1781 год. Антонио Сальери успешно справляется с обязанностями придворного композитора при императоре Иосифе II. Когда же при дворе появляется Моцарт, Сальери к своему ужасу обнаруживает, что божественный музыкальный дар, которым он так желает обладать, был отпущен какому-то непристойному, проказливому шуту. Ослепленный завистью, он замышляет во что бы то ни стало уничтожить Моцарта…
Вольфганг Амадей Моцарт умер в нищете и был погребен в могиле для бедняков на венском кладбище Св. Марка. Спустя много лет могилу пытались найти, но безрезультатно.
Триумфальный приём этой ленты большинством критиков и зрителей свидетельствует о том, что режиссёрская концепция Милоша Формана на основе известной пьесы английского драматурга Питера Шеффера пришлась по душе многим. Выдвинутый на первый план образ посредственного и завистливого композитора Антонио Сальери (его блестяще сыграл Фарид Марри Эбрахам, хороший театральный актёр с Бродвея, мало кому ведомый в кино, и заслуженно получил «Оскар», также победив своего замечательного партнёра Тома Халса), вроде бы интерпретирован в соответствии с ходячей легендой об отравлении гениального Моцарта. Однако вся история в «Амадее» Формана может быть понята вероятностно, почти как бред сумасшедшего, согласно прологу в доме умалишённых. Тут, кстати, обнаруживается внутренняя связь с другим знаменитым фильмом этого режиссёра («Кто-то полетел над гнездом кукушки»), с восторгом принятым повсеместно.(... читать всё)
Многие высказывания о Моцарте наводят на мысль, что в его музыке ощущается некое дуновение сверхъестественного, просвет ангельского мира или, как писал Герман Гессе, золотой след трансцендентности
«Искусству присуще стремление к достижению конечной цели — смыслового абсолюта, максимума. Это максимально возможная объективация метафизического, божественного, ибо именно божественный свет и является тем смыслом, той идеей. Любое искусство как раз и представляет собой такого рода конкретное выражение непостижимой идеи, «A be» в контингентности. Однако сущность контингентного такова, что она не в состоянии охватить бесконечность целиком. Потому искусство никогда не сообщит всей идеи, к этому оно вечно стремится, и в этом его вечная трагедия»
Ганс Урс фон Бальтазар «Три речи о Моцарте»
Главное, на мой взгляд что нужно понимать об этом фильме — это два основоположения. Первое, это не биография, а лишь интерпретация. Второе, если Вы способны будете увидеть его сквозь это, то Вам откроется, что он поднимает глубочайшие философские вопросы.
Что такое музыка? Она открывается как откровение трансцендентного, онтологическая интуиция другого уровня бытия.
Что такое гений? Почему Бог дарует вопрошание, но не дает окончательных ответов? Почему он дает желание восславить его через музыку, но лишает в таланте? На все это Вам предстоит ответить, посмотрев фильм.
…А, может быть, Вы не правы, приступая к просмотру фильма с подобной предвзятостью? Что каждый фильм должен Вам на что-то ответить? Что Вы способны ответить на любой вопрос? Быть может, ответ в самом зарождении вопрошания?.. Может быть, смысл в том, чтобы осознать собственное неведение и в этом открыть всю глубину видения?.. Это и есть блаженство, в невыразимой тайне, которую Вы обретаете, которая раскрывается, но никогда не до конца?..
Окончание фильма со смехом Моцарта считаю поистине гениальным и достойным завершением идеи.
Мастерская игра и божественный звук музыки… Этот фильм — поиск высшего смысла человеческого существования.
Первая мысль после просмотра: «Сильная вещь. Действительно сильная». Единственное уточнение, которое хочется сразу сделать: смотреть нужно режиссерскую версию, которая на полчаса длиннее обычной, эти полчаса там не для красоты были, и я не совсем понимаю, зачем их урезали.
Эпоха, имхо, передана совершенно чудно, одно удовольствие смотреть, никаких крупных ошибок, царапающих глаз, замечено не было. Актеры — это вообще что-то с чем-то. Том Халс, Фарид Мюррей Эбрахам, Элизабет Берридж — прекрасны, играют настолько правильно, настолько вкусно, что верится им на все сто процентов: и гениальному, но простому, как веник, Моцарту, и желчному Сальери, и Констанции, милой и жесткой одновременно (а какое у Констанции интересное лицо, прямо смотреть приятно). Саундтреки втемные, как специи, изящно подчеркивающие вкус основного «блюда». В общем и целом, атмосфера «Амадея» цельная, без «углов», мощная и затягивающая.
Есть мнение, что Моцарт тут показан таким дурачком форменным, который только и делает, что пьет и идиотски смеется, а вся его музыка — так, на десятых планах, что Сальери — такой печальный ангел, почему-то оказавшийся положительным героем вместо отрицательного, однако ж, на мой вкус, это фильм не о добре и зле, не о положительных героях и отрицательных, а о живых, в разной степени несчастных людях.
Моцарт — не похабный придурок-пьяница, он получился человеком с непростой судьбой, плохо социализованным, с детства избалованным вниманием сиятельных персон (и тем тяжелее ему далось понимание того, что мир вокруг его таланта, да и вокруг талантов вообще, не вертится). Местами этот персонаж так и остался подростком-бунтовщиком, все пытающимся что-то донести, доказать, очень тяжело переносящим поражения и тычки лицом в грязь и суровые реалии, при этом, все равно, открытым и доверчивым, но безмозглым его это не делает.
Сальери — не благородный ангелок, он очень и очень несчастный человек, что, впрочем, никому и никогда оправданием не было. Это, наверное, страшно: всю жизнь мечтать о чем-то, страстно чего-то желать, а потом увидеть, что желаемое досталось другому, совершенно недостойному (на взгляд желающего), постоянно осознавать собственное несовершенство, ущербность и быть не в силах что-то изменить.
В «Амадее» нет черно-белого, фильм раскрывает богатую палитру красок: можно выбрать на любой вкус: там есть и драма, и трагедия, и красивая ирония, и любовь, и ненависть, и изящество, и грубость.
«Ночная Вена 18-го века. Обычный день „города музыкантов «: балы, оперы, концерты. Но в одном из богатых домов слуги находят богатого старца, некогда знаменитого композитора Антонио Сальери, пытающегося наложить на себя руки. На следующее утро в дом для умалишенных приходит молодой священник, который хочет исповедовать Сальери“».
Вот так вот начинается «Амадей» Милоша Формана, снятый по пьесе Питера Шефнера, а который в свою очередь вдохновился пушкинской пьесой «Моцарт и Сальери».
Фильм в какой-то степени развивает тему бунта отдельного человека против системы, которую Форман начал в своем предыдущем шедевре — «Полет над гнездом кукушки». Только тут вместо противостояния бунтаря Рэндалла МакМерфи и главной медсестры блока Мисс Рэтчед, которая держит блок в «ежовых рукавицах» идет противостояние революционной музыки Моцарта против консервативной музыки Антонио Сальери и консервативного двора императора Франца Иосифа II.
Одна из главных удач фильма — прекрасные работы декоратора и художника по костюмам. Им удалось крайне правдоподобно воссоздать Вену 18-го века во всех аспектах. Еще плюс — великолепная постановка опер («Дон Джованни», «Волшебная Флейта» и прочие). Но и конечно нужно сказать про прекрасную игру всех актеров. Том Халс и Ф. Мюррей Абрахам создали прекрасные образы легкомысленного композитора Вольфганга Амадея Моцарта и его тайного завистника и обожателя Антонио Сальери. Вообще в плане режиссуры, декораций, работы оператора, композитора, хореографа и актерской игры фильм идеален.
Но у него есть и минусы. И конечно главный из его минусов — это его историческая неверность. Сальери не убивал Моцарта — это исторически доказанный факт. И еще Сальери не с чего было завидовать Моцарту — он в свое время был популярнее Моцарта.
Замечательный фильм, превосходная игра актеров! Особенно меня поразил актер, исполнивший роль Моцарта — несерьезного, взбалмошного, но гениального композитора. Невообразимо точно передан дух 18 столетия, декорации, костюмы — будто сошли с полотен великих художников.
Картина снята на высочайшем уровне и смотрится так свежо, что когда я смотрела фильм, думала, он снят в конце 90-х или в начале 2000-х. А оказывается аж в 1984 году!
Пересматривая весь ТОП Кинопоиска и разбаловав себя самыми гениальными порождениями кинематографа, был весьма и весьма поражен такой замечательной «находкой» почти под занавес первой сотни лучших из лучших.
Интерес к кино на музыкальную тематику пробудил в себе совсем недавно просмотром «Августа Раша». Но «Амадей» просто накрыл меня с головой своей фееричностью, размахом постановки, и почти не прекращающейся в течении всего творения Милоша Формана великолепной музыкой (почти уверен, что лучшей музыкой написанной в подлунном мире). После почти трехчасового сеанса музыкальной терапии впору записывать маэстро Моцарта в плеер и машину, чтобы полет души не прекращался и после титров.
Основные актеры заслуживают бурных оваций за гениально сыгранные роли, ибо уже через пару десятков минут полностью погружаешься в переживания и мысли сдержанного, расчетливого, набожного Маэстро Сальери по поводу закономерной ревности к смешному, яркому, слегка вульгарному и наивному Маэстро Моцарту.
Чудаковатый 26-летний вундеркинд Моцарт вызывает восхищение и умиление, а также жалость, за несвоевременно и недостаточно оцененную(в том числе материально) гениальность музыкального творца. Сальери вызывает смешанные чувства — от осуждения самой черной зависти до понимания чувств человека, теряющего заработанные славу и уважение на глазах.
Уверен, Станиславский сказал бы»… верю!». А я бы добавил: «и Халсу Оскар, и сей час же…»
Количество задействованных актеров, танцоров, оперных певцов и музыкантов просто поражает. Атмосфера времени поразительно тонко передана благодаря мастерам костюмирования и почти нетронутой капиталистической цивилизацией старой Праги. Операторская работа на высоте — в каждый кадр, особенно во время опер, сморишь с широко открытыми глазами и странной улыбкой.
Насчет исторической недостоверности и неточностей считаю, что искусство имеет право преобразовывать и приукрашивать историю для нашего же, зрительского удовольствия.
А сухой достоверностью фактов должна заниматься документалистика.
Наград в 80-е годы на шедевры никто не жалел, и картина по праву собрала все сливки на многих кинематографических ассоциаций. А это уже претензия на обязательность к просмотру. Ценители музыки и исторических феерических постановок, не пропутите
Ах да, «Мастер… Музыка… Безумие… Убийство… Киношедевр… Все, что вы слышали, — правда.»
Как я мог объяснить ему, что значила для меня музыка?…
Музыка — прекраснейшее воплощение эмоций и чувств. Настолько многогранная и разнообразная, способная заставить нас и плакать, и смеяться и в восхищении замирать. Конечно, музыка это не все, но без музыки все блекло и тускло; с самых малых лет даже совершенно немузыкальные люди мурлычут и напевают себе под нос. Можно сказать, музыка у нас в крови, и лишь некоторые способны облекать то, что звучит у них внутри в мелодию. Меня всегда восхищали люди, которые пишут и сочиняют музыку; восхищали более чем художники, скульпторы и прочие представители искусства. Возможно, потому что, собрать столько различных звуков, придать им свой неповторимый ритм и порядок и получить нечто прекрасное, всегда представлялось мне совершенно непостижимым и непонятным процессом. И если уж говорить о творцах музыки, то превыше всех стоит невероятный Моцарт.
Многие говорят, что в фильме «Амадей» главным героем является не Моцарт, а Сальери, его так называемый вечный соперник. Вероятно, потому что фильм повествует от лица Сальери, пересказывает историю Моцарта его глазами. Но, все же, не соглашусь — это история о двух героях, в большей степени скорее о Моцарте, может в слегка утрированном образе.
Сальери представляется здесь человеком, страстно любившем музыку, стремящимся достичь вершин как великий композитор. В итоге он занимает высокий пост при дворе Императора, и слывет весьма влиятельной персоной и талантливым композитором. Но повстречал Моцарта, который просто поразил его вульгарностью и, как ему показалось, недалекостью. И он просто поверить не мог, что такой человек пишет столь совершенные и гениальные композиции, и в этом несоответствии и в явном превосходстве гения Моцарта, он увидел насмешку Господа над своей персоной. В Сальери взыграли гордыня и зависть, как настолько шедевральная и невероятная музыка может исходить из-под пера этого «шута»? Почему его Бог не наделил этим великим талантом, почему Он заложил в нем желание стать блистательным композитором и не дал эквивалентных способностей? Он вопрошает и не находит ответа, из-за чего он проникается прямо таки черной завистью к таланту Моцарта. Сальери всячески интригует против него, при этом, не пропуская ни единой его оперы, на каждой наслаждаясь божественными звуками музыки. Конечно, Сальери и сам был неплохим композитором, но не выдающимся, а вполне посредственным, с чем смириться не мог. Ф. Мюррэй Абрахам прекрасно передал нам этого Сальери.
Моцарт, великий Моцарт… Темпераментный, непристойный, прекрасно осознающий, что он лучший среди музыкантов, обладающий феноменальным слухом и памятью. С малых лет поражавший общественность своими способностями. Музыка будто выплескивалась из него, не иссякая. Поистине гениальная личность, как и всякий гений обладающий своими странностям. Но, не смотря на свой успех, материальное положение Моцарта оставляло желать лучшего. Не могу не выказать восхищение Тому Халсу за созданный на экране образ Моцарта. Он сумел показать его и как темпераментного, своенравного человека, и в то же время как личность, живущую музыкой, без устали создающей шедевры. Как самозабвенно он дирижирует, как ревностно относится к своим произведениям: «Как я могу переписать совершенство?!». Том Халс сыграл такую трудную роль просто потрясающе. Не соглашусь с Оскаром отданным Абрахаму, Халс невероятно восхитителен.
Конечно, фильм не является ни биографией Моцарта, либо Сальери, ни исторически-достоверным действом. Их взаимоотношения были неровными, но на деле нет оснований полагать, что между ними существовала какая-то особая вражда. Стоит запомнить, что фильм не берется пересказать исторические факты, он всего лишь показывает давнишнюю легенду о Моцарте и Сальери, основываясь на пьесе Питера Шеффера. И с этой позиции фильм вышел действительно потрясающим. Изумительная музыка, оперы, костюмы и интерьер. А какая актерская игра! Я просто влюбилась в Моцарта Тома Халса, а конечная сцена, где Моцарт и Сальери совместно пытаются закончить Реквием выше всяких похвал, поразительна. Также не могу не отметить очаровательную Элизабет Берридж, сыгравшую жену Моцарта и ее трогательное «Вольфи…».
«Амадей» очень сильное кино, красивое и грустное. Несомненно, стоящее просмотра, позволяющее легонько прикоснуться к чему-то непостижимому и вечному.
Музыка в посредственном мире. Каждый из нас уникален, у всех разные таланты, Моцарту был дан музыкальный дар. Но мало кто его может оценить, только истинный знаток в этом деле отличит хорошую оперу от безупречной. Все мы зависим от общества, но оно никогда не судит объективно, никогда не найдет иголку в стоге сена. Моцарт всегда был любимчиком публики, его оперы воспринимались на ура, но только потому, что его выступления одобрялись свыше.
Вольфганг Амадей Моцарт и музыка. Величайший человек, талантливейший композитор, умнейший в своем роде. Он был наделен от природы уникальными возможностями, а еще самое главное смог их реализовать в жизни. Больше всего поразила его детальная память, а его способность переписывать поющую музыку в голове на ноты бесподобна и выше моего понимания о возможностях человека. Услышав один раз сыгранную мелодию и повторив ее без запинки, и даже лучше чем прошлый исполнитель, Моцарт смог сходу придумать блестящие продолжение. Это уже не талант, это гениальность. И она поражает и пугает одновременно.
Личность Вольфи. В противовес таланту Моцарта стоит эксцентричный характер. Его современники были чопорными до мелочей, их поведение, манера одеваться и разговаривать вызывают, как тихое течение речки, спокойствие и умиротворенность. А неадекватный смех, детское поведение и бунтующие нетривиальные мысли Моцарта порождали только раздражение и неприязнь. Но вскоре они сменились снисходительностью, Вольфганг просто другой человек, наше непонимание его действий нормально, быть может мы больше безумны чем он.
Личность Антонио Сальери. Успех другого человека всегда вызывает зависть, особенно если ты отдал этому делу всю свою жизнь. Имена она полностью поглотила Сальери, с ней ничего не сделать, тебе не дано то, что не заработать имея даже несколько жизней. И он это понимал, знал что рушит чужую жизнь, но все равно продолжал. Зависть постепенно начинала перерастать в ненависть, страсть, даже когда не было смысла губить, Сальери не останавливался. Сколько грехов он совершил и был готов осуществить, чтобы достичь своей цели, просто немыслимо. Но и он в конце заслуживает снисходительности, это был его выход из посредственности.
Цензура. Сильно впечатлило, что фильм не приукрашен, все показали как есть, без обертки. Все сильные и слабые стороны любой личности, отношение к религии того или иного человека. Не навязывали никаких мыслей, просто изложили историю на реальных событиях, а уж что тебе придет в голову, ты уже с этим справляйся сам. С одной стороны это хорошо, не часто встретишь подобные фильмы, но как таковой моральной основы нет, это уже плохо (хотя такому шедевральному фильму это не проблема).
Данный фильм обязателен к просмотру, один из лучших фильмов что я видел, поэтому безукоризненная
Моцарта можно назвать весьма заметной фигурой в кинематографе. В фильме «Амадей» Форман сыграл на образе Сальери, который является и палачом, и жертвой великого маэстро.
Повествование в фильме ведется от имени Сальери, который вроде как изливает свою душу священнику, но в его монологе нет ни капли угрызений совести или покаяния. Он не ждет для себя божественного прощения, а в очередной раз мучает себе идеями: «Чем же Моцарт был лучше?», «Почему музыка Моцарта такая божественная?», «В чем секрет Моцарта?» Задаваясь этими вопросами, Сальери прокручивает все известные факты о жизни композитора, вспоминает все встречи с ним и все случаи, так или иначе приводившие его к фигуре Моцарта.
Так как Сальери первый композитор императорского двора, то и мнение о себе у него зашкаливает до небесных высот. В нем, как червь, сидит догмат о том, что искусство рождается из вымученного труда в сочетании с молитвой, пусть и халтурной — «Ты мне, я тебе». В своих молитвах он просит вдохновение, чтобы прославить на века имя Бога, при этом и самому прославиться. Таким образом, подсознательно Сальери претендует стать Богом или по крайней мере встать с ним в один ряд. Сальери мечтает, чтобы его имя вошло в историю и жило веками. Так и получилось, только вот не одной музыкой можно прославиться, как думал Сальери.
В лице Сальери мы видим, каким должно быть искусство по всем правилам религиозного канона. Люди тех времен искусство наделяли особым религиозным пафосом и пытались объяснить логическим путем. Моцарт появляется как раз в то время, когда культурно-религиозное невежество достигает своего апогея. Практически в каждом приближенном императорского двора на первое место выпирает праздная манерность. В центре внимания режиссера оказывается законодатель мод — император, который и на рояле может что-то сбренькать, поговорить о литературе, ну и, конечно же, оценивать искусство. В своих оценках он выглядит весьма уверенно, категорично и величественно: запрет на балетные партии в опере, запрет на написание опер небожественной тематики, определение количества нот в музыкальном произведении. В его понимании искусство ничтожно, оно призвано упрочить императорскую власть, а не возвышать над повседневностью. Зачем писать оперу на «Фигаро», если она будит сознание людей. Намного прекраснее жить за чертой недосягаемой реальности и мечтать оказаться на месте Цезаря.
Поколение Сальери не понимает новаторских идей гения, а всячески пытается втиснуть его в привычные для себя рамки. Моцарта мы видим глазами Сальери и только в его восприятии. Повествователь-Сальери довольно зауряден, а потому образ Моцарта слишком придурковат. Именно поэтому Моцарт похож на паяца-выскочку, который абсолютно нелепо смотрится на фоне императорского двора. Моцарт скорее походит на обезьянку, призванную развлекать «благородную» публику. Примечательна при этом сцена, когда еще совсем мальчиком Моцарт с завязанными глазами играет для императора музыкальное сочинение, а все вокруг манерно улыбаются.
Все великие произведения Моцарта Сальери видит через призму аморального образа жизни новоиспеченного творца. Постоянные пьянки-гулянки в сочетании с великими шедеврами музыки выглядят весьма дикими в глазах консерватора мысли. Сальери никак не может понять, почему именно беспечного Моцарта Бог наградил бесценным даром. В глазах Сальери Моцарт больше похож на шута, чем на гениального безумца.
Несомненным плюсом постановки Формана является именно то, что Сальери выступает рассказчиком, а не какой-нибудь «Белкин». Сальери не просто рассказывает историю Моцарта, он дает ему культурную оценку. Сальери N 1 в культурном пространстве того времени, он, как никто другой, может по достоинству оценить юное дарование и оценивает Моцарта очень высоко. Но как всегда, зависть разрушает все зачатки светлой мысли.
Форман создал необыкновенный фильм о людском невежестве и желании все искусство привести к единому знаменателю. Горькая ирония фильма Формана в том, что он нас приравнивает к категории «сальери», что мы так же строим реальность на всевозможных догматах и авторитетных мнениях. Неслучайно Моцарта мы видим глазами посредственного Сальери, такого же посредственного как и большинство зрителей. Если бы действие исходило от лица самого Моцарта, то получилось бы что-то метафорично-модернисткое, не поддающееся описанию, так как поступки гения понять невозможно, а только можно рассуждать о них, как это сделали бы мы с вами, как это сделал Сальери…
Посредственность, не примирившаяся с гениальностью.
Всё, что я знала о смерти Моцарта, это то, что его отравил некий Сальери. Посмотрев фильм, я пропиталась ненавистью и жалостью к этому человеку. Сальери. Сальери. Твое имя живо в нас только благодаря великому Моцарту. Это ж надо так суметь. Нашел способ стать известным. Ты, подобно Дантесу, стал известен всему миру и на все времена. А кто ты по сути? Просто придворный композиторишка, может быть и талантливый, но не гениальный. Тебе не суждено было стать великим. Ты жалок, тебя можно только презирать. Ведь если вдуматься, что твоя жизнь? Это бесконечная череда завистнических выпадов в сторону гения, это вмешательство в его жизнь, это зависть, черная слепая зависть, это гонка за тем, чем обделил тебя Господь. И ты не смог смириться. Ты посредственность. Ты постоянно пытался доказать свою гениальность. Но ты пустышка по сравнению с Моцартом. Ты можешь быть достоин уважения только за то, что мог признаться себе и всем, что его музыка ослепляющая и восхитительная. Ты признал, что он лучше тебя, что он гений. И пожалуй в этом ты силен. Когда признаешь гениальность своего противника — это достойно. Твое имя неразрывно связано с именем Вольфганга Амадея Моцарта, но никто никогда не знал, не знает и не будет знать твоей музыки.
Теперь о Моцарте. Тут даже не надо много говорить. Все гениальные люди немного не в себе. Таким был и Моцарт. Он слышал музыку в своей голове, она рождалась в нём, она жила в нём. А он жил ею. Она была смыслом его жизни, она была его детищем.
Посмотрите этот фильм. Он прекрасен. Это не фильм, это музыка!
Моцарт — великий композитор!!! Для всех, для меня, для каждого. Его музыка жива и будет жить вечно! И он знает об этом!
С 1 августа в «КИНОклубе на Винзаводе» пройдет ретроспектива работ Андрея Кончаловского из его американского периода. В программу войдет девять картин, а каждую из них будет представлять специальный гость. (...)
4.59 млн
