История трогательной дружбы двух подростков, один из которых — одиннадцатилетний Декстер — неизлечимо болен. Однажды, прочитав заметку о докторе, который изобрел уникальное лекарство, Декстер со свои соседом и другом Эриком, тайком от матери, решает отправиться на его поиски в Новый Орлеан. Сбежав из дома, они пускаются вниз по течению реки Миссисипи.
Звучащая в открывающих фильм титрах песня известного американского певца Марка Кона „My Great Escape” из-за контрактных разногласий не попала ни в саундтрек картины, ни в официально выпущенные альбомы этого исполнителя. Таким образом, эта композиция нигде недоступна за исключением самого фильма.
Один из них имеет огромнейшее сердце, в которое с радостью берет другого, своего друга. Эрик готов любить, готов заботиться; он делает все возможное и невозможное ради находки лекарства для своего друга, не ощущая, что он сам и является тем лекарством, которое они ищут… Умственно богатый Эрик и душевно богатый Декстер. В то время как, «мальчик с большим сердцем» предпринимает какие-то действия, развлекает по пути интеллектуальными темами друга, другой, мудрый Декстер — хорошо все это время понимает, что никакого доктора они не найдут и тем более от СПИДа его не вылечат. Он просто подарил эту надежду Эрику, который сильно в этом нуждался…
Но Дружба вылечит душу от всех ран, от одиночества, грусти, боли… От всего, кроме смерти. Разрушенное поле игр двух мальчиков символизирует конец их «земной дружбе», но ботинок в руках недышащего Декстера означает начало новой и чистой дружбы, которое будет жить уже вне всего: вне денег, вне примитивных отношений со сверстниками и с водителями корабля. Их дружба будет жить вечно, я вам обещаю…
Что чувствует ребёнок, зная, что в его крови опасный вирус? Это глубочайшая боль, которую он не покажет тем, кто далёк от его мира.
Декстер не знал когда придёт его время, не надеялся на лекарство. Самое ценное, что было в его жизни — дружба. Это именно то, что даёт веру и надежду на что-то лучшее. Рядом с ним был человек, которому было не всё равно, который не кидал в него камни и не сторонился. Наоборот — Эрик изо всех сил пытался найти лекарство, чтобы спасти друга.
В этом возрасте дети всегда, пусть и нехотя, придерживаются родителей — «Плохо — значит плохо», потому что дети мало понимают, как что устроено. Но здесь становится ясно, насколько большим было сердце Эрика. А ведь самым ценным и необходимым является именно человеческая поддержка, которой, порой, не хватает каждому из нас. Не говоря уже о тех, кто оказался в такой же ситуации, как маленький мальчик Декстер.
Искренне жаль, что мало людей, взрослых людей, которые способны на подобные дела. Большинство просто идут мимо.
Первую часть фильма смотрела с удовольствием, насколько это может позволять вообще такая тяжелая тема спида… смотрела с удовольствием из-за двух замечательных мальчишек, которые сыграли главные роли. Тема очень актуальная даже для наших дней, хотя прошло уже больше 15 лет с того момента.
Но это, наверное, единственное, что могло порадовать в этом фильме.
Больше всего меня поразили обе родительницы. У мамы Декстера всегда лицо кирпичом, что бы с ее сыном ни происходило — отравился отваром из ядовитой травы? ничего страшного, выздоровит. Сбежал из дома и вернулся домой еле живой? — ничего, бывает. Умер? — немножко поплачу и буду дружить с Эриком, пусть будет мне вторым сынулей. Не понимаю, как можно улыбаться над гробом сына? у меня аж мурашки пошли по телу. Я против всех этих дешевых эффектов, типа рыданий так что уже глаз не видно, лазаний по стенам от горя и тд, но улыбаться от умиления, когда твой маленький ребенок лежит в детском гробу — это какой то уродский мазохизм, мне стало мезко.
Вторая мама тоже странная женщина. Она так переживает, что ее сын заразится (непонятно как) СПИДом, что забывает, что пыхтеть по пачке сигарет в час под его носом тоже не особо полезно для детского организма, что лупить его со всей дури по башке тоже пользы мало принесет.
Одному все разрешают, другому все запрещают, одного залюбили, другого недолюбили. Два полюса, не знают меры ни одна ни другая.
И эти странные диалоги, которые режиссер вложил в детские уста — все это вырывало из реальности фильма, и без того трагичной, и делало идею какой то напыщенной и искусственной. Достаточно было посмотреть в глаза Декстеру, чтобы все слова о том что звезды такие холодные и тд и тп были совершенно лишними. Это ребенок, умирающий, но ребенок, не надо его делать излишне поэтичным трагиком.
Я бы поставила фильму шесть только из-за мальчиков ну и еще изза сцены где мама Декстера хорошенько прижала к стене маму Эрика.
Как еще можно лучше определить эту парочку? Хотя один из них — уже почти юноша, хвастается какой-то девушкой, он ненамного рассудительнее своего младшего друга, а где-то и ребячливее его. Фильм трогает до глубины души, когда видишь эту дружбу, такую чистую, наивную и верную.
Очень гармонично вписываются в фильм две матери, отличающиеся друг от друга, скажем, слишком сильно. Удивляюсь терпению и пониманию одной, и, к сожалению, вполне предсказываю все действия другой.
Сюжет незамысловатый, но игра всех главных актеров заставляет забыть, что смотришь кино. Хочется одного — чтобы мальчишка выздоровел.
Последние примерно 10 минут фильма я не мог смотреть — ничего не видел из-за слез. И сейчас с трудом нахожу клавиатуру… Нельзя раскрывать сюжет, но можно заметить одно — слезы эти полезные. Они вызваны не просто поворотом сюжета, это — очищение души.
Следует отметить, что никаких «американских» спецэффектов в фильме нет, кроме ненавязчивой музыки. Тем ценнее фильм, он трогает струны души, а не нервов, которыми так часто подменяют душу…
Перед нами чистая, светлая, искренняя и тёплая дружба двух мальчишек, один из которых, Эрик, тот, что постарше, целыми днями предоставлен самому себе, поскольку его мама, видите ли, чересчур занятая женщина, а другой, Декстер, славный малый со страшным диагнозом СПИД. Оба мальчика одиноки. Эрик терпит нападки в школе и целыми днями слоняется без дела, а Декстер вынужден лишиться друзей из-за своей болезни. И вот эти два одиноких мальчугана становятся близкими друзьями. Эрика не пугает диагноз Декстера, он даже порывается излечить его подручными средствами — будь то шоколадки, или сорняки возле пруда. Они не страшатся даже отправиться в опасное путешествие за спасительным лекарством. Да о каком страхе может идти речь, когда ты уже не один, когда с тобой верный и надёжный друг, который верит в твоё выздоровление, который готов на всё, чтобы только тебе стало лучше! Так трогательны эти ребята в своей мальчишеской отваге, в своей наивности и искренней убеждённости в положительном исходе. И это особенно подкупает, когда знаешь о том, что фильм был снят в 1995 году, когда о СПИДе ещё многого не знали, говорили с опаской и обходили больных стороной.
В финале фильма я рыдала навзрыд и не могла успокоиться в течение получаса после просмотра. Этот ботинок Декстера, пущенный Эриком по реке, будто символ крепкой, бескорыстной, удивительно тёплой и светлой дружбы двух таких разных, но таких близких в своём одиночестве мальчишек.
Этот символ спустя десятилетие «трансформируется» в рубашку Джека в руках Энниса со словами «Я тебя помню…» в фильме «Горбатая гора»…
Не помню ещё случая, чтобы отсмотренный фильм тронул меня до такой степени, когда спустя и день и два после просмотра, всплывающие в памяти сцены, вызывают в душе волну неизбывной печали и тоски.
Роберт Кун написал сценарий, а Питер Хортон поставил фильм, в котором детская непосредственность и честность бьёт зрительское равнодушие наповал. Поразительное спокойствие больного Декстера и удивительная чуткость Эрика. Само их сближение — уже удар по сердцу. Потому что ещё до встречи прозвучал диагноз: AIDS (СПИД). И что будет? Никто из ребят, поначалу, не задумывался, что будет, проводя время в совместных играх, разговорах и авантюрных приключениях.
До тех пор, пока Эрик не почувствовал, что очень скоро может потерять друга. С этого момента драматизм происходящего просто щемит нервы. К этому добавляются ассоциации. Уличная гонка Эрика, везущего Декстера в коляске из супермаркета, напомнила известный велосипедный спурт Еллиота и E.T. из «Инопланетянина». Последовавшее за этим путешествие ребят на плоту по Миссисипи — приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна. А обмен спальными мешками — как в Книге Джунглей: «Мы с тобой одной крови, ты и я». «Ботинок Эрика» становится именем нарицательным: мостом между жизнью и смертью, знаком поддержки, связующим звеном между друзьями, символом, означающим дружбу навсегда.
Джозеф Мацелло (Декстер) и Брэд Ренфро (Эрик), наверно, один из лучших (если не лучший) молодёжный экранный дуэт всех времён. Обаятельная Аннабелла Шиорра — стойкая и яростная мать Декстера. Их усилиями реализм происходящего не вызывает у зрителя никаких сомнений. Как и печальный финал этой истории.
Фильм оставил впечатление легкого недоумения, и, поскольку моя рецензия будет первой не в ряду положительных, то еще добавляется немного смущения: может, я что-то не так понимаю?
я не увидела в этой истории трогательной дружбы и попыток найти чудодейственное лекарство, а лишь то, что 13-ти или скольки-то там летний скучающий подросток, брошенный отцом, не контактирующий с равнодушной задерганной матерью, вдруг находит себе… живую игрушку.
Может, это прозвучит жестоко, но во время просмотра все время хочется сказать этому парню: «Придурок, что ты делаешь? Это ведь не жаба, которую можно забавы ради посадить в каменную ловушку или вообще пристукнуть булыжником, это живой, слабый, больной ребенок…»
он то поит его (насильно!) черт знает, какой травой, хорошо, что белена не попалась или там вороний глаз, к примеру (и его опыты напоминают, как мальчишки по очереди отрывают ножки жучку или мухе — мол, интересно, а что будет?). Он тащит мальчика, который устает (!) после игры в солдатиков во дворе в сомнительное, дальнее и опасное путешествие, он в конце концов постоянно ломает комедию с фальшивыми слезами в «о, боже, мой друг, кажется, умер!». И доигрался, в конце концов. Но какая-то циничная игра получилась. И на протяжении всего фильма не чувствуется, что Эрик испытывает дружеские чувства к Декстеру, это для него скорее забава, и не более. Эдакая игра в жизнь. И в смерть.
