Сестра и брат, брошенные в безлюдном месте их отцом, который неожиданно сходит с ума и убивает себя. Имея при себе только транзистор, дети бродяжничают по пустыне с небольшой надеждой на спасение. В один прекрасный день молодой абориген, Галпилил, находит их и помогает выжить в пустыне.
Николас Джек Роуг- хоть и англичанин, никогда не принадлежал к киногруппе своих ровесников, прозванной в прессе- «школой кухонной раковины», у него, по большому счёту, вообще не было никакого кинематографического образования. Он пришёл в профессию с «чёрного входа»- сначала, как мальчик на побегушках ответственный за хлопушку, потом кинооператор. Именно работа на картинах таких корифеев как Трюффо, Лин, Циннеман, Шлезингер, Лестер- сформировала его собственный неповторимый авторский стиль.
«Обход»- его вторая режиссёрская работа и возможно самая экспериментальная в карьере. Медитативное полотно, забитое под завязку двусмысленными аллегориями и эстетическим излишеством, почти документально отображает конфликт индустриальной цивилизации и дикой природы. Сюрреалистическая поэма о «земле-матери» и «человеке-ангеле смерти», где любой природный ландшафт в отсутствии людей- выглядит «колыбелью жизни», тогда как оставленные человеком ржавые конструкции железобетонных шахтных копр- словно постапокалиптические пейзажи.
Очищение сознания может произойти только в отдалении от мира людей, в слиянии с нетронутой урбанизмом местностью. Автор пускает детей на встречу бесконечности австралийских пустошей, в надежде, что они познают сами себя и станут другими, нежели их родители- сходящие с ума в каменных лабиринтах города. Брат и сестра бредут по дикому простору, будто бы заблудившись в закоулках собственного сна, а природа убегает от них- источником иссыхающим за ночь или животными сторонящимися незваных гостей. И сгинули бы они оба без остатка, если бы не явление аборигена, ставшего им «путеводной нитью».
Фотогеничность центральной части «зелёного континента» абсолютна, Роуг кодирует приключенческий фильм эротическими образами и обрядовыми сценами охоты, рождая волшебный притчевый тон повествования. Ломаная манера съёмки- соединяющая стоп-кадры, обратные перемотки, разнофактурную оптику камер, дополняет фильм внутренней экспрессией, тогда как визуальный ряд, традиционно для бывших операторов, преобладает над содержанием.
Ключ к пониманию мистической сущности картины Роуг как всегда не даёт, хотя всё что нужно для отгадки, лежит на поверхности, как говорится- «бытие без онтологии». Но как сказал однажды сам автор: «У времени и пространства нет фиксированной идентичности»…
Мальчиков австралийских аборигенов, по достижении шестнадцатилетнего возраста, отправляют на проживание в условиях дикой природы, где им вдали от людей придётся выживать в одиночку, без чьей-либо помощи, делая для этого всё возможное, в том числе убивать. Этот период их жизни и называется — Обход.
По воле авторов фильма в австралийской пустыне встречаются заблудившиеся белые (взрослая девушка и её младший брат) и чёрный мальчик-абориген. Мгновенно напрашиваются ассоциации со встречей двух цивилизаций, разных миров и нравов. Выживать им придётся вместе, пытаясь найти общий язык, разобраться в поведении и характерах друг друга.
По мере развития действия ассоциативный ряд будет шириться и наполняться новым содержанием, подтверждающим исторический опыт взаимоотношений переселенцев и аборигенов: если один помогает выжить другим, то другие пытаются выжить за счёт первого. Прагматизм и расчет убивают искренность и честную дружбу.
Этот двойной Обход разворачивается на фоне снятых в высоко художественном стиле, невероятно красивых пейзажей Австралии: восходы и закаты, свет и тени, первородный мир, населённый странными животными и редкими птицами. Идиллия природы, сближающая, роднящая разных людей, но так и не объединившая этих странников.
В целом непритязательная игра актёров, за исключением, быть может, того самого парня-аборигена (реального аборигена), не столько сыгравшего, сколько просто прожившего хорошо знакомую ему по реальной действительности жизнь.
«…Я ходил по ее счастливым тропам, но мне нет туда возврата».
Малоинформативность и безконтактность фильма, то есть то, что в нем нет прямых рецепторов воздействия на определенные чувства зрителя, за исключением завязочного эпизода, когда отец привозит детей (девочку 16 лет и мальчика лет 7-ми) на своем что-то типа, а, возможно, как раз и на Фольксвагене «Жуке», так популярном во времена хип-культуры 60-х, взрывает его и убивает себя, делает фильм почти психоделикой, и в этом смысле жутко напоминает менее сильную, но многими любимую картину «Джерри». Возможно, «Джерри» был некой данью уважения подобным картинам какой является настоящая.
Запечатляя постоянно во время странствия двух детей по неприхотливому ландшафту Австралии местную фауну, автор погружает каждого, кто сможет досмотреть до конца, в первозданный мир, когда людей не существовало. Природа Австралии одна из многих по всему миру с легкостью передает это ощущение пустоты и заброшенности. И, конечно, современный городской человек, несмотря на все свои туристические поездки вряд ли сможет справиться с этим миром вне его дома-города. В данном случае дети, оставшиеся без отца и совершенно спокойно это воспринявшие, и есть современная цивилизация. На пути они повстречают образ того первозданного мира, или, точнее, себя, каким был человек в этом мире — аборигена, который предложит помочь вывести их к дому. Для Роуга, исходя из поэтичной и даже сентиментальной концовки, по-видимому, это обычная ностальгия по той жизни, которая безвозвратно ушла от всего человечества. И хиппи культура, если не ошибаюсь, была пропитана подобными идеями счастья человечества при условии возвращения к первоисточнику — обнаженному телу, любви и еще чему-то. Поэтому сам фильм есть и легкий посыл на эту тему, и грусть, и размышление.
Для четкости смысла Роуг берет на роль девушки молодую внешне аристократку, спокойную, неизбалованную, стойкую, с неразвитой грудью — все это символы цивилизованного общества. Аборигеном выступит молодой человек, который отправился в свое бродяжничество, в котором должен раскрыть в себе мужчину. Брат молодей леди, а она действительно так выглядит в своей белой рубашке и короткой черной юбке, за чистотой которых она следит при каждой возможности, выступает основанием фразы «дети — цветы жизни» — только в разрезе хиппи смыслов. По сути, перед зрителем новая семья, которой быть не суждено, потому что две цивилизации не могут существовать вместе. И когда метафорично одна культурная структура, современная, в виде ружейных выстрелов браконьеров побеждает другую — природную, то сразу вслед за ней идет вторая метафора — смерть части той семьи, которой несуждено быть.
Но все-таки, я бы сказал фильм больше поэтичный, чем философский. Уж больно акцентирующая концовка.
Мальчиков австралийских аборигенов.…Да бросьте, это ведь происходит везде.
О чем ты думаешь?- Так ни о чем.
Я думал, что ты обрадуешься. Новости же прекрасные. Через два года мы сможем проводить выходные где угодно.
С творчеством такого режиссера как Николас Роуг я познакомился еще в детстве. Я видел по телевизору его сказку ВЕДЬМЫ. Но в то время меня мало интересовало кино, и естественно я забыл этого режиссера.
Когда мне было около 18 лет я снова встретился с творчеством Николаса Роуга. У меня был диск с тремя фильмами. Один из них назывался ОБХОД. Николас Роуг входит в сотню лучших режиссеров всех времен. Даже если он больше ничего не снял, он все равно был бы одним из лучших английских режиссеров.
Вторая работа Роуга в качестве режиссера обманчива, проста: клерк отправляется в Австралию со своей 16-летней дочерью и маленьким сыном. Отец сжигает машину и застреливается, оставляя детей одних в пустыне. У пересохшего источника они встречают аборигена. Я вас тоже, когда — то встретил…
Обход — глубокий, трудный для понимания фильм: он заставляет нас задумываться или соглашаться, что некоторые загадки необъяснимы. История начинается и заканчивается сценами самоубийства, смысл которых вам не дано постичь из-за отсутствия информации.
Это один из самых страшных фильмов в жанре драма. Когда я вспоминаю об этом фильме, у меня всегда появляются слезы. Я хочу, чтобы вы испытывали жалость. Тогда вы меня поймете…
Ведь даже в фильме главная героиня возвращается в город с воспоминаниями о том, чего никогда не было. Но в глубине души она ведь все помнит, и это всегда было.
ТЫ меня ведь помнишь? НУ, ПОЖАЛУЙСТА.
Кто мы, незнакомцы из разных миров или, может быть, мы случайные жертвы стихийных порывов…
Даже когда вы спите вместе. Вы понимаете, как вы одиноки.
Спасибо, Николас Роуг, за гениальный фильм.
Спасибо.
P.S. В моем сердце ветер, который дует из далека. Что это за синие горы, которые невозможно забыть. Это потерянная забытая Земля. Я вижу летящие самолеты, скоростные автомагистрали по которым я ехал и уже не проеду никогда…
Брат и сестра оказываются одни в австралийской пустыне. Их отец сошел сума, вывез детей на пикник в пустыню, сначала пытался застрелить их, однако потом поджег машину и застрелился сам. Девушка и маленький мальчик бредут по пустынным австралийским пустошам в поисках воды, еды и спасения. По пути они встречают подростка-аборигена, который помогает им.
Надо сказать, что фильм Николоса Роуга, носящий символическое название («обход» — так у аборигенов Австралии называется когда по достижению шестнадцатилетнего возраста мальчик отправляется на проживание в условиях дикой природы, что бы доказать, что он стал мужчиной). Можно по-разному трактовать название фильма, в том числе и как «обход», который был совершен двумя детьми, оказавшимися в пустыне и вынужденными выживать в условиях дикой природы, забыв о благах цивилизации.
Скажу, что фильм Роуга хоть и является с первого взгляда простым, но на самом деле несет в себе очень много вопросов, так и оставшихся без ответа. К тому же он чередует в себе много неоднозначных приемов — начало, которое показывает суетливую жизнь города, много клиповых моментов в середине фильма (когда сцена разделывания мяса кенгуру аборигеном фактически сравнивается с разделкой мяса в мясной лавке или перелистывание страниц, словно в комиксе, когда герои бредут по австралийским бушам). Основная манера съемки исполнена в классическом стиле и довольно часто акцентируется на природе.
Николас Роуг снял необычное кино, но на мой взгляд перегнул палку пытаясь сделать его двусмысленным со всех сторон. Кино представляет собой мозаику планов и какофонию звуков, каждый кадр просто перенасыщен «смыслом».
Сюжет это незатейливая история про выживание людей, которые настолько оторвались от природы в своих Европах, что без посторонней помощи им не выжить. Их «спасает» абориген и учит как и что им дальше делать.
Режиссер решил, что объяснять зрителю не надо решительно ничего. Странные планы, которые не вяжутся друг с другом, автору музыкального сопровождения вообще хотелось посередине кадра дать подзатыльник лишь бы уже эта давящая на мозг мешанина звуков прекратилась. Пытаться найти в фильме что-то стоящее сродни капанию в куче навоза в поисках брильянта.
Игра актеров так-же очень необычная (см. странная до нелепости). Герои изначально ведут себя как в фильме Догвилль (Dogville), каждый из трех отстранённо играет свою роль, как будто снимаясь в трех разных картинах. Потом Отец сходит с ума, пытается всех убивать, включая себя, а еще между делом сжигает машину. И реакция дочери вполне предсказуема — никаких слез, истерик или горя на лице, она же обученный всему морской пехотинец, умеющий выживать в любых стрессовых ситуациях, и захватив с собой лимонаду она смело топчет пустыню с братиком в охапке, причем не туда, откуда они приехали а вглубь бескрайней пустыни.
Закончил смотреть фильм на том моменте, где девушка голая плавает в озере а параллельно идут сцены изощренного насилия над животными, типа забивания живого кенгуру до смерти ударами дубинки по голове. Эта смесь прекрасного и отвратительного была выше меня, это как показывать счастливые детские лица вперемешку со сценами скотобойни. Меня поразило как люди могли не отреагировать на это в фильме, во всем интернете ни одного плохого отзыва. Пусть будет мой. В общем это до нелепости странное кино, скатывающееся к отвратительному, Хоакина Феникса на вас нет.
Легендарный композитор, создатель музыки к фильмам о Джеймсе Бонде, многократный лауреат премии «Оскар» Джон Бэрри скончался от сердечного приступа в возрасте 77 лет. (...)
