Известный режиссер Гвидо Контини должен закончить свой новый фильм. Но помимо этой проблемы есть и другая — его личная жизнь, поскольку он состоит в непростых отношениях с женой, любовницей, музой, агентом и еще с матерью.
Я бы хотел прожить свою жизнь, как Гвидо Контини. Более того — в глубине души я этого искренне желаю. Я хочу стать мучающимся гением, который получает все, что вздумается, и потом сам себя этого лишает. Который влюбил в себя самых прекрасных женщин, растворился в их ласках, потерялся в этих страстных и бессмысленных играх. Человеком, ищущим ответы у себя — восьми летнего ребенка, любующимся проституткой, которая рассказывает ему про любовь, и получающего за это тростью по спине от местного священника.
А вы об этом не мечтали?
Я слишком сентиментален и эмоционален. И доверчив.
Я верил, что когда Кейт улыбаясь выбрасывает свои черные очки, и поет ставшие для меня культовыми «I love the cinema italiano», она делает это для меня. И больше ни для кого в целом зале/мире/и даже ни для кого на «Пандоре».
Я не позволял себе отвести глаз от взгляда, и не только от него, Пенелопы Круз, когда та притворялась служащим из Ватикана.
Меня завораживала грациозная походка Николь Кидман, и веселила притворная пританцовка (плевать, что такого слова может не существовать) Дэниела Дэй-Льюиса.
Я был удивлен смелостью Джуди Денч, отвязно зажигающей на сцене и соблазнявшей зрителей. И был умилен красотой Софи Лорен. Уверен, этим будут умиляться еще мои внуки.
Я тихонько ненавидел Гвидо за то, что он смеет изменять чарующей Морион Котийяр. Морион Котийяр, представляете!? Явно больной человек. Явный человек искусства.
Вы когда-нибудь бредили о фильме? Очень советую. Чувства неописуемые! Как съесть первое мороженое со взбитыми сливками и кусочками клубники после изнурительной диеты. Как сделать глубокий вздох после своей последней сигареты. Как спросить Папу Римского верит ли он в Бога? Такое происходит слишком редко, чтобы надоесть.
Однозначно, у меня эйфория: моральная, физическая, правдивая, ложная, навязчивая, выдуманная, краткосрочная, какая хотите.
Я безнадежный романтик. И при всей насыщенности откровенностью, «Девять» остается для меня фильмом, в котором любовь: настоящая, сложная, непонятная, безумная, доверчивая, дерзкая, алогичная, искренняя играет главную роль. Побеждает ли, проигрывает — не принципиально. Она ЕСТЬ. Значит все уже не зря.
«Ибо если есть любовь на свете, — а она есть! — то она недалека от безумия» Цицерон, если не ошибаюсь.
Сегодня ночью я увидел самое красивое и завораживающее безумие. И вам того желаю.
Это первый в моей жизни фильм, заинтересовавший меня до глубины души, и вызвавший одновременно полностью противоречивые эмоции. В первую очередь хочу сказать что я посмотрел его два раза. (и только после этого я понял что такие мюзиклы будут жить еще долго) А потому что, посмотрев его впервые, можно сказать что я не смотрел его вовсе. Я, глупый идиот, не попытался ним проникнутся, что естественным образом вызвало у меня негативные эмоции, а точнее, вообще никаких эмоций. А ошибкой было то, что я шел его оценивать, сравнивать, критиковать, вместо того чтобы насладится красотой этой картины, пережить ее. А то что я увидел во второй раз, меня просто восхитило, тем самым давая жажду наслаждаться ним вновь и вновь!
Это чудесный фильм о человеке-режиссере, который возложил надежды создать новый фильм под грандиозным названием «Italia». Фильм о том, как и что, творится в голове и в окружающем мире гения-создателя. В помощь ему приходят все его музы, которые существуют на самом деле в телах чудесных актрис, создательницы костюмов, любовницы, жены, и даже в духе умершей матери, которую играет непревзойденная Софи Лорен. Более того, мне кажется главной его музой является он сам. Являясь в виде мальчика к самому себе, он пытается найти то, что хочет снять. Этот маленький ребенок Гвидо, воспитанный огромной любовью матери, строгостью священника, выступлениями в Folies Bergere, проституткой Сарагиной и ее поучениями о том, кем нужно быть на самом деле. И только глядя на то, как показаны эти музы, можно себе представить те шедевры кино, которые снял этот Маестро Контини. Каждая его женщина, каждая муза, показана так шедеврально, что готов не просто завидовать ему, а готов стать ИМ!
Но у любого гения имеются недостатки. Именно из-за них он жестоко пострадает, и поплатится.
Запутавшись в своих женщинах (А попробуй не запутаться, когда актриса для фильма прекрасная — Николь Кидман, любовница — Пенелопа Крус, жена — Марион Котияр, а мать — Софи Лорен!) запутавшись в музах и в самом себе, взяв на себя слишком много он ломается и говорит, что хотел бы иметь еще одного себя… Даже окруженный любовью со всех сторон и потеряв любовь жены он предпринимает неожиданное для меня решение, которое, думаю, потрясет и вас.
Фильм будоражит воображение, чувства, мысли, любовь к красоте! А все это показано в фильме на высшем уровне. В первую очередь показано музыкой, что и подобает мюзиклу. Песни, постановка, идеи просто ошеломляют! Только ради того чтобы взглянуть еще раз на Сарагину (Fergie) я готов отдать последние деньги (как это делал маленький Гвидо) чтобы пойти в кинотеатр.
Я тщетно пытаюсь высказать и показать в своих словах любовь и красоту показанную в фильме. Потому что красоту нужно увидеть, а любовь прочувствовать. А все это можно получить, только глядя на эту прекрасную картину, на этот чудесный мюзикл.
10 из 10
За музыку, за идеи, за фильм который снял Роб Маршалл, и по моему мнению на уровне показанного им Маэстро Гвидо Контини!
P.S. Думаю фильм, который снимет Гвидо мы как раз и посмотрим окунаясь в фильм Nine…
Новый киномюзикл Роба Маршалла является своеобразной смесью из гениальных феллиниевских «8 ½» и более поздних интерпретаций этого фильма, которые начались параллельно и в кино и в бродвейских постановках, через много лет после его создания. Откровенно ирреальный, волшебный рассказ Феллини о творческом и личностном кризисе режиссера, выходящий за пределы привычного киноискусства того времени с ярким карнавалом образов, сплавленных из дразнящих воспоминаний одного человека, мечтаний, полетов воображения, ностальгии, юмора стал одним из наиболее проанализированных в истории кино. В 1979 г. известный хореограф Боб Фосси снимает свой мюзикл «Весь этот джаз», во многом повторяющий сюжет фильма Феллини, с Роем Шайдером в главной роли и получает за этот фильм четыре «Оскара». Параллельно с Фосси Вуди Ален в 1980 г. создает обласканную критиками драму «Звездные воспоминания» с самим собой в роли знаменитого режиссера. Спустя два года вышла и оригинальная бродвейская адаптация «8 ½» — мюзикл «Девять», в котором в роли Гвидо Контини до 2003 г. блистал Рауль Хулия, а после его смерти — Антонио Бандерас. Всего с 1982 г. мюзикл успел выйти на Бродвее 729 раз, пока Роб Маршалл, решив повторить свой успех 2002 г. с «Чикаго», не снял его киноверсию.
Вива, Италия!
В своем сценарии оскароносный Энтони Мингелла попытался, насколько это было возможным, оставить сюжетную линию фильма Феллини, соединив ее с некоторыми элементами более поздних киноадаптаций и добавив музыку, песни и танцевальные номера из бродвейской постановки. Поэтому, с самого начала фильма мы окунаемся в атмосферу Италии середины 60-х годов прошлого века — блистательную эпоху расцвета итальянского неореализма. Дэниэл Дей-Льюис, повторяя роль Марчелло Мастроянни, играет Гвидо Контини — известного режиссера, который оказывается в творческом кризисе. Собираясь снимать свой девятый фильм — эпохальную «Италию», он окончательно теряет вохновение, запутываясь в отношениях с семью женщинами. Пять из них существуют в реальности, две — в его воображении: проститутка из юности, которую играет Стеси Фергюсон (Ферджи) и покойная мама, его единственная настоящая любовь всей жизни, в исполнении неувядающей Софи Лорен, видеть которую удовольствие в любой роли.
Через весь фильм Роб Маршалл разворачивает драму кризиса середины жизни Гвидо на его собственном языке кинообразов, словно сотканных из эмоций, музыкальный фрагментов, быстро меняющихся пейзажей Рима, декораций знаменитой студии «Синечитта» и всех женщин его жизни, показывая, при этом, как чувства к двум самым важным женщинам из памяти Гвидо Контини создают массу проблем в реальных отношениях и творчестве.
Визуально фильм сделан на очень высоком уровне. Заметна качественная операторская работа, изысканный монтаж с постоянным переходом от черно-белого изображения к яркому цвету. Музыкально-танцевальная часть «Девяти» не может не вызвать восхищение. Мы услышим все песни из бродвейского мюзикла, естественно, в новой обработке, современной клиповой стилистике и с забавным итальянским акцентом исполнителей. Ферджи — единственная в этом фильме профессиональная певица с блеском исполнила «Быть итальянцем» — самую известную песню из мюзикла. Запоминаются также «Кино Италии», в исполнении Кейт Хадсон и «Мой муж снимает кино», которую поет Марион Котийяр (она единственная в фильме исполнит две песни). Кроме этого, специально для фильма были написаны и три новые песни, из которых мне больше всего понравились милая итальянская колыбельная «Guarda la Luna», очень трогательно исполненная Софи Лорен и жалобная «Бери, все это» в прекрасном исполнении все той же Котийяр.
Смешанные чувства.
Несмотря на все очевидные визуально-музыкальные плюсы, новый фильм Роба Маршалла оставляет смешанные чувства после просмотра, делая сокрушительный провал фильма в американском прокате скорее закономерным, чем случайным. «Девять» действительно получился менее целостным и намного более противоречивым фильмом, чем первый и такой успешный мюзикл Маршалла — «Чикаго», сравнение с которым неизбежно. Главная проблема фильма заключается в том, что в жанре мюзикла любая песня, любой танцевальный номер должны быть взаимосвязаны с основной сюжетной линией, дополняя или оттеняя ее смысл и раскрывая образы ведущих героев. В «Девяти» это происходит далеко не всегда. В фильме содержится масса переплетений, воспоминаний, отвлеченных фантазий, зачастую не связанных единым сюжетом, поэтому создается ощущение, что некоторые музыкальные вставки служат просто в виде своеобразных пауз между отдельными фрагментами фильма. И если в «Чикаго» музыкальный ряд идеально сочетался с тем, что происходило на экране, точно передавая ощущение эпохи, то в «Девяти» он местами становится слишком рваным и неоднородным, соответствуя современной клиповой стилистике MTV, а не атмосфере Италии шестидесятых годов прошлого века.
Спорен, на мой взгляд, оказался и выбор Дэниэла Дэй-Льюиса на главную мужскую роль. Изначально, Роб Маршалл видел в своем проекте в роли Гвидо Контини только Хавьера Бардема, но испанского «киномачо» не устроил гонорар. Тогда Мингелла предложил на эту роль своего хорошего знакомого Дэй-Льюиса. Но, один из лучших драматических актеров современности, не совсем вписался в тесные рамки киномюзикла, в котором важно не только как играет актер, но и как он при этом выглядит на экране. В этом специфическом жанре, две трети зрителей которого женщины, главный герой должен, прежде всего, обладать выраженным «sexapppeal», то есть «блистать» в нем во всех смыслах, как, например, Ричард Гир в «Чикаго». Дэниэл Дэй-Льюис, несмотря на все старания операторов и Роба Маршалла, весь фильм смотрелся не настолько привлекательным мужчиной, чтобы вызвать восторженные отклики в сердцах американок и привлечь их в кинотеатры. При том, что сама роль Гвидо была сыграна им безупречно, некиногеничная внешняя форма, в контексте мюзикла, оказалась заметнее внутреннего содержания.
Особенно это становится заметным на фоне семи ослепительных женщин, с которыми ему приходится играть. Такие разные актрисы, пять из которых — обладательницы персональных «Оскаров», но все они смотрятся в этом фильме восхитительно, особенно те из них, кто исполнил музыкальные номера в сексуальных костюмах от «Victoria’s Secret». Пенелопа Круз была просто великолепна в роли любовницы Гвидо, которую в фильме Феллини сыграла блистательная Сандра Мило, Марион Котийяр поразительно тонко раскрыла роль его многострадальной жены, вызывающей сочувствие, а Николь Кидман была очень органична в роли «музы» режиссера.
И пусть «Девять» оказался далеко не лучшим фильмом Маршалла и Мингеллы, но за уникальную возможность увидеть на экране семь таких замечательных женщин и актрис, послушать великолепные музыкальные номера в их исполнении и за то, что многие, вдохновившись этим фильмом, захотят пересмотреть гениальный феллиниевский первоисточник, он заслуживает положительной оценки.
После фильмов Федерико Феллини в голову зрителя приходят разные мысли. Часто его творчество проходит мимо нас, иногда мы его не воспринимаем, чаще просто восхищаемся. Однако в голове всегда возникает одна мощная аксиома — повторить всё это просто невозможно. Я вспоминаю детище Филиппа Янковского «В движении», который смело можно было назвать «Горькая жизнь». Герой, уже культового и всеобъемлющего объёма на постсоветском пространстве, Константина Хабенского, в определённой мере жалко и унизительно для самого себя гонится за тенью героя Марчелло Мастрояни из фильма «Сладкая Жизнь». То, что вышло у Филиппа и у Федерико мы все прекрасно знаем.
Роб Маршалл, режиссёр или сталевар и кочегар колоритных лент на просторах США, взялся за бродвейский мюзикл «Девять». Хочется заметить, что «8 1/2» Феллини — один из тех его фильмов, что включает в себя гениальность и доступность. А ведь почти каждое гениальное произведение кишит идеями, каждую из которых можно очень дорого продать. Вот и творчество Феллини решили дробить на мелкие кусочки и немножко или «множко» на этом заработать.
Многие театральные дивы мечтают сыграть Гедду Габлер Ибсена, а актёры мечтают о роли Гамлете. О чём же мечтают киноактёры и кинорежиссёры? Дэниел Дей-Льюис с упоением впивается в образ режиссёра Гвидо, режиссёр Роб Маршелл с удовольствием вставляет черно-белые сценки, явно пересекающиеся с работой Феллини. Большинство актёров в фильме копируют героев фильмом итальянца. Возникает чувство, что ты находишься на школьном спектакле ужасно популярной пьесы с огромным бюджетом. Другая мысль закрадывается, что мюзикл «Девять», созданный ещё при жизни Маэстро в 1982 году Артуром Копитом, лишь повод дотронутся до святого в мире кино.
Удивительно, но по сравнению с другой очень успешной и популярной работой Маршалла «Чикаго» в «Девять» все песни и пляски сняты «левой» рукой или одним глазом по уже наработанной схеме. Режиссёру, да и актёром, больше интересна драма, диалоги и чувства. Роб Маршалл с упоением переносит сцену из детства Гвидо, запуская чёрно белую плёнку в камеру. Однако за редким исключением все потуги съёмочной группы оказываются подделкой.
Если любить «8 1/2» по-настоящему, то никакие ремейки-числительные этой любви оклеветать не смогут. Да, игра Марион Котийяр и её песня «My Husband makes movies» задевает немного грустью, а Кейт Хадсон с песней и танцами «Cinema Italiano» вводит в кураж. Однако этого мало. У Маршалла получилась хорошее развлечение на благородную тему.
Учитывая тот факт, что мюзикл очень часто напоминает состязание между актёрами; чья роль сильнее, чья песня интереснее и чей номер ярче, то об актёрских работах следуют упомянуть отдельно. Софи Лорен, при всей любви и уважении к ней, выглядит как мумия, вытащенная из гробницы (заскакивала порой мысль, что никакая она даже не актриса). Пенелопа Круз как всегда радует нас своей сексуальностью и надутыми губками, хотя, что и как ей играть она явно не понимала. Джуди Денч, выражает своей ролью всю подноготную мира кино, а Николь Кидман успешно, на мой взгляд, проносит через роль собственную жизнь. Как я уже говорил, Кейт Хадсон выстрелила в яблочко образом блондинки и по-настоящему зажигательным номером. Марион Катийяр, наверное, самое приятное и настоящее, что было в фильме, её песни скорее всего самое яркое, что было в фильме.
В конце концов, человек должен хотя бы осознать две вещи после фильма «Девять». Во-первых, надо ещё раз или в первый раз посмотреть «8 1/2» Федерико Феллини, а во-вторых, дорогие мюзиклы надо смотреть на большом экране в кинотеатре, иначе даже та маленькая магия куда-то пропадет.
Начать, наверное, следует с того, что в оригинальной озвучке фильма, все актеры говорят с итальянским акцентом, что создает непередаваемую атмосферу горячей и изысканной Италии.
Гуидо Контини, культовый итальянский режиссер, после двух своих последних провалов в кинематографе бьется над созданием нового шедевра. Работа по созданию костюмов, декораций, подборки актеров кипит во всю, когда сам Контини даже понятия не имеет о чем будет его следующий фильм под символичным и громким названием «Италия». Вдохновения он ищет в своих музах: кинозвезды Клаудии (Кидман), любовнице Карле (Круз), призраке детства проститутке Сарагине (Ферджи), призраке реальности Маме (Лорен), швее и помощнице Лили (Денч), американской журналистке Стефани (Хадсон), жене Луизе (Котияр) и в самом себе девятилетнем мальчике Гуидо.
Главный мужской образ в исполнении Дэниэла Дей Льюиса просто неподражаем. Стареющий режиссер, бегущий от прессы и мечущийся от одной женщины к другой.
Женских образов в картине аж целых 7, но самый яркий и сильный, по моему мнению, вышел у Ферджи. Ее музыкальный номер и песня Be Italian производят в фильме самое большое впечатление. Странно, что на Золотой Глобус номинировали не ее, а песню Хадсон «Cinema Italiano». Приятно было увидеть Софи Лорен, исполянющую ушедшую в мир иной Маму Гуидо, искренние большие грустные глаза Марийон, прекрасную Николь, Джуди Денч привнесла в картину юмора и блесток, Кейт Хадсон — это кусочек Голливуда в Гуидовской Италии, Пенелопа стала вторым сильным ярким образом фильма, с которым было жалко даже расставаться после просмотра.
Отличный сценарий, блестящий актерский состав, яркие музыкальные номера, дополняющие эффекта попеременной сменой съемки на ч/б, операторская работа, монтаж и во главе Роб Маршал, который уже собрал аж целых 6 статуэток с мюзиклом «Чикаго» в 2003 году. Посмотрим, сколько Оскаров получит его новый шедевр «Девять», гонка будет не из легких, в этом году будет номинировано аж целых 10 лент.
Оскар Уайльд однажды сказал, что только красота может заставить плакать. Я плакала весь фильм, на столько это было КРАСИВО. Я живу ради такого кино.
Оказавшись в Риме, была неприятно удивлена: кино там показывают только дублированное. Ну, кроме «Аватара». Примерно так же чувствуют себя иностранцы в России. (...)
