Американский начинающий писатель Генри Миллер приезжает в Париж, чтобы написать там свою первую книгу. Вскоре он знакомится с проводящим всё свое время за развлечениями Альфредом и начинает вести вместе с ним праздную жизнь. Через некоторое время оба одновременно женятся на шуточной свадьбе на молоденькой нимфетке Колетт и, уже втроем, отправляются в свадебное путешествие.
Клод Шаброль снял фильм о эротический фильм о борделях и американце, приехавшем в Париж в поисках наслаждений. Несмотря на наличие известных фамилий фильм не производит серьезного впечатления. Более того, в сравнении с ним фильмы Тинто Брасса могут показаться вершинами философской мудрости, а Серена Гранди — талантливейшей актрисой.
Вызывает удивление выбор Эндрю Маккарти на роль Генри Миллера. Этот комедийный актер, на мой взгляд слишком легковесен для такого фильма.
Но гораздо более существенным упущением представляется отсутствие крупных планов.
Любые сравнения с произведениями Миллера в данном случае излишни. Понятно, что Шаброль сделал не столько экранизацию, сколько авторскую интерпретацию.
«Боже мой, это настоящий декаданс…». После этой фразы произнесенной, в самом начале, прообразом Генри Миллера ожидать хорошего фильма не приходится. Мог ли сказать стихийный развратник и маргинал из оригинального текста «Тихие дни в Клиши» подобную восторженную глупость при виде обнажённого женского тела? Конечно, нет! Богемный переулочный Париж, напоминающий смердящую клоаку, в котором единственная потребность — утоление голода превращён классиком французского кино в холодный театр музейного кича.
У Шаброля это манерный мазок консервативных аббераций то ли в крупную, то ли в мелкую клетку. В этом мире нет жизни, нет характеров, нет любви. Богемные отщепенцы, плюющие, от собственной пресыщенности, в лицо буржуазным ценностям будто списаны не со страниц Миллера или его пишущих современников, а с наблюдений Оскара Уайлда. Гедонистический лорд Генри и неофит с коровьими глазками Дориан Грей реинкарнируются в образах Карла и Джоуи. Авторам, захотелось вставить глупое обрамление со стареющим больным писателем напоминающего лицом Генри Миллера, который не может уже обладать женской плотью и предаётся воспоминаниям. Далее следует повествовательная банальщина со знакомством двух единомышленников и вереницей абсурдистских борделей отталкивающих своей ненастоящестью.
Миллер никогда не чувствовал себя трагической фигурой. Он никогда не ставил знак равенства между своими героями и собой. Нет никакой необходимости подбирать актёра на главную роль похожего на великого писателя. Языческая стихия свободомыслия и прелюбодейства подвергнута тотальной кастрации. Шаброль рассказывает нам очередную присказку на тему «если бы молодость знала, а старость могла». Авторы не ограничиваются ёмкой повестью, давшей название фильму. Они побросали эпизоды из других повестей, романов, а главное добавили пошлой напыщенной отсебятины. И всё на потеху чванливым интеллектуалам с сальными воротничками неспособным осознавать природу того или иного явления без причинно-следственных связей.
Герои фильма не имеют ничего общего с литературными образами, но они и неестественны в атмосфере шабролевского мира, сотканного из кроличьих мехов, плохой обнажёнки, теней кубизма и нарочитой ретро — эстетики. Тяжеловесная натужная чушь Клода Шаброля смотрелась бы куда проще, не имей она отсылок к замечательным текстам американского литературного классика. С другой стороны…не будь этих ссылок, фильм заслуженно бы канул в лету.
