Невероятно! Шедеврально! Произведеньеще!

Вот уже 3 день как я не могу отойти от размышлений об этом фильме, неподвижно сидя на кровати или на стуле, как и главный герой, кажется, меня скоро накроет глубокий катарсис от увиденной вакханалии кинематографических эмоций, кажется, я начинаю понимать — герой выполнил задание не столько потому и вообще не потому, что использовал воображение, это был лишь словесный камуфляж, а потому лишь, что отказался от секса с брюнеткой в чёрных очках, никогда не делал лишних движений, всегда рассматривал только одну картину за одно посещение музея, как заповедовал великий Васильев, носил только строгие классические костюмы, держал язык за зубами и слушал только классическую музыку — бой постмодернизму, бой всем наслаждениям жизни, всё это лишь прах, всё это ничего не стоит, жизнь ничего не стоит, самое главное УБИТЬ БИЛЛА мюррея — да, вот это и есть предел контроля, когда ты постоянно думаешь о работе, даже ночью глаза не закрываешь, даже когда на тебя вешается такая оргазмогарантирующая самочка, не курить, пить только эспрессо, есть только бумажки, каждое утро не лениться медитировать и всегда сохранять кинь-в-меня-кирпичное выражение лица.

Фильмы Джармуша всегда были своеобразным тестом на IQ, «пропуском» в мир искусства. Пожалуй, больше ни один режиссёр современности не оседлал так прочно метафору. Вы хотели пищи для ума — вот вам бумага из коробка. Вы хотели харизматичного главного героя — вот вам вечно молчащий негр, который даже зарядку делает в костюме (честно говоря, мне показалось, Джармуш украл его из «Старикам тут не место»). Вы хотели захватывающую историю — вот вам криминальный сюжетец. Вы хотели искромётных диалогов — получайте афористические высказывания и мини-монологи о гранях жизни. Вы, может быть, хотели рецепт счастья — так даже это у Джармуша в коробОчке найдётся: музыка, кино, богема и галлюциногенные препараты.

Как всегда, фильм Джармуша — это путь. Вот только в данном случае я до самого конца думала — путь к чему? К уничтожению контролирующих организаций и личному освобождению? По четырём названным ступенькам счастья? Задушите жлоба гитарной струной, поразите его силой своего воображения — и тогда его пистолет и спесь окажутся бессильными. «Предел контроля» мог бы быть опасным социальным протестом, если бы не умиротворяющая зелёная толстовка в конце и коробок, оставленный в мусорном баке.

Жизнь ничего не стоит. Может быть поэтому метафора в этот раз получилась такой…чёрной. И тут уже дело каждого — найти в этом квадрате Малевича всю палитру красок.

Как всегда. Обычно он более или менее загадочен, но здесь превзойдены привычные границы, ребусность усугублена. Конечно, заурядный негр подтянут до якобы интеллектуала, смешно, когда ему говорят всякие утонченности. Но как живо и непосредственно, а по-своему и глубоко он реагирует на фламенко. Просто у африканцев другое мировосприятие. Хотя, Уилл Смит и Фримен вполне европеистичны, но возможно, это исключение.

Зрителю предлагается сложная шарада, режиссер завязывает с ним трепетную игру. Но он, зритель, долго сопротивляется и почти произносит в один из моментов прозрений: «А фильм-то — пустышка», но все же что-то мешает ему до конца поверить в это.

Далек я от игры в загадочность витиеватых слов во многих моментах фильма. Они-то, сии слова, фразы, как кучки навоза откровенно незатейливы, саморазоблачительны и сходу неприемлемы теми, в ком устоялась сколь-нибудь стройная система этических ценностей. «Субъективизм», «жизнь — набор случайностей», «что зло, что добро — без разницы» и т. д. — все это, конечно, опасная чушь, плоды человеческого разума, блуждающего во тьме.

Но в крайней степени интересен и глубок символизм картины — «свои» определяются по наличию коробков. Записки со словами и без. Голая бесстыжая баба — олицетворение современного принципа духовного и телесного растления, подаваемого как норма и даже добродетель, но совершенно отрезающего человека от знания, восприятия, и, по большому счету, от самой жизни.

Если продолжить символический ряд, то в данном случае не столько бедный Мюррей убивается, сколько внутреннее сдерживающее начало в человеке. И это убийство делает человека по сути безбашенным, хотя ему и кажется при этом, что он напрочь освободился от контроля, стал свободным. И здесь начинается путаница, ибо на чью сторону склонены симпатии зрителя — на сторону Мюррея или его «убийцы»? Вроде бы мы все за свободу. Но свобода ли, освобождение ли то, чего добивается «верный сын» Пса-призрака в конце фильма?

Задумайся, достопочтенный зритель и не спеши с выводами.

Да и меня прости за мою субъективность

Герой фильма в исполнении известного по роли продавца мороженного из «Пса призрака» ивуарийского актёра Исаака Де Банколе предлагает в финале своего путешествия по Испании расслабиться и включить воображение. Именно так и стоит воспринимать «Предел контроля» — домыслить за Джармушем, отключив логику, ибо она может помешать представить себе как пройти без шума и пыли в бронированное, звуконепроницаемое помещение с толстыми стенами.

Весь фильм представляет собой общение героя с самыми разнообразными людьми на какие-то философские темы. А надевшая светлый парик Тильда Суинтон так вообще раскрывает финал фильма Орсона Уэллса «Леди из Шанхая», обломав Вонг Кар Ваю римейк. Помимо неё собеседниками героя становятся самые разнообразные люди — болтливый старик так и не получивший ответа от героя; нимфоманка предлагающая герою секс: люди с музыкальными инструментами. Кодовая фраза, обращенная к герою: «вы говорите по-испански» повторяется раз за разом. Как и привычка героя заказывать в каждом кафе, где он бывает две чашечки эспрессо. Но главное увлечение героя помимо этих философских бесед — обмен со своими собеседниками спичными коробками с изображением зеленого боксера на спичные коробки с изображением красного боксера.

«Предел контроля» один из тех фильмов, о которых говорят: сколько критиков — столько у фильма и смыслов. Каждый норовит углядеть в последнем на сегодняшний день фильме мастера Джима Джармуша вселенский смысл. А какой может быть общенародный смысл у воображения? Это сугубо индивидуальное явление. Кто-то вроде кинотворцов и писателей делится своим воображением с массами, кто-то держит при себе эти пошлые мысли, а Джим Джармуш (пригласив туда Суинтон, Билла Мюррея, Джона Херта и Берналя) сделал кино, посмотрев которое не нужно осознавать, достаточно «представить» себе ответ на всего один: и это всё? Ответить на него нужно отрицательно.

Рано или поздно в жизни любого киномана приходит время безэмоциальности и апатии. Ничего неохота смотреть, тем более анализировать и пытаться понять суть. В сложных фильмах, таких как у Джима Джармуша смысл кроется глубоко во тьме, и тьма эта непроглядна. Видны лишь силуэты, которые каждый может интерпретировать по-своему, соответствуя только ему свойственной практике, выбирая свой вариант ответа.

После многих фильмов, так или инчае предполагающих долгие раздумья над сюжетом, Джармуш пошел еще дальше. Он создал совершенно оригинальное полотно, где присутствует… лишь полотно. Все. Конец фильма. И нет апатии, потому что такое надругательство над канонами сюжета неприемлемо, но отвращения нет. Есть лишь тончайшая философия, которую проводит Джармуш, и открывает наш внутренний диалог, который у каждого свой. У каждого — не истина в последней инстанции, а чисто субъективный взгляд на мир, мир, где возможно все и невозможно ничто.

Субъективность — это основное чувство фильма, и его выражает буквально все вокруг. Все герои говорят лишь то, что им известно. Только то, о чем они хотят говорить. В таком случае сперва фильм тебе кажется никчемным, однако, после часика-двух наступает прозрение, которое не изменит ничто. Оно-то ведь тоже субъективно.

Автор «Мертвеца» и «Кофе и сигарет» преподносит нам свежую историю. Новый фильм от Джима Джармуша «Пределы контроля» отличается особой атмосферой и глубоким смыслом.

Герой Исаака де Банколе — наемный убийца, интересующийся искусством. В нем он находит определенные смыслы — он видит их как в искусно написанных картинах, так и в простой белой простыне. Этот человек проходит некое путешествие, состоящее из встреч с людьми, с которыми он ведет беседы о кино, науке, искусстве и пр. Связующими элементами становятся в этой истории герои Тильды Суинтон, Билла Мюррея и Гаэля Гарсиа Берналя. На протяжении всего фильма их герои подходят к нему с одним и тем же вопросом — не говорит ли он случаем по-испански, на что он в обязательном порядке отвечает отрицательно. «Два эспрессо в отдельных чашках» — заказывает всегда главный герой, видимо кофе в фильмах Джармуша — это уже фетиш.

Этот кино наполнено фразами для размышления: «Мне иногда нравится, когда люди просто сидят, не произнося ни слова. » Действительно иногда лучше выдержать паузу и помолчать, ведь в этом молчании могут зародиться многие важные мысли. Или фраза, произнесенная героиней Тильды Суинтон: «Иногда мне кажется, что отражение куда реальнее, чем то, что отражается». Когда мы смотримся в зеркало, мы видим определенный образ, ту внешность, с которой нас отождествляют и тот имидж, который быть может, мы сами себе создали. Но внутри наедине сами с собой мы абсолютно другие: человек может быть «гадким утенком» и внутренне прекрасным или может представать перед нами внешне идеальным, но быть пустым.

В течение всей картины мы слышим фразы, несущие массу смыслов и если все их разобрать, то получится определенный мир, переданный Джимом Джармушем через камеру. Режиссер оставляет много места в фильме без разговоров, чтобы дать зрителю подумать и попытаться вникнуть в его мир.

Говорить с самим собой и быть понятым… это дар. А если человек, им владеющий, еще и режиссер, то это уже подарок всему миру. В истории кинематографа не так много авторов, которые в своих работах ведут такой монолог. Джим Джармуш один из них. А «Пределы контроля» его последняя работа и оставить ее без внимания было бы просто неуважением.

Некий герой (Исаак де Банколи) путешествует по Испании, по пути встречая «проводников» (Тильда Суитон, Гаэль Гарсия Берналь). Они передают ему бумажки, что в них написано одному Джармушу известно, говорят пару мудрых фраз. Вот собственно и все.

Достаточно стабильный, вязкий сюжет. Фильм этот не переносит нетерпения. Он погружает, затягивает зрителя… гипнотизируя с помощью убивающей стабильности. И когда вы и фильм начнете дышать синхронно… тогда становится ясно, какая в нем заложена динамика, а движение его главный герой.

Сюжет вообще для Джармуша не приоритет. Не стоит пытаться разгадать что же это за послания, почему герой пьет эспрессо в разных чашка, да да… два эспрессо в разных чашках, куда он едет, чего ищет? Кто он? Зачем знать все эти мелочи, когда сам фильм в целом готов претендовать на отдельную философию, как вывернутое наизнанку сознание режиссера, как его же, или ваш, дурной сон. Именно как во сне не замечаешь деталей, не ловишь смысла, а на утро в сознании остаются лишь образы и конечно понимание Всего. « Мне нравятся такие фильмы, в которых почти не разговаривают. Чтобы кино было как сон — непонятно, то ли ты видел это на самом деле, то ли тебе это приснилось» — говорит в кадре Тильда Суинтон. И ведь дело говорит… такие фильмы — сны… пожалуй, фетиш режиссера.

Отдельное внимание надо уделить звуковому сопровождению, так как это тишина… и звуки японцев Boris, которые и есть тишина в звуковом исполнении.

Этот фильм из разряда так называемого кино не для всех. Но с другой стороны, это как раз кино для многих. Поклонники Джармуша найдут тут отголоски хрестоматийного «Мертвеца», кто то ответы на вечное, кто то молчание которого так часто не хватает… и конечно эстетов фильм не оставит равнодушным, так как каждый кадр его произведение визуального искусства.

На этот фильм уже успело обрушиться много критики… так же как и восхищения. Но в том то и красота работ Джармуша, что они сделаны без оглядки и, пожалуй, так четко и методично зрителям еще никто не давал понять, что ему на них наплевать. Он давно изобрел свой язык, вернее он с ним родился… и этот фильм для тех, кто на нем говорит… хотя бы со словарем. Ведь не зря кодовая фраза для героев фильма: «Вы говорите по-испански?

8 из 10

Жанр «Пределов Конторля» заявлен как криминальная драма/мистери. Я согласна, что это- загадочный фильм, я бы даже сказала, самый загадочный у Джима Джармуша. Хорошо это или нет — судить Вам, зритель, самому. Я, честно говоря, не знаю. Но, согласно Джармушу, это нормально: «Это прекрасно, что зрители имеют разное мнение о том, что они только что увидели, и не находят ответов на все вопросы. Часто и я не знаю всех ответов.»

Что я знаю наверняка — Джим Джармуш ставит красивые и странные фильмы, преисполненные ссылок и к его предыдущим фильмам и к не его, которые он любит цитировать. Ещё — он любитель кофе (эспрессо, в двух чашечках, плиз) и предпочитает своих главных героев — одинокими, молчаливыми, отчуждёнными от окружающей действительности, и очень одинокими — или я уже повторяюсь?

Кому-то Пределы Конторля покажутся гениальной глубокой работой, новым словом в языке кино, размышлением о жизни, смерти, возрождении и Боге, наблюдающим за нами с неба (всевидящий рокочущий вертолёт, не выпускающий из поля зрения главного героя, куда бы он не двигался). Кто-то скажет, что главный герой, молчаливый, значительный и непроницаемый — очередное воплощение Иствудского Человека без Имени, а кто-то, что он — дань восхищения Джармуша одним из самых загадочных европейских фильмов, «В прошлом году в Мариенбаде» (1961) Алена Рене/Алена Роб-Грийе. Кто-то пожалуется, что в жизни более скучного, навевающего глубокий здоровый сон занудства, он не видел. Кто-то будет с удовольствием находить разбросанные тут и там на протяжении всего фильма наводки и ссылки из начальной сцены с массой крылатых фраз, искусно помещённых в дальнейших эпизодах. Кто-то запомнит Паз де ла Уэрту, обнажённую во всех её сценах маху (Мерси боку, Мсье Годар).

Кто-то (Ваша покорная слуга) в очередной раз убедится, что Тильда Суинтон — прекрасная актриса, украшающая любой фильм своим присутствием и платиновый парик ей к лицу. Думаю, мы все (кто высидел) ждали появления Билла Мюррея. Слишком мало, слишком поздно, на мой взгляд. Без сомнения, замечательно хороша работа знаменитого Кристофера Дойла, чья камера следует за одиноким героем по улицам Мадрида, Севильи и глухим селеньях юга Испании. Это совсем не удивительно — когда Дойл, постоянный соратник Kar Wai Wong`a снимал плохо?

Кто-то, незнакомый с супер арт фильмами, вообще недоумённо спросит: «Джим Джар.. кто?» А я скажу так. Одна шутка, повторенная около десяти раз, редко срабатывает. «Кофе и Сигареты» самого Джармуша — один из примеров удачной шутки, рассказанной неоднократно. Другой пример -«Скромноe Очаровании Буржуазии» и его антипод, «Ангел-истребитель «Луиса Бунюэля. Фильмы Бунюэля коротки, динамичны и беспредельно увлекательны, и при этом не менее загадочны, чем Пределы Контроля, который где-то в середине превратился для меня в серьёзное испытание пределов терпения.

Рекомендую ли я Пределы Контроля? Фильм — на усмотрение потенциального зрителя. Если Вы — преданный фэн супер артхаусного кино, ныряйте смело. Если вы не уверены, ну что же, всё равно ныряйте. Может быть, Вы и фильм «кликнитесь», и Вам откроется окно в пространство, контролируемое воображением Джима Джармуша, которое уже многих притянуло в свою орбиту. Для меня же оно только приоткрылось и впечатлило гораздо меньше, чем ранняя работа Джармуша, «Пёс-призрак: путь самурая» (1999).

Если вы хотите сидеть 2 часа и наблюдать за особенностями походки надменно серьезного и черного, как ночь, парня по различным городам Испании, то вам прямиком на этот фильм. Если же вы хотите увидеть хотя бы что-то кроме бессвязных фраз про искусство, пожирания бумажек и разноцветных спичечных коробков — то вам, к сожалению, мимо кинотеатра.

Есть в фильме никому не нужные высокомерные искусствоведы, люди Богемы, ставящие себя выше всех остальных. Есть так же беспрерывные фразы про то, что таким столь высокомерным светит дорога прямиком на кладбище. Есть там даже Билл Мюррей, который так прямо и без предисловий за пару минут экранного времени, уделенного ему, выкрикивает всю основную мысль фильма. Но как же все долго, скучно и однообразно! Если бы вырезать больше чем половину картины, смысл бы сохранился. Действие частенько даже вызывает усмешку из-за почти одинаковых, шаблонных действий героя. Еще какие-то вертолеты, кодовые фразки, вечные поезда и медитация, медитация.. Немного подумать после фильма заставляет, наверное, только имя режиссера и затерявшаяся в уголках сознания маленькая мысль о том, что не мог Джармуш сделать такое занудство просто так. Тут, наверное, что-то есть.

Издевательство и сарказм над высшим обществом — вот основная мысль режиссера. Сейчас люди хотят казаться всезнающими и возвышенными, творческими, эрудированными. Сейчас это модно. И в томных взглядах главного героя, и в его каждодневных походах на выставку, где по его лицу кажется, что он единственный может понимать искусство, и люди с коробками, которые вместо «привет» рассуждают о картинах, кино, музыке. Как будто они хотят засветиться и быстро показать, что они ценители, они понимают что к чему. Еще много мелких деталей, типо оценивающих и высокомерных взглядов героя на других людей в ресторанах, фарс в его поведении, его вечно мудрейшее молчание. Это все, кстати, очень свойственно нашим «элитным» современникам, вернее тем, кто сам повесил на себя такое красивое звание.

А Мюррей сказал: «Чепуха все это, мать твою!» и высказал мнение Джима Джармуша, которому не по душе вышеописанное положение вещей. Еще можно было сказать: не чепуха, а — фальшивка. И так, и так правильно.

На кинофестивале «Завтра» была премьера. Фильм приехал представлять лично Кристофер Дойл. Во вступлении он сказал, что фильм получился очень «Дзен» и что это такое некое путешествие.

Думаю, что этот фильм всколыхнет массы. Искусство или полная хрень?

Действительно получился полный «Дзен».

Я все два часа не мог оторваться от экрана, снято просто фантастически, но это заслуга оператора.

Дойл забрался на такую высоту, что ему можно ставить памятник при жизни.

Этот фильм стоит посмотреть, он стоит этого.

Иногда очень важно уметь прощать великим режиссерам их ошибки, зрительски прощать и досидеть до конца сеанса.