Классическую ленту Акиры Куросавы «Семь самураев» принято позиционировать, как чрезвычайно человеколюбивый фильм, с серьезным таким гуманистическим посылом. Вздор. Право же, в картине нет ни одного по-настоящему положительного героя, нет, по сути, и подвига, а если и есть, то совершившие его, оказываются последними, кому он был нужен, особой любви к людям также не наблюдается. Конечно, исходя из объективных предпосылок, а для некоторых еще и воспоминаний о детских просмотрах, все ожидания нацелены на то, чтобы увидеть красивую, трогательную и несколько прямолинейную олдскульную ленту, которой заранее все это простить, за высочайшее мастерство исполнения и время появления на свет.

В результате оказывается, что прощать «самураям» вообще нечего. Так уж получилось, что назовем ее «концепцией подвига» в одном из самых известных фильмов о собственно подвиге, места не нашлось. А картина, видимо в силу своего классического статуса воспринимаемая исключительно серьезно, оказывается довольно ироничной, если не сказать стебной. Классический сюжет, при этом перевернутые персонажи, перевернутые сюжетные линии, все признаки иронии налицо. Как оно должно быть «на самом деле», понятно. Отважные самураи самоотверженно встают на защиту бедных, страдающих крестьян, те в свою очередь своих спасителей боготворят, а как результат злые бандиты, конечно, побеждены, и все заканчивается хорошо. Слава героям и все такое прочее. Вот только у Куросавы все происходит совсем не так.

Для начала, скажем, что бандиты в фильме выступают злом эфемерным, абсолютно обезличенным. Никакой смысловой или идейной нагрузки они не несут, нужны лишь для развития сюжета. Противостояние между самураями и бандитами, хотя формально и вынесено на первый план, является лишь сюжетной завязкой и автора практически не интересует. Второе, «настоящее» противостояние, ради которого и снимался фильм, происходит между самураями и крестьянами. Здесь именно они по разные стороны баррикад, пусть даже сами не сразу это понимают. Собственно центральный конфликт между спасителями и спасаемыми оригинален для художественного кино настолько, что даже список из одного-двух названий, из того что было снято до или после, не складывается.

Так Куросава тратит целый час эфирного времени на то, чтобы показать, как формировался отряд из семи отважных. И делает это не столько ради того, чтобы познакомить зрителя со всеми персонажами, сколько ради того, чтобы показать насколько разной была их мотивация. Безродный выскочка-самозванец хочет наконец-то определиться кто же он на самом деле, юноша хочет найти учителя и стать настоящим мужчиной-воином, еще одному нечего есть, другому просто нечего делать. И пусть всего лишь один заявляет напрямую, «что я знаю как тяжело живется крестьянам, но иду с Вами совсем не ради них, а ради того чтобы иметь честь сражаться с Вами плечом к плечу», очевидно, что из всего отряда только его лидер отправился в деревню исключительно ради того, чтобы помочь чужим людям. Именно ему и придется больше всех пожалеть об этом.

Крестьяне отвечают самураям «взаимностью». Ни одного спасибо не будет сказано, ни одного по-настоящему положительного поступка мы от них не увидим. Право, не воспринимать же за них банальное стремление выжить любой ценой, которое и животным вполне себе присуще. Любовная линия, по сути, стандартный атрибут таких сюжетов здесь играет непривычную роль, и, пожалуй, наиболее наглядно отображает основной конфликт. Один крестьянин говорит убитому горем отцу, «по крайней мере, она была с самураем, а не с бандитом». То есть понятно, что чтобы не происходило, и те и другие для них враги, просто из двух зол выбирают меньшее. И шикарная развязка, когда обесчещенная девушка сама бросает любимого, предпочитая остаться в родной деревне и всю жизнь прожить с этим позором, но среди своих. Сила кастового духа, что сделаешь.

Таким образом, кино совсем не о том, как самураи победили бандитов. Главное то, что автор весь фильм сталкивает между собой самураев и крестьян, выставляя в более неприглядном свете то одних, то других, но, несмотря на финальное «победили крестьяне, не мы» сам для себя победителей здесь не находит. При этом пропасть между классами столь велика, что даже совместно пролитая кровь ее ничуть не сближает. А еще в Самураях, так, между прочим, самом известном кино о средневековой Японии, Куросава пристально изучает общество того времени, но не находит в нем никакой положительной первоосновы для формирования современной японской ментальности. В свете этого интересно, в Японии все приняли картину столь восторженно, или в этот раз лишь по счастливому случаю голоса урапатриотов были заглушены восторгом ценителей прекрасного?

В остальном «Семь самураев» типичное «big great movie», таких сняли-то всего штук семь-восемь. То есть масштабное, претенциозное кино с крайней степенью перфекционизма, когда абсолютно все доведено до идеала.

Фильм, ставший значительной вехой в развитии кино, я посмотрел всего пару лет назад. На меня, признаюсь, картина произвела сильнейшее впечатление. Акира Куросава, безусловно, великий режиссер, вложил в свой шедевр всю мудрость Востока, и весь талант художника, создав потрясающий образ настоящего самурая. Этот фильм в последствии с успехом пересняли в США. «Великолепная семерка», хоть и стала классикой, все же была лишена того глубочайшего смысла, что заложил в свое произведение японский режиссер.

Эпическая, более чем трех часовая постановка Куросавы, с грандиозной точностью и достоверностью показывает социальный быт японских крестьян. Фабула фильма проста, но проста только на первый взгляд. Хитрый японский режиссер за три с лишним часа успевает высказаться на все актуальные и волнующие его проблемы. Социальное неравенство, поиски духовного лидера, столкновение характеров и многое другое.

Для меня эти семь самураев стали символом борьбы и противостояния, симолом свободы. Именно они сумели обьединить изнывающую от страха деревушку перед лицом врага. Куросава очень точно уловил веяния того времени, все выглядит пугающе достоверно. Внимание режиссера к каждой детали, к каждой мелочи — поражает. Можно сказать, что для послевоенной Японии, картина стала своего рода символом добра и добродетелей. Семь самураев преподносятся режиссером как будто они супергерои, в контексте того времени, конечно, это так и было.

Блистательная роль великого Тосиро Мифуне, за которую он любим многими поколениями. Его невероятно харизматичный и яркий персонаж держит на себе внимание зрителей при просмотре, и заставляет сопереживать себе, как никому другому в данной ленте. У его персонажа — Кикудзие — сложная судьба, на которую повлияла каста самураев. Герой Мифуне по ходу фильма произносит несколько душераздирающих, наполненных экзистенциальным смыслом реплик, которые остались в памяти на долгие годы.

«Семь самураев» — это великое кино, наполненное высокой поэтичекой красотой образов и персонажей, и, глубоким социальным и философским смыслом. Показав в самураях гуманизм, сострадание к простому народу и фантастическую храбрость, Акира Куросава создал невероятный культ. Перед его творением преклоняются многие современные режиссеры, в том числе и Джордж Лукас, который использовал некоторые черты образов «Семи самураев» в своих «Звездных войнах». Фильм множество раз цитировали и пародировали, можно вспомнить хотя бы пиксаровские «Приключения Флика», но оригинал остается невероятно актуален и по сей день.

10 из 10

Япония 16-го века. Маленькую деревушку, населённую одними лишь крестьянами терроризируют разбойники, отбирая у них всю еду, что может привести к голодной смерти. Решив, что нужно начать бороться с этим, бедные жители деревни отправляют нескольких в город, где они должны найти самураев, которые согласятся за рис и ночлег защищать их. Вскоре, под предводительством Камбея — мудрого и благородного самурая, крестьянам удаётся собрать отряд из семи самураев. Эти воины отличаются друг от друга не только характерами, но и умениями, однако все они решили за столь малую плату пойти на защиту бедных…

Картина «Семь самураев» занимает особое место в творчестве Куросавы. Во-первых, оно самое реалистичное из всех произведений японского мастера, являющимся помимо прочего потомком самурайского клана, что означает его полное осведомления о традициях и обычаях древних воинов. Во-вторых, не секрет, что Куросава готовился к этому проекту основательно — все свои мысли о фильме он записывал в специальный блокнот с рисунками, и как утверждают некоторые, он замыслил данную картину ещё до «Расемона» — произведения, принёсшего ему славу за пределами Японии. В-третьих, во время съемок Куросава подвергался жёсткому давлению со стороны продюсеров, которые даже хотели закрыть проект, но в итоге сполна восполнили затраты. В-четвёртых, данным творением восхищались такие признанные мастера кино как Андрей Тарковский, Стивен Спилберг, Серджио Леоне, который на основе «Семи самураев» снял всем известный вестерн «Великолепная семёрка — римейк данной картины, и Джордж Лукас. Последний, создатель небезызвестных «Звёздных войн», создал свою эпопею именно благодаря фильму Куросавы. В-пятых, многие кинокритики даже считают данное произведение лучшим в творчестве японского мастера. В общем, «Семь самураев», занимает особое место в истории кино.

Куросава снимал данную картину со своей практически бессменной группой, а именно со своим любимым актером Тоширо Мифуне, оператором Асакадзу Накаи и конечно композитором Фумио Рицуке. Собрание единомышленников, каждый из которых вложил лучшее от себя, создало данное творение.

Особое внимание хочется уделить Тоширо Мифуне, который сыграл в «Семи самураях» Кикучио — крестьянина, который всеми силами пытается стать самураев. Актёр сумел создать образ энергичного, смешливого местами героя, у которого была нелёгкая судьба. Особенно ярко демонстрирует своё актёрское умение Мифуне, а Куросава жёсткость того времени, в эпизоде спасения ребёнка. Когда персонаж Мифуне берёт в руки малыша и с рыданием говорит, что этот ребёнок — он сам, что с ним произошла точно такая же история, а за его спиной горящая мельница. Это, безусловно, одна из самых сильных и мощно эмоционально заряженных сцен во всей картине.

Замечательно выстроенные эпизоды, в которых господствует художественное чутьё Куросавы, который в своё время обучался на художника, и замечательная игра теней и композиций оператора Асакадзу Накаи, разворачиваются перед зрителем быстро и завораживающе, раскрывая перед зрителями не только мир древней Японии, но характеры героев.

Самый лучший эпизод — финал, который раскрывает зрителю всю суть картины. 3-ое выживших самураев осматривают могилы своих собратьев по оружию, а не благодарные крестьяне заняты посадкой риса. Замечательно выстроенная со всех точек зрения сцена, несёт мысль о закате самурайской эпохи, представители которой, ушли без почестей и благодарностей, оставив мир им — неблагодарным беднякам.

Самый известный японский режиссёр удивительным образом сумел собрать драматические эпизоды, жестокие сражения, комические моменты, социальную тему в одно целое, что, безусловно, может считаться вершиной режиссёрского ремесла. И пусть картины сейчас снимают более зрелищно с использованием спецэффектов, фильм «Семь самураев» остаётся примером мощно сделанной эпической драмы, которому не подвластно время и сегодняшнему зрителю она наверняка тронет сердце.

10 из 10

Приступая к просмотру данного фильма, я изрядно волновался. Дело в том, что последний раз я его смотрел еще в далеком детстве, и хотя вынес только самые хорошие воспоминания, опасения, что зрелище окажется невыносимым, были. Развеялись они минут через десять. Фильм увлек, захватил, и не отпускал на протяжении всего просмотра. Ни разу за все время, а надо сказать, что идет фильм целых три с половиной часа, я ни разу не посмотрел на часы, считая, сколько осталось до конца.

О чем же фильм? Шестнадцатый век, Японию раздирают гражданские войны. Пользуясь всеобщим хаосом, повсюду бесчинствуют банды, грабя и убивая самых беззащитных на земле людей, то есть, простых крестьян. Впрочем, крестьяне одной деревни, оказываются не такими уж и простыми, и, узнав о том, что одна такая банда собирается ограбить их деревню, эти самые крестьяне решают защитить себя. Как же им это делать? Решено нанять самураев, что бы те дали отпор обидчикам. И посланники деревни отправляются в большой город, что бы искать тех, кто будет согласен рисковать своей жизнью практически только за еду. Вот такая завязка этого фильма.

Трудно не отметить актеров, которые прекрасно сыграли свои роли: мудрый глава маленького отряда, преданный юный романтик, шикарный немногословный мастер клинка. И конечно же особняком, во всяком случае для меня, стоит звероподобный «безумец» в исполнении неподражаемого Тосиро Мифунэ. Тосиро в этой роли просто великолепен, игра его феерична, а характер этого ненормального самурая оказывается наверное, самым сложным из всех персонажей. Если в начале фильма стопроцентно комедийный герой Тосиро вызывает только смех, то в середине и особенно, ближе к концу образ этого гордого крестьянина, который не желает влачить жалкое существование, по примеру своих соплеменников настолько заставляет сопереживать, что становится едва ли не главным героем картины. И вообще, актеры понравились все, от смешных крестьян и до главы бандитов.

Что еще. Очень понравились съемки. Панорамы деревни, съемки сражений в ней же, финальные съемки работ крестьян в поле. Очень натуралистичные сцены боев, хоть кровь рекой и не хлещет, но, когда человека убивают, каждый раз содрогаешься. Еще можно отметить небольшую любовную линию, кстати, девушка тоже отлично сыграла.

Так о чем же фильм? А фильм о простоте подвига, о том, что хладнокровные, безжалостные воины вдруг оказываются способными на сострадание, милосердие, любовь и готовы отдать свои жизни за благополучие одной маленькой деревеньки. Причем совершая свой подвиг, эти самураи не только спасают крестьян, но и дарят им внутреннюю свободу. Преодолевая укоренившееся чувство животного ужаса, уничтожая своего противника, крестьяне прекращают пресмыкаться, встают с колен и начинают новую жизнь, в которой нет уже места страху и унижению. Вот примерно так я понял то, что хотел до меня донести Куросава.

Если будет возможность, не пропустите этот замечательный, с одной стороны жестокий, а с другой очень добрый, фильм прекрасного режиссера.

Если говорить по смыслу, то Куросава рисует нам общество. Это японское общество XVI века, в котором можно увидеть характерное для любого времени распределение. Самураи, достойное и почетное сословие, имели счастье родиться самураями — им не надо тяжело работать, как крестьянам. Это дает им свободу выбора пути и возможность постоянно самосовершенствоваться. Но в то же время их положение обременяет их моральной ответственностью и обрекает на трагичную концовку.

Основу общества составляют жалкие крестьяне, которые вынуждены работать для того, чтобы жить, и жить для того, чтобы работать. В фильме постоянно бросаются в глаза и вызывают отвращение их искаженные страхом и трудами лица, они — толпа, режущая слух причитаниями и плачем, изредка смеющаяся и поющая во время работ.

И, наконец, зло — жестокие бандиты, которые работать не хотят. Так же, как и крестьяне, они ориентируются на сезоны сбора посевных культур — вот только не собирают их, а забирают.

Границы между этими сословиями четкие и нерушимые, их может свести только большая беда или большая любовь — и то, и другое Куросава нам показывает, констатируя в конце, что в победителях остаются не борцы или хищники, а основная масса, люди со спокойной, размеренной жизнью, припасенными сакэ и яствами и надеждой, что кто-то их защитит, а проблемы пройдут.

Больше всех из самураев врезаются в воображение Кикучио и Кюзо — две противоположности, человек-чувство и человек-разум, человек-порыв и человек-система. Двое, добывших ружья. Двое, героически державшихся до последнего и трагично погибших. Кикучио — вообще феноменальный персонаж, один из ярчайших, которых можно увидеть в кино. Полукрестьянин-полусамурай, он не принадлежит ни к одному из сословий. У него самое сомнительное происхождение — и самый длинный меч. Он маргинал и одиночка, имеющий в придачу ко всем своим эксцентричным повадкам обостренное чувство справедливости. И конечно же, без Тоширо Мифуне, воплотившего Кикучио, он не был бы таким ярким и пластичным.

Режиссерская работа настолько профессиональна, что ее не замечаешь — видно только актеров, каждый из которых не просто на все 100 соответствует своему образу, но и вкладывается в работу на все 100. Только на втором и последующих просмотрах замечаешь идеально выверенную работу с массовкой, музыкой, постановкой и остальным. Куросава, как и Камбей Шимада, набрал команду из верных делу профессионалов и создал шедевр. Причем в победителях остались и зрители.

100 из 10

Гениальный фильм, до предела реалистично показывающий дух средневековой Японии. В нем нет места пафосу и голливудской декоративности, он настолько натуралистичен, что зритель поневоле начинает верить в происходящее.

Яркие и вместе с тем человечные образы самураев, деликатная любовная линия, истинно японская постановка боевых сцен, мастерское раскрытие социальной и психологической темы, лаконизм и «самурайская» сдержанность в подаче материала оставляют особенное «послевкусие», после просмотра.

10 из 10

К этому фильму, с большим опозданием в конце 1980-х попавшему на советские экраны, почему-то было принято относиться с почтением, как к антиквариату, из которого нельзя извлечь никакой пользы. Лишь появление новой, анимационной версии (2004) отчасти изменило ситуацию.

А ведь именно «Семь самураев» являются в творчестве Куросавы, пожалуй, наиболее увлекательным, захватывающим, интересным прежде всего в сугубо зрелищном плане произведением, чей высокий коммерческий потенциал косвенно подтвердил и голливудский «ремейк» — вестерн «Великолепная семёрка» (1960). Да и на родине автора картина, получившая престижные награды в Европе (Серебряная премия на МКФ в Венеции) и в США («Оскар»), наверняка поначалу воспринималась лишь удачным образчиком традиционного японского киножанра.

Куросава, по сути, вдохнул новую жизнь в «кэнгеки», подобно тому, как сорок лет спустя, его молодой соотечественник Такэси/Такеши Китано выступит реформатором гангстерского кинематографа.

И всё-таки новаторство «Семи самураев», конечно, не в только этом. Даже если режиссёр сознательно не вкладывал в свою занимательную историю прямых аллюзий на современность, в ленте потрясающе точно, на интуитивном уровне, отражена смена общественных настроений.

На замысел, безусловно, не мог не повлиять параллельно нараставший в стране протест против проводившейся под давлением США ремилитаризации Японии — и уже в декабре 1954-го (спустя всего полгода после премьеры) подаст в отставку премьер-министр Сигэру Иосида, на смену которому придёт либерал-демократ Итиро Хатояма. Это косвенно объясняет, с какой целью Куросава обратился к одному из самых загадочных образов страны Восходящего солнца — к образу самурая, её во многом олицетворявшему, подвергнув сомнению основополагающее положение «бусидо/бушидо», ограничивающее смысл жизни любого из касты воинов служением хозяину — сёгуну.

Ирония фильма в том и заключается, что семеро самураев нанимаются работать к презренным крестьянам, причём только за еду и ночлег. Но события интерпретируются отнюдь не сатирически, приобретая, напротив, драматическую, а вскоре и патетическую интонацию — только истинными героями предстают… земледельцы, трудящиеся в поте лица своего.

Мифунэ великолепен в образе Кикучийо, шестого из семи, который признаётся в своём «низком» происхождении, а в финале выжившие в схватке самураи сами убеждаются в мысли, что «победили не мы, а они» — крестьяне.

Искренний и красноречивый призыв автора вознестись над устоявшимися, сдерживающими рамками национального менталитета, повернуться лицом к общечеловеческим гуманистическим идеалам, ценность коих для режиссёра неоспорима, не утратил своей актуальности и по сей день.

В то же время противопоставление «крестьянин — самурай» приобретает в фильме и трансцендентный смысл, символизируя собой антиномию «жизнь — смерть», в которой Куросава, опять же во многом вопреки японским традициям, воспевает первое. Между прочим, эта сторона «Семи самураев» вызывала неподдельное восхищение у Андрея Тарковского, включившего фильм в число 10 лучших произведений кинематографа.

От этого произведения я прямо скажу — был просто в восторге. Не зря видимо его считают одним из культовых для кинематографистов всего мира. Снятый более полувека назад, японский (а их кинематограф всегда был и является вещью неоднозначной), черно-белый, с хронометражём в три с половиной часа пролетает просто на одном дыхании. Грим, костюмы, декорации и большое внимание, уделяемое деталям не вызывают и малейших нареканий, а наоборот заставляет восхищаться картинкой. Отдельно в этом плане очень порадовала грамотная операторская работа. Все главные действующие персонажи картины проработаны очень основательно. Актёрский состав отлично справился с поставленной задачей, что крестьяне, что самураи — каждый проникся своим образом, его тонкостями и воплотил их на экране крайне умело. Тут можно только отдать должное режиссёру, сумевшему так красочно и аккуратно воссоздать романтические мифологические образы героев-самураев, готовых придти на выручку за идею, за справедливость, за свой народ. Кто-то сама собранность и концентрация, кто-то романтичная и необузданная юность, кто-то сама дерзость, вспыльчивость и праздность, перечислять можно очень долго, да и зачем? Одинаковых среди них вы не найдёте, если даже очень постараетесь. Такое кино надо смотреть. Пусть основа сюжета в нём достаточно проста, пусть сцены сражений не блещут спецэффектами, как в современных блокбастерах, но сделан он определённо с душой, диким желанием и от всего сердца.

Красивейшее кино, наполненное множеством социальных и философских аспектов, присущим жизни разных слоёв общества той эпохи, отражающей, как ни странно и нашу с вами бытность в какой-то степени.

Япония — страна таинственная, для нас, гайдзинов, непонятная и интригующая. Их традиционная культура настолько не похожа на европейскую, что служит источником сотен удивительных фактов. В светском разговоре всегда интересно обсудить самураев, карате, гейш, чайную церемонию, сад камней, икебану, оригами или аниме… впрочем, последнее, как часть современной культуры, обсуждается, бывает, и в резких тонах (я его и сама не понимаю, это аниме), но в большинстве своем все японское обсуждается с восторженным придыханием.

Самураи в том числе. Бусидо, парные мечи, сеппуку, «должен жить так, будто уже умер», весьма своеобразное понятие о чести, ненормальная для современного европейца преданность сюзерену… впрочем, были самураи и без господина — ронины. Быть ронином было довольно унизительно и они обычно были бедны, поэтому часто вставали на путь преступления. Или становились наемниками. Вот как герои фильма.

Фильм у Куросавы получился очень… м-м, сложно подобрать слово, личный? теплый? дружественный? В общем, создается впечатление, что ты не смотришь зрелище, не слушаешь историю, а знакомишься с людьми. И они, хотя и японцы, какие-то понятные, эти люди. Они шутят, злятся, горюют и боятся, и ты понимаешь их, словно нет этого культурного разрыва между востоком и западом.

Вот, например, юный самурай Кацусиро. Явно не бедствующий, хорошо одетый, красивый юноша. Наивный еще и восторженный: никогда никого не убивал, не знал женщин и никогда никого не терял. Мечтал найти себе сенсея, чтобы стать «настоящим самураем». Довольно типичный, вроде бы, образ, но эпизод с веткой сакуры показывает нам, что он живой человек. Действительно, мальчишка — сорвал цветущую веточку, намеревался уже собрать букетик, а потом вдруг, встретив другого человека с букетом, вспомнил, что нюхать цветочки — занятие, недостойное мужчины. И так застеснялся и рассердился…

А как о нем заботится его сенсей, с какой отцовской теплотой старается уберечь от этого самого бытия «настоящим самураем», потому что прекрасно знает, каково это — кровь, потери, холод долга. Хороший, добрый человек Камбэй, из чистого альтруизма согласившийся защищать деревню от бандитов.

Да и все семеро — в общем, достойные люди. Даже холодный суровый Кюдзо, даже бешеный Кукитиё весьма человечны. Последний — человек, конечно, странный… очень резкий, диковатый, нервный. Быть может, простоват, но есть в нем какая-то мудрость, и боец он храбрый. В отличие от собратьев по оружию, он носит не катану, а, видимо, одати… он не такой, как они, и на знамени их маленького отряда его не зря изобразили треугольником, а не кружком.

Крестьяне — тоже не безликая масса. Рикити, довольно приятный молодой парень, никак не способный справиться с горем — у него похитили жену. Страстно желающая жить девушка Сино, которую отец глупо пытался «уберечь», переодев мальчиком. Несчастная старуха, потерявшая всех и ставшая более самураем, чем самураи — не желающей жить, только убивать.

Фильм получился не столько боевиком, сколько «за жизнь». Ключевой его момент — обвинительная речь Кукитиё. Он обвиняет крестьян за то, что они почти перестали быть людьми, стали жестокими, хитрыми животными; и обвиняет самураев — за то, что они в этом виноваты, отнимая у крестьян последнее. Люди, жизнь которых — искусство убийства, говорит Куросава устами своих героев (Кукитиё и, в финале, Камбэя), должны уйти, проиграть. Не потому, что они плохие. А потому, что объединение крестьян и самураев (в самом общем смысле) невозможно. Пережив вместе битву за деревню, проливая кровь друг за друга, даже влюбившись друг в друга (самурай в крестьянку), те и другие все равно остались разделены. И в конце концов оказывается, что у тех крестьян, что выжили, есть жизнь — они собирают урожай и поют, веселятся… а у тех самураев, что выжили, есть только мечи. Что их ждет в будущем?.. очередные сражения? смерть в бою? сеппуку? Ничего, в общем, хорошего.

Люди войны бывают необходимы, но будущее останется — если будут благосклонны боги — людям мира. Пока что люди не перековали мечи на орала. Но в искусстве, как раз где-то с середины двадцатого века и по сей день все чаще поднимается тема, что пора прекращать войны, и звучит надежда, что «когда-нибудь это время наступит». Куросава, правда, говорил немного не об этом… он сам сочувствовал скорее самураям, проигравшим, этой кровавой, но яркой, сильной части истории своей страны… но сейчас, ретроспективно, можно воспринять фильм и так.

Спасибо, господин Куросава.

9 из 10

«Семь самураев» — это прежде всего фильм о силе, стойкости и красоте человеческого духа, во времена феодальной эпохи в Японии 16 века. «Семь самураев» — это прекрасная иллюстрация того, как в те времена взаимодействовали различные социальные классы, со всеми их проблемами, предрассудками, на протяжении всего фильма Акира Куросава никогда не забывает об этих различиях и умело их иллюстрирует. Очевидно, что самурай являются по большей части доблестными войнами, а крестьяне — беднейшим классом, не имеющим даже средств на оплату своих защитников.

Главное направление в «Семь самураев» — это сравнение двух психотипов: самурая или «война» и «крестьянина». Самообладание, сила духа, мужество с одной стороны, в противовес эгоизму и неблагодарности с другой. В этом плане финальный эпизод является яркой иллюстрацией.

«Всё таки мне кажется мы проиграли, а победили крестьяне».

Показав в самураях способность к состраданию, а именно состраданию к простому народу, пускай и не совсем благодарному, а также фантастическую храбрость и самопожертвование. Акире Куросаве удалось создать не только отличный фильм, ключевые моменты которого можно с легкостью обнаружить в многочисленных фильмах вышедших позднее, но и также мастерское использование эффекта «Deep Focus».