Как только вспоминаешь о нетленном шедевре Серджио Леоне, сразу появляется чувство, подобное тому, когда говоришь о чем-то сакральном, вечном, монументальном. Именно таким видится этот фильм с более чем 40-летнего расстояния. 1968-ой вообще знаковый год для всего мирового кинематографа. Ведь в то время когда за океаном Стэнли Кубрик на пару с Артуром Кларком творили будущее всей кинофантастики, а Ромеро навсегда изменял жанр хоррора, Леоне снимал один из последних (будем честны, сейчас вестерн явно не в почете у современных кинематографистов) шедевров столь любимого в народе жанра.

Казалось бы, после «долларовой трилогии» сделать что-то эдакое в жанре практически невозможно. Правда, сам Леоне на пару со своими не менее знаменитыми сценаристами Бернардо Бертолуччи и Дарио Ардженто посчитали иначе, вместе написав сценарий к одному из лучших и, в то же время, самых нетипичных представителей жанра.

Занятный факт, но, начиная с первого фильма трилогии, хронометраж его картин только рос, достигнув своего максимума именно в «Западе». Такое ощущение, будто самый знаменитый одноклассник Эннио Морриконе только входил во вкус и с каждой картиной наслаждался своей работой все больше и больше.

Попробуйте пересказать события первого часа фильма зрителю, не знакомому с этой картиной, и собеседник посмотрит на вас, недоуменно взметнув кверху брови. Зато смотреть (а уж тем более пересматривать) этот час — незабываемое удовольствие. Минимум действия, максимум крупных планов и пейзажей (хотел сказать «Дикого Запада», но он там только по сценарию). Квинтэссенцией этого часа является вступительный эпизод с тремя «встречающими» на вокзале, а особенно сцена с мухой, ползающей по лицу у чересчур ленивого ковбоя. Как она была снята — для меня до сих пор является одной из самых больших загадок кинематографа. Поговаривают, в этой сцене по изначальной задумке должна была сыграть троица из «Хорошего, плохого, злого», что должно было быть приветом себе любимому. Впрочем, не сложилось, да и троица, уверен, не желала столь скоропостижной печальной участи. И хоть три часа экранного действия при желании можно пересказать одним небольшим абзацем, скучно и нудно не становится ни разу. И тому есть несколько причин.

Солирует здесь Чарльз Бронсон, герой которого неоднозначен настолько же, насколько героичен и неуязвим. Неоднозначность и легендарность его столь велика, что в свое время всплыла версия о том, что он никто другой, как некий Ангел Смерти в светлом одеянии, встреча с которым не заканчивается ничем хорошим, притом он всегда появляется в нужное время в нужном месте. Сложно подозревать Серджио Леоне в мистических пластах своих картин, но где-то тень сомнения (ввиду участия в написании сюжета Дарио Ардженто) закрадывается. В любом случае, Бронсон просто блистает в своей роли, и понимаешь это лучше всего в самом финале, когда становится ясна сила, им движущая. Другим столпом, на котором держится весь фильм, является Генри Фонда. Ради участия и сверкающего не по-дикозападному голубого взгляда которого Леоне приложил немало усилий, и который ближе к финалу разыграл отличное противостояние с Гармошкой — героем Бронсона.

Джейсон Робардс, играющей бандита Шайяна, то и дело источающего настоящую житейскую мудрость, создал очень живой и симпатичный персонаж, к которому, несмотря на его титульную деятельность, вовсе не питаешь плохих чувств. Бандит-весельчак с грустным взглядом — настоящее олицетворение духа этого произведения.

И если за возможную мистическую составляющую отвечал Ардженто, то никаких сомнений нет в том, что за «женскую» часть отвечал Бернардо Бертолуччи. В то время, когда вестерн являлся классически мужским жанром, и где даже по сюжету роль женщин сводилась, максимум, к роли прислуги, «Однажды на Диком Западе» представляет собой нетипичный именно в том плане фильм. Ведь женщина здесь не просто одно из действующих лиц, но и ключевой персонаж, объединяющий вокруг себя брутальные мужские характеры. Просто восхитительная роль Клаудии Кардинале, поражающая своей неоднозначностью. Ведь определенно положительной, равно как и отрицательной, характеристики привести невозможно, описывая ее героиню. «Запад» делает, казалось бы, невозможное — с одной стороны поет оду женщине, а с другой — так же жестоко и безоглядно ее растаптывает. И когда, с точки зрения мужчины, все заканчивается благополучно, любая женщина скажет вам, что чуть ли не самую большую свою потерю героиня несет именно в этот как бы счастливый момент.

Говорить о фильме и не восхититься музыкой Эннио Морриконе — правило дурного тона. В кинематографе с появлением звука, музыке в фильме всегда отводилось особое место. Так остается и по сей день. Саундтреки бывают хорошие, бывают и не очень, но такое органичное единение картинки, замысла режиссера и актерской игры с музыкальным сопровождением можно пересчитать на пальцах обеих рук. Один из лучших режиссерско-композиторских и просто дружеских дуэтов не дал осечки ни разу, а в этом случае попадание было и вовсе стопроцентное, разбившее яблочко вдребезги.

И хоть здесь есть все атрибуты, присущие вестерну, вроде лихих дуэлей, черного юмора, суровых мужских персонажей и интерьеров классических салунов, тонкие моменты картины делают ее очень близкой практически любому зрителю, тем самым, превращая фильм с эпическим названием «Однажды на Диком Западе» в практически эталонный образец жанра. Еще одно свидетельство народной любви — очень стойкое закрепление фильма в первой двадцатке небезызвестного топа на IMDB, а главное -занятое место в зрительских сердцах.

Три диких, но очень симпатичных итальянца — Серджио Леоне, Дарио Ардженто и Бернардо Бертолуччи на троих сообразили один из лучших вестернов и вистории кино. Как пафосно бы это не звучало. Плюс выписали из Италии Клаудиу Кардинале и замечательного композитора Эннио Морриконе. Добавив для разнообразия Генри Фонду и Чарльза Бронсона, дабы не быть обвиненными в антиамериканском заговоре против святая святых)

Есть большие подозрения, что в детстве маленький Родригес настолько впечатлился персонажем Бронсоном, что практически полностью срисовав с него своего Эль Марьяччи. Удивительно точно передан образ женщины — «Можете позабавиться со мной прямо здесь, даже позовите дружков. Чтобы очиститься мне понадобится ванна горячей воды, на память останется лишь еще одно неприятное воспоминание.» Женщина явственно ощущает свою силу и власть над мужчинами. Кардинале просто умница. Ну пострелялись мужики, посводили счеты, самореализовались и что? А женщине досталось то, за что все бились. И не надо было делать лишних движений.

Такой вот антиженский и проженский вестерн в одном флаконе. Говорить еще можно много. Но в памяти остаются яркие образы — напряженная и красивая музыка Морриконе, холодный блеск голубых глаз Фонды, ухмылка и спокойствие Бронсона, встревоженная и безумно красивая Кардинале. Много чего. На небосклоне очень удачно сошлись все звезды.

10 баллов. Я посмотрел фильм всего лишь два раза и запомнил его наизусть. В фильме отсутствуют слабые места и недостатки, как и во всех остальных фильмах Серджио Леоне. Действительно кино на все времена.

Музыка (естественно Морриконе), звук (ветер, выстрелы и т. д.), диалоги и фразы, операторская работа (главный оператор Леоне Тонино Делли Колли) сделали каждый эпизод вестерна шедевром и поразили меня до глубины души. А сюжет мести, помоему самый лучший из всех сюжетов про месть в истории мирового кино.

Никому так отлично не удавался амплуа мстителя, как Чарльзу Бронсону — лучшему мстителю в истории кино. Большое вам спасибо великий Серджио Леоне.

Наверное, это всё-таки лучший вестерн за всю их историю. На высшем уровне здесь всё. Достаточно лишь одного просмотра, чтобы этот фильм запомнился, даже если ты не любишь этот жанр. В то время он стал легендой и навсегда ей останется.