I. Тот самый Уайлдер:

Он был гением. Настоящим.

Невероятно разноплановым режиссёром, талантливым сценаристом, своего рода Гайдаем Америки, смешащим её неимоверно и умеющим развеселить даже депрессивных зрителей, он создавал для всех дивное, праздничное настроение, при этом никогда не скатываясь в конвейерный поток и держа марку истинного режиссёра, Режиссёра с большой буквы…

Он превратился в бессмертного человека из-за самого известного своего творения — неугасающей и славной комедии положений «В джазе только девушки…» (1959 год), давшей миру крылатые фразы в исполнении блестящих комиков Джека Леммона и Тони Кертиса. Чёрно-белая комедия, которая вот уже сорок восемь лет развлекает зрителей разных стран мира. О да, Уайлдер умел сделать конфетку из ничего. Собаку на этом съел.

Несмотря на то, что он прославился чисто развлекательным кино, Уайлдер был верен своему стилю, и снимал фильмы поистине поражающего масштаба — он словно ткал из разноцветных кусочков ткани огромное полотно, которому суждено было стать пророческим.

Он был единственным американским режиссёром, которым восхищалась некоронованная королева детектива — Агата Кристи, и восхищалась не случайно: Уайлдер экранизировал её рассказ «Свидетель обвинения», умудрившись в главной роли задействовать великую Марлен Дитрих. Фильм имел успех, и Дама Кристи была довольна удачной экранизацией, хотя ненавидела Голливуд за издевательства над её романами. Уайлдер угодил самой привередливой писательнице мира на тот момент. Литературные критики того времени, и среди них сам Роберт Барнард, вечный исследователь творчества Кристи, с первого же сеанса «Свидетеля обвинения» отдали ему должное, завалив восторженными статьями в самых респектабельных газетах Великобритании и США.

Это было в 1957 году, когда Сидни Люмет снял свой дебютный фильм — «12 разгневанных мужчин», и, пока Люмет лишь восходил на пьедестал славы, Уайлдер уже был любимцем публики, к которому весьма благосклонно отнеслись академики премии «Оскар», по заслугам одарив его двумя статуэтками в номинации «Лучший сценарист» и двумя статуэтками в номинации «Лучший режиссёр».

Уайлдера бы не было, не будь его изумительного фильма, поразившего в самое сердце всех именитых режиссёров мира. Этим фильмом был «Сансет бульвар», поставившим шах и мат всему Голливуду, в желчности, неумолимой злобности, беспощадности и алчности изобличая того. 1950 год — Боже, как давно!

Да, всё это было давно… Нельзя забывать прошлое, достижения прошлого, пеплом посыпая его, не надо мечтать о будущем, не надо грезить о несуществующем. Помним ли мы то хорошее, что было с нами? Помним ли мы вообще то, что было раньше? Почему-то так не кажется, почему-то ощущение, что с каждым годом значимость приобретает лишь новое, лишь новейшее, будто человечество хочет в забытье впасть, хлопая, с рук сдирая кожу, своему зеркальному отражению, хохочущему, в котором мы с вами отображаемся счастливыми людьми… И уже потеряли то замечательное свойство отличать видимое от реального, а, тем временем, в бассейне уже нет воды, машины покрылись пылью, и лишь безжалостное новое явление коммерции зарабатывает на нашей слепоте, играясь с нами, как играется ветер с павшим и пожелтевшим листком этого мира…

Билли Уайлдер прожил длинную и насыщенную жизнь: 22 июня 1906 — 27 марта 2002 гг. Целых 96 лет, которые сопровождались неумолкаемыми овациями, овациями заслуженными, а не вытянутыми с помощью пиара и денег. Уайлдер не был лучше Люмета, Уайлера, Кубрика, Чаплина, Хьюстона, нет, просто Уайлдер был гораздо мудрее их, он видел то, что другим только предстояло увидеть и в своих фильмах запечатлеть.

Это был Билли Уайлдер. Тот самый Уайлдер…

II. Бульвар Гротескного Прошлого:

Сюжет фильма «Сансет бульвар» словно живёт сам по себе, с ленцой приглашая зрителя разделить с ним холодный, остывший ужин, приготовленный профессиональным и безмолвным поваром…

Сразу заметно, что в те времена сценарию уделялось особое внимание, ибо во всех старых фильмах зрителя сразу с места отправляют в карьер, затянутых начал вообще не имеется, это сейчас, наверное, модно растягивать хронометраж непомерно. А в «Сансет бульваре» ничего подобного, вот вам некто Джо Гиллис, парень, как и все сценаристы, язвительный, наблюдательный и слабохарактерный, так как привык зависеть от решения голливудских студийных боссов. Гиллис имеет отношение к студии «Парамаунт», для которой и пишет сценарии разного рода. В данный момент он на мели, и позарез ему нужны деньги, для добычи коих он и топает к самому снисходительному боссу. У Гиллиса могут оттяпать машину, а какой же американец без автомобиля? Нет, не дело это — машину отдавать этим налоговикам. Фортуна отвернулась от нашего героя, и ему приходится бежать от налоговиков куда подальше. Совсем уж по-киношному у него лопается шина, и он случайно заезжает в замок известной в былые времена актрисы немого кино — Нормы Дезмонд…

Знаете, чем занимались в те времена молодые люди, приходя друг к другу в гости или встречаясь в кафе? Тем же, что и я — пересказывали сюжеты наиболее захватывающих фильмов. Так эти фильмы становились бессмертными, отцы рассказывали о них детям, дети перехватывали «цитаты» из фильмов и передавали их своим детям… Так было всегда, в общем-то. Даже у нас в России есть такая традиция — не зря же до сих пор мы щеголяем фразами из комедий Гайдая, Данелия, Рязанова…

Так вот, это хорошо, если соблюдается в меру. Норма Дезмонд, по всей видимости, не понимала этой истины, и саму себя загнала в типичную ловушку, заперев в клетке прошлых своих достижений. Наш Джо Гиллис понял это не сразу, но когда понял, то было уже поздно, он тоже попал в мышеловку…

Уайлдер искусно переплетает избитые донельзя штампы, среди которых и отсылки к творчеству нами любимого Эдгара Аллана По (замок Нормы Дезмонд будто списан с новелл По); к творчеству Мурнау, знаменитого режиссёра, создавшего самый классический образ вампиров (например, дворецкий Макс мне кажется персонажем именно из фильмов Мурнау, этакой зловещей тенью над главными героями); типичный любовный треугольник не в пользу старой Нормы Дезмонд; плюс ко всему этому Уайлдер очень тонко иронизирует по поводу кинематографа, так, звёзд немого кино Джо Гиллис по привычке называет «восковыми фигурами», работник студии «Парамаунт» Гордон Коул звонит Норме Дезмонд лишь для того, чтобы попросить разрешения у неё взять напрокат на съёмки её старый драндулет, а пресса замечает убийство человека в дряхлом замке исключительно из-за того, что там живёт звезда немого кино, в ином случае голливудская пресса просто бы плюнула на какое-то там убийство какого-то типа… Почти всю иронию на себе несёт Джо Гиллис, с помощью внутреннего монолога (кстати, это неплохой приём сценариста Уайлдера) отображая все коллизии, происходящие в фильме. Хотя и Норма Дезмонд, и Макс, и даже знакомая Гиллиса — Бетти Шефер с её монологом о неправильном носе, все персонажи «Сансет бульвар» имеют комичный оттенок.

Но это смех сквозь слёзы. Несмотря на разного рода «шпильки» в сторону мании Нормы Дезмонд, возомнившей себя звездой мирового значения, чувствуется, что Уайлдер искренне любит этих милых недотёп, этих «восковых фигур», коротающих вечера за столиками для игры в бридж… Ностальгия по временам, когда немое кино не могло огорчить зрителя, а лишь поднять ему настроение. Ведь это и в самом деле мастерство — вызывать в зрителе гамму различных чувств! Один только Чарли Чаплин мог впечатлить зрителей своим короткометражным «Малышом», который и по сей день считается лучшим в мире фильмом о доброте.

Сансет бульвар — это бульвар Гротескного Прошлого. И через этот гротеск Уайлдер выразил скорбь по немому кинематографу, невероятную грусть, сожаление, сочувствие. Уайлдер ответил на вопрос, что погубило немое кино. Время.

Немое кино погибло. Но его мечта свершилась — оно сумело триумфально покорить зрителей, как их покорила Норма Дезмонд, величественно спускаясь мимо полицейских и фотографов, замерших, как «восковые фигуры», по лестнице, с гордостью подняв голову, играя последнюю в своей жизни роль, в которую веришь, как никогда, которой восхищаешься больше, чем современными ролями…

«Сансет бульвар» Билли Уайлдера — аллегоричный фильм. Он о том, как Прошлое увлекло за собой Будущее. Это правда. Придёт время, когда кино снова станет немым. Отчего? Просто от восторга все мы сорвём голос, и говорить будет некому…

Можете не верить. Можете посмотреть «Сансет бульвар».

III. Звёзды былых лет:

В «Сансет бульваре» сыграли замечательные актёры. Думаю, каждый из нас по-своему оценивает игру актёров, отдавая предпочтение тому или иному актёру, и ничего страшного в этом субъективизме нет.

Итак, моя иерархия актёров:

4 место — Нэнси Олсон (Бетти Шефер): очень слабая игра, но простительная ввиду возраста. На тот момент актрисе было двадцать два года, и не все в таком возрасте способны проявить талантливую игру, тем более что героиня Олсон немного ходульный образ, схематический, я бы назвал его отчасти проходным, так он уступает по яркости остальным образам. Нэнси Олсон — единственная основная из фильма актриса, которая жива поныне — она родилась в 1928 году. Нужно также приметить, что роль в «Сансет бульваре» так и осталась самой заметной её ролью. Но она вправе гордиться ею.

3 место — Уильям Холден (Джо Гиллис): мне трудно судить, чего именно добивался Уайлдер, показать в герое Холдена его серость, слабохарактерность, либо показать именно контраст между Гиллисом и Нормой Дезмонд, как контраст между белым и чёрным. Временами игра заметно провисает, иногда и поражает. Точно не самая лучшая роль Холдена, хоть он и номинировался на «Оскар». За свою жизнь (1918 — 1981) Холден был награждён одним «Оскаром», тем не менее, все мы его отлично помним по ролям в «Мосте через реку Квай»; «Вздымающемся аду»; «Казино Рояле»; «Омене — 2». Это был актёр хорошего качества.

2 место — Эрих фон Строхейм (дворецкий Макс): очень сильная игра, одними штрихами Строхейм сумел отобразить внутренний мир своего самого загадочного персонажа, чьи реплики в фильме были наиболее важными, именно образ Макса играл существенную роль в «Сансет бульваре», не давая ему буксовать на месте. Макс — это один из самых трагичных образов в кинематографе, который мне довелось видеть. Всегда тяжело быть хранителем того, что медленно умирает, почти что разлагается, и понимать, что никогда уже не суждено будет пережить те счастливые моменты, которые были и уже не вернутся… Строхейм прожил долгую жизнь — с 1885 по 1957 годы. Пятьдесят лет его талант не меркнет, поражая всё новых и новых зрителей.

1 место — Глория Суонсон (Норма Дезмонд): непередаваемая словами игра. Просто чудесно. Лично я был поглощён всей феерией чувств, которые изображала на экране Глория Суонсон, и только тогда я понял, почему в старых американских романах частенько упоминают её имя. Она была настоящей и сейчас остаётся звездой кинематографа. 1950 год подарил миру двух актрис, актрис незабываемых и поистине великих женщин: Глорию Суонсон и Бетт Дэвис («Всё о Еве»). Обоим судьба послала роли актрис, и обе сыграли актрис, чьи эпохи безвозвратно гибнут, разрушая былое счастье и былую славу.

Они столкнулись в битве не на жизнь, а на смерть: два легендарных фильма — «Сансет бульвар» Билли Уайлдера и «Всё о Еве» Джозефа Лео Манкевича. Хотя «Всё о Еве» стал лучшим фильмом 1950 года, незримая битва всё ещё продолжается, и само Время поставило вопрос ребром: кто же лучше — Дэвис или Суонсон, отдав награду Джуди Холлидей из «Рождённой вчера» голливудского конвейерщика Джорджа Кьюкора.

И лишь уморительно недоумевающий взгляд Бастера Китона в роли игрока в бридж из «Сансет бульвара» будто говорит: «Не ссорьтесь, друзья, все мы хороши по-своему, все мы успеем ещё свою смерть отпраздновать…».

Как бы того ни хотел сценарист Джо Гиллис, эти «восковые фигуры» выиграли свою изнурительную партию в бридж. Блистательно блефуя, отчаянно повышая ставки, они сумели остаться в памяти у нас, и всё это — благодаря гению чистой простоты Билли Уайлдеру…

ЗАНАВЕС.

Джо Гиллисс, молодой и вроде бы небесталанный писатель-сценарист, не отыскавший в Голливуде ни работы, ни хотя бы приятеля, способного одолжить триста долларов, спасает — за полгода до того, как будет плавать вниз лицом в бассейне, — свой автомобиль от конфискации и из-за лопнувшей покрышки попадает в странный дом — роскошный, как дворец, но сумрачный, как замок. В нем обитает величайшая актриса кино — Норма Десмонд. Впрочем, кино немого, старого, всеми давно забытого… Хранит актрису, ее призрачную славу и несбыточные хрупкие надежды скалоподобный слуга — шофер, дворецкий, время от времени музыкант — Макс.

Актриса написала сценарий для триумфального возвращения к зрителю; осталось чуть подредактировать текст — перед поездкой в «Paramount»…

Невыносимо грустная картина забвения, верности и — невозможности. И невозможности остаться, и невозможности хоть что-то изменить. У каждого героя здесь своя трагедия, своя особенная невозможность; но «не остаться» и «не изменить» — две категории, к которым они сводятся.

Фильм не антоним для «Поющих под дождем». Там сотни красок — здесь лишь черное и белое, там танцы с песнями — здесь заунывная органная музыка, там приход звука в кино открывает блестящие перспективы — здесь он фактически хоронит людей заживо… Вот только «Сансет» не о звуке. И не совсем о кино. Скорее, он о жизни после погребения, о хрупких устаревших мечтах, о «восковых фигурах», о безмерной преданности одного человека другому. И чуть-чуть — о «заблудшей собаке».

Сильный сценарий. Строгая режиссура. Блистательные Глория Суонсон и ее Норма. Невероятный Эрих фон Строхейм. Подавленный ими Уильям Холден. Необязательный и несмешной текст за кадром. Оскароносный саундтрек. Нуар. Голливудская классика!

Классический фильм-нуар от режиссера Билли Уайлдера, который лично для меня стал первым, и пока единственным, фильмом в этом жанре, что я удосужился посмотреть. Сам жанр меня заинтересовал давно, поэтому я решил начать знакомство с той ленты, которая стоит во главе списка из 50-ти лучших фильмов-нуар по версии сайта IMDB. И скажу, что ни жанр, ни кинолента меня не разочаровали.

Правда, слабовато как-то выражается интрига и детективная составляющая фильма, которые по определению должны быть основой фильма-нуар, однако сама история разворачивается в довольно интересном ключе. И та особенность, что параллельно ведется рассказ на экране и закадровым голосом от лица главного героя, который как бы проясняет некоторые детали, придает фильму свой привлекательный оттенок.

Примечательным моментом является еще и то, что режиссер картины, для того чтобы исторически сблизить картину и ее персонажей с временами немого кино, пригласил к участию в ней звезд этой эпохи для исполнения эпизодических ролей или же для игры на экране самих себя. Поэтому довольно приятно было видеть несколько знакомых по старым фильмам лиц.

В целом же хорошо и интересно, однако хочется отметить, что к концу фильма заметна перемена в игре актеров (которые словно зная, что фильм близится к концу, стали играть в расслабленном состоянии, допуская переигрывание) и в сюжете (который стал предсказуем почти в каждой сцене), отчего складывается впечатление о нехватке времени на доработку финальных сцен. А жаль, так хорошие впечатления были бы полнее, а оценка была бы выше.

8 из 10

Отличная картинка! Лица, интерьеры, построение кадра,… Отличный звук: голоса в первую очередь. Отличные характеры: сценарист, сценаристка, друзья сценариста, главная героиня, её дворецкий, режиссёр. Их судьбы, их поведение, их решения. Всё живо, психологично, нестереотипно, интересно. Совершенно изумительная сцена возвращения актрисы в студию: меня проняло чувство сказочности, которую навевает на личную жизнь звезды сцена, почувствовал её (похоже скрываемую) ностальгию по этой работе. Всем этим фильм просто шикует.

Но вот зачем фильм я понял. Его тема сводится к иллюстрации греха тщеславия. Потерявшая популярность (на волне революции звукового кино) актриса доживает век в своём поместье. Тщеславие доводит её до убийства и сумашествия. Но прямое изложение эволюции греха в конкретной душе тему никак по особенному не раскрывает. Тема то одна из сложнейших и интереснейших, а её раскрытие свелось к достаточно ожидаемому, простому концу — к простой эволюции безумия. Фильм просто не держит уровень темы за которую взялся автор. За примерами гораздо более серьёзного сверхреального душеведения ходить далеко не надо: Бергман, Тарковский, Кислевский. Но внешний шик и психологический креатив доставлял удовольствие весь хронометраж фильма!

И еще: любит Wilder выписывать умных (в смысле сообразительных), но почему-то недалёких мужиков (еще `Двойная страховка»).