Сатирическая драма

Глауко (Мишель Пикколи) находит в квартире старый револьвер, завёрнутый в газету с сообщением о смерти Джона Диллинджера. Начиная с этого момента его начинает волновать только он. Глауко слушает музыку, смотрит телевизор, есть и общается с женщинами: женой (Анита Палленберг) и любовницей (Анни Жирардо), попутно разбирая, прочищая и окрашивая в красный цвет этот револьвер.

Моё первое знакомство с проставленным итальянским постановщиком Марко Феррери прошло неудачно. Это был талантливый, но очень скучный и неприятный фильм «Большая жратва». Однако прошло время, интерес взял своё, и я снова обратился к творчеству Феррери. Как это часто у меня бывает, вторая попытка оказалась куда удачнее первой.

В фильме «Диллинджер мёртв» не происходит практически никаких действий, более того, кино вообще лишено сюжетной линии, интриги и конфликта, что, на первый взгляд, полностью противоречит законом жанра. Однако талантливый режиссёр делает настолько интересным примитивные действия с револьвером своего героя, что невозможно оторваться. Создаётся ощущение, что ребёнку дали любимую игрушку, и теперь его вообще не интересует ничего вокруг. Но стоит отметить, что помимо этого герой не отказывается от телевизора, музыки и внимания женщин, тех благ, которые доставляют ему удовольствие. Надо отметить блестящий песенный саундтрэк и шикарные видеоряды, которые просматривает герой (насколько я понял, это что-то вроде семейного хоумвидео с путешествий).

Не буду открывать развязку фильма, но открою то, что в конце всё чутка поменяется. И эта перемена окончательно склонила меня к тому, что этот фильм — шедевр. С другой стороны, картина захватила и увлекла с первых кадров и держала до самого конца, хотя этот достаточно статичный фильм можно смотреть и параллельно чем-то занимаясь, например, разбирать и чистить револьвер. Феррери таким методом постановки как будто иронизирует над собой, героем и зрителем, в то же самое время выходя за пределы основных догматов киноискусства о наличие сюжета, поворотов и интриги, приковывающей зрителя к экрану.

Шедевр!

9,5 из 10

Лучший фильм Феррери, однозначно киноманское зрелище, которое, никто, кроме киноманов, не оценит. К этому фильму можно относиться по-разному и ставить ему разные оценки, от «совсем никуда» до «шедевра». Правда, как всегда, посередине, но, естественно, со сдвигом вверх. Кроме вступления и концовки, фильм снят практически в реальном времени и иногда вообще напоминает дурацкую программу «За стеклом», если кто помнит такую. Однако, не забывайте, что он снят еще в 1969 году (золотая эпоха кино!). Пикколи приходит домой, болтает с женой, флиртует со служанкой, готовит еду, находит завернутый в газету пистолет (разве это не смешно?) и очень долго его чистит и красит, одновременно смотря на проекторе любительские фильмы. В конце, как и предсказывал Чехов, пистолет стреляет. Все эти манипуляции Пикколи проделывает совершенно безразлично, а в газете обнаруживается заметка о смерти Джона Диллинджера (как газета умудрилась пролежать в квартире столько времени, совершенно неважно). Резюме: эпоха «героев» (какими бы они ни были) и вообще какой-никакой заинтересованности в жизни ушла, и осталось только пресыщение и стремление непонятно к чему.

Фильм этот местами намеренно безыскусный и сам временами напоминает любительские съемки. Такая манера постепенно вгоняет в сюрреалистическое настроение, и фильмы, которые смотрит главный герой, тоже становятся все страньше (выглядит все это замечательно кинематографично). Для обыкновенного зрителя фильм будет абсолютно невыносим ввиду полного отсутствия событийности, которое способно вогнать в ступор, прекрасно отражающий жизненный ступор самого героя и всех героев вокруг него. Тонкий же киноман почувствует, что огромным плюсом этого намеренно невнятного фильма является то, что он способен дать фору любым, самым изощренным антибуржуазным опусам Буньюэля: по сравнению с дурашливой расслабленностью «Диллинджера» картины Буньюэля кажутся чересчур старательными и постановочными. Как относиться к этому зрелищу, решайте сами, но оно по-любому стоящее, а если войти в его ритм, то вы будете со странным удовольствием пересматривать его впоследствии много раз. Да, и Анни Жирардо, конечно, шикарна. Фтопку «Большую жратву».

Притч в кино, равно как и в некоторых других видах искусства, великое множество. Жанр представляется весьма притягательным и дает огромные возможности для творческого самовыражения. Есть притчи, чрезвычайно далекие от реальности, по сути являющиеся философской сказкой, а есть такие, уж очень хитро иносказательные, что отличить происходящие в них события от окружающей действительности не совсем подготовленному зрителю бывает довольно сложно. В глубокий смысл сказки проще поверить (ведь это же сказка!), чем в то, что заключено в существе бытия обычного, знакомого каждому из нас, буквально живущего по соседству, да что там говорить, в нас с вами, человека, особенно, если речь идет о современности. Такую вот сказку-притчу о том, что происходит внутри представителя вполне себе современного респектабельного, освобожденного от изнурительной борьбы за выживание, но при том, весьма примитивного буржуазного мира представил на суд зрителей оригинальнейший, даже по нынешним меркам, итальянский кинорежиссер Марко Феррери.

Сюжет фильма, который легко описать одним предложением, представлен в аннотации. Меня интересует другое.

Визуально и стилистически фильм превосходен. В нем, как часто бывает у Феррери, такое количество всякого ненужного барахла, заполняющего бесполезное существование ненавистных «прожигателей жизни», что порой становится дурно. Сам дом — наглухо закрытое от внешнего мира пространство-крепость. «Очаг цивилизации» с массой всевозможных безделушек. Постоянно, хотя и в разных вариациях, звучит дебильная, однотипная, но вполне подходящая отупевшему мозгу музыка. Персонажи фильма (их, собственно, всего трое: Глауко, жена и третья — то ли служанка, то ли любовница главного героя, проживающая совместно в том же доме) проводят свой досуг, практически независимо друг от друга, по своему усмотрению. У одних — женщин — это просто ничегонеделание, примитивное желание поспать, отгородившись от остального мира простыней, так, чтобы ничто не тревожило, или сымитировать красивый секс. У другого (главного героя) основное занятие — починка случайно обнаруженного револьвера времен знаменитого Диллинджера, «врага общества номер один». Мимолетное увлечение, сопровождающееся вполне себе буржуазно-бытовыми занятиями: приготовлением еды из поваренной книги «о вкусной и здоровой пище», просмотром «краем глаза» совершенно бессодержательных программ по ТВ, а также собственной семейной кинохроники, ну и прочими мелкими «шалостями». Вся эта отупляющая безмятежность героев на фоне накопленного ими упорядоченного бардака, просто и гениально подводят нас к мысли о том, насколько кошмарен этот мир сплошного и беспредельного потребительства. Мысль, конечно, не новая, но КАК она преподнесена Марко Феррери!

Упоминание о фигуре Джона Диллинджера, знаменитом гангстере прошлого века, убийце и грабителе банков, в названии и сюжете фильма, казалось бы не имеющего никакого отношению к обозначенному персонажу, на самом деле совсем не случайно. В 30-х годах Диллинджер был героем всех американских таблоидов, хроники, массово потребляемой страдающей от депрессии публикой. «Джонни Д.», будучи обыкновенным преступником, в глазах многих потерявших веру и надежду американцев преобразился в этакого Робин Гуда, фактически став еще одним «невсамделишным» продуктом, спрос на который обеспечивался самим обществом. Благодаря «фабрике по производству мифов» (коей, на взгляд многих, является Америка) он приобрел статус ярчайшего из героев, о котором долгое время слагали легенды, ставили пьесы, снимали фильмы.

Фильм М. Феррери называется «Диллинджер мертв». Это иронично-горькая констатация факта свершившегося конца эпохи — того времени героев-личностей, суперзвезд, почти таких же, как Иисус Христос, и создаваемых на их основе культов и мифов. Всё, что от них, «диллинджеров» осталось — это старые газетные вырезки да проржавевший пистолет (и тот не заслуживает даже стать музейным экспонатом). На время преобразившись, благодаря стараниям героя фильма Феррери, этот револьвер обретает кичливую форму с явно революционно-фрейдистским подтекстом и служит лишь для того, чтобы послужить еще одним секундным развлечением в руках совсем оскучавшего буржуа.

Романтический сон — финал картины, ее обрамление, похож на некую сказку, воскрешение старого мифа, он — примитивная мечта примитивного человека, которому всё наскучило и заняться больше нечем. Ведь Диллинджер, в которого слегка успел поиграть главный герой на протяжении нескольких часов своей бессмысленной жизни, снова мертв.

Потрясающая в своей простоте и кажущейся абсурдности ироничная притча Марко Феррери подчеркивает нелепость и жестокость мира потребления, современного индустриального общества, в атмосфере которого люди вынуждены жить, надевая маски.

Затронутая еще в начале фильма тема отчуждения человека в современном мире, несмотря на обилие информации и возможностей, объясняет все дальнейшие действия промышленного дизайнера Глауко, героя Пикколи, который, вернувшись с работы, где его встречают холодный ужин и надоевшая жена, чувствует невыносимую тяжесть одиночества в своей клаустрофобной квартире.

Уставший от всего дизайнер решает приготовить себе вкусный ужин сам. В процессе поисков он находит револьвер, завернутый в заметку о знаменитом гангстере Дилинджере. Находка становится катализатором дальнейших событий.

Диалогов в фильме очень мало, их заменяет музыка и телевизор, все слова между людьми в этом мире уже сказаны, и не имеют реального значения. Зато деталей и символов хоть отбавляй, причем многие из них открываются лишь со второго просмотра.

Все футуристическое, современное, промышленное в картине мертво, как мертв легендарный Дилинджер, но есть возможность, вкусив напоследок все прелести современной жизни, поиграть в бунтовщика и воскресить давно забытую детскую мечту. Мечты, воспоминания, да вечная магия кинематографа, по мнению Феррери, еще живы в современном мире, что и показывает нам герой великолепно сыгравшего свою роль Мишеля Пикколи.

«Дилинджер мертв» может кому-то не понравиться, но точно не оставит равнодушным. Это кино, которое запоминается на всю жизнь.

9 из 10

Данное творение Марко Феррери — это фильм-подводная лодка, всплывающая из доцифровой эпохи в настоящее, фильм-поплавок, который никогда не утонет в море кино. Долгое время притворяясь бессмыслицей, лента в последние минуты вдруг разом обретает смысл, обнаруживая питательную вкусную начинку, завернутую в постное тесто буквального повествовательного слоя. Следует добавить, проявляя при этом неожиданно близкое родство с повестями Джерома Сэлинджера с их неординарными заглавиями, которые уже несут почти половину смысловой нагрузки самого произведения.

«Диллинджер мертв» подробно описывает один вечер немолодого, то есть еще не старого, но уже превысившего «зрелый возраст» некоего инженера или дизайнера. Происходит всего ничего. Поздним вечером герой фильма возвращается домой (с недешевым вкусом обставленный крохотный особняк) и обнаруживает блондинку жену (или подругу) с телом богини и возрастом юной девушки, страдающей от безделия и головной боли. Дав ей снотворное, он идет в столовую ужинать. Но ему не по вкусу остывшая стряпня, и желеобразный пудинг не вызывает аппетита. Поэтому он убирает еду в холодильник и направляется в стилизованную под старый замок кухню, где начинает готовить себе мясо по рецепту из поваренной книги. Поиски какой-то пряности приводят его в чулан, где обнаруживается ржавый древний револьвер, завернутый в не менее древнюю газету с заметкой об известном американском разбойнике 30-х годов Джоне Диллинджере. Далее в почти реальном времени под радио-хиты конца 60-х следует 40-минутный разбор, починка, смазка и покраска в цвет мухомора вышеуказанного револьвера.

Увлекательно, не правда ли? Почти до самого финала все тянется эта ночь. Но если в первой половине фильма зритель может заскучать от отсутствия действия, то далее киноман с крепкими нервами войдет во вкус и пристальное внимание посвятит изучению деталей и поискам ответов на следующие вопросы: кто же эта Джинетт и при чем тут вообще торреадоры и странная «туземка», показывающая язык в любительском фильме?

Постановка «Диллинджера» не отличается изящностью или искусностью — мы словно смотрим обычный телефильм, хотя и с редкими диалогами. Почти любительская статичная съемка в интерьерах так же не выделяется хоть каким-то особым мастерством. Однако у фильма есть атмосфера и своя изюминка, благодаря которой просмотр запоминается на всю жизнь. Секрет этот заключается в деталях и их преподнесении автором.

Одни детали говорят о персонаже.

Есть менее очевидные… В доме главного героя мебель расставлена умелым дизайнером, для тех времен она современная и новая, занимающая мало места и оставляющая простор для ходьбы по дому. Однако в шкафах и комодах хозяина дома — полным полно всякой рухляди и старых никому ненужных вещей. Пролежавший неизвестно сколько лет в чулане револьвер, стопка старинных журналов, печатная машинка (может быть, в молодости наш герой собирался стать писателем?), просмотр фильма о каких-то совершенных путешествиях и впечатлениях, возможно, о бывшей подруге — не говорит ли это все о привязанности к прошлому и воспоминаниям?

Другие более очевидные… Шеренга банок со специями на кухне, толстая поваренная книга, отказ от уже приготовленного блюда в пользу свежего и более вкусного говорит о гурманстве и чревоугодии. Этот человек слушает музыку по радио, но в эфире попса, и служит лишь фоном. Он включает телевизор, но толком не смотрит его. Он берет в руки газету, но прочитав несколько строк, отбрасывает ее в сторону. Это, а так же невнимание к статье коллеги в начальных кадрах фильма говорит об информационном перенасыщении героя. Ему уже ничего не интересно. Но вот воспоминания его оживляют, необычная находка вселяет энтузиазм и улучшает настроение. Он начинает играть.

Есть еще и такие детали, которые привносят в фильм налет сюрреализма: кадры дымящего парохода в телевизоре, пальцы рук, исполняющие балетный танец в любительском фильме, золотое ожерелье, которое он берет с собой на борт яхты, игра в войнушки… И конечно сам финал, и последний кадр, переходящий в инфракрасную съемку, как завершающий аккорд, переводящий все, что было, в другое измерение.

О роли заглавия для этой с виду простой истории сказано и написано уже много. Не хочу повторяться, от себя лишь добавлю, что полуторачасовая лента нисколько не затянута, в ней нет ни грамма претенциозности, ни искусности, ни чего-то сверх-выдающегося в плане режиссуры или актерской игры. И вместе с тем картина Феррери являет собой выверенный, редкий, добротный образец киноискусства, мимо которого нельзя пройти мимо, который… Переоценили ли его критики и зрители? Не думаю. Супер.