1560 год, Южная Америка. Уже открыты Эспаньола и Куба, Венесуэла и Мексика, Панама и Золотая Кастилья, но Эльдорадо, легендарное государство из золота, так и не найдено. Тщеславие и жажда золота все дальше и дальше гонят испанских конкистадоров в дикие джунгли Амазонии. В очередной опасной экспедиции по неизведанным землям набирается команда самых мужественных и отчаянных рыцарей-авантюристов. Здесь нет законов, здесь нет королевской власти. Впереди — неизвестность и страх, голод и смерть, стрелы индейцев и тропическая лихорадка. И еще — Эльдорадо… Золото или смерть — третьего не дано!
Это рассказ об экспедиции испанских конкистадоров, которые отправились в 1560 году на поиски в амазонских джунглях богатой страны Эльдорадо, настоящего «золотого рая» на Земле. Но развернувшаяся среди конкистадоров жестокая борьба за власть привела их в итоге к духовному опустошению и краху. А в центре картины — трагическая судьба Лопе де Агирре, которому уже была посвящена замечательная лента «Агирре, гнев Божий» (1971) немца Вернера Херцога.(... читать всё)
Атмосфера конкисты в Новом Свете в середине 16 века передана вполне точно (если судить по источникам того времени), хорошие костюмы, декорации, историческая достоверность на уровне.
Но сам по себе фильм очень уж затянутый и нудный. Львиную долю составляют интриги, заговоры и передел власти в этом небольшом отряде искателей «Земли Золотого Короля». Я понимаю, что всё скорее всего так и было, что испанцы дрались за власть как бешеные, но можно же было побольше уделить внимания стычкам с индейцами, сражениям, военным вылазкам, открытиям… Ну или просто не делать тогда фильм таким длинным (2 часа 23 минуты).
Два с половиной часа они плывут на своих утлых судёнышках по Амазонке (или некой подобной реке), выясняя отношения, периодически высаживаясь на берег, чтобы встретить там немногочисленных индейцев, устроить очередную внутреннюю революцию, а потом плыть дальше… И так весь фильм, до самого конца, пока Агирре не попадает в плен к другим испанским солдатам, как мятежник, психопат и убийца — а этого нам так и не показывают, просто сообщают в финале. Скучно, господа, скучно. «Агирре, гнев Божий» не в пример интереснее был, хотя и не с таким размахом был сделан, и на 10 лет раньше был снят.
7 из 10, за атмосферу, костюмы и историческую достоверность.
Красивый, панорамный, хорошо сделанный исторический фильм. Он заслуживал бы полного одобрения, если бы, во-первых, не был римейком фильма гениального, во-вторых, если бы его снимал не Карлос Саура, а Алехандро, скажем, Аменабар.
Но этот фильм снят Саурой, а история безумного конкистадора Лопе Агирре уже была рассказана Вернером Херцогом в его термоядерном дуэте с Клаусом Кински, в фильме «Агирре, гнев божий». Трудно себе представить другого Агирре, нежели Агирре Кински. И если фильм Сауры достовернее документально, реалистичнее, богаче сюжетно, чувственно, то воспринимается он все равно как перепев легенды. Конечно, Эусебио Понсела, актер Сулуэты и Альмодовара, на одной из ролей второго плана, исполненной романсным мелодраматизмом, — это сильный ход. Но относительно главной сюжетной линии постоянно ловишь себя на ощущении вторичности «Эльдорадо».
Несмотря на то, что Херцог все же снимал скорее притчу, монодраму, нежели историческую эпопею, а фильм Сауры — многофигурная композиция, трудно предпочесть минималистичности Херцога работу Сауры, разворачивающего в более чем двухчасовом фильме истории, по меньшей мере, трех персонажей, лишь ненадолго оттенивших Агирре у Херцога: губернатора, убитого Агирре, его любовницы доньи Иньес, «короля» новых земель дона де Гусмана (Понсела), — а также истории еще полудесятка персонажей. Слишком понятно, что все побочные линии понадобились, чтобы отвлечь зрителя от центрального персонажа, сделать сыгранного раньше Клаусом Кински конкистадора лишь одним из конкистадоров фильма «Эльдорадо». Однако, использовав такое «разбухание» в эпос, как говорят немецкие историки литературы, Саура сохранил основную структуру фильма Херцога. Опять же, если бы Аменабар сделал это (вместо тенденциозной «Агоры»), оставалось бы рукоплескать. Но Карлос Саура — признанный мастер авторского кино, обладающий собственным ярким стилем, автор таких классических картин, как «Кармен», «С завязанными глазами», «Ана и волки», снявший уже после «Эльдорадо» поразительный фильм «Я, Дон Жуан». Возникает вопрос: не пригласили ли режиссера отчасти в качестве свадебного генерала, жестко задав ему не «артхаузные», более кассовые рамки киноэпопеи?
Но, возможно, Саура сам попытался, снова после «Плача по бандиту», создать масштабную историческую постановку в сценах и картинах. Тогда непонятно, почему он избрал путь римейка. Впрочем, надо в этом смысле отдать режиссеру должное: понимая, что заменить Кински, раскрытого Херцогом, попросту некем (можно пофантазировать, а если бы Сауре удалось заполучить на роль Агирре в 88-ом Хопкинса?), он приложил немало усилий, чтобы отвлечь зрители от центральной фигуры. И в этом смысле поступил мудрее, скажем, Кончаловского, снимающего римейк «Льва зимой»: без молодых Далтона, Хопкинса и О`Тула, с актерами средней руки вместо них, Кончаловский легкомысленно взвалил всю ношу на Гленн Клоуз, которая вытянула фильм, но в одиночку, работая в компании Патрика Стюарта и Юлии Высоцкой, не могла создать кино, становящееся рядом с оригиналом, тем более, что роль Рис-Майерса — эпизодическая.
