих лент вели споры относительно толкований сюжетных поворотов и пытались подобрать более точную интерпретацию, которая соответствовала бы истинному, авторскому замыслу. Ну есть такие фильмы, что поделать. Можно сказать больше — есть такой пласт кинематографа. Таинственные, зловеще-сюрреалистические, пугающие, дребезжащие картины, которые обладают особым очарованием. И мы даже знаем, кто положил начало таким картинам. Кто распространил моду. Кто запустил вечный двигатель подражаний и стилистических заимствований. У него даже фамилия какая-то хлесткая и звучная — Хичкок. Правда, ведь?
Вот. И при просмотре «Донни Дарко» трудно отделаться от ощущения, что Ричард Келли стилистически подражает Линчу — создает тревожную атмосферу буквально из ничего, нагоняет все больше и больше загадочности, вводит в повествование человека в костюме зайца с уродливой маской (ни дать, ни взять — загадочный мохнатый человек, появлявшийся в «Малхолланд Драйв»), который является воображаемым другом Донни. Однако Ричард Келли сделал так, что «Донни Дарко» воспринимается забавной, легкой, непосредственной постановкой, и даже финальные кадры построены так, чтобы вызвать у зрителя скорее меланхолию и легкую грусть, чем душевную боль и глубокую задумчивость. Вообще, визуальный ряд «Донни Дарко» приятен для глаза — плавающая, скользящая камера оператора придает невсамделишность всему происходящему на экране, однако мне показалось, что не совсем оправдано столь частое обращение к чередованию быстрых и замедленных кадров в пределах одного эпизода. С этим Келли переборщил — иногда это кажется ненужным.
Вероятно, молодой режиссер слишком многое хотел сказать своим фильмом, а от того на многое набросился, навьючил свою первую работу тяжестью смыслов (тут тебе от подросткового солипсизма до идеального баланса пространственно-временного континуума), а потому идейное содержание фильма «Донни Дарко» кажется половинчатым и недосказанным. А вот у другого американского режиссера Пола Томаса Андерсона, которому на момент создания его благоухающей «Магнолии» было 29 лет, напротив, получилось осмыслить целый спектр философских и социальных проблем и всеохватно воплотить свое миропонимание в вышеупомянутой ленте. Вот тебе и степень талантливости.
А что, если сказать о некоторых сюжетных промахах «Донни Дарко», которые вообще могли бы оказаться летальными, если бы фильм не заимел армию поклонников и культовый статус? Так, например, мне показался нелепым эпизод, когда Донни оставляет свою заснувшую девушку в кинотеатре, после чего совершает поджог, возвращается обратно в кинотеатр, где по-прежнему спит оставленная им Гретхен, и как ни в чем ни бывало продолжает разыгрывать отличного парня. Смотрится смешно. А финал «Донни Дарко» произвел на меня такое же впечатление, как и финал картины «Заплати другому» Мими Ледер или, скажем, развязка «Мальчика в полосатой пижаме» Марка Хермана — трагичная потеря, которая, в общем-то, призвана послужить сокрушительной эмоциональной нотой, оставила меня равнодушным. Такое всегда бывает, когда общий эмоциональный фон картины, державшийся на протяжении всего повествования и вроде бы подводящий к чему-то грандиозному, в конце вдруг резко обрывается и сменяется совершенно другой тональностью.
362.3 тыс., 
295.1 тыс., 
73.1 тыс., 
