В далёкой-далёкой советской Галак… ой, извините, эпохе существовала на отечественном телевидении фантастическая (что для того времени — небывалая редкость) периодическая (а это и для нашего времени редкость не меньшая!) литературно-художественная передача «Этот фантастический мир». Основанная на великолепном литературном материале — в каждой передаче экранизировались несколько небольших рассказов из Золотого фонда мировой или отечественной фантастики (от Рэя Брэдбери до Роберта Шекли, от братьев Стругацких до Кира Булычёва), программа уже при реальном существовании стала культовой, а сейчас и подавно обросла легендами. Являясь своеобразным аналогом зарубежного сериала «Сумеречная зона», отечественный вариант отличался высоким актёрским уровнем и серьёзным составом: Иннокентий Смоктуновский, Леонид Ярмольник, Михаил Глузский, Александр Абдулов, Юрий Яковлев, Юрий Богатырёв, Ольга Гобзева — это далеко не полный список Великих, работавших в этой команде.

Но это тема отдельного разговора, я же, собственно, речь веду о картине, которая к данному сериалу прямого отношения не имеет. А вспомнил я про «ЭФМ» потому, что фильм этот мне сильно напомнил один из его выпусков, называвшийся «С роботами не шутят». Помимо внешнего сходства (малый бюджет; замкнутость съёмочного пространства — большинство действия происходит в помещении; структура — фильм состоит из небольших коротких историй; тема — роботы), у этих картин есть какое-то внутреннее родство — в ощущениях, в проявленных теплоте, бережности и нежности к исследуемому вопросу, в общей человечности и трогательности рассказанных историй.

Впервые термин «Робот» (от чешского — работник, рабочий, раб) был употреблён в 1920-м году Карелом Чапеком в пьесе «R.U.R. » («Россмусовские универсальные роботы») для обозначения механического работника. Этой первой литературно-драматической версией восстания машин была открыта глубокая, серьёзная и всё более актуальная тема, исследуемая в искусстве, психологии, философии и множестве других наук — отношения человека и его механического создания. И этот фильм — одна иллюстраций на эту тему.

Не знаю, видел ли Грег Пак наш сериал, вряд ли, сомневаюсь видел ли он вообще наше кино, но четыре снятые им новеллы просто пропитаны той атмосферой старого советского телефильма. Начисто лишённое спецэффектов, его кино полно задумчивой глубины, но без ухода в созерцательность; человеческой морали, без морализаторства; рассуждения, на тему что хорошо, а что плохо без учительского императива. Люди часто склонны одушевлять всё, чем они пользуются, к чему прикасаются, о чём думают; наделять это своими чертами — фильм прекрасно это показывает.

Молодая семья для того, чтобы усыновить малыша первоначально получает на месяц испытательного срока робота-ребёнка; мать, чтобы вытащить из комы своего сына собирает коллекцию редких раритетных игрушек-роботов, с которыми он любил играть в детстве; офисный андроид-кодировщик, предназначенный для безостановочной работы, влюбляется; умирающий от старости скульптор, стоящий перед вопросом что выбрать: реальную смерть или оцифрованную жизнь в виртуальном пространстве — в этих историях не важен антураж, вопросы, исследуемые в них остаются актуальными всегда.

В принципе, ни одна из новел не может удивить нас излишней фантастичностью, но каждая из них трогает по-человечески. Вот такие истории для роботов…