Молодой парень попадет в больницу, упав с балкона бессердечной девушки. В палате он знакомится с длинноволосым, внушительным стариком, к которому приходят странные посетители, сообщают о смерти брата и баснословном наследстве в золоте. Выписавшись из больницы, юноша узнает из теленовостей, что старик убит.
Но перед выпиской аксакал, оказавшийся ханом, рассказал о вражде старинных кланов и дал драгоценный рубин, попросив кое-что сделать. Выполнение просьбы убиенного вовлекает современного казахского юношу в вереницу приключений — стрельба, драки, погони, убийства, замешанные на мистике и экзотике.
Жанр этой работы 41-летнего казахского режиссёра Абая Карпыкова пытались определить и как «бандитскую сказку», и как «современный истерн», хотя использование термина «истерн» при перенесении действия с американского Дикого Запада на Дикий Восток (кстати, именно так называлась картина Рашида Нугманова, тоже принадлежащего к «новой казахской волне») не совсем точно. Поскольку и Восток многообразен (есть Ближний и Дальний Восток, а ещё Малая и Средняя Азия), и законы вестерна иначе воспринимаются вне привычной мифологизированной среды, и в отечественном кино данный жанр чаще развит наугад — с серединки на половинку. В качестве чуть уточняющего «срединного» определения можно предложить неологизм «миддл-истерн», который как бы подчёркивает, что события разворачиваются только на территории Среднего Востока — в азиатских республиках бывшего СССР и нынешнего СНГ (впрочем, иногда встречаются и чисто российские истерны).(... читать всё)
