Середина 19-го века. Немая Ада вместе с маленькой дочерью и любимым пианино покидает родную Шотландию и переезжает на другой конец света, в Новую Зеландию, где ее ждет будущий муж Стюарт. Он отказывается доставить в дом пианино, которое остается брошенным на берегу. Ада, не говорящая с шести лет, все же показывает мужу всю глубину своего гнева. Для этой сильной женщины молчание далеко не знак согласия.
Сосед Стюарта Бэйнс, похожий на дикаря, привозит пианино, заменяющее Аде голос, к себе домой. Она может получить его назад, но только если будет приходить к Бэйнсу домой и давать ему уроки музыки — по числу клавиш. Эти уроки заведут их в пучину роковых страстей…
Первоначально Джейн Кэмпион планировала сделать картину об истории нескольких хозяев инструмента, переходящего из рук в руки. Но по мере работы над сценарием она пришла к выводу, что одной сюжетной линии картине вполне хватит.
Замолчавшая ещё в возрасте шести лет шотландка Ада, страстная любительница музыки, решила выйти замуж по переписке и вместе со своей девятилетней дочерью Флорой (об её отце известны только легенды, сочинённые самой девочкой), а главное — со старинным роялем (поэтому распространённый у нас перевод «Пианино» явно неточен) прибывает в далёкую Новую Зеландию. Но Стюарт, который стал новым мужем Ады, наотрез отказывается тащить по непролазной грязи и крутым тропам музыкальный инструмент, хотя тот дорог её сердцу, служа своего рода выразителем интимных переживаний одинокой и мало кем понимаемой женщины. И только странный англичанин Джордж Бейнс, который давно живёт по соседству с аборигенами из племени маори и словно тоже превратился в естественного человека, чувствуя страдания Ады и испытывая влечение к ней самой, а также и к музыке, соглашается перевезти фортепиано в свой дом и начинает брать музыкальные уроки. Однако это всё больше стало напоминать эротические пассажи некоего эксгибиционистско-вуайеристского толка.(... читать всё)
Скажу коротко. Я сама в своей жизни по причине нелепого равнодушия и тупого непонимания безвозвратно потеряла свой инструмент. Испытываемая при этом боль мало с чем сравнима.
Прошло почти десять лет, но я очень отчетливо помню запах моего пианино, звучание, все царапинки, стук крышки и мелкие соринки, собиравшиеся в углу… Помню…
Кстати, по странному совпадению десять лет назад я и посмотрела этот фильм в первый раз. Сегодня ночью во второй. Все эти годы я помнила его, но не решалась смотреть заново.
Странно и в тоже время вполне закономерно то, что этот фильм для меня стал еще ближе, так как со временем я поняла еще глубже то, что для меня значил и значит мой инструмент.
Когда муж Ады оставляет пианино на берегу — он сам подписывает себе приговор о том, что он никогда не добьется ее Любви, потому что на самом деле он оставил на берегу ее, Аду…
Да что тут писать… Мне понятно все…
И то, как можно играть на кухонном столе.
И то, как можно играть по ночам с закрытыми глазами.
И то, как можно касаться своего инструмента так, будто касаешься любимого — с такой же нежностью, трепетом, священным благоговением…
И поступок Ады в конце фильма в том числе. Для меня он абсолютно логичен и ясен. Испорченный инструмент, который надо похоронить. Похоронить с тем, что умерло внутри вместе с пианино. И вернуться к жизни, потому что есть ОН. Тот, кто понимает, тот, кто любит… Тот, ради которого стоит жить дальше.
Есть ради чего жить, есть кому играть. На пианино.
Сегодня мне хочется молчать. Вокруг меня сегодня тишина, нарушаемая звуками клавиш, звучащими в моей памяти…
При первом просмотре я никак не могла нажать на кнопку плей, а всё слушала главную музыкальную тему на заставке меню. Наверное, это один из редчайших случаев, когда музыка является не только фоном для повествования, но и своеобразным действующим персонажем, объединяющей материей.
Фильм построен на ретроспекции; акценты смещены с диалогов на мимику, жесты, детали. Главная героиня (Холли Хантер в этой роли неподражаема) слышит, но не говорит. Её немота (в значительной степени метафорическая) — акт смелого протеста, отречения; причина — не в отсутствии слов, в отсутствии понимания извне. Привязанность Ады к инструменту — не только любовь музыканта, эта связь глубже и крепче. Грань между внутренним и окружающим мирами Ады проведена чётко; и гранью этой выступает пианино — единственное достойное средство коммуникации.
Что могло помочь Аде преодолеть немоту? Лишь истинный человеческий язык — язык любви. Только встреча с мужчиной, способным постигнуть тайну женского сердца. Любовная линия прорисована мастерски. Волнующие эротические моменты — запрет, соблазн, желание — ослепительно красивые и деликатные, чувственные, как ни в одной другой виденной мной картине.
История Ады напоминает извечную сказочную линию — освобождение принцессы рыцарем из заточения, и это неудивительно, ведь схожий мотив находит место в мыслях каждой женщины.
Для Ады осталось сделать завершающий шаг и первый шаг к обновлению — расстаться с пианино. Стало ли возможным для неё преодолеть последнюю грань, хватило ли сил и доверия — финал не даёт окончательного решения, но для меня очевидно — заключение Ады в замке собственного одиночества завершено, она погибла в морской бездне и затем возродилась для новой счастливой жизни.
Фильм многогранен, самобытен и загадочен. Есть в этой картине нечто магическое, медитативное. Кому-то он может показаться вялотекущим, но не спешите с выводами — посмотрите картину в одиночестве, тогда она околдует вас и раскроется как абсолютно личное переживание.
Давно хотела написать отзыв на этот фильм, да все как-то не складывалось.
В общем, это самый сильный эротический фильм, который я видела в своей жизни. А там были, конечно же, и «Девять с половиной недель», и «Горькая луна», и прочие образчики чистой кинематографической эротики, которые не выдерживают с этим фильмом никакого сравнения.
В том-то и загвоздка, что этот фильм — будто бы и не эротика. Это драма. Жесткая жестокая драма.
И через эту жесткость и жестокость маленькая и хрупкая, как птичка, Холли Хантер, с железным, стальным, титановым упорством идет (я даже бы сказала, ползет) навстречу своей женской судьбе.
Эта судьба груба и неказиста, она кряжиста, как старый дуб, и в это поначалу отказываешься верить. Но потом понимаешь, что старый, бывалый и видавший виды, лохматый и обезображенный шрамами Харви Кайтел, — это именно то, что нужно этой женщине-птичке с подбитым крылом.
И понимаешь, что твоя собственная женская судьба может быть какой угодно. Главное, чтобы в ней была сила, мужская сила.
Я не скажу вам, куда именно добрался во мне этот фильм… Если вы его видели, вам нетрудно будет это угадать — наверняка, с вами было то же самое.
Можно сказать, что этот фильм сделал меня женщиной в полном и настоящем смысле этого слова. Я почувствовала это уже через 15 минут после финальных титров, и теперь это навсегда.
И я благодарна ему за это.
10 из 10
Пэ. Эс. Много месяцев спустя я с удивлением узнала, что оказывается, отшельник Бэйнс — это тот самый утративший веру священник, который попал со своими детишками в заложники к братьям-гангстерам в моем любимом фильме «От заката до рассвета». А недавно я увидела его еще в одном фильме, «Тельма и Луиза»: он играл там инспектора-копа, единственного мужчину, который понял (и, возможно, смог бы спасти, если бы оказался чуть быстрее) двух прекрасных отчаявшихся женщин.
Благодаря потрясающей оригинальной музыке Наймана, стилизованной под новаторскую музыку второй половины 19 века, когда зарождался импрессионизм, фильм приобретает дополнительный объем и становится многомерен. Пианино в фильме — это отдельный герой, который живет своей жизнью. Музыканты меня поймут, а благодаря фильму теперь это чувство доступно и широкому зрителю. Играть на пианино — всегда диалог с инструментом, которому поверяешь самые интимные переживания, но, главное, слышишь его ответ. Оттого он кажется живым. Я очень хорошо понимаю главную героиню, которая решается последовать в пучину вслед за инструментом. Считаю, это место одним из самых ключевых в фильме.
После этого фильма становятся доступными такие понятия, как самореализация и внутренняя жизнь. Главная героиня живет словно в двух измерениях одновременно: у нее доверительные отношения с инструментом, который заменяет ее второе «я», и заменяет ей способность говорить… и в в тоже же время она формально живет в новой семье, формально общается, ест, пьет, двигается.. Но это скорее делает ее физическая оболочка.. Ее душа оживает только за инструментом. Ее дочь говорит своим новым родственникам:" моя мама считает, что люди говорят такую чепуху». Как часто нам самим приходят в голову подобные мысли.
Фильм удивительный по красоте. Сама по себе история необычна и красива. Этот фильм можно смотреть по разным причинам: можно смотреть ради сюжетной линии, можно смотреть ради операторской работы, можно смотреть ради музыки… они абсолютно равноценны.
Для меня эта удивительная аллегория делает попытки открыть мир женщины, понять её… Конечно, мир этот принадлежит женщине очень особенной, но её боль испытывают многие. Боль непонимания. Даже временное избавление от неё по сути ничего не меняет..
В этом фильме сохраняется тайна. Кому близка Ада, чувствуют эту тайну в своей жизни.. Она нема, одинока, внутри нас… как на дне океана.
Мне этот фильм запомнился операторской работой бесподобной красоты и изящества. Многие приёмы были растиражированы и современному зрителю могут показаться вполне привычными. Но если вы видели много копий стоит разок посмотреть и оригинал.
Ещё мне очень запомнилась история одиночества. Но сколько ни загоняй живую душу в тесную унылую коробку долга, она всё равно сбежит, как сбегает вода. И такое счастье видеть, как красота обретает крылья и с ними свободу.
Думаю, этот фильм стоит того, чтобы посмотреть его в компании дочери-подростка. Это вообще такой очень женский фильм, а мой взгляд.
Иногда случаются такие фильмы, которые напоминают тебе о какой-то части твоей жизни, давно забытой, может быть.
В моем детстве было пианино. Оно жило в доме у бабушки и было пределом мечтаний. Я почти никогда на нем не играла, оно было не мое. Но и сейчас я помню брелок от ключа, которым его запирали. И как оно звучало, помню.
Где оно сейчас? Я впервые задумалась об этом. Кому его отдали? Надеюсь, его не выбросили, не оставили стоять там, где оно никому не будет нужно. Потому что, оказывается, пианино — это голос. Голос, поющий колыбельную маленькой дочери. Так мне запомнился этот момент, когда на берегу, убаюкивая свою дочку, Ада тихонько наигрывала на пианино грустную мелодию.
Ты отнял у нее голос, отдал его другому человеку, ты думаешь, она теперь полюбит тебя? Ей нужно ее пианино, она пойдет за ним к другому. Ты не ожидал? Это только твоя вина.
Этот другой окажется сильнее, смелее, чем ты. Он сможет заговорить с ней, он тоже обойдется без слов. Есть между ними что-то общее — она касается клавиш, он прикасается к ней.
И окажется, что играть на пианино просто так, не для него, ей уже не хочется.
Холли Хантер. В ней были живы только глаза и руки. При отсутствии слов, при отсутствии игры мимикой, она играет лишь взглядами и жестами и ей хватает этого, чтобы создать образ, яркий, живой, непобедимый.
Харви Кейтел. Одичавший англичанин, добивающийся женщины. Смело, не так ли? Не каждый актер, думается мне, в 53 года согласился бы сниматься обнаженным. Никакой игры как будто нет. Никакого образа. Кажется, он просто говорил, смотрел и ничего больше. Наверное, это и есть мастерство.
Анна Пакуин. Этот странный ребенок. Помню ее Джейн Эйр, но никогда не видела ее взрослой. Жаль, она, наверное, стала еще удивительнее.
Странно, об этом фильме не получается говорить. Хочется сыграть, но не получится — я не умею.
Фильм 93 года смотрится бесподобно… как передана атмосфера джунглей, бушующих волн, мокрого песка… и одинокого пианино на берегу…
Невероятная музыка, которая заставляет Вас переживать новый залп встреч главных героев так явственно, как ощутимо безгласное прикосновение эмоций…
Ни на минуту невозможно отойти от экрана… некое сопереживание, словно хочется вмешаться и бросить героев в объятья друг друга…
Харви Кайтел просто великолепен… он просто в своих взглядах и движениях, но сколько чувственности несет каждое его новое прикосновение!
Потрясающий фильм!!! Несложный сюжет, переданный актерами так, что каждый импульс, звук проникает глубоко в тебя, рождая невероятный букет чувств…
Несомненно, на свете есть картины, способные вдохновлять!
Музыка Наймана, взгляд Холли Хантер, все эти джунгли, камерность и отсутствие пафоса — достаточный список для высокой оценки фильма. Хорошо, что режиссёр не позволила завершить все добрым поцелуем, а преподнесла нам вопрос. В самых последних кадрах. И ответа на него я пока не знаю. Надеюсь всего лишь из-за того что не умею играть на пианино.
- Оно больше не поёт, — говорят о клавише туземцы. О клавише ли только?
Этот фильм нужно смотреть одному. Когда есть настроение. Когда есть надежды. Или хотя бы воспоминания. Ни один кадр не случаен — ни Синяя борода, ни одна клавиша, ни сантиметр приподнятой юбки. Вполне себе редко заслуженные гран-при Канн и призы Холи Хантер за лучшую женскую роль — в 94-м сразу Золотой Глобус, Канны, Оскар, Британская академия. Поистине — одна из лучших женских ролей в мировом кинематографе. В основном именно из-за этого такая высокая оценка.
Очень тонкое, изысканное и глубокое кино. В нем есть всё…
Фильм завораживает своей особой атмосферой, тонкой, просто сумасшедшей пронзительностью. Чего только стоит сцена торга и последующих занятий, как он грамотно и красиво её, дикую и нелюдимую, раскрывал для себя!
Потрясающее кино об открытии чувств, всевозможных потерях, счастье и перерождении — БРАВО, Джейн Кэмпион! И, несомненно, БРАВО отличной работе Холли Хантер и Харви Кейтеля!
10 мая начал свою работу 64-й Каннский кинофестиваль. Фильм открытия — комедия Вуди Аллена «Полночь в Париже» — стал приятным откровением после последней работы мэтра, а вот старт основной конкурсной программы, драму «Спящая красавица», зал принял с молчаливым недоумением. (...)
9.64 млн, 
1.78 млн, 
