Это история Москвы начала пятидесятых, в которой компании молодых людей приходится бороться за право быть не такими как все, слушать другую музыку, по-другому одеваться и конечно же любить.
Знаете ли вы, что...
Второе название фильма - «Буги на костях». Это словосочетание связано с процессом записи музыки на рентгеновские снимки.
Легко и с большой долей оптимизма мы перескакиваем с одной музыкальной сцены на другую в попытка обрести себя, но обрести себя очень трудно, потому что все закатанно под стандарт цвета, фасоны, стрижки, улыбки — ни шагу назад, ни шагу вперед, ни шагу влево, ни шагу вправо, иначе расстрел, косые взгляды, недоумение, смешивание с грязью и многое другое антисоциальное шквалом окатит тебя.
Но что делать, если душа просит и мается от неудовлетворенности, тогда придется идти на многое, жертвовать всем, но зато получить этот райский уголок.
Намазать губы алой помадой и идти гордой сукой, постукивая каблуками по бетонному полу, не смотря на то, что вслед несется брань, или одеть цветастые брюки с пиджаком и также гордо идти, не обращая на несправедливые лозунги и вещи, летящие вслед, ибо по сути это все зависть, боязнь открыть себя, боязнь высунуть свою мышиную головку чуть дальше норки…
Как бы не пытались всучить нам новогодний и счастливый фильм прокатчики, на деле это оказывается социальной драмой со всеми, вытекающими из неё последствиями…
Каких-то новшеств в постановке фильма мы не увидим, все это знаем, ели, просто это сугубо личный взгляд режиссера на тематику тех лет, может есть с чем не согласиться, может что-то приукрасил, может что-то недосказал, но мы не вправе судить, ибо только он в ответе за то, что сделал.
Но одно Валерий Тодоровский сделал безукоризненно, набрал гениальную формулу актреского состава…. прожженных профи на роли старшего поколения и молодых, талантливых, но пока не очень известных актеров на главные роли, за это ему отдельная похвала.
Я так смотрю, наш кинематограф искренне пытается приблизиться к западным стандартам. Вот и «Стиляги» — фильм с бюджетом в 15 миллионов у. е. Что же получилось? «Русский» мюзикл.
Валерий Тодоровский, конечно, постарался над «обложкой» фильма: актеры, костюмы и музыка (классический «русский» рок), как-никак, но о высоком бюджете все же говорят (хотя все вместе на $15 млн никак не тянет). Молодец? Ну да, молодец. Гордиться собой может. Однако своим самым сильным достижением он может считать совершенно бессвязную историю. Вот уберите кусок с «Человеком и кошкой» — и сюжет не изменится ни на йоту. Все остальное: то любовь, то слезы, то танцы, то постель, то стычки, то еще что-то — все идет в чисто кусочном и ускоренном режиме. Ни уму ни сердцу.
Да и постановка самих песнопений получилась слабенькой. Мальчишки и девчонки в дорогих костюмчиках с натянутыми улыбками исполняют горе-кавер-версии. Особенно выделяется версия «Скованных одной цепью» — ладно еще идею у бессмертного «The Wall»Pink Floyd сперли… Но от такого исполнения бедный Илья Кормильцев (светлая память) в гробу, наверное, пропеллером крутится! Никакого уважения к настоящему Поэту!
Единственный светлый момент в фильме — это Сергей Гармаш. Его герой, его исполнение, наконец, момент перепева «Человека и кошки» — вот его я в этом фильме всей душой полюбил! Но ни он, ни пара других малозаметных светлых моментов ни позволяют душе вернутся к фильму еще раз.
Слушайте, если и есть теплый, укромный уголок от всех бед внешнего мира, то это кинотеатры, экраны которых становятся окном в другую жизнь. И если сейчас на улице мороз, а кругом один кризис, то лучшего варианта для приятного времяпрепровождения чем «Стиляги» трудно найти.
Фильм движется, словно яркий трамвай среди безликой, серой массы некачественного, скучного кинематографа. Смелости создателей можно позавидовать, ибо снять такое яркое, позитивное кино и предложить его на всеобщее обозрение надо еще суметь.
Ведь не каждый из нас может записаться в любители мюзиклов, а некоторые так и вообще презирают российское кино. А тут на арену выкатывают разноцветный снаряд из песен, танцев и любви, подданного в стилистике 50-х годов прошлого века. Из него высыпается конфетти, кое-где слышны крики и стоны. Это интригует, оторваться невозможно.
Местные музыкальные номера смогут вас немало удивить. Лично меня очень поразила работа массовки. Люди знают свое дело, а не просто суетятся в кадре. Здесь все качественно выдержанно и в плане стилистики. Не живя в то время, но, имея хоть какое-то представление с рассказов очевидцев, реально дивишься той атмосфере, что удалось создать режиссеру, костюмерам и декораторам. Номера, где задействованы «истинные советские граждане» вышли самыми интересными. Это касается и похода по магазинам под «Я то, что надо» и просто таки захватывающее дух заседание Комсомола под «Скованные одной цепью». Плюс, разумеется, сочные выступления стиляг на их вечеринках под «Пусть все будет, так как ты захочешь» и «Танцуем буги-вуги». Со стилем в этом фильме все в порядке. Здесь нет никаких упущений, смотрится действительно интересно.
Единственный существенный недостаток фильма это его главный герой. Преображению и взрослению, которого и посвящен фильм. Следовательно, хотелось бы увидеть, как из запуганного советским обществом товарища он превращается в веселого и беззаботного чувака, прожигающего жизнь. Но костюм сменили, а вот человек, точнее актер, не изменились вовсе. Все то же выражение лица (причем при любых ситуациях), тихий голосок (срывается на крик только единожды, но и то не производит впечатления) и, кажется все тот же характер. Он не поменялся и после первого стиляжьего опыта, и после разбирательства с Комсомолом и даже после значимого события в жизни каждой семьи. Мел выглядит скучно и жалко. А все его попытки сохранить образ стиляги даже тогда, когда все изменилось, выглядят смешными. Он не успел нагуляться. Когда настал день взрослеть, он решил не меняться. Это либо бесконечный оптимизм, либо беспросветная глупость. При таком раскладе главному герою не удается симпатизировать.
Что не скажешь о других персонажах. Максим Матвеев сразу к себе располагает, при взгляде на Екатерину Вилкову забываешь о странных постерах, Гармаш офигеннен (другого слова и не подобрать), а комсомолка Катя вообще самый интересный и красивый персонаж на этом шабаше. И даже угловатая Оксана Акиньшина предстает здесь приятной особой, которая к концу фильма оставляет смешанные чувства, но уж такой у нее образ. Леонид Ярмольник в берете и Олег Янковский в халате на экране появляются мало, но, как и положено «взрослым», выполняют свою работу добросовестно.
Главный вопрос заключается в цели этого рассказа о противоборстве сил и поколений. То есть, хотят ли создатели своим фильмом сказать, что не надо быть, как все? А именно такие мысли возникают при просмотре первой части фильма. Либо о том, что всегда надо остановиться, остепениться, и как это говорится, подумать о будущем? Ведь при всей яркости и беззаботности главных героев вдалеке маячит взрослая жизнь, и туда в таком прикиде и с такой шевелюрой уж точно не примут. Во всем надо знать меру. Там уже неважно, насколько ярок твой галстук, важно «то, что на подкладке». Не выпячивая свою индивидуальность, необходимо мирится с реальностью. И лишь в глазах твоих тоска по прошлому, когда играет саксофон. И как бы оптимистически не выглядел финал, все равно будущее персонажей под вопросом. Так что с определенностью по этой теме у фильма возникают проблемы.
В остальном же «Стиляги» это яркое, стильное, искрящиеся зрелище, наполненное весельем и сексом. Собственно другого нам в праздники и не надо. Циникам, ханжам, нетерпимым к модным молодежным течениям и российскому кинематографу смотреть не рекомендуется. Остальные, добро пожаловать! С Наступающим!
Главной мыслью опосля просмотра фильма было: «верните нам эти юбки!»
Извините, но вот так оно…Глубоких мыслей я и не хотела от этого фильма, скорее я надеялась, что может быть там и правда мюзикл. Этот неведомый пока что зверь для российского кина. А еще почему-то ожидала какой-то интересной игры от Акиньшиной.
К сожалению, ни то, ни другое не сбылось.
Мюзиклом это творенье уж, извиняйте, ну никак нельзя идентифицировать. И даже музыкальным фильмом. Это просто фильм с музыкальными номерами. Надеюсь, что хотя бы сам режиссер не считает свое творение мюзиклом. Где спрашивается главные темы героев? Да ладно темы! Где хоть одно соло героини Акиньшиной? И хоть стреляйте меня, ни одного вразумительного дуэта главных героев! Ведь все разумные режиссеры мюзиклов нещадно эксплуатируют всегда такой дуэт… «Восьмиклассница» из постельной сцены (по ним пройдемся отдельно) просто жалость вызывает. Когда в мюзиклах герои любят друг друга, то они в песнях это отражают регулярно! И как! … эти песни потом нередко становятся хитами с полочки forever.
Печально, конечно, и то, что новой музыки не было написано для фильма. Аранжировки скорее порадовали, чем разочаровали. Танцевальные номера вроде бы не очень плохи, но с лишним уклоном в анатомию, на мой взгляд. Хотелось больше танцев хороших и разных!
Вообще, анатомическая тема на протяжении всего фильма не дает забыть о себе. Начиная со снимков-пластинок, продолжая детализированным затяжным показом иллюстраций камасутры и нелепыми постельными сценами, ну и даже голая задница в номере «Человек и кошка» (шикарная аранжировка!) довершает начатое. Боюсь, режиссер видимо таким образом подает реализьм… ндя… Да вообще кому он нужен в мюзикле-то?
По персонажам:
Главный герой и героиня — к сожалению, весьма средне, она — очень немузыкально.
Понравились Фрэд и Катя, у второй был, на мой взгляд, самый интересный персонаж. Фрэд весь фильм чувствовал себя Траволтой из Бриолина и был весьма органичен(молодец!). Заслуженных актеров трогать не буду. Да и их уровень говорит сам за себя.
Про тоталитаризьм:
Ну не хочется писать опять, что мир сугубо черно-белый у кина получился… Для мюзикла это вполне нормуль… Другое дело, что вся та самая идеологическая подоплека преподносится так как-то туповато, в лоб! Если уж взялся за гуж, и решил показывать такую тему в именно таком жанре — то уважай и зрителя… Неужели нельзя было подумать, как все можно оформить тоньше-мяхше-деликатней и с долей юмора. Наверняка уважаемый сценарист смотрел «Брильянтовую руку» и помнит управдома Мордюкову.
Плюсы:
-Игра актеров, несмотря ни на что;
-Костюмы (юбки!);
-Неплохие аранжировки;
-Сама идея рассказать о том времени в данном ракурсе и жанре
Минусы:
-Сценарий и особенно музыкальный сценарий
-Так и непонятно, что хотел сказать автор (а хотя эт тоже к сценарию).
То ли они имели ввиду, как важен внутренний мир, то ли наоборот…
ИТОГ:
Могли снять хорошую, добрую и легкую музыкальную комедию для семейного просмотра, но зарылись в попытки создания серьезной исторической и политической драмы. На выходе имеем сросшийся кривобокий гибрид, который можно смотреть только в новогодне-салатно-шампанском состоянии и, памятуя анатомическую линию, лучше не сразу за праздничным столом.
ЗЫ: Почти все сравнивают этот фильм и его актеров то с одним, то с другим, то с третьим…и я тож не отстану. Мой вариант: «Cry baby» детектед.
ЗЗЫ: Почитала отзывы… ндя… улыбнуло, что тому времени приписали уже и хрущовскую оттепель и группу Браво… хотя немного грустно от исторического кретинизма «критиков»
Смотрю, все накинулись на утрированность, излишнюю контрастность образов фильма, «недоработанность» в «глубинности». Конечно, столько рекламы, столько пиара, такая напряженность и суета вокруг премьеры волей-неволей вызывала ожидания чего-то грандиозного. Но фильм нужно воспринимать гораздо проще, намного легче.
Каждый сам выбирает то, что ему нужно. Каждый сам строит свою жизнь. Слабые и пассивные подчиняются системе. Фанатичные и убежденные (зачастую извне, как это было в СССР) — подчиняются системе. Эпатажно-эксцентричные противники строя становятся этими самыми стилягами. Цель — показать и доказать другим, что серость убивает, серость душит. И те и другие пытаются что-то доказать другой стороне. Не свободны первые. Не свободны вторые. Каждый действует в силу собственных желаний, целей.
Катя, яростно направившая поток «общественного изгнания» на Мэлса, вовсе не из-за политческих/социальных убеждений, а из своих оскорбленных чувств. Вступив ряды стиляг, Мэлс вовсе не преследует цель роскошной жизни, протеста обществу, как остальные. Он видит свою цель — Полину — и идет к ней, ломая преграды общественного мнения на своем пути.
О свободе.
Свободные люди есть и здесь. Простой и добродушный отец Мэлса, пропускающий жизнь через фильтр отменного житейского юмора. И он счастлив. Мужчина, (продавший Мэлсу саксафон) жизнью которого был джаз. Он жил им, он им дышал. Джаз для него бесконечен. Джаз для него — смысл жизни. Он не в этой стране, не в этой железной системе. Он в музыке. И он счастлив. А Мэлс? Среднестатистический молодой человек, который поставил себе цель и добился её. И неважно, что он «даже не враг, а предатель». А цель оправдывает средства. Захотел — добился — всё хорошо.
Полина. Валютная проститутка, говорите? Может быть. Однако и в ней есть немалая доля благородства. На уговоры Мэлса расписаться, она отвечала «Подождем, когда он родится». Почему бы сразу не затащить мужика под венец, пока не раскрылась темная (в прямом смысле этого слова) правда? Но она не стала этого делать, предоставляя любимому (значит, действительно любимому) человеку свободу выбора. И Мэлс сделал этот выбор. Любовь? Несомненно. Не приторно-романтичная, как это принято снимать/показывать, но настоящая любовь.
«А в Америке нет стиляг. Чем ты свободнее, тем проще ты одет». Это другая страна. Это другой уровень. Это совершенно другая жизнь. О которой можно снять (и снято немало) глубокие, по-настоящему философские фильмы. А в нашей стране никакой личностной свободы нет и сейчас (концовка фильма, где Полли с Мэлом «перемещаются» в современность — завуалированный намёк).
Надеюсь, и в России когда-нибудь настанут времена, когда люди перестанут доказывать и навязывать своё мнение другим. И перестанут зависеть от мнения этих же людей. Начнут жить для себя. И только тогда люди станут по-настоящему свободными. И тоталитарный режим здесь совсем ни при чём.
Весьма интересный мюзикл. Фильм — настроение. Серьёзная комедия для несерьёзных людей.
Конечно, как говорят «эксперты» советской эпохи, это отнюдь не достоверный фильм и вообще полное извращение и ни фига там похожего. Но зачем придираться ко всяким мелочам? — ведь это не историческо-документальная лента про жизнь в коммуналке 50 годов… это кино про островок свободы и любви среди мрака серых будней.
Я даже и не искал недостатки и ляпы в этой картине — я просто смотрел и заряжался оптимизмом. Порадовало отсутствие в списке актёров всяких Камедиклабовцев и тому подобных свежеиспечённых звёзд нашего телеэфира.
Отличные костюмы, танцы, песни, актёры — молодцы! Гармаш — жжёт!
Ах, эти советские московские пятидесятые, с этими романтичными «от саксофона до ножа» и «я не лягу под стилягу». Красивые и яркие «чуваки» и «чувихи», музыка «ненашенская» и «паяем волосы клеем». А кто против? Ан-нет, братушки, не выйдет. А как же кодекс строителя коммунизма? Серый железный коммунизм вместе со своими равными братьями и сестрами становится в ряд из таких же серых винтиков и шпунтиков, и давай девушкам завивки укорачивать и красные клинья в узкие штанины вшивать. Вот вам и конфликт, граждане.
Да-да, угадали, я о нашей новинке постсоветского кинематографа, яркой и провокационной картине Тодоровского «Стиляги», успевшей наделать шуму и пустить разноцветной пыли в глаза. Афиши прямо скажем сказочные, как на новогодний утренник для детишек дошкольного возраста, чтобы потенциальных зрителей «за глаз зацепить». И знаете, а ведь работает, цепляет.
И яркие, я вам скажу, не только афиши, яркий и сам фильм. Чего стоят только костюмы. Ах, эти сцены в барах, эти пышные платья и синие, красные брюки и пиджаки с галстуками цвета «вырви глаз». А как танцуют, я вам скажу, м-м, загляденье. Выдайте премиальные хореографу и стилисту.
Называть это ретромюзиклом можно, но, как говорят, осторожно, хотя конечно музыки и танцев «не отнять». Непревзойденные мелодии до боли знакомых «Восьмиклассница» В. Цоя и «Серенада солнечной долины», и еще более поразившая меня ядреная смесь «Скованные одной цепью» Бутусова и «Another brick in the wall. Part 2» легендарных Pink Floyd. Представили? Нате — распишитесь. Вот что поразило так поразило. Не то, чтобы до глубины души, а просто до самого ее дна, так еще дно маленькой лопаткой то и всковырнуло до самой обители моих личных и душевных земляных червей. Зашевелилось, скажу я вам, еще как зашевелилось. И, Бутусов, ты не обижайся, 2 шедевра вместе это еще более «шедеврально». Вы и представить себе не можете как скандирующая толпа комсомольцев, протестуя против стиляги Мэлса (аббревиатура Маркс-Энгельс-Ленин-Сталин), раскачиваясь под ритмы запрещенных в свое время антисоветских мелодий полюбившихся нашим мамам и папам, взрывает ваше понятие о советском коммунизме-тоталитаризме. Я, конечно, ничего не имею против, и с уверенностью скажу, что никаких антикоммунистических настроев фильм не укрепляет, но каково! За эту сцену «родину продам». И знаете, а ведь как приятно им подпевать, хоть и не поддержу железную комсомолку Катю.
А сколько умиления вызывает С. Гармаш, распевающий «Человек и кошка» Федора Чистякова, скажу сразу — это надо видеть.
Пусть настроение эпохи создано искусственно, с лэйблом «fabricated», не стоит придираться к картине до надписей на стене, прекрасно создан, пусть и не отточен, (не в этом суть), серый однобокий и убогий коммунизм с грязными и тесными коммуналками и идейными подражателями, и «новая эпоха» с броскими лицами, новыми мелодиями, с блеском, танцами и свободной любовью.
«Стиляги» — здесь вам и глоток заплесневелого коммунизма с его «острыми ножницами против стиляжничества», и «обнаженная» любовь, и дружеский танец со стуком каблуков.
А теперь без всяких «ахов-вздохов», которых и в фильме «навалом», скажу, что не понравилось и не приглянулось глазу моему. Выбор актеров всецело не одобряю, появление ребенка-негра — это по-моему перебор, особенно с фразой Гармаша «Наш!», слишком сильные перебросы и рваная такая и острая граница между «серой массой» и «новыми», аж прямо отвращение коммунизм вызывает, а ведь тогда наши бабушки и дедушки жили, не хорошо это.
Хотелось бы высказаться об идеологии вообще. По Марксу, идеология есть прерогатива классов, противостоящих в общ-ве. В СССР существовала формальная государственная идеология. Если же верить Мангейму, то идеология — это есть «в сущности коллективное бессознательное», посредством которой данная группа или класс скрывает реальное положение дел не только от своих противников, но и от себя.
Что касается проблематики этого фильма, то молодёжные субкультура стиляг есть не что иное, как сегодняшние субкультуры готов или эмо. И в первом и во втором случае молодые люди, принадлежащие к той или иной молодёжной субкультуре ставят себе целью выразить «протест» обществу. Но такой протест до вульгарного показателен, он не несёт никакой новой идеологической базы и в большинстве случаев вызван не какими-нибудь острыми переживаниями сложившейся социальной обстановки, а просто-напросто непроходимым желанием каждого человека быть уникальным и непохожим на других, на так называемую «серую массу». Стиляги находят уникальность в подражании так сказать «заморской молодёжи».
А вот настоящие идеологи, противники сталинизма, этого примитивнейшего приспособления идей Маркса к амбициям Иосифа Виссарионовича, как раз и входили в эту пресловутую «серую массу». Это были идейные борцы, которые, как и во все времена, делали, а не только разглагольствовали.
Взгляд на этот фильм, да и не только на этот, и не только на фильм, а на любое отражение социальной реальности в любых произведениях искусства (условно назовём это так), невозможен без суждения вне идеологической точки зрения. Потому что это просто невозможно и всё. Человек не может по своей субъективной природе судить полностью объективно, не может полностью абстрагироваться от всех внешних «раздражителей». Поэтому любая критика и оценка чего бы то ни было (конечно, не относящегося к сфере естественнонаучный) всегда будет происходить с идеологической точки зрения в большей или меньшей степени. Люди, говорящие, что они судят непредвзято и призывающие к этому остальных, — просто лицемеры. Я бы им посоветовал немного порефлексировать.
В Стилягах нам преподносится история о прототипах сегодняшних эмо, которые ругают страну, в которой живут и живут, причём, неплохо с подачи непростых родителей. О какой идеологической борьбе тут вообще приходится говорить? Увольте! Да это же просто смешно!
Признаться, с опаской относилась к появлению в Российском прокате нового фильма Валерия Тодоровского «Стиляги». И не потому, что это фильм Тодоровского, а потом что этот фильм — русский.
Последние премьеры нашего проката напрочь отбили все желание смотреть новинки кинематографа.
Хотя, колебание все-таки присутствовало. На одной части весов опыт просмотра фильмов г-на Тодоровского. И опыт этот, надо признаться, крайне положительный. С другой — многочисленный негатив фильмов последних лет.
Весы в итоге склонились в пользу просмотра. И все как всегда произошло неожиданно и сумбурно (все положительное в нашей жизни чаще не запланировано) — в поле зрения просто попал фильм «Стиляги», стоявший в прокате.
Ну и что я собственно хочу сказать (и надеюсь, что сказать получиться достойно)? — Я точно не потратила эти два часа даром.
Захватывает все и сразу. С первых минут фильма появляются одновременно два ощущения — нереальности происходящего и необыкновенно яркой погруженности в пятидесятые.
Столкновение этих двух ощущений возникает во многом благодаря мастерству режиссера, его какой-то живой непосредственности в подаче материала.
Яркость, контрастность, жизнь на пике — либо черное, либо белое (либо яркое, либо серое) — вот почерк Тодоровского. Как и в своих прежних работах, он умело жонглирует деталями и абстрактностью, жизнью и заплесневелым болтом человеческого существования, человеческими эмоциями, которые у него всегда как на ладони и в тоже время немыслимо сложны (благодаря их обнаженности).
У него все на грани, и наверное именно поэтому происходит ощущение погруженности в картину, в происходящее, ощущение простоты и многогранности.
Его картины всегда сложны, потому что в них все просто — вот картинка, вот герой, вот его эмоция. Но получается, что эта простота тяжелее всего дается для душевного переваривания.
***
Умер Сталин. Пол страны сгнило в лагерях, остальная половина превратилась в серых мышей без намека на индивидуальность (да и знали ли тогда такое слово?). Страной правили комсомол и партия (читай: мыши и грабители).
Эта верхушка власти диктовала нам, как жить и что думать. Запрещено было все — красота, секс, свобода мысли, высказываний. Разрешалось только жить стадом, думать стадом и выискивать в стаде «заблудших овец» для дальнейшего их перевоспитания.
Верхушка извращенцев, которые диктовали нам придуманные ими нормы. Те нормы, которые держали в тисках, не давали дышать. И бойся тот, кто пойдет против, кто заявит о себе как об отдельном человеке, а не о части стада. Не сметь! Все должно быть в норме. Не лучше, не хуже, а именно никак, серенько, средненько, нормально.
И вот тогда появились они — Стиляги. Вскормленные фантазиями о запретном западе, о «прогнившей буржуазной Америке», они — молодые фантазеры, громко заявили о себе.
Смесь джаза и яркой одежды и макияжа, задорный огонь в глазах, громкая музыка…. Молодость, бурлящая в крови и обжигающая вены. Адреналин и пьянящие звуки саксофона. Встречи с барыгами в темных переулках и подстегивающее еще сильнее ожидание насмешек от соседей.
Запрет, запрет, запрет. И все это пропитанное удивительным ощущением свободы. Калейдоскоп событий, эмоций, ярких красок и музыки.
И пусть даже всего этого больше не было нигде. Пусть даже мечты и представления об Америке — это по большей части выдумка… пусть Элвис Пресли и Рей Чарльз — это не только музыка, это еще и шоу, которое заканчивается, когда закрываются двери концертного зала, пусть… Но для Стиляг это были жизнь и борьба. Это был крик противоборства мышиному режиму. Это было порождение самого режима. Это было обязательное явление, пусть даже и на пике, чересчур вычурно, но оно не могло не появится. Это ответ, это несогласие и противопоставление тому, что имелось тогда.
Да и разве есть смысл произносить слово чересчур, когда идет борьба за человеческую свободу?
Не ту свободу, которую пропагандировали нам мыши — свободу нации, а свободу каждого отдельного человека, свободу выражать свои мысли и эмоции.
Способ борьбы — это наша фантазия, но такая нам тогда необходимая, такая яркая и победоносная уже по сути своей, потому что каждую минуту этой короткой фантазии мы проживали в удовольствие тогда, когда радоваться было запрещено.
Поколения меняются, но остается противоборство мышей и стиляг. Оно изменяет форму но не меняет сути. Я смотрю на себя в зеркало и вспоминаю, что и как делаю по жизни. Я задаю себе этот вопрос — а кто я? — и надеюсь, что даю правильный ответ, а не просто льщу себе.
Несчастное детство, сталинский произвол, поголовные респрессии и другие омерзения Советского Союза в корне повлияли на создателей данного творения.
Главный герой, что не удивительно — Тупое пролетарское быдло в лице Мэлса (для заметки МарксЭнгельсЛенинСталин — в Советском Союзе в роддоме насильно нарекали именами, связанными с поработителями-извергами, я удивлен почему главную героиню не нарекли ДоздраПерМой, по крайней мере тема сталинизма была бы более раскрытой). Герой — студент, тесно связан со спортом, отцом — Героем, живущий в злобной Советской коммуналке (судя по атлетическим данным, разряд у Мэлса скорее всего по шахматам, однако возможны варианты других силовых видов спорта).
Повествование ведется в условиях суровых серых будней Москвы 50х. Однако, в нужный момент, на его сером бытие возникает героиня, входящая в секту стиляг. В начале фильма, она недоступная даже для корифеев тусовки, в конце — оказывается дающая на раз. Яркий поступок героини фильма — Акт мести Советскому Союзу, путем совокупления с афроамериканцем, проходящий по принципу где угодно, можно за углом. Тема раскрыта, в акте совокупления с оным заложена мощная художественная линия, ведь она бросает вызов государству-тирану.
Особо запомнился Несчастный интеллигент- еврей зашуганно живущий в центре Москвы, в квартире с видом на Кремль и площадью минимум 100 квадратов. Ежесекундно вспоминающий, как холодная рука сталинизма уничтожала, уничтожает и будет уничтожать его несчастное, видимо также живущее не в коммуналке, землячество.
На второстепенные роли не хватило сил, участие их минимально, запомнилась только как цветная толпа, перемещающаяся для фона. Узнал, что в одежде преобладал стиль ГУЛАГ, в прическах, поголовно полубокс. Рекомендую, создателем данного творения, посмотреть на досуге фильмы того времени, хотя бы Семь нянек, 1962 года выпуска, там почему то и прически хороши и одежда веселее.
Фильм рекомендован к просмотру только лицам яростно ненавидящим Советский Союз, у создателей не хватило сил сЫграть на чем то другом, более свойственном мюзиклу. Гораздо проще сЫграть на злобе быдла к госудаству, в котором оно и не жило. Фильм в прокате прошел удачно, поэтому быдло фильм схавало. Приятного просмотра.
22 марта 2010 года в Москве пройдет седьмая по счету церемония вручения наград премии «Белый квадрат», присуждаемой лучшим представителям отечественного кинематографа в области операторского мастерства. Среди номинантов «Обитаемый остров: Схватка» и «Стиляги». (...)
В американских фильмах - во всех практически - всё происходит не в Америке, а в неком условном пространстве, которое можно назвать «Голливундия». Фантастическая несуществующая страна, где все как в Америке - дома, машины, по улицам ходят преимущественно англосаксы, но там может быть всё, чего в реальной Америке быть не может. (...)
Премьера музыкальной ленты «Стиляги» в кинотеатре «Октябрь» растянулась, считая показ самого фильма, почти на пять часов. Ждали пока съедутся все приглашённые звёзды. Но режиссёр — Валерий Тодоровский — прибыл одним из первых. И сразу же надолго потонул в свете вспышек и телекамер. (...)
