Здравствуй, мама
Плохие новости
Герой погибнет в начале повести
И мне останутся его сомнения
Я напишу о нем стихотворение
В первом российском фильме-концерте, вышедшем в кинопрокат, самого концерта оказалось куда больше, чем фильма. Для меня это был минус, ведь я надеялась, что Литвинова в первую очередь сделает ставку на фильм, да и реклама твердила об этом. На деле же получился отлично смонтированный концерт, но не более.
Вот кто-то сказал: «Земфира в этом фильме такая одинокая…» И это правда! Мне кажется, это ее одиночество Литвинова и хотела показать; отсюда этот акцент на Земфирину откинутую руку — беззащитно, отсюда и этот вопрос: «Вот ты приходишь домой, а там никого…» «А у меня там рыбки, — отвечает Земфира, — С детства люблю рыбок. Потому что они молчат».
Земфира в разговорной части «Зеленого театра» предстает такой жесткой, такой уверенной, но невольно складывается ощущение, что все это лишь защитная реакция, панцырь. И не получилось у Литвиновой-собеседника показать зрителю истинную Земфиру, получилось лишь что-то вроде интервью для желтого издания, где певица уже привычно обороняется «не тронь меня, не лезь ко мне». Так грустно… И что за этой оболочкой? Одиночество?
«Я недовольна собой, недовольна музыкантами, недовольна часто даже публикой — они могли бы любить меня больше».
Сам концерт, конечно, очень зрелищен: все это буйство цветов прожекторов, огни, фейерверки, дождь. И музыка. Но музыка… слишком. Все песни переделаны по-новому, и эти новые сложные аранжировки подчас «забивают» те гениальные в своей простоте строчки из ее песен, и комок к горлу подкатил лишь на почти нетронутых «Прости меня, моя любовь» и «Любовь как случайная смерть».
Венерические болезни
Бесконечно тоскливые ночи
Телефонный звонок как инъекция морфия
Как мне увидеть тебя среди прочих?
Все случится после,
Если случится После
Я вдыхаю твои обстоятельства,
Чтобы выдохнуть и оказаться возле
Для меня Земфира — в простоте, и поэтому взятая из интернета плохого качества запись «Во мне», вставленная Литвиновой в фильм, задела намного больше, чем все эти сложно аранжированные песни.
Во мне все слова
Во мне тишина
«Зеленый театр» оставил неоднозначное впечатление. С одной стороны, он демонстрирует Земфиру, какой она хочет казаться (фрагменты с интервью), с другой — Земфира здесь, какая она есть на самом деле сейчас. Веселая, немного грустная, задумчивая, безбашенная, серьезная, улыбчивая. Но однозначно — человек, которому хочется сказать «спасибо» за то, что он живет. Спасибо.
Первая Заставка- лицо Земфиры крупным планом, смотрящее прямо на тебя, что само по себе уже нонсенс, хочется рассматривать каждую черточку. Начинается музыка, моментальная дрожь по всему телу, чувствуешь только собственное дыхание в области живота и потеющие руки. Остального тебя просто нет. Ты там, в экране.
Эта музыка завораживает, она заставляет грустить и радоваться, иногда, кажется, что нет такого человека, который бы слушал ее без эмоций. Но что это? Куда подевалась прежняя Зема, немного брутальная, немного не своя? Перед нами другая, новая Земфира. Она не боится людей, не потупляет взор, не прячет глаза за черными как смоль очками. Она смотрит прямо. Дерзко и с вызовом. Она внешне абсолютно открыта зрителю. Она женственна, она флиртует, заигрывает и, в общем-то, смотрится достаточно органично. Она больше не держит три песни подряд микрофон в одной руке. Она свободно передвигается по сцене, что радует и привлекает. Она жаждет оваций, призывая зрителя, ввергая его в действо концерта.
Интересно, что Земфира Рамазанова из Уфы в начале своего творчества была похожа на самородок, закрытый, замкнутый в себе, в своих внутренних свершениях. Гениальный самородок, безусловно, требовававший раскрутки и пиара, доведения себя до блеска. Как у любого, талантливого человека, ее внешняя скованность была результатом огромных свершений в ее рассудке. Что, разумеется, вполне объяснимо.
В чем может быть причина такого резкого изменения поведения личности? Кому были адресованы ранние песни созревающей Земфиры? И есть ли у них адресат сейчас? Один и тот же это человек? Или это придуманный образ в очертаниях? Возможно, ранние песни Земфиры не имели конкретного образа, стремясь к чему-то высшему, идеальному или просто недосягаемому. Можно ли предположить, что новый взгляд на великолепные произведения, может быть, объясним тем, что песни посвящены совершенно определенному образу? Именно по этой причине даже в абсолютно грустных песнях, пугающих своим реализмом, на лице Земфиры сияет улыбка? Везде улыбка, даже там, где она неуместна. Или это из-за тех 12 камер, направленных только на нее? Может это новая форма доброжелательности, ауры, окружающей Земфиру на плакате?
Что толкает Земфиру в эту массовость? Желание всеобщей любви или грамотный расчет замечательного режиссера, в этой работе гения второго плана, Ренаты Литвиновой, заставляющего работать на более широкую публику. Задорный, открытый, безумно интересный, завораживающий образ — совершенно другой, абсолютно новый для Земы.
Глупо, но раньше я постоянно, сидя в первых рядах, следя за каждым ее движением, пыталась хоть немного представить, как она улыбается. Всматриваясь в глаза за очками, иногда начинало казаться, что их вовсе не существует. Лицо в очках становилось вполне органичным. Так и надо. Мы спим в очках, едим в очках — это неотъемлемая часть ее на публике. Если подобный образ был реакцией Земы на зрителя, вызванный нежеланием массового внимания к себе. То сейчас, этой неприязни, казалось, нет вовсе, главное, чтоб не мешали! Этот образ идет в абсолютный противовес с предыдущим, общим связующим здесь выступает лишь само творчество, которое сама Земфира называет своим портретом. Получается, что новый образ- это всего лишь внешняя оболочка, нас вовсе не характеризующая. Является ли он воплощением перемен самой Земфиры? Реален ли он?
Возможно ли предположить, что автопортрет Земфиры меняет свои черты с возрастом, с созреванием самой Земы. Личность рисует черточку, а потом занимается ее деформированием или же это можно охарактеризовать как выравнивание в поисках лучшего отражения себя?
Что это на главной афише на заднем плане? Эффект зарисовки или витиеватые хитросплетения мысли. Если мысль, то чья? Самой Земы или людей работающих вокруг нее. Привлекают внимание акценты, черно-белая Зема на ярком фоне с яркой надписью. Впервые, где я увидела этот прием, был мультфильм про Карлсона в моем глубоком детстве. Думаю, там это символизировало отчужденность Малыша, тоску и одиночество, среди мирской, чуждой ему суеты.
При просмотре, зная все слова, хотелось петь, но не громко вслух, как на концерте, а тихо, просебя, чтобы не спугнуть образ с экрана. Не упустить весь момент действа.
Тайна Земфиры для нас целиком и полностью остается в ее творчестве, открыта ли теперь для нас сама Земфира или это лишь созданная видимость, театр одного актера?
Мое мнение, конечно, очень субъективно, как, впрочем, мнение любого зрителя. Можно было бы очень долго и красочно описывать тот заряд положительных эмоций, которые возникают сразу, как только на сцене Зеленого Театра появляется Земфира. Чумовая энергетика и очень качественный звук. Но обо всем это скажут и без меня.
Хочу подробнее остановиться на заслугах режиссера. Снят сам концерт отлично, смонтирован великолепно. Возможно, такое впечатление возникает в сравнении с концертами записанными телевизионщиками, не знаю. Но Литвиновой, я считаю, удалось передать главное — настроение каждой песни.
Главная героиня раскрыта и подчеркнута крупными планами, жестами, стопкадрами и даже моментами, когда Земфиры в кадре нет. Тонко прочувствована музыка, смена планов всегда в кассу. Море рук в фанзоне, повторяющее за Земфирой жесты, букеты цветов, плакаты, практически отсутствующие зонты при проливном дожде — все это передает очень атмосферу.
Хорошо, осмысленно, в течение концерта вплетены и монологи, диалоги и любительская съемка. Все это не отвлекает, а скорее подчеркивает главное — песни. Конечно, сам текст интервью причесан. Да и на некоторые из этих тем Земфира говорила раньше, например, в «Школе злословия». Однако даже среди некоторого пафоса этих слов, встречаются явные экспромты… к тому же эти монологи хороши уже тем, как Земфира смотрит на собеседницу, скрывшуюся по ту сторону камеры.
Те, кто недолюбливает Литвинову, будут говорить, что фильм сделан через неё и главным образом о том, как Рената видит, чувствует, воспринимает Земфиру. Я с этим мнением не согласна. Во-первых, нельзя снять беспристрастное кино о восхищающей тебя личности, во-вторых, режиссер имеет право показать свое отношение к теме фильма. И даже было бы странно, если бы этого не происходило. Литвиновой напрямую в фильме немного, а вот её с любовью проделанная работа чувствуется. Все эти мелочи вроде стареньких, видавших виды досок сцены Зеленого театра, бровей-домиком Земфиры и настоящей боли на лице в конце «Здравствуй, мама», нежного отношения к своим музыкантам.
Кстати, как Шурову аплодировали! Подпевание зала и такой ищущий взгляд Земфиры, как будто ей очень важно убедиться, что поет именно этот конкретный человек. Сумасшедшие пробежки и танцы, стояние под дождем и салют, конечно… Красивый финал, подчеркивающий то, что концерт состоялся в Москве — «Аривидерчи» звучащее в новой аранжировке более правдиво, что ли. Я слушала эту песню, и совсем иначе сложились слова — в другие смыслы нежели 8 лет назад. Да, еще перевернулась для меня песня «Ракеты», никогда я её не любила особо, но здесь… Такой драйв!
Подвожу черту. Тем, кто неравнодушен к творчеству Земфиры — срочно топать в кинотеатр. Оно того стоит. Тем, кто равнодушен, тоже топать — возможно, вы откроете что-то новое для себя.
Земфира не сдается, или Литвинова сделала свое черное дело.
Только преданные поклонники могут рассыпаться в дифирамбах, посмотрев телевизионную версию концерта певицы Земфиры.
Земфира мне была интересна только поющая на сцене, живьем, неконтролирующая себя, естественная. А не бросающая в объектив камеры фразы. Лично меня не вставило. Ну не поверил я ей! Песням верил и верю до сих пор, но не фразам типа: «Мяса, мяса…» Литвинова старалась, видно, все упаковала красиво, но Земфира — это совсем другое, не попса.
Как Уфимец, рад вообще, смотреть на свою одну из «бывших» любимых певиц. Хотя, наверное это здесь не приемлемо. С удовольствием слушал и смотрел фильм. Очень харизматичная, открытая, молодая Земфира. Молодая, впрочем, не в смысле возраста, а в смысле творчества. Хотя с этого фильма я только уделил должное внимание альбому «Спасибо». А до этого — проигнорировал, т. к. люблю ту Земфиру, ту, где ПММЛ, Ракеты… Это музыка сердца. Для меня — словно Цой. Музыка без рамок, без рамок времени, без рамок периода жизни.
Непосредственно о фильме. Мне очень понравился, я просмотрел весь фильм чуть дыша. Мне почему то и сейчас кажется, что он немного не реальный. Я думал уже не когда вот так вот не услышу этих песен, тем более в такой обработке как их так и фильма. Наверное почувствовал себя каким то самодостаточно-счастливым во время просмотра.
А вам нравится творчество Земфиры? Садитесь и смотрите фильм. Возьмите с собой пива, возьмите девушку. Возьмите с собой свои эмоции и смотрите.
8 июня 2007 года. Порассуждав на лодочной палубе о ситуации в Ираке и пройдя осмотр горла у врача, девушка в зеленом шарфике (нет, не последняя героиня Айлы Фишер), поднимается на сцену в парке им. Горького и, подыгрывая себе на бубне, затягивает песню о той, что «стучала в дверь открытую». Далее будет еще примерно полтора десятка.
«Зеленый театр в Земфире» — это своего рода полнометражное фанатское видео, в котором те самые фанаты творчества госпожи Рамазановой найдут свои любимые композиции в нестандартных аранжировках, а просто любители качественной российской музыки — впечатляющий заряд энергетики и, возможно, ответ на вопрос, что же нужно для того, чтобы громко вернуться к деятельности после продолжительного затишья. Заметно похудеть, набить несколько аккуратных татуировок и объявить собственную независимость.
Ни в коем случае, не стоит удаленно представлять себе данную картину в качестве художественной биографической, хотя и такую уже можно было снять. Перед нами чуть менее чем полуторачасовой фильм-концерт, из которого, кроме того, как великолепно главная виновница торжества держит зал, вряд ли удастся почерпнуть какие-либо интересные фрагменты. Впрочем, в качестве своеобразного десерта имеются все же уютные вкрапления в трек лист черно-белых отрывков интервью, взятого у Земфиры режиссером и отчасти раскрывающего ее личность (так например, автор этих строк целиком и полностью разделяет позицию певицы касательно отражения любви в текстах песен).
Взглянув на работу Литвиновой беспристрастно, можно сделать лишь один вразумительный вывод: Земфира больна. Неизлечимо больна собственной музыкой. Наблюдать же за сценическими припадками таких людей всегда по-своему приятно.
Еще в начале просмотра появилось чувство разочарования. Я пошла в кинотеатр, ожидая от фильма ощущения присутствия на концерте, а ощущение было как-будто я просматриваю дома плохого качества копию, мало того что изображение хромало, так еще и звук был прописан не лучшим образом. Фильм получился слишком любительским.
Картина подарила только одну мысль: «Как хорошо, должно быть, было на концерте».
Фильм Михаила Калатозишвили «Дикое поле» продолжает свое триумфальное шествие по церемониям вручения российских кинонаград — теперь ему присуждено три «Золотых орла»: за «Лучший фильм», «сценарий» и «музыку». А до этого картина уже удостоилась пяти «Белых слонов», присуждаемых Гильдией киноведов и кинокритиков России. (...)
