Студенческая жизнь. Беззаботные дни юности. Так ли уж они беззаботны? Сессия, экзамены. И желание закадрить девушку. Один друг — серьёзный, а другой — лоботряс, их объединяет только одно — дни юности.
Достаточно увидеть у Ясудзиро Одзу лишь одну великолепную раннюю картину «Дни молодости» (между прочим, она — первая из сохранившихся, а вообще-то восьмая по счёту в карьере японского режиссёра), не говоря уже о других его немых работах на рубеже 20—30-х годов, чтобы воочию убедиться, насколько молодой постановщик без какого-либо зазора вписывался в мировой кинопроцесс того периода. И он не только кардинально реформировал (американизировал и европеизировал) японский жанр «гэндайгэки», посвящённый современности, но и оказался (как теперь выясняется) необходимым звеном, пусть для кого-то и разорванным, в логике формирования искусства экрана. Вынуть Ясудзиро Одзу из истории кинематографа на четвёртом десятке лет развития (то есть с 1925-го по 1935 год) — всё равно, что забыть о тогдашнем существовании Рене Клера и Жана Виго во Франции, Бориса Барнета в СССР, а в США — Эрнста Любича, уже переехавшего из Германии, Гарольда Ллойда и Фрэнка Капры.(... читать всё)
