«Электрический всадник» — рассказ об изумительном человеке… И начинается этот рассказ с … истории о человеке отвратительном. Пятикратный чемпион-ковбой соглашается рекламировать кукурузные хлопья, и вся красота этого мужчины превращается в фарс. Красота улыбки с газетных вырезок, промелькнувших во вступительных титрах, смущенный профиль, наивное деревенское обаяние… все это мгновенно перечеркивается событиями первых 20ти минут фильма. Режиссер жестко, скупо, издевательски демонстрирует нам, на что похож человек, променявший свое призвание, свой талант на мишуру.

Только посмотрите на название фильма! Как это — всадник, и электрический? Что же получается — живое, теплое — саму природу смешали с электричеством. Как может электричество обуздать коня? Нелепость! Именно нелепым и выглядел Санни Филд, ковбой от бога, перед своей публикой. А перед публикой Сидни Поллака и подавно. Санни увешан проводами в лампочках. Санни скрючился в три погибели в детской карусельке, — спешите усадить своего ребенка на колени знаменитому ковбою! Санни видит, что под его именем выступает другой, и никому вокруг не важно, кто это на самом деле. А отвратительней всего видеть, что у героя все это совсем не сразу вызывает бунт…

Зато когда это все же происходит, можно просто захлебнуться слезами от красоты. От красоты редкой. Невинной, первозданной. Потому что парень вступился не за свою никчемную жизнь, а за друга. За коня. Он смог быть обезьянкой, с которой только лишь хотят сфотографироваться. Смог произносить дурацкие рекламные тексты, терпеть фальшивое внимание, но не смог смириться с тем же самым по отношению к животному.

Что же конкретно произошло в картине в тот самый переломный момент, рассказывать не хочется. Хочется, чтоб для читающих этот текст ответ стал таким же громом среди ясного неба, как для журналистки Хелли, погнавшейся за Филдом в поисках сенсации. Чтоб его речь о коне (стой, погоди говорить, она же еще не включила камеру!) потрясла вас так же, как и меня. Потому что сказать, что это прекрасно, — не сказать ничего. Это буря посреди штиля, искренность посреди фальши, свежий воздух в охапках пыли. Когда ровный, тягучий фильм вдруг взрывается такой речью, это и есть режиссерское «ага!»

За подобные монологи стоило дать актеру не одну награду. Тем более, что даже не эта речь в роли Санни Филда удивительнее всего. Такого Редфорда, как здесь, я еще не видела. Сам Сидни Поллак сказал как-то в интервью, что есть в этом актере что-то королевское, в противоположность пролетарскому типу вроде Де Ниро. И вот наш аристократ примерил шкуру деревенского мужлана, и куда только подевалась привычная стать и эльфийская походка, незаметные жесты и долгие взгляды? Санни есть сама неотесанность. Его поступь, как у гориллы, замашки, как у дровосека, вызывают невольное — «ах», особенно у тех, кто привык видеть Роберта Редфорда, мягко сказать, совсем другим. И эта неотесанность становится еще привлекательней, когда герой возвращается «домой». Когда наступает гармония его внешнего и внутреннего мира… тогда даже циничная девчонка с телевидения на высоких каблуках не в силах сдержать восхищение этим человеком.

И пару слов о телевидении. Нам абсолютно не сенсационно показали силу массмедиа, причем использованную в правильных целях. Сенсация остается точечным таким фоном, словно это совсем неважно. Важно то, какую роль сыграл сенсационный сюжет.

Важно то, что даже профессионалка Хелли смогла в итоге отказаться от сенсационности в пользу красоты. В пользу чего-то настоящего… Будто не только Санни находит в итоге истинного себя, но и его случайная попутчица тоже. Этим-то и объясняется открытый финал любовной истории, когда важнее не то, будут ли они вместе, а то, что каждый из них стал лучше.