Земфира открыла для меня новую музыку. Я дышу её песнями.
Люблю абсолютно всё,что она делает. Этот фильм не исключение. Ещё не начав его смотреть, он значил для меня очень много.
Когда Земфира вышла на сцену, на меня с экрана телевизора хлынул поток невероятной энергетики! Не буду говорить, о том, что я чувствовала, когда Земфира пела мою любимую песню, а то отзыв будет бесконечен.
Отдельное место в моей душе занимают монологи. Они глубоки искренни.
Рената Летвинова — невероятная женщина. Она сняла очень живой фильм.
На протяжении всего фильма, мурашки бежали по телу.
Считаю такие материалы о великих людях бесценными…
Концерт получился крайне эмоциональным… Ведь она не любит полумеры- если любит, то сильно, если ненавидит, то по полной…
Этот концерт открыл глаза лично мне, на то что она не только певица, композитор, поэт(как хотите), но и очень хороший артист. Она не боялась, что её движения покажутся кому-то странными, неловкими.
Её песни были наполнены большой гаммой чувств, которые в повседневной жизни невозможно выразить в паре-тройке строк.
Понравились неожиданные решения(по мне бубен и вороны неожиданно).
И очень важно было ярко открыть и закрыть концерт. Песни «Почему?» и «Ариведерчи» сделали своё дело, после первой песни хотелось дальше смотреть, любоваться, слушать.
Даже показалось, что она плакала в одной из песни(ЛКСС).
Почти после каждой песни она смотрела в зал и в её взгляде читались яркие, положительные эмоции. По моему она была горда и благодарна зрителям, отдавалась полностью. А это важно.
Порадовала пиротехника. Мне нравятся салюты, искры.
Даже дождик ничего не испортил.
Единственное съёмка немного подкачала.
Моё скромное мнение:
10 из 10
И спасибо ей за такой хороший концерт(всё-таки не могу ещё полностью воспринимать, как фильм)
Как участнику летнего концерта 2007 года (в качестве зрителя), проходившего под открытым небом в Парке Горького в обречённом под снос «Зелёном театре», которому не помешали ни километровые очереди на вход, ни дождливая погода, было очень интересно наблюдать со стороны за этим мероприятием, сидя в тёплом, сухом кинотеатре.
Первое, что мы видим на экране — Земфира разминает голос, не довольная его звучанием. Врач-специалист с волшебным эликсиром исправляет этот недостаток. Певица остаётся довольна. Земфира вообще очень требовательна к себе, к окружающим. О чём говорит в монологах, отвечая на вопросы Ренаты. Эти реплики Земфиры, порой забавные, порой очень глубокие, снимают напряжение просмотра концерта, давая несколько минут отдохнуть и успокоить эмоции. Этим Рената, как режиссёр картины, превращает обычный концерт в художественный фильм, который интересно будет посмотреть в кинотеатре не только поклонникам творчества Земфиры, но и обычным кинозрителям. Множество точек обзора, крупных планов и главная режиссёрская находка — любительские видеозаписи, найденные в интернете, снятые неизвестными поклонниками на мобильный телефон.
Что касается самого концерта, то в нём прозвучали всем известные и любимые песни Земфиры с новым составом музыкантов в новом звучании. С агрессивными клавишными в исполнении Дмитрия Шурова и саксофоном. И сама Земфира предстаёт в новом образе: худенькая, корткостриженная девушка без тёмных очков, которая постоянно улыбается. Мощная энергетика концерта ощущается даже в зрительном зале.
К творчеству Земфиры можно относится по-разному, но не признавать её творческий талант — слепота.
День московской премьеры фильма в кинотеатре «Художественный» совпал с трагическим событием — из жизни ушёл легендарный основатель, автор и исполнитель Егор Летов, о чём сообщила Земфира перед сеансом и посвятила ему эту картину. За что ей отдельное спасибо и уважение!
Первая Заставка- лицо Земфиры крупным планом, смотрящее прямо на тебя, что само по себе уже нонсенс, хочется рассматривать каждую черточку. Начинается музыка, моментальная дрожь по всему телу, чувствуешь только собственное дыхание в области живота и потеющие руки. Остального тебя просто нет. Ты там, в экране.
Эта музыка завораживает, она заставляет грустить и радоваться, иногда, кажется, что нет такого человека, который бы слушал ее без эмоций. Но что это? Куда подевалась прежняя Зема, немного брутальная, немного не своя? Перед нами другая, новая Земфира. Она не боится людей, не потупляет взор, не прячет глаза за черными как смоль очками. Она смотрит прямо. Дерзко и с вызовом. Она внешне абсолютно открыта зрителю. Она женственна, она флиртует, заигрывает и, в общем-то, смотрится достаточно органично. Она больше не держит три песни подряд микрофон в одной руке. Она свободно передвигается по сцене, что радует и привлекает. Она жаждет оваций, призывая зрителя, ввергая его в действо концерта.
Интересно, что Земфира Рамазанова из Уфы в начале своего творчества была похожа на самородок, закрытый, замкнутый в себе, в своих внутренних свершениях. Гениальный самородок, безусловно, требовававший раскрутки и пиара, доведения себя до блеска. Как у любого, талантливого человека, ее внешняя скованность была результатом огромных свершений в ее рассудке. Что, разумеется, вполне объяснимо.
В чем может быть причина такого резкого изменения поведения личности? Кому были адресованы ранние песни созревающей Земфиры? И есть ли у них адресат сейчас? Один и тот же это человек? Или это придуманный образ в очертаниях? Возможно, ранние песни Земфиры не имели конкретного образа, стремясь к чему-то высшему, идеальному или просто недосягаемому. Можно ли предположить, что новый взгляд на великолепные произведения, может быть, объясним тем, что песни посвящены совершенно определенному образу? Именно по этой причине даже в абсолютно грустных песнях, пугающих своим реализмом, на лице Земфиры сияет улыбка? Везде улыбка, даже там, где она неуместна. Или это из-за тех 12 камер, направленных только на нее? Может это новая форма доброжелательности, ауры, окружающей Земфиру на плакате?
Что толкает Земфиру в эту массовость? Желание всеобщей любви или грамотный расчет замечательного режиссера, в этой работе гения второго плана, Ренаты Литвиновой, заставляющего работать на более широкую публику. Задорный, открытый, безумно интересный, завораживающий образ — совершенно другой, абсолютно новый для Земы.
Глупо, но раньше я постоянно, сидя в первых рядах, следя за каждым ее движением, пыталась хоть немного представить, как она улыбается. Всматриваясь в глаза за очками, иногда начинало казаться, что их вовсе не существует. Лицо в очках становилось вполне органичным. Так и надо. Мы спим в очках, едим в очках — это неотъемлемая часть ее на публике. Если подобный образ был реакцией Земы на зрителя, вызванный нежеланием массового внимания к себе. То сейчас, этой неприязни, казалось, нет вовсе, главное, чтоб не мешали! Этот образ идет в абсолютный противовес с предыдущим, общим связующим здесь выступает лишь само творчество, которое сама Земфира называет своим портретом. Получается, что новый образ- это всего лишь внешняя оболочка, нас вовсе не характеризующая. Является ли он воплощением перемен самой Земфиры? Реален ли он?
Возможно ли предположить, что автопортрет Земфиры меняет свои черты с возрастом, с созреванием самой Земы. Личность рисует черточку, а потом занимается ее деформированием или же это можно охарактеризовать как выравнивание в поисках лучшего отражения себя?
Что это на главной афише на заднем плане? Эффект зарисовки или витиеватые хитросплетения мысли. Если мысль, то чья? Самой Земы или людей работающих вокруг нее. Привлекают внимание акценты, черно-белая Зема на ярком фоне с яркой надписью. Впервые, где я увидела этот прием, был мультфильм про Карлсона в моем глубоком детстве. Думаю, там это символизировало отчужденность Малыша, тоску и одиночество, среди мирской, чуждой ему суеты.
При просмотре, зная все слова, хотелось петь, но не громко вслух, как на концерте, а тихо, просебя, чтобы не спугнуть образ с экрана. Не упустить весь момент действа.
Тайна Земфиры для нас целиком и полностью остается в ее творчестве, открыта ли теперь для нас сама Земфира или это лишь созданная видимость, театр одного актера?
Земфира не сдается, или Литвинова сделала свое черное дело.
Только преданные поклонники могут рассыпаться в дифирамбах, посмотрев телевизионную версию концерта певицы Земфиры.
Земфира мне была интересна только поющая на сцене, живьем, неконтролирующая себя, естественная. А не бросающая в объектив камеры фразы. Лично меня не вставило. Ну не поверил я ей! Песням верил и верю до сих пор, но не фразам типа: «Мяса, мяса…» Литвинова старалась, видно, все упаковала красиво, но Земфира — это совсем другое, не попса.
Я бы не назвала ее красивой. Худая, ёжик на голове, сигаретный дым, черные джинсы, пиджак, гитара, но при этом очень женственная. Но она настолько красива внутри, что моих слов не хватит чтобы это описать. Искренняя улыбка, пронизывающий взгляд, волшебный голос, проникающий внутрь. Экспрессивная, живая. Такая близкая, но при этом загадочная.
-ну вот ты приходишь одна в квартиру и больше никого?
-у меня есть рыбки. Мне нравятся рыбки с детства, они прикольные. Они молчат.
Хрупкая, худенькая, но при этом сильная. Это подтверждают ее слова:
-я никого ни о чем не прошу. Вернее прошу не мешать. Не прошу помощи. Я боец. Файтер. Я осознанно выбрала себе эту модель.
-старение меня не парит. мне кажется я с годами только хорошею.
-об этом нельзя говорить вслух. но я очень много пою об этом.
Голос, этот голос.. пожалуй лучший женский вокал, феномен российской рок-сцены последнего десятилетия. И вживую он звучит так же прекрасно, а возможно даже и лучше. Ближе что ли.
«Зеленый театр в Земфире» — это самый масштабный [не считая «Богини»] результат творческой дружбы Ренаты Литвиновой и Земфиры Рамазановой. «Зеленый театр в Земфире» — это хорошо срежиссированная и четко смонтированная цифровая запись концерта в Москве, предварявшего выход альбома «Спасибо», дополненная любительскими записями фанов с мобильного телефона и интервью Земфиры в дымке черно-белого кадра.
Концерт состоит из пятнадцати песен и включает в себя практически все главные хиты Земфиры {Лондон, Хочешь, Аривидерчи, Почему и т. д.}, которые она исполняет с предельной самоотдачей. Признавая склонность к перфекционизму, она ничуть не стремится ее подавить, но, наоборот, при малейшей возможности работает на ее усиление. Обернутая в черные джинсы, пиждак, галстук, шарф, белые туфли и с короткой прической ежиком, Земфира выглядит наглым и дерзким феминным мальчиком, наглость и дерзость которого оправданы сильнейшим талантом. Талантом самоуверенным и требующем признания, красноречиво заявляющем о своем требовании в резких жестах и властных интонациях.
Элементы интервью, в отдельных местах уместно и ловко разбивающие собой концертную запись, являются связующими звеньями между отдельными частями выступления. Причем энергия, которой невозможно не пропитаться, наблюдая «Зеленый театр», чрезвычайно сильно проявляется не столько на концерте, где, растворяясь в музыке, она равномерно заполняет собой пространство, но, большей частью, именно в интервью, где, не будучи вовлеченной в определенную художественную форму, она обворожительно фонтанирует перед камерой.
Интервью сделано во все более востребованной на постсоветском пространстве западной манере, когда журналист {режиссер в нашем случае} устраняется за камеру и, не озвучивая своих вопросов, сосредотачивает внимание зрителя на ответах интервьюируемого, что позволяет создать более полный и интересный портрет артиста. Или, точнее, наброски портрета, поскольку, как небезосновательно утверждает Земфира, наиболее точный ее портрет вырисовывается именно в песнях. Рената не спорит с подругой и мысли, настроения и мнения, проявляющиеся в интервью, использует для того, чтобы акцентировать или актуализировать те или иные композиции. Земфира просит «мяса», Рената вставляет в фильм любительскую запись, где певица в «Анечке» снимает с себя маечку; на сцене случается фантомный финал, и Земфира риторически озадачивает зрителя вопросом в камеру: «Какой финал?!», за которым следует заявление о том, что петь она собирается еще очень долго и, как подтверждение этих слов, — выступление на бис с «Аривидерчи».
В качестве бонуса на диске представлено интервью с музыкантами Земфиры, где они рассказывают о себе, друг о дружке и своих взаимоотношениях с Земфирой. Рената также делится своим впечатлением о подруге и временами выдает ей характеристики, которыми очень хорошо использовать для комментариев к фильму и завершения рецензий на него: «Она такая женщина-загадка, на мой взгляд. То есть, ты открываешь одну дверь, там большой проход-коридор, потом другую дверь, и там бесконечные лабиринты-коридоры, и мне кажется, там внизу еще пятьдесят этажей. Она как КГБ какое-то или подземное метро».
Я четыре раза пытался написать отзыв, подбирал красивые фразы и понимал, что это фальшиво. Что получается то, что не допущено в «Зеленом театре…».
В «…театре…» есть человеческая интрига, похожая на ощущение приоткрытой двери, манящей, но не пускающей внутрь. В «…театре…» есть щепотка театральной пудры, создающей небывалую атмосферу. Но нет спектакля, нет шоу одного актера. Да и нет там актеров. Есть человек, который играет фразами и мыслями, который нелестно отзывается о «персонажах» нашей жизни, который позволяет завоевывать себя и путь к себе. Есть Земфира… и капелька Литвиновой, которая вроде полностью исключила себя из произведения, но оставила после себя поразительное, неизгладимое ощущение.
После просмотра я вышел и понял, что хочу упасть перед режиссером на колени, расцеловать ее изящные руки и молча уйти, не осмеливаясь выразить и слова. Я готов был упасть и перед Земфирой, но благодарить человека за то, какой он есть непривычно, несуразно и наиграно…
Черт подери! Зачем я вам это говорю? Все равно ведь привираю. Но искренне, открыто советую: сходите, задумайтесь и молчите, с улыбкой смотря на окружающих. Главное, возьмите с собой человека, который смог бы ощутить «Зеленый театр…» и понять ваше молчаливое состояние после просмотра. Человека, к которому вы испытываете чувство большее, чем дружба. Посмотрите и помолчите вместе, безмолвно обмениваясь взглядами, ощущая чувства режиссера и «актрисы»…
Фильм потрясает! С самой первой и до самой последний минуты. Когда ты смотришь его на большом экране (его непременно нужно посмотреть в кинотеатре, чтобы в полной мере оценить эту масштабность), ты начинаешь понимать, почему Рената называет этот концерт в своих интервью, возможно кажущимся чуть-чуть пафосным, словом «Великий». Он действительно такой — великий концерт Великой Женщины. Это не просто фильм-концерт. Это портрет человека. Многогранный. Противоречивый. Но с очень тонкой прорисовкой.
Противоречия можно заметить в самих диалогах Земфиры. Тут она говорит «КАК можно не реагировать? Нужно быть совсем бесчувственным, чтобы не реагировать… Если бы я могла, я бы не реагировала! Но я не могу!» А где-то дальше «Критика меня не может обидеть. Самый большой критик для себя — это я сама! Поэтому никакие критические отзывы не могут меня задеть». Здесь слова уже звучат жестко. Резко. С вызовом. Скорее как самовнушение, как стремление к тому чтобы научится не реагировать. Но это лично мое ощущение. Вывод о том, какая она на самом деле каждый сделает свой. В этом и есть одно из достоинств фильма. Литвинова, создавая картину, не навязывает своем мнение, она дает каждому право сформировать свое собственное.
Удивляет и то насколько эти диалоги и любительские записи органично вплетены в основную линию, в сам концерт в Зёленом театре. Казалось бы, что оно должно разрушать целостность восприятия, отвлекать, выдергивать тебя… Но нет! Всё совсем наоборот. Для меня это и открытие, и загадка. Так же как и загадка, КАК можно, так сохранить и передать атмосферу концерта, что временами тебя охватывает эффект настоящего присутствия (в реальность возвращает только непривычная сидячая обстановка). Хотя секрет наверное в том, что эта картина сделана не просто красиво, а с огромной любовью. Каждый кадр наполнен ею, в каждом кадре ты чувствуешь душу, которая была вложена в эту работу.. Если только можно назвать это работой..
Понравились планы, смена ракурсов — непривычные и свеженькие, это не то безобразие, что можно увидеть обычно на экранах наших телевизоров и не калька со съемок, обычно гораздо более профессионально работающих, западных операторов; здесь есть что-то свое. И нет чисто механического переключения картинки. Всё осмысленно и выверено до миллиметра, каждый кадр, что, скорее заслуга уже последующего монтажа.
Те, кто любит смотреть концерты, знает, насколько иногда раздражает и искажает восприятие постоянное переключение планов и ракурсов, так вот самое удивительное здесь — это то, что при довольно-таки частой смене картинки и планов твое внимание всё равно приковано к Земфире. Общих планов ровно столько, сколько необходимо чтобы просто создать у человека объемное представление о концерте.
Всё остальное направленно на то, чтобы показать Ее, раскрыть Ее характер, эмоции, чувства. Здесь очень много крупных планов. Кто снимал Земфиру ни раз, наверное, знают, насколько она невероятно интересный объект для съемки — ее лицо, жесты. Можно снимать ее крупным планом, 3 часа не отвлекаясь ни на что и впоследствии, когда будешь осматривать, тебе не станет скучно, ты будешь смотреть не отрываясь. Рената это ухватила. Уже давно. И здесь снова сумела это показать.
А самые потрясающие кадры это финал концерта — фейерверки, салюты и ее глаза, смотрящие на них и буря эмоций, которая переполняла ее настолько, что они пробежавшись по всему телу вырывались наружу, очень по-детски :) Это зацепило на концерте, это же зацепило и в записи. Момент, когда она прощается под звуки этого фейерверка и должна уйти со сцены, уходит, но тут же возвращается, стоит и из-за колонки вместе со всеми заворожено смотрит на это действо. Невероятно чистыми и искренними глазами. Как у ребенка. Самый, пожалуй, трогательный момент. И самая верная точка, которую можно было поставить. Последний штрих в портрете.
Да, мне очень понравился этот концерт Земфиры. Он на некоторое время сделал меня радостным и улучшил моё о ней мнение. Хорошая музыка, именно в этот раз была исполнена ею.
Но так пошло-вычурно снять этот концерт! Одно расстройство, ребятушки, одно расстройство. Все эти звёздочки из стандартного набора монтажёра-любителя…
Мне же весьма полюбилась «Богиня». Мне же очень нравится «Страна глухих». Но, но и… но. Богиня — случайное попадание. Страна глухих — заслуга режиссёра и Хаматовой. А «Зелёный театр…» как и последующая деятельность Литвиновой — печаль и попса.
Фильм Михаила Калатозишвили «Дикое поле» продолжает свое триумфальное шествие по церемониям вручения российских кинонаград — теперь ему присуждено три «Золотых орла»: за «Лучший фильм», «сценарий» и «музыку». А до этого картина уже удостоилась пяти «Белых слонов», присуждаемых Гильдией киноведов и кинокритиков России. (...)
