Оскар (20) и его сестра Линда (18) — приезжие, новые обитатели Токио. Пока Оскар приторговывает наркотиками, Линда танцует стриптиз в ночном клубе. Однажды, во время полицейской облавы на местный бар, Оскар получает пулю и, пока он умирает, его душа, верная обещанию никогда не оставлять свою сестру, отказывается покидать мир живых. Беспокойный дух Оскара скитается по городу, преследуемый невыносимыми кошмарами. Прошлое, настоящее, будущее переплетаются в галлюциногенном водовороте.
Медитативное погружение в психоделическое измерение
Очередной трюк Ноэ, придётся по душе тому, кто пытается найти в кино, что-то новое.
Гаспар Ноэ, фантазирует изо всех сил, причём мысль его весьма длинна (или велика), т. к. «Вход в пустоту» — это плод его предыдущих трудов/фантазий. Здесь отчётливо видны предыдущие работы: «Один против всех» и «Необратимость». Видно как Ноэ учится, он не останавливался, он продолжал работать, учитывая какие-то недоработки своего первого фильма, какие-то погрешности второго. Картинка стала более мрачной и ядовитой (чего всегда и добивался Ноэ), музыка более неземной, а атмосфера получила настолько престижную роль, чтоглавные актёры ушли на второй план. Это единственный фильм, из тех которые я видел, где главную роль играют не люди, а что-то другое, что нельзя просто так взять и обозначить, наверное это что-то, можно только почувствовать.
В фильме рассказывается про странные отношения между братом и сестрой — Оскаром (Браун) и Линдой (Уэрта), которые приехали в Токио и пытаются в нём существовать. Поскольку у Ноэ уже сформировалась какая-то определённая харизма в кино, без которой его мы уже не можем представить, то ясное дело, это самое существование имеет довольно специфический характер. Оскар занимается торговлей наркотиков, Линда танцует в каком-то развратном притоне. Живут они в небольшой квартирке в центре Токио.
Странность отношений между нашими героями заключалась в особой взаимной любви. Оскар с самого детства обещал своей сестре, что никогда её не оставит и всегда будет с ней. Но на самом деле Линда была ему больше, чем сестра: она являлась для него и сестрой, и матерью, и любовницей. Причём эти слова имеют больше метафизический смысл (не совсем буквальный), чем прямой. Оскар не при каких условиях не мог оставить совю сестру, да же если бы ему было суждено умереть.
Я не буду рассказывать, что было дальше. Просто скажу, что в основе фильма лежит «библия реинкарнации»: тибетская книга Бардо Тодол. В этой книги рассказывается, что происходит с душой когда она покидает физическое тело. После смерти физического тела, душа начинает своё существование отдельно от него. По тибетскому поверью, есть три стадии послежизненного пребывания души в пространстве. Первая стадия называется Чикаи Бардо — когда душа осознаёт, что с ней происходит и адаптируется в новой для себя роли, через несколько дней наступает вторая стадия — Хониид Бардо, когда душа путешествует по карме своей предыдущей жизни, где анализирует, признаёт и освобождается от своих грехов. Сидпа Бардо — третья и заключительная стадия, где душа выбирает себе новую жизнь, путешествуя уже в реальном времени, пытаясь вселиться в тело какой-нибудь женщины в момент зачатия. И тем самым душа находит себе уже новое тело, и соответственно обретает новую жизнь.
Собственно говоря, в фильме «Вход в пустоту», зритель и является этой самой душой.
Фильм наполнен кислотными красками и мрачнейшей атмосферой. Есть даже приёмы классических триллеров, что сделано, кстати, по-настоящему страшно. Так же порядком присутствует компьютерная графика и различные специальные эффекты. Удивительная операторская работа: камера действительно выполняет роль чего-то нереального и вселяется в наши глаза, тем самым превращая происходящее фильма реальность, в которой мы видим все подробности действа. Зритель словно сам путешествует по ночному Токио: то он летает над городом, то вылезает из лампочки, а то и проникает в утробу женщины.
Монтаж у Ноэ всегда первоклассный: кадр идёт непрерывно, зритель ни на секунду не теряет изображения и кадр не перемещается в другой эпизод путём монтажа. Всё цельно и гармонично.
Что касается игры актёров, тут конечно сложно анализировать так как мы обычно это делаем. Ну что могу сказать, Браун похож на наркомана, а Уэрта красиво занимается сексом. Но самое главное, что актёры соблюдают атмосферу фильма и не выбиваются из неё, как бы подыгрывая происходящему, потому что они тут всё-таки, как я уже писал, не в главной роли.
Когда я смотрел этот фильм в кинотеатре, у меня было ощущение, что я нахожусь где-то, очень далеко отсюда, очень далеко от жизни. Это фильм-медитация, я пребывал в трансе, я был поглощён обилием ядовитых глюковатых красок. Лишь иногда трезвел, когда мимо меня очередной раз проходил на выход какой-то возмущённый зритель. Фильм длился два часа сорок минут, во время сеанса зал покинуло очень много человек, такое ощущение было, что фильм будут показывать до тех пор пока не уйдут все. Но я досмотрел фильм до конца, выйдя на улицу я ощутил, как жизнь снова наполняет меня.
В конце показа режиссёр чуть ли не в прямом смысле имеет аудиторию (точнее то что от неё осталось). Может для кого-то это было вычурным и показалось неуважительным по отношению к зрителям, но я получил удовольствие от этого акта, так что ставлю высший бал:
А теперь расслабься: на самом деле ты сейчас лежишь в съемной квартирке в центре мерцающего ночного Токио, закинувшись диметилтриптамином, пускаешь слюни и обильно галлюцинируешь.
Уж не знаю, почему в своем трипе ты втыкаешь в монитор, вместо того, чтобы рассекать Атлантический океан на летучей рыбе… может, барыга в этот раз подсунул дрянь? Или ты просто предпочитаешь грезы с сюжетом, и тебя вот-вот обнимет за плечи кто-то, о ком ты мечтал вчера ночью? Ладно, релакс, пока не очнешься — не поймешь, что же это было.
А может, ты сам целиком — и вовсе болезненная фантазия какого-нибудь подзаборного обдолбыша, чей разъеденный мозг перед смертью от передоза сочинил утешительную сказку о нормальной жизни? Не хочется? Что, приятнее быть красочным сном рок-звезды, шибанувшей кокса в гримерке? Не будем скромничать — маленьким импульсом воспаленного серотонином мозга Брайана Молко? А может — озарением средневекового буддиста после десятилетней медитации?
Это, пожалуй, один из самых щекочущих воображение мыслительных экспериментов (к тому же, снимающий с тебя всю ответственность — ну правильно, все вокруг происходит в чьей-то голове, я тут ни при чем), и именно им балуется Гаспар Ноэ во «Входе в пустоту»: фильм стартует сразу с цветастых галлюцинаций, приятель главного героя восторженно рассказывает о волшебной дури с удивительно реалистичными приходами, и всю дорогу кажется, что хмурая и грязная история беспечного драгдилера и его шалавистой сестры — всего лишь изощренный наркотический трип или, как вариант, предсмертное видение (по словам все того же приятеля, «диэмти действует всего шесть минут, но они кажутся вечностью. в точности то же чувствуешь перед тем, как сдохнуть»).
А что было на самом деле, в общем-то, несущественно. Главное — это тягучее, длиной в сто пятьдесят минут, чувство иллюзорности любых границ: между бредом и явью, важным и неважным, жизнью и смертью; ощущение, оттеняемое странным эффектом изношенности окружающего мира. Ноэ будто бы просто взял грубую ткань реальности ночного мегаполиса и, вместо того, чтобы с лупой исследовать все заскорузлые выделения на ней, застирал; застирал до потери первоначальной формы и цвета, до того, что дешевая краска пошла по истончившемуся материалу кислотными разводами. «Вход в пустоту» точнее всего характеризуется через вот это почти осязаемое ощущение прохудившейся реальности с треснувшими швами и смазанными цветами, переживаемое отстраненно, почти безразлично, словно под наркозом. Там, где «Реквием по мечте» надрывается и бьет во все колокола, изо всех сил уговаривая мальчиков и девочек не пробовать бяку, «Вход…» просто глядит запавшими глазами без малейшего выражения.
Вместо вымученной морали с металлическим привкусом Ноэ предлагает философскую безучастность: жизнь героев полна страданий, как и любая другая жизнь, как и любая следующая жизнь. Подобное экзистенциальное равнодушие свойственно восточным религиям; и глубинный план фильма, выстроенный вокруг «Тибетской книги мертвых», — это как раз приложение буддистского мировоззрения к бытовой чернухе про секс и наркотики. Держась довольно близко к тексту, Ноэ незаметно проводит героя через цепочку бардо — промежуточных состояний между смертью и жизнью в новой инкарнации.
С такого ракурса пофигистический тон повествования логично трактуется как благородная созерцательность, а мириады расплывчатых иллюзий с искажением пространства-времени — как нормальная среда обитания бестелесной оболочки на пути к новому воплощению. Причудливое, но удивительно жизнеспособное соединение кричащей мрачнухи и буддистской отрешенности превосходно выдержано и в картинке: камера призрачным духом подолгу и с подчеркнутой флегматичностью зависает то над копошением совокупляющихся тел, то над мельтешением кислотно-ярких огней ночного города; по прихотливым, вдумчиво вычерченным траекториям облетая мерзкие приметы земной суеты; не осуждая, но скорее исследуя ее, чтобы затем вновь устремиться в затянутое неоновым дымом небо.
Так и «Вход…» в целом предпочитает дистанцироваться, но не осуждать, и уж тем более не поучать. Страдания — это нормально, это сансара, и наркоманы со шлюхами тоже участвуют в ней и тоже когда-нибудь найдут свой выход. А пока цепочка перерождений продолжается, заключает Ноэ, единственной непреходящей ценностью в этой жизни остается то, чему в символическом ряду картины отведено одно из центральных мест… женская грудь, от расставания с которой и начинаются все страдания. Воистину!
Вчера прокрался на закрытый показ художественного фильма «Вход в пустоту» в Дом кино. Почему его обозвали закрытым, понятия не имею, билеты давали в цену: 250 рублей — штука.
Изначально я уже знал, что меня ждут ровно 2 часа 41 минута дичайшего психоделического ада, ибо надеяться на отличный сюжет и интересный видеоряд не стоило, так как заснял фильм известный в узких кругах режиссер новой волны французского кинематографа Гаспар Ноэ. Тот самый, что запечатлел анальное изнасилование Моники Беллуччи в «Необратимости». А потом заставил меня чуть не ослепнуть в новелле We Fuck Alone, из альманаха «Запрещено к показу!». В котором, кстати, снялась отменная французская порнозвезда Кацуми. Ну а теперь, верхушка его творчества — «Вход в пустоту».
У фильма даже есть сюжет. Брат (Оскар) и сестра (Линда) обитают в Токио, испытывают к друг другу очень нежные чувства, порой, наверное, даже слишком нежные. Родители давным-давно погибли в автокатастрофе и поэтому тупорылые подростки, чуть старше 18 лет, предоставлены сами себе. Так как ни он, ни она не хотят работать, Оскар торгует наркотиками, Линда танцует в кабаке оголяясь по полной, а иногда даёт засадить себе, местному администратору Марио.
В один из рейдов местные наркополицейские при попытке задержать барыгу-брата всаживают ему пулю в грудь, тот, естественно, врезает дуба. И тут сюжет заканчиваются и начинаются полеты нематериальной части Оскара. Так как в детстве он дал обещание сестре завсегда быть с нею и даже принял клятву на крови, ему приходится выполнять обещание.
Операторская работа отличная, откуда, только камера не вылетает и куда, только она не влетает. Отличный момент, когда зрители видят сцену соития изнутри влагалища. Адский ад, надо сказать. Групповой секс заснят аки натуральный, будто не высокоинтеллектуальное кино смотришь, а попал в кабинку порнозала.
Не знаю, кто отвечал за спецэффекты, но они на уровне. Крайне насыщенные картинки, состоящие из каких-то бешеных линий, звездочек и прочих непонятных объектов. Было бы интересно всё это увидеть в ТриДэ, безусловно, пошло бы на пользу фильму. Но бюджет в 10 миллионов евро не позволил внедрить новый формат изображения, по всей видимости.
Актеры отличные, особенно учитывая тот факт, что большая часть из них непрофессионалы. Плюс к мастерству, женский состав подобран на ура, бОльшая часть категорически привлекательны. Мужчины харизматичны и отвратительны. Барыга Бруно и Алекс, товарищ Оскара, попадание в яблочко. Отдельно стоит отметить малюток, которые изображали главных героев в детстве. Сам чуть не завопил, когда девочка истошно орала в сцене разлучения с братом. Вообще, самые интересные и мощные сцены фильма, на мой взгляд, именно те, где показана юность Оскара и Линды.
Шуток в фильме есть, но их ровно три. Две обычные, одна наисмешнейшая, про палец, волосы и гея, ржал в голос. При просмотре, очень сильно доставил дедушка, который сидел в самом крайнем ряду и в моменте, когда пленка кинофильма почему-то стала состоять из двух частей, причем низ, с субтитрами, был над верхом. Старикан принялся рьяно призывать киномеханика поправить данную ситуацию возгласами типа «рамка» или «пленка», кому как слышалось, но смеялись все дружно.
Подводя итог, с уверенностью могу порекомендовать, не посещать показ этот фильма и даже не смотреть его дома. Если, конечно, вы, не эстетствующий кто-то там, который видит подоплеку во всем, везде и всюду видит скрытый смысл. Умеет объяснять необъяснимое. Разгадывает замысел режиссера налету и так далее. Наивысшая грань бреда сюжетной линии, сопряженная с кислотным видеорядом творят своё дело. Единственный плюс это выход на улицу после просмотра, ощущение как будто заново родился.
Наконец таки я сумел посмотреть новый фильм Гаспара Ноэ в Доме Кино. Шел я туда с полным пониманием того, что мне предстоит увидеть, но честно говоря кино превзошло почти все мои ожидания.
Вы когда нибудь пробовали наркотики? Нет? А может быть занимались медитациями или холотропным дыханием? Тоже нет? Можете обо всем этом забыть и испытать психоделический трип прямо в кресле кинотеатра, попробовать понять что происходит в голове наркомана, забраться прямо к нему в черепную коробку. Как может показаться, фильм про наркотики, но сам режиссер утверждал что это не так. В фильме имеются отсылки к осознанным сновидениям, внетелесному опыту, даже к Книге Мертвых. Все это лишь попытка объяснить наше существование и тяга к новым знаниям.
Сразу хочется отметить что львиную долю здесь уделяют именно спецэффектам, но при этом и не забывая и про актерскую игру. Такого фееричного калейдоскопа красок и образов я не могу припомнить ни в одном фильме. Я в принципе не люблю ходить на фильмы только ради спецэффектов, но здесь тебя просто засасывает в экран и ты живешь главным героем. Его мир жестокий, угрюмый, местами пугающий, местами интересный, практически везде невообразимо яркий.
О сюжете можно практически ничего и не говорить, его почти что нету. По крайней мере галлюциногенные видения которые начинаются после 10 минут, сложно назвать логичным развитием сюжета. Практически за первые несколько минут, мы узнаем очень многое о главном герое из отрывков разговоров. Он дилер, торчок, пытается содержать себя и сестру, его подставляют и он попадает под полицейскую облаву. Казалось бы все банально до невозможного. Но это не так. Ни в одном еще фильме не было такого сильного отождествления себя с главным героем. Съемка камерой как бы из глаз человека не раз уже использовалась в кинематографе, но нигде ее не применяли настолько грамотно и правильно.
Хочется отметить, что во время показа из зала уходили люди. Причем постепенно в течение всего фильма ушло где то 15%. Это не говорит о бездарности картины, это говорит лишь о том что они не знали на что шли, либо Гаспар Ноэ слишком превзошел их ожидания. Если вы смотрели Необратимость, знакомы с его Запрещено к Показу, смело идите в кинотеатр.
В целом хочу сказать что кино отличное. Причем именно в том смысле что отличное от многого что я видел. Оно настолько же оригинально и индивидуально как Пробуждение Жизни. Лучшим я его пожалуй не назову, но однозначно добавлю в свою коллекцию.
Вчера я посмотрел настоящее, феерическое, выносящее мозг кино с большой буквы. Фильм называется «Вход в пустоту» (Enter the Void) и снял его аргентинский гражданин Гаспар Ноэ. Он уже и раньше неоднократно был замечен за неоднозначными и провокационными фильмами. Взять ту же «Необратимость», к примеру. Поэтому на фильм я шел абсолютно не представляя, что увижу на экране.
Если будете читать аннотацию к фильму — сразу скажу — она вам ни о чем не расскажет. Покажется даже банальной. Все верно: если бы эту историю снимал не Гаспар — получилось бы нечто уныло-серое или розово-сопливое. Но не в этот раз. 2 с половиной часа держат в напряжении и не дают расслабиться. В моменты (их несколько), когда кажется, что фильм уже кончился происходит нечто и мы все двигаемся дальше вслед за неприкаянной душой убитого накануне драгдилера.
Фильм местами шокирует (мне, к примеру, тяжело дались сцены с детками в машине). Местами удивляет. Местами провоцирует. Да он постоянно с вами что-то делает. И так 2,5 часа. Виды глазами души, масса находок, с этим связанных и так далее — все это делают фильм красивым, интересным и захватывающим. И главное — необычным!
Фильм крайне противопоказан к просмотру эпилептикам, излишне впечатлительным личностям и ханжам. Остальным — крайне рекомендую, ибо такие фильмы действительно иногда надо смотреть, чтобы вспоминать, что не одними айронмэнами и прочими голливудскими кошмарами жив кинематограф.
Крайне рекомендую. Желательно на большом экране (в Москве еще идет).
Сразу следует сказать, что если вы смотрели этот фильм не в кинотеатре, то вы не смотрели этот фильм вовсе. Чтобы понять ленту, звук должен действительно давить вам на уши, а картинка быть такой яркой, чтобы слезились глаза.
Итак, «Вход в пустоту» — это большой-наркотический-кино-аттракцион. Я хочу, чтобы вы поняли смысл моих слов. Весь фильм — это один эпохальный нарко приход, причем приход плохой — «Bad trip». Еще в самом начале фильма герои обозначают этот крюк: «смерть — это трип, бэд трип»
Эта атмосфера. Вы переживаете все трагические события вместе с главным героем, буквально «сидите» в его голове. Это не его, это ваши глаза видят все происходящее. Это в вашей голове бесконечные вспышки, это в ваших ушах звучит давящий бас. Это ваш личный плохой приход. Весь фильм задуман лишь с одной целью-сделать вам бэд трип. Он мучает вас: слишком много плохих событий, слишком много порно, слишком много давления, слишком много вспышек. Фильм изматывает вас, пытается надоесть и взбесить, как комар, зависший над ухом. Под конец атмосфера вообще нагнетается до состояния агонии. НО ВСЕ ЭТО И ЕСТЬ БЭД ТРИП! вам, зрителю, должно быть плохо, должно быть душно от ужаса, вы должны хотеть, чтобы этот ад поскорее закончился. И он заканчивается со щелчком ножниц на пуповине Оскара (в этот момент даже давящий звуковой фон пропадает). Фильм не дарит радужную концовку, он просто отпускает, как наркотик. Он дает героям лучик надежды в их дерьмовом мире, и целую гору надежд в твоем собственном.
В заключении хочется сказать, что кино должно быть именно таким. Чтобы нельзя было прочитать его в книге. Чтобы средства видео-аудио-сюжета были реализованы по-максимуму.
Нельзя сказать, что этот фильм ни на что не похож — здесь явно слышны отголоски и «Реквиема», и «На игле» и даже местами фон Триера, но эффект от этой картины лично для меня абсолютно нов.
Операторские изощрения работают на то, что бы мы разглядывали мир, демонстрируемый Гаспаром Ноэ с самых разных ракурсов — и глазами героя, при чем это передано так реалистично, что наступает момент, когда его «моргание» становится не выносимым, и сквозь водосточные трубы, и даже изнутри женского организма. Это сопоставимо с тем, какой взгляд на мир дают тебе психоделики — нестандартный, необычный, уникальный.
Во время просмотра фильма ощущаешь себя как в застрявшем лифте- на протяжении почти трех часов ты находишься в люминесцентном, галогеновом Токио, из которого невозможно выбраться. В фильме практически не используется естественное освещение. Из ночных клубов и барделей герои перемещяются на улицы ночного Токио, залитые такими же ядовитыми, неестественными, режущими глаз тонами, от чего все пространство города сливается в одно большое пятно.
Где-то к середине картины подступает «клаустрофобия» — острое желание вырваться из этого мира. Острое до тошноты.
История разворачивается ретроспективно. Сначала мы видим череду событий, а потом выясняем как, что и почему произошло и перед нами открывается по истине ужасающая картина. Но режиссер не просто дает нам цепь событий, а наглядно показывает корни, откуда эти события растут. Детские психологические травмы оставляют неизгладимый след в душах главных героев, отчего они вступают на ту кривую дорожку, которую предлагает им Токио. Но фильм не носит дидактического или морализаторского характера. Показана лишь история, выбор сделанный героями и последствия этого выбора.
Фильм, еще с титров вводит нас в безумный, ошаращивающий, слепящий мир, который на протяжении трех часов пытается уничтожить тебя и в конце концов добивается своего. Ноэ оставляет тебя смотреть в пустой белый экран. Свет ли это в конце тоннеля или тот самый «предсмертный» приход, а может быть что-то совершенно иное — зависит от того, как трактует эту картину для себя каждый из побывавших в этой «пустоте».
В привычном смысле слова ВВП нельзя назвать фильмом. На первом месте у Ноэ всегда стоит техническая форма исполнения, а потом смысл и идеи.
В случае с ВВП идея фильма постулируется в последние 5 секунд (как в свое время в Необратимости финальное «Время разрушает все» выражало отношение автора к происходящему) и больше, собственно никаких идей нет. Ноэ просто предлагает каждому почувствовать себя убитым американским наркодиллером в Токио и полетать вместе с его душой некоторое время над Земдей прежде чем переселиться в новую душу.
Многих возмутил большой хронометраж и бесконечное повторяющееся «летание» души. Но опять же Ноэ отходит от самого факта повествования в пользу своеобразной «реалистичности». Мы смотрим не историю — мы видим документальное изображение происходящего в реальном не урезанном времени.
Если смотреть на данное произведение с этой точки зрения и не пытаться искать скрытые смыслы (которых точно нет, сам Ноэ об этом неоднократно говорил) то все сразу встает на свои места — перед нами технически блестящий киноэксперимент, снятый на довольно интересную тему.
Антураж наркопритонов, борделей, неоновой искусственности мегаполиса — слабость Гаспара. Показывать добро через зло, радость через горе, жизнь через смерть и упадок — его классический ход. Кино не должно быть комфортным, оно должно врезаться в сознание, а образы застревать там навсегда.
Нужно ли это кино? Вопрос странный сам по себе. Сегодня кинематограф становиться очень утилитарным, выполняя функцию больше терапевтически-расслабляющую. И многие забывают, что будучи одной из последних изобретенных человеком форм искусства, кино может быть площадкой для эксперимента. Гаспар Ноэ, в этом смысле, уникальный автор современности, постоянно развивающий киноязык и создающий новые формы его выражения.
Долгожданный полнометражный проект Гаспара Ноэ оправдал все мои ожидания! «Нафаршированный» всеми возможными приёмами эмоционального воздействия на зрителя, ситуационизм Ноэ поражает настолько, что после просмотра кажется не хватает воздуха. На моей памяти, экранизировать смерть пытались многие, посвятить этому весь фильм отважились не все. Попытка Ноэ как экспериментатора заслуживает похвалы за смелость.
Мне кажется данное Творение не может остаться незамеченным никем! Фильм «липкий»! После просмотра кем-то овладеет кричащий восторг, а кем-то приступ ничем не объяснимой паники, а кто-то захочет вымыть руки, но это не поможет — Нейтрального мнения не существует! Либо принять, Либо отвергнуть, и всё это на повышенных тонах!
Либо мычать от возмущения со «стадом», либо стать на сторону «пастуха»!
Я как арт-директор руковожу процессом, заявляю, что хочу того или этого, а они все исполняют. Раньше в моих фильмах я редко сталкивался с подобными задачами. А свой первый фильм я делал вообще полностью самостоятельно: и монтаж, и работу с негативами пленки. Ну, а в данном случае все уходит в коробку, иначе говоря, в компьютер, и происходит уже там, в этом небольшом замкнутом пространстве. И для меня это все какая-то абракадабра. (...)
5.8 тыс.
