Главный герой картины — молодой виолончелист Дайго, оставшийся без работы. Вместе с женой он перебирается из мегаполиса в родной городок в провинции, где ему предложили работу в некоем агентстве, как будто туристическом. Однако, оказывается, это — похоронное бюро, и Дайго предстоит обмывать тела покойников, наряжать их и готовить к переходу в лучший мир. С большим удивлением герой понимает, что справляется со своей новой работой очень хорошо.
Фильм, словно плавные звуки виолончели, медленно, но гармонично с каждой секундой экранного времени, с каждым кадром потихоньку вселяет в зрителя спокойствие и возвышенность, свойственные восточной философии.
Профессия человека, который омывает покойников и тем самым готовит их к отходу в последний путь, на первый взгляд кажется мерзкой и отвратительной. Ведь трупу нужно оказать почести так, словно это лежит не мертвый, а живой человек, при чем не последний пробы. Засунуть ему тампоны в рот и в другие отверстие; омыть влажной салфеткой каждый сантиметр холодного тела; наложить на лицо цвета мрамора грим; да еще видеть с расстояния в несколько сантиметров слезы и отчаянья родных и близких усопшего.
Но в процессе исполнение всей этой процедуры, в основу которой положены принципы чайной церемонии (на что не раз намекают создатели фильма) главный герой понимает, что эти несчастные (или же счастливые) при своей жизни не получали никогда таких почестей, каких получают сейчас; что они никогда не выглядели такими красивыми, как выглядят теперь. И уже тогда, когда их души смотрят на мир где-то свысока, он делает так, чтобы их тела, на осколках короткого существования, хоть теперь прикоснулись к изысканной эстетике человеческого бытия, а вместе с этим и добрая память об ушедших пополнится еще на пару капель добром и теплотой.
Это прекрасное кино. Такими фильмами стоит восхищаться, их хочется побольше и их хочется пересматривать…
Фильм о жизни и смерти. И это нормально- смерть это естественно и никто не сможет от нее убежать и не нужно бояться. Поразительно, сколько смысла скрыто в одном небольшом фильме… Сколько морали — и о жизни и смерти, и о любви, и о мечтах и целях в жизни, и о проблеме отцов и детей, и проблема взаимопонимания в обществе не осталась не затронутой.
Это история человека, можно сказать, что просто история его жизни… ведь здесь полностью раскрыты его переживания, чувства, характер, мечты проблемы… Он мечтал играть в оркестре, но волею судьбы его занесло совсем в другую колею… он стал проводить обряды положения во гроб, что считалось не достойной профессией. Хотя все, чьим покойным родственникам он делал такую услугу, были ему очень благодарны, остальные отворачивались от него — те, кого не коснулась смерть.
Я думаю не стоит полностью раскрывать сюжет, ведь тот, кто заинтересован, лучше посмотрит и сам сделает выводы. Но смотреть советую всем. Это спокойный и уравновешенный фильм, полный эмоций и чувств. Лишь бессердечный останется нетронутым.
Молодой виолончелист по имени Дайго переезжает в столицу. После неудачной попытки работать в оркестре, который в скором времени распускают, главный герой решает уехать обратно в свой родной провинциальный городок. Берет с собой молодую супругу и вскоре находит работу, которая многим кажется не совсем правильной и лицеприятной. Но Дайго решает попробовать себя на данном поприще, с каждым разом понимая все больше и больше, что с новой работой у него получается очень неплохо.
Йохиро Такита, режиссер фильма, создал красивое и мелодичное произведение. Поражаешься, насколько легко и просто он изобразил картину, подняв, казалось бы, очень грустную и тяжелую тему, тему смерти. Фильм пронизан грамотными философскими диалогами и очень четкой идеей, которая полностью вырисовывается к концу фильма. Сопереживаешь героям с первой минуты, как будто живешь где-то рядом и наблюдаешь за их действиями.
Ведь так часто бывает. Человеку, чтобы осмыслить, понять что-то или кого-то нужно уйти, подумать, осознать. «Уйти, чтобы вернуться». Уйти в данном случае означает не только отдалиться, как это сделала жена главного героя, но и умереть, в случае с отцом Дайго. После смерти отца Дайго прощает его. Мы понимаем, что если б молодой человек мог вернуться в прошлое, он наверняка бы поехал и отыскал своего родителя. В любом случае, мы приходим к правильному решению, к правильному пониманию всего. Только, главное, чтобы это не было поздно, как, например, у друга Дайго, который хоронил свою мать, осознав многое, и что был неправ с ней в том числе.
Фильм поучительный и обязательно стоит посмотреть всем любящим «умное кино». Стоит посмотреть и задуматься: все ли мы в жизни своей понимаем правильно, совершаем ли осознано свои поступки, не будем ли потом к этому возвращаться, что, к сожалению, может быть уже поздно. Конечно, картина тяжелая, и сцены похорон могут не раз вызвать грусть и печаль, но смотреть стоит. Да и смотрится она благодаря таланту режиссера очень легко и быстро, оставляя богатую пищу для размышлений.
Не бойтесь того, что ваша жизнь должна окончиться, бойтесь того, что она так и не начнется.
8 июня 2009 | 17:36
По сюжету Молодой виолончелист Дайго перебирается в провинцию вместе с женой в поисках лучшей доли и оказывается в подмастерьях у мастера по укладыванию в гроб. Мягко скажем странная работа, смерть матери и потеря привычной работы, возвращение в родной город, где он уважаемый человек, который жил в большом городе, переживания о давно минувшем уходе отца из семьи и искренне трогательные отношения с женой — все это превращает картинку на экране в нечто самостоятельное, живое, чувствующее и передающее импульс страстей.
По-настоящему грустный фильм. Повествование поражает искренностью и реальностью. Все эмоции, которые возникают, все чувства, которые испытываешь во время просмотра, они захватывают словно вихрь и несут тебя по неспокойным водам рек человеческих жизней.
Ни раз из глаз текут слезы, а окончание и все титры невозможно посмотреть, слезы застилают глаза…
Фильм для тех кто любит искреннее кино, настоящее. Кино, которое совсем рядом и не нужно прикладывать усилий, чтобы провести параллели между собственной жизнью фильмом. Добрая история, где понимание, искренность, верность себе и благодарность родителям настоящая ценность. Если хотите сблизиться с родителями посмотрите этот фильм вместе, и я полагаю, многие проблемы и трудности в понимании разрешатся сами собой.
Картина не зря получила Оскар за лучший фильм на иностранном языке. Такую номинацию выиграть трудно, так как много фильмов могут её заслуживать. Но этот фильм достоин этой номинации. Фильм открывает нам глаза на то, что всё что мы планируем, может рухнуть в любой момент и мы вернёмся к истокам.
Так случается с героем картины, его карьера в оркестре рушится в один миг, а он шёл по этому пути с детского сада. И вот он у истоков и за плечами у него считай ничего нет, только крыша над головой и жена.
Он начинает новую жизнь, которая ему не совсем по нраву, работа его удручает, жизнь становится ему не в радость. И ему приходится пройти этот сложный путь. По мере того как он идёт по своему новому пути зритель понимает стоимость жизни и успеха. Мы видим, как от него начинают отворачиваться люди, становится всё трудней. Работа один за другим преподносит ему уроки жизни. На своём пути герой встречает много трудностей и проблем, но это только закаляет его характер.
Мы переживаем весь духовный путь героя вместе с ним. Картина очень поучительна и тут есть чему учиться. Картина смотрится очень легко, хотя она и совсем нединамичная, а не оборот: спокойная и рассудительная. В картине мы видим проблемы людей изнутри. И герой видя всё это, делает сваи выводы, тем самым становясь морально сильней. К концу пути герой возвращает к себе уважение, его перестают считать изгоем.
Весь его духовный путь, закалил его характер и когда пришло последние испытание, он смог всё сделать правильно.
Фильм рассказывает нам о многом и важном, те кто его смотрели, выбрали из него много полезного.
История по мотивам мемуаров Синмона Аоки «Похоронщик» о молодом виолончелисте, который после неудачной музыкальной карьеры в Токио возвращается в провинцию, где начинает работать похоронщиком.
Но нет — не в том смысле, понятном большинству русских, когда нетрезвые мужики в резиновых сапогах, кепках, клетчатых рубашках и засаленных жилетках… Бывшему музыканту приходится учиться устраивать последние приготовления и прощальные церемонии, которые он проводит по-восточному тонко и красиво.
Фильм глубок по своему содержанию, чрезвычайно легок, а порой и забавен. Это драма режиссера Йохиры Такиты, в которой он хочет напомнить зрителю о беспристрастности реки жизни, которая неминуемо приводит людей, словно лосось, к истокам. Это история, которая напоминает нам о неизбежности смерти и о ее сходстве с рождением в том, что самое последние омовение, равно как и самое первое в нашей жизни мы самостоятельно не совершаем. Это фильм о смерти, но о живых людях, которые в любое время могут сказать теплые слова своим близким и дорогим людям, но не всегда делают это, потому что им мешают гордость или невежество. Поэтому всегда будут «имея — не ценить, а потерявши — плакать».
И еще — это кино, которое пронизано красивой музыкой и который хочется пересмотреть еще раз.
«Спокойность и точность»- так охарактеризовал работу своего наставника Дайго. То же самое можно сказать о всем фильме. Я люблю японское кино, «Ушедшие» — один из лучших. Очень музыкален. И не только потому, что главный герой — виолончелист, фильм просто пронизан музыкой. Музыка как жизнь и как смерть. Очень символичен. Смотрится на одном дыхании. Читая аннотации, думала, что название «Ушедшие» означает умерших людей, после просмотра понимаю, что речь не столько о них, сколько о нас, ищущих себя и своё. Очень рекомендую к просмотру.
Такита немного слукавил, отбросив самоизоляционный комплекс японцев и сняв экспортный фильм для западного зрителя. «Ушедшие» — красивый японский продукт, похожий на аккуратно завернутые в папиросную бумагу и упакованные в гладкую деревянную коробочку черешни, что продаются в токийских магазинах в сезон привоза из-за границы заморских вкусностей. Эти черешни блестят сочной свежестью, заманчиво интересны на вкус, но слишком дороги, чтобы не быть гастрономическим праздником, а потому ими только балуются. Лента «Ушедшие», как ни странно, из той же витринной породы — она необыкновенно приятна визуально, ее снабженная подробной инструкцией сердцевина заставляет в нужные моменты искренне улыбаться, от души грустить, и в итоге незаметно вытягивает из избалованного зрителя слезу сопереживания. Но ожидание увидеть очень «японскую» вещь натыкается на умелую адаптацию непостижимой и загадочной философии под европейское восприятие. Такита играет в японского Лассе Халлстрома, на ходу осваивая ремесло рассказывать жизненные истории универсальным киноязыком, понятным и для тех, кто вырос в мире подвернутых плиссированных школьных юбок, отаку-вуайеристов и аутичной наивности дорам, и для тех, кто о Японии знает лишь по медийным книгам Мураками и дилогии Канеко.
Как-то незаметно Япония стала совсем другой страной, а Такита превратился в режиссера уже нового поколения, с легкостью переходящего от псевдоисторического фентези к большому кино, но скорее всего сам Такита просто перерос в свои пятьдесят с лишком в серьезного художника и вместе с собой заставил хоть немного повзрослеть массовые подростковые фильмы, что в изобилии ныне выпускает Япония. Пока все продолжают снимать кино о двусмысленных историях «клубничных» отношений и ликвидирующих друг друга школьниках под дикий, но уместный микс из Шуберта и Верди, Такита в «Ушедших» искренне и интимно заговаривает о смерти, кротко напоминая о том, что остается после конца близкого человека, когда он становится для нас не достигаем, переходя за границы, где знакомое и любимое тело окончательно приобретает черты материальной части материального мира.
Герой Такита сталкивается со смертью в тот самый момент, когда постепенно все сильнее начинает размываться его национальная принадлежность. Становясь космополитами, и вместе со способностью найти дом в каждом городе мира, Дайго с женой обретают понимание, что их стабильная жизнь зависит от простых внешних обстоятельств, в которых внезапный роспуск столичного частного оркестра, где Дайго играл на виолончели, может что-то сломать в привычном укладе «выросших», но не «повзрослевших» людей. В детстве Дайго все было иначе — зимы префектуры Ямагато не были столь холодны как теперь, а детская виолончель, подаренная отцом, была «в пору». В умиротворенной провинции с речкой, спускающейся вниз со снежных горных вершин, Дайго пережил отъезд отца и запустение семейного кафе, а в нужный срок, оставив мать и сбереженные ею после измены мужа с заезжей официанткой музыкальные пластинки, уехал из родных мест. Жизнь редко бывает долгой и спокойной рекой, и, став профессиональным, но безработным виолончелистом, Дайго вынужден возвратиться туда, где по-прежнему снега с серых гор рождают прозрачную, бегущую по круглым камням холодную воду.
Дорога домой будет кротким возвращением маленького мальчика, лишь смутно помнящего лицо отца. До этого тихого погружения в детские страхи и сомнения смерть никогда не приносила Дайго неудобства, она всегда была «где-то там», — отодвигалась на безболезненное расстояние смутным воспоминанием об умерших в раннем детстве бабушке и дедушке или отвыкшим сердцем примирялась с уходом матери, которой не стало, когда Дайго был на зарубежных гастролях. Смерть была событием из другой жизни до тех пор, пока волею судьбы Дайго не стал полноправным её участником, прочтя в провинциальной газете родного городка объявление о приглашении желающих на работу в агентство по «путешествиям». И как в старом алленовском анекдоте, «путешествия» оказываются самыми что ни на есть последними — агентство, для которого «клиент всегда мертв», заботится о последних скорбных проводах на конечную станцию тех, для кого все обратилось вспять и последний приток жизни окончательно растворился в океане невыразимости.
Такита говорит о смерти очень просто, отчасти возвращая ценность человеческого ухода; она у него выглядит нежным всполохом логики самой жизни, следствием её полного и законного завершения, справедливо отмеренной наградой человеку и напоминает сон успокоенных. Дайго вместе с пятью тысячами долларов получает от своего учителя и работодателя мистера Сасаки что-то еще более важное, чем навыки погребальной церемонии. Еще две недели назад играющий только в оркестровом составе, герой становится ведущим солистом в тихом концерте последней дани уважения к усопшим. Сцены приготовления почивших с омовением и облачением в ритуальное кекатабира — это костяк, на котором Такита строит свой фильм, подчеркивая, что живой, столкнувшийся с мертвым, существует в одной временной плоскости, но в разных измерениях, в которых тишина и холодность приобретают смысл великого таинства, а мертвое тело превращается в высвободивший что-то незримое сосуд.
Для героя «Ушедших», соприкоснувшегося с настоящими людьми родных мест, прожившими десятки лет рядом с той старой Японией, где художник Канагава различил сквозь водянистое марево воздуха тридцать шесть призрачных ликов горы Фудзи, а шейные позвонки Мисима нежно перерубал меч его соратника, пришла пора осознать, что дом — это там, где ты захочешь спокойно умереть, оставив после себя сильную, но притупляемую временем боль.
Сделав мягкое и очень правильное кино, Такита не испортил себе карму, а получив помимо японских наград еще и премию Оскар, стал режиссером, освоившим киношное «эсперанто». Вместе со своим героем Такита понимает, что все мы умираем десятки раз в каждом ушедшем и унесшим нас за последние рубежи бесчисленных сырых долин Островов Мертвых. В укравшем частичку нас, уже исчезнувшем сознании, мы много раз, до собственного окончательного отправления в путешествие на туманные окраины небытия, будем погибать и становиться пустотою, даже не замечая этого.
Такита за эту песнь о любви и смерти, песнь о привязанности к ушедшим и оставившим нас, что звучит на всех языках одинаково, можно простить тягу к беспроигрышной смеси трогательности и сочиненной атмосферности. Простить по-голливудски рассеянную в нужных местах музыку подуставшего Хисаиси и списать со счетов комичную несуразность Мотоки и миловидность выросшей французской «васаби» Хиросуе. Потому что все очевидное ремесло «Ушедших», переходящее порою в беспомощность, сравнимую с барахтаньем мертвого осьминога, заброшенного из жалости Дайго и Мика в воду реки Сумид, сглаживается, когда понимаешь, что японец Такита выразил в своем фильме нечто неподвластное многим европейцам, что-то очень человеческое. Как отец, давший семилетнему Дайго не по детской руке большой шероховатый камень, отражающий по древней легенде истинные чувства, не требующие слов, так и режиссер протянул отвыкшему от достоверной простоты зрителю послание, которое можно прочитать, даже не разбираясь в японском языке.
Молодой симпатичный Кобаяши с превеликим удовольствием играл на своей виолончели в токийском оркестре, но внеочередной финансовый кризис внес свои черные перемены в кобаяшевскую жизнь: оркестр прикрыли ввиду того, что зал заполнялся дай бог на треть. Наш главный герой решил вернуться на свою историческую — в захудалую провинцию и, на удивление зрителей и собственной жены, нашел работу в первый же день. В объявлении говорилось: «оказываем помощь отбывающим». Кобаяши пошел устраиваться в туристическое агентство, а вернулся сотрудником службы похоронных услуг…
Вот знаете, я все время пытаюсь найти хоть одного японского режиссера, который бы дал местную атмосферу подобно той, какую дает Харуки Мураками в своих чудных книгах. В этот раз снова не получилось, хотя «Ушедшие» — милы до безобразия и нет ничего удивительного в их победе на «Оскаре».
Блистательная работа оператора, удушающий сластёна — композитор, знаменитая японская мудрость. Фигура отца, — которого Кобаяши даже не помнит в лицо, попадающее в кадр за минуту до титров, — не дает главному герою покоя, бередит душу и выливается в музыку.
Финал принесет не только очистительные слезы зрителю, но и разрешит внутренние противоречия Кобаяши, самым красивым и трогательным образом. Да и вообще, на такое доброе и решительно светлое кино способны лишь святые.
Откровенно говоря, после этого фильма так и хочется выйти на Красную площадь с плакатом «Отдайте им Курильские острова, суки!». Ну, а кроме шуток, обязательно посмотрите, оно того стоит.
Совершенно случайно начал смотреть фильм и сейчас понимаю, насколько сильно мне повезло. Он меня сильно потряс. Это настоящий шедевр. Во многих очень хороших фильмах есть недостатки, но не в этом.
С первой минуты с замиранием сердца я вслушивался в каждое слово, проникался чувствами и эмоциями героев. Картина производит громадное впечатление, совсем не нагружая при просмотре, что парадоксально, особенно учитывая тематику фильма.
Пытаться передать словами те чувства и эмоции, которые переполняют после просмотра фильма, бессмысленно. Все, что происходит в фильме, настолько просто и естественно, насколько это вообще возможно. В то же время на фоне этой безупречной простоты событий играют такие ноты чувств, которые превращаются в великолепную мелодию впечатлений.
Каждый может увидеть эту картину по-своему, но умным людям она явно покажет гораздо больше.
1 марта 2010 года закончился второй этап голосования шестой российской народной интернет-кинопремии «Жорж». Теперь дело осталось за церемонией награждения, на которой и станут известны победители. Она пройдет 31 марта в Москве в кинотеатре «35мм». (...)
81-я церемония Оскар уже позади и КиноПоиск предлагает вспомнить как это было. Фоторепортаж состоит из пяти частей: рождение Оскара, красная ковровая дорожка, церемония награждения, press room и финальная фотосессия победителей Оскара… (...)
