Что бы не говорили об этом фильме, он является на редкость мощной работой.

Брызжущие слюной зрители и критики цепляются за форму, не вникая в содержание, хотя это глубокая философия и символизм, просто втиснутые в рамки порно-хоррора. Я совсем не являюсь поклонником натурализма в кино и считаю, что зачастую это эпатаж ради эпатажа (пример Балабанов с «Грузом-200» и «Морфием»). Обычно подобное вызывает у меня раздражение, но не в этот раз. Натурализм «Антихриста» органично вписывается в концепцию фильма и не вызывает негативных эмоций, по крайней мере у меня.

Потрясло меня совсем не наличие откровенных и жестоких сцен, а одна из главных идей фильма — «Миром правит хаос», потрясло, так как моя главная фобия — потеря контроля, всё происходящее в моей жизни я привык подвергать анализу и систематизации, поэтому, если можно так выразиться, элементы хаоса выбивают почву у меня из под ног.
Очевидно такая же навязчивая идея и у режиссёра.

Главный герой — психотерапевт, он увозит свою жену в лес, желая излечить её страхи и психологическое расстройство, возникшие после потери их ребёнка. Он выстраивает схематичную пирамиду, в которую включает её страхи, единственным неизвестным остаётся одно — вершина пирамиды. Постепенно он понимает, что в вершине стоит Я — эго, его жена не больна, она манипулятор, а он жертва манипуляции. Она изучает процессы над регенсбургскими ведьмами, материалы о женоубийстве, причем в процессе этих изучений выясняет, что женщина — враг человека (примечательно то, что не мужчины, женщина не является здесь человеком).

Главные герои фильма аллегоричны и архетипичны, они не только представляют женское и мужское начало, но и олицетворяют вечное противостояние хаоса и порядка. Он рационален, пассивен, его главная задача изучение и упорядочивание.

Она, а здесь уже интереснее, есть не просто противоположность мужчине, она является квинтэссенцией мирового хаоса или зла, если угодно, и одновременно их служительницей. По Триеру выходит, что наш несовершенный мир не мог быть создан Богом, устами главной героини он заявляет природа — церковь Сатаны. Секс, плотские удовольствия греховны по суждению церкви, человек уже рождается в грехе и живет, чтобы дать потомство и умереть. Церковные догматы оказываются абсурдны и несостоятельны. Значит женское начало, природа имеет хаотичный, стихийный, тёмный характер, оно противопоставляется христианству, главенствующее положение в котором занимает мужчина, и выявляет его беспомощность перед лицом носительницы природного зла. Триер не просто так использует слово природа (от лат. nature), первоначально на латыни это обозначало также «влагалище», опять же женское начало.

Если говорить о символах, то их много, это и пролог фильма секс и смерть, идущие бок обок, все дети в фильме умирают, либо мертворожденные, их сын, оленёнок, жёлуди, птенец, упавший с дерева, всё это символизирует бессмысленность жизни в мёртвом мире. Ботинки перепутанные матерью, её непостоянство, выражающееся в бездействии во время падения её сына, последующих мук совести и самокастрации, увечья, носимые мужу и следующие за ними извинения, всё это опять таки символизируют её хаотичную природу. Интересна мысль с тремя нищими — боль, отчаяние, скорбь, когда они приходят кто-то должен умереть, это символизирует поиск виноватого, слабость и нелогичность женщины.

Для Триера все представительницы слабого пола ведьмы внутри, последняя сцена, с безликими женщинами, поднимающимися на холм. У славян и северно-европейских народов были распространены поверья о шабашах, у германцев считалось, что они проходили в Вальпургиеву ночь на Лысой горе, этот холм с женщинами и есть ещё один символ. Примечательна издёвка над религией, назвать мёртвый лес Эдемом, этим режиссёр говорит нам, что религия — дело рук человеческих, произрастающее из страха.

Свои страхи, частный случай семейной катастрофы и пробуждения в женщине дьявольских, а точнее, природных сил Триер, силой изобразительных средств кино возводит в абсолют, обобщает до грандиозной картины противоборство слабого, трепыхающегося разума и великой и ужасной природы, подминающей под себя все и вся. «Хаос правит всем», — говорит лиса, пожирающая свои внутренности. И хотя вроде бы в картине побеждает разум в лице мужа-психотерапевта, победа эта — очищающий (а очищающий ли?..) огонь. А разве это под стать рационалисту-мужу, каким он предстает перед нами в начале картины? Если это и победа разума, то локальная, незначительная, добытая такими средствами, от которых нельзя не содрогнуться и, в конечном итоге, доказывающая правоту лисицы.

Что ещё? Могу отметить прекрасную игру Дефо, работу оператора и самого Триера конечно. Бесспорно кино очень сильное и хорошее, но советовать не буду, знаю, что многим не понравится.

10 из 10

Ключом к фильму является написание слова «антихрист» в его названии. Вместо буквы «т» на конце режиссер намеренно использует символ креста «анх», известного в большинстве мифологий мира (а особенно в египетской) и означающего слияние мужского и женского (полукрест — символ мужских гениталий, разомкнутый круг — женских).

В последующем показывается, как жена намеренно надевала на ребенка ботинки путая правое и левое. Причем делала это в месте, называемом Эдем. Вспоминая классическую историю, Ева в месте называемом Эдем тоже путала правое и левое, за что и была изгнана оттуда. Ева была искушаема Змеем, тогда как героиня фильма сама вошла в грех изучая темное искусство ведьм (режиссер на это усиленно намекает, героиня называет ведьм сестрами). Удачны ли были опыты не так важно, важен факт. Надевая ботинки на разные ноги, героиня намеренно извращает развитие плода чрева своего от отца его, то есть извращает божественный порядок. В мистическом смысле это подобно перевернутому распятию.

Дальше герой видит три животных — три ипостаси женщины.

Первой герой видит лань. Это кажущаяся невинность и безобидность. Когда он видит ее первый раз то сзади у нее оказывается еще одна недоразвитая голова. В мифах Дьявол вместо задней части имел еще одно лицо, которое целовали ведьмы на шабаше, так что аналогии очевидны. В финале героиня прямым текстом говорит поверженному герою — «плачущая женщина — лишь манипулятор».

Второй герой встречает говорящую лисицу поедающую своих детей. Это женская хитрость и безжалостность. В финале показано, как во время соития героиня видит, что ребенок ползет к окну, но не делает ничего, чтобы это предотвратить.

Третьей герой встречает ворону. В обоих случаях их встречи она появляется из-под земли. В первом случае она прямо похоронена. В мифологии многих народов ворон — проводник в царство мертвых. Она появляется последней из всей троицы и героиня говорит, что при появлении всех троих кто-то обязательно умрет. То есть ворона — это связь женщины со смертью.

Резюмируя, трое нищих — это три ипостаси женщины в качестве сосуда темных сил.

Постоянное желание героини заняться сексом с героем не имеет ничего общего с любовью. С точки зрения мистической, половой акт для мужчины, кроме размножения, это потеря энергии, тогда как для женщины — ее приобретение, впитывание мужской жизненной силы. Вспомнить хотя бы суккубов, которые тем и живут.

Удаление клитора, так омерзительно разрекламированное критиками также весьма символично. До этого героиня неистово мастурбирует, раздражаю именно это эрогенную зону, в том числе рукой мужа. Таким образом, удаление клитора — это акт независимости от мужа, стремление к отказу от удовольствия, а следовательно от размножения (плодитесь и размножайтесь — помните?).

Что же до финала — множество женщин без лиц, то в библии есть прямая цитата — «имя нам легион». Тут все очевидно.

Как говаривал об «Антихристе» всем известный Антиматроскин из антивселенной — «непраааавильно, товарищи, кину кушаете». Вам же ясно сказали: это фильм ужасов — на том и стоим. Немудрено, что ожидавшие новую «Европу» или «Идиотов» и примерившие вечерние мины интеллектуалов в итоге покидали залы вялыми фрустрированными рядами. Напротив, те, кто оттянулись в кресле с мыслью, ну давай, мол, пугай, остались абсолютно довольны, и, насытившись, обратили внимание на некоторые интересности этого, с позволения сказать, ужастика.

Заточив зуб на Новый свет, фон Триер занялся сложением самого длинного в истории анекдота об Америке. Но тема ему, похоже, скоро наскучила. Теперь же в опалу к датскому идеологу эпатажа попал весь честной мир вкупе с несущими его черепахами.

С точки зрения манеры съемок «Антихрист» видится отступлением от бунтарских замашек того же фон Триера середины 90-х. Все довольно форматно и удобоваримо, не считая небольшого, мягко говоря, перебора с натурализмом. Памятуя об основном признаке отнесения к порнографии — наличии в кадре эрегированного члена — фон Триер на первой минуте стыдливо демонстрирует не более двух его третей — довольно трогательная забота о зрителе; однако отдав дань цензуре и на том покончив с условностями, фон Триер больше не отдаст моралистам ни пяди полотна.

Следуя христианской (и не только) логике — да и вообще идеализму различного пошиба — в основании природы лежит Разум, Абсолют, Единство. Родословная природы с этих позиций есть история движения к Порядку — таков грандиозный замысел Демиурга. Любого рода флуктуации от генеральной линии есть проявление темного начала, неугомонные происки Непокорного, Антагониста. Таким образом, перед нами не новая, но оригинально поданная манифестация Хаоса как первоосновы сущего — театра абсурда, распада и отчаяния, где правит бал не Устойчивость, не Разум и не Закон. В котором малыши летят вниз быстрее плюшевых медведей.

Абстрактная идея воплотилась в весьма схематичном выражении. Женщина уединилась с ребенком в лесном доме, расположенном в отделенном мостом Эдеме (а не где-нибудь!), чтоб написать диссертацию о гендерном геноциде. Прорабатывая диссертацию, Она начала исследовать преследование женщин в веках, в процессе чего по неосторожности рехнулась — записи постепенно утратили научную ценность, обретя вид каракулей умалишенного, а своего ребенка Она стала истязать, одевая обувь на неверную ногу. Тогда же впервые услышала плач, издаваемый Лесом: так по фон Триеру звучит Природа, обреченная на Скорбь, Отчаяние и Боль, коим вестники Олень, Лисица и Ворон. И вот Женщина одержима Хаосом. Вернувшись в город, Она во время секса с Мужем наблюдает, как в окно выпадает сын, но не прерывает любовных утех. Возможно даже, таков Ее план. В царстве Хаоса вещи явлены в противоположном значении: соитие привело не к рождению ребенка, а к смерти, Эдем — жуткий лес со жгущей ноги землей, где Адам и Ева обречены на страдание. Их только двое: лица других людей, присутствовавших на похоронах, размыты.

Она с мужем отправляется в Эдем для излечения от стресса, но поскольку Он является психиатром, у Нее шансов выздороветь нет по определению. Муж применяет замысловатую терапию, вычерчивая пирамиду страхов и экзаменуя подспудное, за что пожинает ожидаемую благодарность в виде вкручивания в аккуратно просверленное в ноге отверстие вала точильного станка. Природа, тем временем, напоминает о себе явью сомнамбулических видений, произнося лисьей мордой, что Хаос грядет, и барабаня о крышу желудями, которые суть такая же уродливая потуга воспроизводства Хаоса, как торчащий из оленьей утробы плод. В перевернутом изложении западно-христианской традиции о Трех Царях, поклонившихся Христу, появление Антихриста предваряют Трое Нищих. Дальнейшее повествование покажет, что лис не просто так брякнул.

Во время съемок, фон Триер показывал актерам «Зеркало» Тарковского, чтоб погрузить их в требуемое состояние. Честно говоря, не уверен, пригодились ли впечатления, почерпнутые у Тарковского, Шарлотте Гендсбург в сцене отрезания ответственного у женщин за удовольствие участка, но то, что оператор краем глаза подглядывал «Зеркало» — факт.

Мне фильм понравился. От замедленных планов до зарослей папоротника, по всему периметру. Такие фильмы, пускай слишком вычурные, раздвигают горизонты кинематографа, чтобы было затем уютно на вспаханных территориях пугливым ремесленникам. Не берусь только его оценивать, поскольку сомневаюсь, что фон Триер сделал его серьезно. Вполне возможно, что в Каннах он для всех держал кукиш в кармане, втайне наслаждаясь волной, порожденной им шутки ради или во имя какого-то очередного изощренного эксперимента. Не может быть? Ты не можешь этого знать, учитывая, что ты не Триер и даже не фон.

Добрый день. Дабы не нагромождать нереальных постов постараюсь быть кратким. И выразить факты и чувства, которые вызвал у меня данный фильм..

Факт N 1 — смотрел его три дня. 30 минут, 30 минут и 44 минуты.

Факт N 2 — несколько удивил примерно через полторы минуты после просмотра гладкий черно-белый член с силой врывающийся между гладких черно-белых ягодиц.

Факт N 3 — на протяжении просмотра с нарастающей прогрессией фильм пугает первобытным страхом. Думаю это самый страшный фильм из всех что я видел.

Факт N 4 — похоже все таки пану режиссеру было что сказать, что он собственно и сделал. И сказал очень сурово, без компромиссов и жалости к несчастным зрителям.

Факт N 5 — похоже пан режиссер и правда самый сильный режиссер в мире. Что не мешает мне сомневаться в его нормальности. Но т. к. норма это понятие относительное, нельзя утверждать, что Ларс — псих. Просто похоже по тем или иным причинам (и возможностям) он раздвинул рамки нормальности до недосягаемых мне широт.

Факт N 6 — Я НЕ СОВЕТУЮ СМОТРЕТЬ ЭТОТ ФИЛЬМ. Но если вы все таки посмотрели, не советую его осуждать. Мастер пустил нас в свою душу… И соглашаясь на просмотр этого фильма, мы приходим к нему в гости добровольно. И не красиво говорить плохо, когда ты в гостях, в которые ты тем более напросился.

Факт N 7 — очень крутая операторская работа. Проникновенные кадры, каждый пропитан индивидуальным видением. Весьма, кстати, пугающем.

Факт N 8 — Уиллем Дефо по настоящему жуткий парень. В который раз порадовался наличию такого талантливого актера.

Факт N 9 — Если после просмотра вы ощутили умиротворение, и удовольствие от фильма — скорее всего вы либо псих, либо матерый человечище. Получить положительные эмоции от данного шедевра, равносильно получению положительных эмоций от плавания в реке пиявками, крокодилами, и прочими милыми обитателями фауны. Этот фильм делает то, что призван сделать. Он шокирует.

Факт N 10 — Если когда-нибудь Ларс Фон Триер снимет комедию — думаю это будет самый смешной фильм в мире.

Как и Вы, я имею слабость читать рецензии и отзывы. И то, что я читал об «Антихристе», приводило меня только к одной мысли: я должен был пойти на этот фильм. Эпитеты «скандальный» и «провокационный», которыми щедро украшали эту картину смотревшие её люди, слухи про брутальную реалистичность и про зрителей, которые досматривали фильм до конца, чтобы освистать его… и про тех, кто уходили на середине картины…. в общем, лучших рекомендаций получить было нельзя. И вот свершилось. Я посмотрел «Антихриста», и теперь хочу отметить некоторые моменты, которые помогут Вам лучше настроиться на эту картину.

Начну с ожиданий. Откровенно говоря, создавшаяся шумиха вокруг этого фильма породила во мне изрядное количество скепсиса. Я опасался получить пустышку — бездумный фильм, который наполнен жесткими сценами просто с целью эпатировать зрителя и хоть как-то привлечь его внимание. К счастью, мои ожидания оказались неверны. Фильм ни в коем случае не пустышка. Наоборот — каждый кадр наполнен смыслом, а все действия увязаны автором в единую схему. Браво, маэстро! От просмотра фильма получаешь истинное наслаждение. Конечно, я не могу сказать, что пазл в моей голове собрался полностью. Над некоторыми кусками головоломки я все ещё думаю. В частности, что значат «трое нищих»? Почему именно эти животные были выбраны Триером как сюжетообразующие? В общем, если у Вас есть объяснения символики Триера — не стесняйтесь, пишите.

Теперь касательно жести — я думаю, многих заинтриговал именно этот аспект. Люди, со всей ответственностью заявляю — никакой жести в этом фильме нет. Показанные сцены отрезания клитора и… впрочем, увидите сами, что там ещё было — это сцены глубоко смысловые. Да, они малоприятны, но иначе передать идею было бы невозможно. Героиня отрезает себе клитор, потому что клитор — это один из источников порока и зла. К этой сцене надо относится как к символу, а не как к физическому процессу. Жесть у Триера — это не жесть ради жести. Тут, кстати, уместно вспомнить Балабанова с его страстью к натурализму. Вот у него как раз брутальные сцены, как правило, лишены смысловой нагрузки. Например, сцена ампутации ноги в фильме «Морфий». Жесть как она есть! Но зачем нам это показывают это в таких деталях — большой вопрос, на который я не вижу ответа. В том же «Морфии» — практически 30-секундная сцена минета, снятая в стиле софт-порно, с характерными, пардон, причмокиваниями и движениями головой — несет ли она какой-либо смысл, или же Балабанов просто хулиганил и эпатировал публику? Мне кажется, что второе — хулиганил и эпатировал.

У Триера же — совсем другая ситуация. Периодическое фигурирование мужского достоинства (сие зрелище тоже наделало много шума) также необходимо для передачи идеи картины, также наполнено смыслом, как упомянутое выше отрезание клитора. Женщина одержима членом. Фаллосом. Пенисом. Шлангом. Называйте, его как хотите, суть от этого не меняется. Женщина хочет член постоянно — это её мания. Она хочет его даже тогда, когда мужчина сам по себе уже не функционирует. Именно эту идею передает нам Триер, детально показывая мужское достоинство и женские манипуляции с этим достоинством. Ну и опять же — вспомним старину Фрейда и о роли концепта фаллоса в психоаналитической традиции (хоть в фильме и говорится, что «Фрейд умер»).

И последняя, тоже часто упоминающаяся и вызывающая неоднозначные отклики особенность — посвящение Тарковскому. Чтобы не заметить подражание Триера великому Мастеру надо быть абсолютно незнакомым с работами Тарковского. И то, что своеобразный ученик отдает дать уважение учителю и кумиру — в этом тоже ничего удивительного нет. С другой стороны — почему именно эту работу Триер посвятил Тарковскому? Я думаю, для ответа на этот вопрос надо как минимум вспомнить фильм «Зеркало», ведь именно эту работу штудировали актеры перед съемками фильма.

Подводим итоги. Великолепная картинка и звук. Особенно поразили первые черно-белые кадры: сочетание секса, отвратительного и страстного, смерти, страшной и в каком-то смысле нелепой, и от того ещё более страшной, и прекрасной светлой музыки Генделя замешивает такой эмоциональный коктейль, что… даже не могу описать. Потрясающе! Мощный звук, интересный сюжет, который я даже не берусь пересказывать — это бесполезно — яркие образы. Что говорить, «Антихрист» — это произведение искусства. Браво актерам! Ура режиссеру! Виват зрителям, которые посмотрели, поняли и оценили эту картину.

Ларс фон Триер — известный провокатор, любящий истязать зрителя длительными пощечинами, не желая отпускать или смягчать свое безумство на милость. «Антихрист» — вершина его творчества и лучший фильм. Здесь метафоричность и символизм достигают наивысшей концентрации и многообразия, сжимаясь в узких рамках сюжетной линии.

В одном прологе рассматривается сразу целая вселенная и религиозное человеческое мировоззрение. Есть жизнь, как непрерывный процесс достижений и развития, поиска цели и получения удовольствий. Смысл — движущая сила всей этой реальности. И как в любом мировоззрении нам наглядно показывают всю медаль с обеих сторон, заставляя выбирать, где важная, а где оборотная. Смысл духовный — это семья, ребенок и домашнее уютное счастье, жизнь для других, вкладывание своих знаний в новое поколение, счастливая семья в своем классическом представлении. Смысл материальный — это стремление к наслаждению, получение максимума удовольствий от жизни, ключевым и высшим ощущением сладости в котором является оргазм и в целом физическая близость, ощущение любимого человека, ощущение полного слияния в единое целое существо, когда ни Адам, ни Ева неотличимы от божественного целого и когда мимолетное наслаждение заставляет забыть обо всем.

За все надо платить — таков первый постулат и первая поднятая проблема, закрывающаяся раньше, чем успевает раскрыться, но тонкой иглой эта тема будет пронизывать сцены истории снова и снова до самого конца.

Режиссер очень много времени посвятил изучению ключевых понятий психоанализа, отталкиваясь от идей З. Фрейда и противопоставляя им взгляды Карла Юнга. И даже прямым текстом после всех плотских метафор нам сообщают, что «Фрейд — мёртв!», хотя звучит это скорее даже не с позиции современных подходов к психоаналитике, а совершенно с других позиций. По одну сторону это знаменитейшее высказывание Ф. Ницше, где Фрейд заменил собой ключевую фигуру религиозного бытия, а с другой стороны это лишь трактовка современной науки в её отказе рассматривать сновидения и оккультные искусства как что-то существенное.

Именно оккультной философии и чтиву таких концепций Триер посвятил не меньше времени, чем фрейдизму и психоанализу. Без каких-либо даже поверхностных знаний в религиозных знаках, алхимических законах и астрологии будет невозможно понять, для чего в той или иной сцене появляется олень, что означают желуди, для чего совершены те или иные поступки, а многие фрагменты фильма и вовсе рискуют потерять свой смысл, потому что сами по себе противоречивы, как и любая истина.

Истина — всегда противоречива и как минимум двойственна. Буквально каждый символ подан со множеством его значений, порой частично противоречащих друг другу из-за спорного контекста ситуации. Триер нарочно ставит каждую сцену под разными символическими углами трактовки, чтобы показать всю насыщенность символизма, многообразие смысла в каждом подобном эпизоде. И зрителю придется долго осознавать и разбираться в таких элементах, когда стремительный сюжет уже скользит дальше в глубины человеческого сознания.

Человек — центр вселенной, каждый является точкой отсчета собственного микрокосма, руководя своей жизнью. Изучение человеческой души, поведения, характера и темперамента — вот третья ступень раскрытия и познания глубины содержания. Поэтапно, словно неровной лестницей, перед нами разложен путь погружения человека в глубокую депрессию, а затем и в безумие. Каждая стадия прописана удивительно четко, каждый элемент находится на пике возможных вещей.

Природа — это церковь Сатаны — четвертый постулат, погружающий нас в глубь всего мироздания. Постепенно забывая, что гнилая мертвая природа вокруг это лишь часть окружения, что сама природная суть внутри нас, внутри героев фильма, внутри каждый мысли и в глубоких дебрях духовного мира каждого человека, в его сознании. И вопрос борьбы ставится здесь особенно остро. Подчиниться звериным инстинктам или бороться за свою человечность. Ведь человек, как вид, способен не только на грандиозное сострадание, но и на невероятную жестокость.

Зверь внутри — пятый этап и пятый постулат фильма, рассказывающий о душевных муках и терзаниях, переходящих на уровень ощущений физических. Кончилась горечь и пустая печаль, все слезы уже выплаканы. И нематериальные ощущения начинают становиться частью окружающей природы, окружающей действительности, звериная сущность зла вырывается наружу.

Мучая и истязая зрителя, доводя каждую сцену до безумства, до апогея страсти, будь то яростный безудержный секс или бесчеловечность в зверских проявлениях насилия. Насилие за насилием, уровень за уровнем, ступень за ступенью, и с каждым наворотом все сильнее и страшнее, все жестче и ужаснее. И сил мириться с естеством уже нет, когда достигаешь понимания самой идеи. Все это не более чем природа и разум в своем извечном противостоянии и, что еще более важно, — в своем взаимодействии.

Хаос правит всем! — таков шестой, а точнее сказать 666-й, опорный столб всего происходящего. У каждого свой зверь, стремящийся поглотить и разрушить. Одна часть неизменно стремится к созиданию, к наблюдению, к жажде излечиться или познать, а вторая половина пытается уничтожить все самое лучшее, оставляя только боль, заставляющую вновь и вновь переживать собственные ошибки. Прощения не будет, пока сама сущность человека, вся его внешняя и внутренняя природа, не сможет понять и принять себя со всеми своими проблемами и недостатками. А повелителем природной жестокости выступает никто иной, как король хитрости, истерзанный судьбою. Сам Антихрист!

Смерть — это лишь новое начало, таков эпилог, такова финальная, седьмая, установка. Каждому — свое. Каждому свой час и свое время. Ведь никто не умрет, пока трое нищих не придут. И, может быть, лишь тогда, окончательно потеряв самого себя и свою суть, очнется та сторона, что была разорвана на кучки мелких колючих звезд-желудей, образовавших несуществующие картины несуществующего леса, в больной фантазии скорбящего человека, дошедшего до отчаяния.

Ларс фон Триер сумел вывернуть наизнанку человеческую душу, доказав что Бог и Дьявол — есть одно лицо. И нет зла, нет добра, есть лишь природа и жизнь либо по её законам, либо стремление её покорить. И у каждого в жизни есть возможность выбора, у каждого есть право на счастье и страдания, на ошибки и принятие решений. А жизнь тем временем катится по наклонной, обточенным кровавым камнем, проехавшимся по чьим-то судьбам, в туманы сказочного леса больного воображения. А чудовище, живущее внутри, регулярно продолжает повторять раз за разом: хаос правит всем!

Изумительный психологически-метафоричный фильм ужасов, о борьбе духовного и материального, о человеческом страхе и его формах. Посвященный самой природе фобий, загадкам человеческой души и погружению в тоску, тревогу и депрессию. Сильный, наполненный оккультным и религиозным символизмом, фильм, рассказывающий о природе, что нас окружает, о которой никогда не стоит забывать, потому что она внутри нас и мы в ней.

9 из 10

С начала человеческой истории женщина была для мужчины великой тайной. Раз в месяц из нее текла кровь, и именно ее тело давало начало новой жизни. Это было непонятно, и страх заставил мужчину начать уничтожение женщины. Она стала греховницей, ведьмой, невестой Сатаны, символом нечистоты и причиной всех бед этого мира.

Прошли века, рождались новые женщины и мужчины, но их роль по сути не изменилась. И что бы ни говорили об эмансипации, это явление поверхностно и формально. Женщина так и осталась за гранью понимания разумом, который боязливые мужчины возвели в культ.

Героиня Шарлотты Генсбур слишком сильно увлеклась написанием диссертации на тему геноцида женщин. Исторические факты привели ее к неутешительным выводам, и она стала бояться саму себя. В ее понимании женская сущность слилась с дионисийским природным началом, парадоксально управляемым хаосом. Она боится леса, боится себя в нем, боится его в себе.
Она окончательно убеждается в своей дьявольской сущности в тот момент, когда погибает ее ребенок. Мы узнаем, что она наблюдала эту страшную картину, но была не в силах обуздать свои инстинкты и продолжала наслаждаться соитием. Женщина жестоко винит себя в смерти сына, и, очевидно понимает, что жить дальше она не в силах.

Этот невероятный клубок пытается распутать ее муж-психиатр. И ему это даже, казалось, удается, и цель близка, но… На то она и женская сущность со своими спонтанными движениями и противоречиями, которые невозможно постигнуть холодным мужским рассудком и хваленой логикой. Приемы ученых тут бессильны. Постепенно страх сменился на ненависть, скорбь на боль. Ее сознание доходит до исступления.

Я честно не понимаю, почему вокруг этого фильма ходило и ходит столько неверных толков, почему люди якобы уходили с показов, называли режиссера психом, а фильм занесли в разряд ужасов. По мне, это одна из самых лучших картин на тему отношений полов. Разница лишь в уровне интерпретации. Здесь эта тема разработана очень глубоко, совсем не на бытовом уровне. Очень качественная и сильная психологическая драма.

При этом я полностью оправдываю немногочисленные сцены жестокости, которые, как мне кажется, ведут к понимаю задумки и раскрытию образов. Жаль только, что разговоры вокруг фильма связаны в основном с отрезанным клитором. Как будто никто до этого не видел Хостелов и Пил, где подобные зрелища выглядели в разы ужаснее. Похоже, что многие пошли на Антихриста ради обещанного трэша, и в ожидании его пропустили все самое важное.

П. С. Для меня самым страшным моментом фильма стали перепутанные ботинки ребенка.

10 из 10

Триер умеет увлечь читателя. Именно читателя, ибо его фильмы нужно читать, а не смотреть. Не случайно они снабжены прологами, эпилогами, разбиты на главы и т. д. 

Итак, о чем же очередная библейская история от Триера? О, об Антихристе, очаровательном разрушителе, демоне с голубыми глазами, обольстителе почище Бога и мстителе почище Падшего. Кто он у Триера? Женщина? Конечно, нет! Кишка тонка. Женщина это природа: сильная, но глупая, слабая, но хитрая, всегда многоликая, то защищающая в своей утробе любого, то равнодушно пожирающая своих детей. Короче стихия, с которой даже ответственности не спросишь… Так кто же, мужчина? О, нет, мужчина это разум. Мужчина это оправдание и обвинение, любовь и эгоизм. Это Бог на земле, не всемогущий, но Бог. Так кто же Антихрист? Совершенно очевидно, что это ребенок. Не случайно он носит обувь наоборот. Именно ребенок в фильме является причиной гибели любви, семьи, родителей. Ребенок сводит с ума и Еву, и Адама — каждого по своему: Адам видит природу, пожирающую саму себя, а Ева наносит вред гениталиям своим и мужа, дабы исключить возможность рождения соперника Антихристу. Скорбь, отчаяние, насилие — грехи, вызванные близостью Антихриста. И не случайно название фильма и интертитры написаны детским почерком — Антихрист отметился и тут.

Собственно, лишь недалекие средневековые монахи представляли Антихриста как рогатого дьявола. Антихрист — это тот, кто против Христа, кто распинает Христа. То есть человек. Однако в фильме человек, по сути, только один: ребенок! Только у него есть имя. Муж и жена безымянны, не названы, они не рождены, но сотворены Богом, до (грехо)падения они пребывали в гармонии единства, которую и нарушил Антихрист — враг гармонии. Итак, Антихрист это ребенок, новый человек, зачатый в Эдеме, изгнанный (через 9 месяцев) из него в мир и мстящий за это. Из-за него Ева пытается убить Адама, Адам убивает Еву и оба прокляты Богом. Антихрист=Хаос торжествует…

Уже довольно долгое время Ларс фон Триер шел к идее «Антихриста», жил с ней, вынашивал ее, и вот наконец настал черед той капли, которая переполнила чашу. Фильм буквально «вылился» на экраны во всей своей неподражаемой атмосфере, переполненный чувствами, эмоциями, символизмом, и в то же время тем самым «фон-Триеровским» реализмом, которым пронизаны фильмы датского режиссера. Событие это было неизбежно. Фильм выплеснулся из недр души своего создателя и… втиснулся в узкие рамки жанра под названием «ужасы, драма».

«Антихрист» — прежде всего символическое кино, с первых кадров и до последних. Пойти на такой фильм как на очередной хоррор, пусть и от талантливого режиссера — значит упустить саму суть кино и остаться в недоумении, что же это вообще было. Фильм имеет свой характер и требует подготовленного зрителя. Подход «в лоб» в данном случае терпит фиаско.

Теперь о драме: разделенный на пять частей, «Антихрист» начинается с пролога, с интригующей завязки, которая с первых же кадров вырывает зрителя из обстановки зала с уютными креслами и погружает с головой в «это». Итак,

Пролог:

В тишине ванной комнаты зазвучала музыка Генделя, кувшины и белье сорвались со своих мест и полетели на пол, а супружеская пара предалась страстному акту любви прямо на полу у раскрытого окна. Черно-белые кадры поплыли из одного в другой, раскрывая непередаваемое упоение и страсть. И под звуки клавесина малыш оторвался от подоконника и полетел, медленно полетел… вниз. На асфальт. В зале раздался первый шепот, кто-то усиленно захрустел поп-корном, кто-то приглушенно хихикнул. А Ларс фон Триер недвусмысленно дал понять, что про «купюры» зритель может забыть с самого начала.

Очень интересно то, что музыка Генделя здесь — не что иное, как ария Альмирены из «Риналдо», которая с итальянского переводится примерно так: «Дай мне слезами выплакать горе, дай пожалеть о свободе, дай хоть на мгновение утихнуть страданиям моей души…» — вот так вот! Из непонятной вставки в начале фильма пролог превращается в раскрывающую саму себя завязку, но смысл происходящего скрыт от зрителя за первой метафорой. Далее

Часть первая — «скорбь».

Она — мать в возрасте, потерявшая ребенка из-за досадной оплошности, которую она не может забыть, пережить и простить себе.

Он — психотерапевт, для которого весь мир со временем превратился лишь в работу.

И вот, посетив свою жену в больнице, где она проходила курс терапии после шока, он пришел к роковой мысли, с которой все действие приняло необратимый характер: «Никто не знает тебя лучше, чем я». И вместо того, чтобы помочь ей справиться с горем, он погружает ее в собственные страхи так глубоко, как это только возможно.

Часть вторая — «боль».

Они уже в лесу, в своем домике, а имя леса, как это ни иронично — Эдем, он же — «Храм Сатаны». Необъяснимый страх человека, оставшегося один на один с природой. Звук стучащих по крыше падающих желудей, шум дождя… И вот тут то и оживает «дядюшка Фрейд», о трудах которого за без малого сто лет успели подзабыть (звучит фраза: «Фрейд умер»). На деле же наступает его звездный час. В человеке, оказавшемся в нестандартной ситуации, в состоянии полной безнадежности, погруженного во что-то, чего он никогда не испытывал, просыпаются такие его стороны, о которых в нормальной жизни он и не подозревал, а если и подозревал, то тщательно скрывал и отрицал их. С этого момента развитие сюжета перестает подчиняться логике разума, действие развивается по законам ассоциации, как в страшном сне с трагическим финалом.

Зритель начинает приходить в состояние шока, все чаще раздаются нервные хихиканья. Фон Триер потирает руки, а Фрейд переворачивается в гробу от удовольствия.

Часть третья — «Трое нищих»,

в которой мы узнаём, что подход психотерапевта к лечению своей жены был крайне рискован, непродуман и опасен, а также что подход этот с самого начала не оставил выбора для другого финала.

«Когда приходят трое нищих — боль, скорбь и отчаянье — кто-то должен умереть».

К сожалению, и на старуху бывает проруха. Свою неправоту он осознал, очнувшись со сломанным членом и точильным камнем, вкрученным в ногу. Он пытается спастись от своей жены и выбраться из леса, а она переживает в себе битву двух стихий: своего привычного, сознательного и гуманного «Я» и своего же бессознательного «Я», приводящего бедного зрителя буквально в состояние коллапса.

Эпилог

тесно перекликается с прологом — вновь звучит ария Генделя, вновь все вокруг черно-белое, убийца выходит из преобразившегося леса, а за ним следуют сотни женщин, поднимающихся на гору, словно в каком-то обряде.

Это и есть обряд — один из главных обрядов ведьм, о котором и так написано не мало.

Занавес.

Итак о чем же этот фильм, возникает законный вопрос? Я считаю, что фильм этот в первую очередь о бессознательном, во вторую — о психоанализе, наконец о самом человеке и его чувствах и переживаниях, о его собственном «Я» (о женском и мужском началах, а не только про женщин). Многие сцены я опустил, на многих метафорах (таких как говорящий лис, мертворожденные детеныши, лес как «Храм Сатаны», отрезание клитора и проч.) я не стал заострять внимание, так как если пытаться охватить все, не хватит и целой книги. Общая идея на мой взгляд ясна, а бесчисленные метафоры, символы, сцены жестокости и насилия (как и откровенные сексуальные сцены), используются здесь как инструменты режиссера, а отнюдь не как самоцель. И такой режиссер, как Ларс фон Триер просто не мог не задействовать здесь весь свой арсенал.

Возникает еще только один вопрос: а почему же фильм то называется «Антихрист»?

Проводя свою жену через страх, боль и унижение, незадачливый (или гениальный?) психотерапевт пробудил в ней бессознательное во всей его «красе», ту темную энергию, которая оказывается старше и сильнее человека и противостоять которой он на деле не в силах. Энергия темная, потому что она свободна от предрассудков, людских законов, обычаев, правил и морали, а потому сильнее человека. Многие живут не подозревая о ней, но если дать пробудить в себе этого «Антихриста», может случиться уму не постижимое (но зато элементарно объясняющееся психологией, Фрейд доволен). Еще одна метафора.

Женоненавистник ли Ларс фон Триер? Едва ли. Гений ли он? Бесспорно.

Но его «Антихрист» лишь для СВОЕЙ аудитории, остальные, к сожалению, его просто не поймут. Хотя если что-то непонятно, еще вовсе не значит, что это плохо.

За глубочайший подход к этому безусловно авторскому кино, твердые

10 из 10

После этого фильма я окончательно уверился в том, что Ларс фон Триер сумасшедший, причем своеобразное безумие его прогрессирует. Черная депрессия пополам с несомненным талантом автора породили чудовище — восхищающее и ужасающее одновременно.

Пролог…

Черно-белый пролог, бесконечно, завораживающе красивый. Происходящая в нем трагедия не осознается как трагедия — уж больно эстетичен кадр, падающий снег, льющаяся вода, любовь и полет ребенка из окна, красивый полет… Так не бывает, смерть не должна быть такой красивой, понимаешь ты и через несколько минут фон Триер подтвердит — да, так не бывает.

Печаль. Страдание. Боль. Безумие.

… больше в этом фильме ничего нет. Все свои мысли, всю свою депрессию режиссер проявляет именно в этих эмоциях. Они обрушиваются на зрителя сразу — печаль, страдание, боль и безумие матери, потерявшей ребенка, давят так, что хочется выключить это кино. Несколько раз я и выключал, но потом все равно возвращался к просмотру.

Кто здесь Антихрист, которого с таким исступлением ищет фон Триер?

Природа? Нет, природа — это только храм Сатаны. Темная, мрачная природа, где каждый живет инстинктами. Режиссер не показывает нам ее красоту, вы смотрите не канал National Geographic. Здесь ежесекундно служится Черная месса, здесь все время насилие, смерть и страх. Нет, природа — не Дьявол, но лишь место и способ его проявления.

Женщина? Этот вариант лежит на поверхности, вроде бы. Героиня Шарлотта Гензбур является одержимой и в момент ее единения с природой ее одержимость вырывается наружу, уничтожая все вокруг. Но нет, одержимость — еще не сам Дьявол. Это тоже просто его проявление, способ его выражения.

Мужчина? Герой Уиллема Дэфо сам провоцирует этот взрыв у своей жены тем, что привозит ее в лес. Он искушает ее страданием, а Искуситель, если верить Библии, и есть сам Лукавый. Не зря Сатана в обличье Змея искушает женщину — Еву, доводя ее до грехопадения. И кто знает, возможно Антихрист в фильме именно мужчина, который сводит с ума женщину, и сам за это попадает под раздачу.

А может быть… Мир, показанный режиссером здесь сильно смахивает на Ад, и не является ли в таком случае Антихристом сам фон Триер, тщательно этот Ад выстраивающий?

Вряд ли возможен однозначный ответ на самом деле. Точно так же, как невозможно ответить, зачем режиссеру понадобилось показывать этот тошнотворный натурализм (иным сценам позавидовал бы и Элай Рот, режиссер небезызвестного «Хостела»), этот грязный секс на грани (а иногда и за гранью) порнографии. Видимо, потому, что в аду должно быть именно так.

На фоне всего этого посвящение великому режиссеру Андрею Тарковскому вызывает поначалу недоуменную улыбку. Но это поначалу… Вспомните «Солярис», отвратительный, ужасный Солярис, в корне отличающийся от трактовки Лема, Солярис, вызывающий призраки прошлого и сводящий с ума. Солярис как Антихрист, планета, которую, по воспоминаниям оператора фильма, должны были снимать… во внутренностях убитого животного.

Впрочем, у фон Триера все равно получилась, скорее, пародия на Тарковского. Извращенная, несмешная, но все-таки пародия. Эдакий недружеский шарж. Сеанс психоаналитического садизма для зрителей.

Я поставил высокую оценку фильму, но никогда не буду его пересматривать. Скорее, это отклик на те эмоции, которые у меня вызвал «Антихрист», но, видит Бог, никогда мне такие эмоции не захочется пережить еще раз.