История, происходящая во время Второй мировой войны и показанная сквозь глаза невинного и ничего не подозревающего о происходящих событиях Бруно, восьмилетнего сына коменданта концентрационного лагеря. Его случайное знакомство и дружба с еврейским мальчиком по другую сторону ограды лагеря, в конечном счете, приводит к самым непредсказуемым и ошеломительным последствиям.
»- Что вы там сжигаете? Сено?
- Не знаю, нас туда не пускают…»
Пожалуй, практически невозможно рассказать посредством кино о геноциде евреев во время Второй Мировой Войны лучше, чем это удалось Стивену Спилбергу в «Списке Шиндлера» или Роману Поланскому в «Пианисте». Тем не менее, сюжет картины Марка Хермана «Мальчик в полосатой пижаме» заинтересовал меня необычным взглядом на события. Взглядом, пропущенным через призму детского, наивного мироощущения. Это, в первую очередь, и является отличительной чертой данного фильма. Восьмилетний сын оберштурмбаннфюрера СС, привыкший к достатку, сытости и спокойной беззаботной жизни, никак не может понять, что же за странная «ферма», где люди носят полосатые пижамы, расположена за задним двором их нового дома. Именно детская тяга к познанию и исследованию нового формирует атмосферу этого фильма, что и вызывает необычные ощущения при просмотре, тем более, учитывая затронутую тематику.
Разумеется, фильм можно расценивать только как художественное произведение. С исторической точки зрения, он действительно имеет огрехи и неточности. Тем не менее, здесь мы видим неподдельную детскую дружбу, которая оказывается сильнее страха перед неизвестностью, а в конечном итоге и перед смертью. Видим обиду и беспомощность женщины, чей муж — хладнокровная марионетка жестокого режима, видим ее боязнь за детей и их будущее.
Очень понравились декорации и костюмы. Операторская работа замечательная, и музыкальное оформление подобрано удачно. Иными словами, картинка радует своей гармоничностью, каждый кадр выверен и построен практически безупречно.
Разумеется, не скажу, что это ново и гениально. Не скажу и того, что это захватывающе и неординарно. Тем не менее, фильм достаточно сильный, имеет свою неповторимую атмосферу, скрупулезно продуманную и воссозданную на экране. Он отлично снят и обладает достойной актерской игрой, искренними и интересными детскими образами. Мне понравилось.
Бестселлер Джона Бойна не представляет большого труда для экранизации: компактное произведение, узкий круг действующих лиц, не слишком разбросанные по разным местам события, нет костюмных проблем и декорационных сложностей — дело только в людях. Собирай актёров и — делай.
Все начинается обыденно — жена с детьми, вслед за отцом, отправляется на новое место работы главы семейства. Он — хороший муж, она — преданная жена и добрая мать. Дети, конечно, цапаются друг с другом — возраст такой, девочке — подростку трудно уживаться с младшим братом.
Да, все дело в возрасте. Девочка мнит себя опытной, представляясь взрослее, чем есть на самом деле, мальчик — чистый лист, белым голубем летящий на пути к открытиям. Зато родители в курсе всего происходящего: на нём — офицерский долг, она — верная спутница немецкого солдата.
О войне привычней говорить в масштабных формах батальных сцен, обличительными образами злодеев и пугающими столбиками списков погибших. Маленькая драма кажется недостойной великой трагедии, драма маленького человека, драма отдельной вражьей семьи.
В простоте Бойновского творения — глубина. Нравственно-идеологический конфликт преступного служения. Строгий работяга — отец на службе Родине, не истерично-психованный маньяк — служака-патриот, убеждённый в правоте своих поступков, проводя узнаваемые по стилю планёрки-совещания на предмет оптимизации производственного процесса. Грамотно и обстоятельно, со знанием и опытом. Только вот должность у него — начальник концентрационного лагеря Освенцим.
Принципиальный конфликт происходит между мужем и женой. Смущенный, но не готовый поступиться принципами Дэвид Тьюлис пытается тушить вспышки несдержанной в чувствах Веры Фармиги, помня об упрёках непокорной матери, но следуя покладистости своего отца. Твердый женский инстинкт и рыхлые мужские сомнения, сомнения, отступающие перед верой в «правое» дело.
У офицера нет ужаса в глазах — не потому, что он не знает, потому, что он не видит ужаса. Мальчику тоже все ни почем, потому, что он ничего не знает, кроме радостей беззаботного детства, влекомый любопытством к изучению мира, цена которому не только сбитые в кровь колени.
Могли ли они встретиться на самом деле: сын начальника Лагеря смерти и заключенный под номером, как там его…, по имени Шмуель? Могли ли они заговорить, понять друг друга, могли ли они подружиться. Вообще-то дети иногда легко сходятся от одиночества.
Для сценария это прием, позволяющий препарировать идеологию незамутнённым пропагандой взглядом ребёнка, раскладывая его извечными «зачем» и «почему» по полочкам абсурды всем известного режима.
В диалогах мальчиков растворяется туман неопределённости. Но ясности не добавляется: пропагандистская машина вводит в заблуждение обманными картинами зазеркалья. Насмотревшийся рекламных роликов Бруно утверждается в вере, что по ту сторону «колючки» цветут сады и играют дети. Он, как и его отец становится жертвой своего «незнания».
Своеобразный прием: в фильме два персонажа, один (отец) убеждённый, другой (сын) — подверженный убеждению. Оба уверены, что концлагерь — это хорошо и по делу. Правда один знает, что там происходит, а другой — нет. Один знает правду, другой — стремится её узнать. И открытие одного оборачивается прозрением для другого. И каждый из них платит за это свою цену.
Кино, в котором будничный ужас становится личным кошмаром, в котором сходятся распахнутые глаза Асы Баттерфилд и остановившийся взгляд Дэвида Тьюлиса, беспомощный крик Веры Фармиги и струи дождя — вместо слез. Чудовищно патетично. Но как есть.
Есть ещё странные американские запевы на вечеринке и чистая английская речь, перебиваемая немецким «Хайль Гитлер» — формальное расхождение, напоминающее неполный дубляж с немецкого. Не обман, не уловка — главное ведь не в этом.
Фотографы знают, что сложнее всего снимать животных и детей ввиду их неусидчивости и особого взгляда на мир. Неуместно фотографу снимать детишек с позиции`сверху-вниз» (это будет нереалистично и эгоистично), а нужно уменьшаться любым другим методом дабы снять непосед в своем неповторимом мире и передать всю полноту мироощущения ребенка уже с позиции «снизу-вверх».
Так поступили и создатели данного фильма, чем меня изрядно удивили. ВОЙНА — безжалостная, бескомпромиссная, жесткая и отвратительная- глазами ребенка! Что может быть реалистичней и правдоподобней? Что еще может вызвать бегущие мурашки и послевкусие того, что мир давно и бесповоротно сошел с ума?
Спасибо создателям! Их взгляд на войну глазами двух 8милетних ребят изумил, удручил и запал в душу! Для этого пришлось всей съемочной группе во главе с режиссером посредством камеры снять эту ленту с позиций «снизу-вверх» — глазами маленьких людей на проблемы больших людей, правящих миром.
Это же надо, что сознание Бруно так трансформировало увиденное им и превратило трудовой лагерь для евреев в некую ферму, где все не на своих местах — колючая проволока от животных, полосатая пижама как рабочая одежда, номер на ней как часть некой игры, доктора и часовщики сплошь занимаются чуждым им делом, черный дым из труб, где сжигают, по словам «больших дядей», мусор и ветошь! Все так необычно и загадочно, что это надо непременно ИССЛЕДОВАТЬ!
Создается впечатление, что колючей проволокой разделили два параллельных мира-измерения, а вести диалог во всей этой игре взрослых дядей посадили этих двух 8милетних ребят — Бруно и Шмуля, немца и еврея. Для них пока не существует границ, их сознание, оберегаемое родителями, девственно чисто, без капли осадка национальных и расистских предрассудков в сосуде с душой…
Впечатление от фильма — весьма сильное. Особенно от финальной сцены, где ребята сжимают свои рученки со всей силы и поднимают глазища вверх. Колючая проволока была условной границей двух миров, но как оказалось, это не Зазеркалье, а суровая реальность, куда проникнуть не так уж и сложно. Хотелось верить, что мир за колючей проволокой нереален, что это кошмар и достаточно всего лишь проснуться, но это было на несгораемых страницах нашей истории…
Такую войну я еще не видела. Много фильмов, взглядов на проблему войн, точек подхода к съемкам фильмов, НО снова и снова находится новый ракурс на бойню вселенских масштабов под названием ВОЙНА. Сколько людей, столько и драм на сцене театра войны.
Устами младенца глаголет истина, глазами ребенка на мир смотрит сама Вселенная. Смотри и ужасайся, «большой человек»!
Дети… они смотрят на вас невинными глазами, улыбаются и живут как во сне. Нет, не потому что я хочу сказать, что ребенок — не человек. Он наоборот человек больше, чем все мы с вами. Говорят, детство заканчивается, когда понимаешь, что умрешь. Но ведь не все даже доживают до этого момента. Дети чисты, искренни и верят вам, взрослым людям. Ну так не подведите их, не огорчите, не обидьте, не заставляйте их в самом юном возрасте думать, что в нашем мире кроме злости нет больше ничего. Очнитесь.
Да уж… я очень давно знала про этот фильм — ведь интересы моих друзей, выложенные в интернете, просто пестрили названием фильма «Мальчик в полосатой пижаме». Прочитала описание — вроде бы фильм о войне. Подумала: «Эй, опять будет нудно и скучно», поэтому не смотрела. Сегодня как-то заставила себя это сделать, но была уверена, что засну минуте на двадцатой, а то и раньше. Черт… как же я ошибалась. Это кино — одно из самых лучших, что я видела. Никак не ожидала, что он войдет в список любимых, и что я захочу его пересмотреть снова…
Евреи — враги, зло, порочные опасные паразиты — для них, для немцев. В особенности для одной немецкой семьи. Они жили в Берлине, у Бруно, как и у Гретель, там были лучшие друзья. Но вот их отца «повысили», и им надо переехать. За город. Туда, где Бруно через окно своей комнаты однажды увидел ферму. И захотел пойти поиграть с детьми. Правда, по его словам, они были немного странными — вечно ходили в пижамах. Маленький восьмилетний мальчик еще просто не знал, что его отец — чудовище, комендант концентрационного лагеря, все люди в котором — евреи, с которыми ему дружить запрещено, а сама его работа — история в действии.
Но дети — они редко видят высокомерие и пренебрежение, да и просто не понимают, что две нации сделали друг другу. Прогуливаясь рядом с «фермой», Бруно увидел маленького мальчика Шмуля. И ему тоже было восемь лет. Про их дружбу не знал никто. Она была особой. Чистой и настоящей, несмотря на единичное чувство страха и предательство.
«Мальчик в полосатой пижаме» — кино просто нереальное. Он не оставляет равнодушным, по крайней мере, если вы действительно человек, который умеет чувствовать и еще не растерял человечность и адекватность. Лично меня кино зацепило. Атмосфера войны была передана идеально, хотя самой войны-то нам и не показывали. Но постоянно создавалась иллюзия, такой эффект напряженности и мучений. Эту реальную ирреальность также дополняла идеально подобранная музыка. Казалось бы — в фильме нет дорогостоящих спецэффектов, нет чего-то вычурного, но он настолько красиво снят, а сама история поражает до глубины души, что все это действует на психику. Смотря на такие сюжеты, я опять задумываюсь — почему все так жестоки? Почему за ошибку одного человека, или за его долг, казнят другого? Очень поразили огромные голубые глаза Бруно — бездонные и живые. Даже не было секунды, когда бы я подумала, что смотрю именно фильм. Нет, я видела живую историю, показанную глазами ребенка. Но не кино. Это были не актеры. Это была не съемочная площадка. Это было по-настоящему. Не разубеждайте меня. Я редко так не верю в то, что многое в фильме — выдумка.
Единственный минус: у Шмуля количество зубов менялось постоянно: то передних не было вообще, то через минуту были все, кроме одного, то их снова не было. Вы можете этого не заметить, но мне бросилось в глаза…
Помните, что на мать можно не доносить.
Война — самое ужасное, что может произойти на свете. Я не знаю, что это такое, но мне страшно. Но страшно не потому, что я трусиха, а потому, что погибают люди. Абсолютно невинные. Точно такие же, как я. Мы не отличаемся друг от друга ни на миллиметр. Немцы, французы, американцы — мы все «человеки». Мы все одинаковые. Мы все должны это понимать, чтобы не сгинуть в чаше своей злости.
Я всегда считала, что дети играют лучше взрослых. И сегодня снова в этом убедилась. Вся история держалась на маленьких Аса Баттерфилде и Джеке Скэнлоне. После их ролей я могу лишь сказать одно слово, и его будет достаточно: гениально. Оба парня очень глубоко передали своих героев. Это… потрясающе. Веру Фармигу я уже видела в нескольких новых фильмах, но ее роль в «Мальчике в полосатой пижаме» — серьезнее всех. И сыграна намного лучше. Героиня Эмбер Битти мне не нравилась, но вот девочка сама была симпатична, да и смотрелась она очень уверенно. Дэвид Тьюлис вызывал отвращение (в смысле герой), а Рюмусом Люпином из «Гарри Поттера» там уже и не пахнет…
«Мальчик в полосатой пижаме» заставил меня рыдать. Это серьезный фильм, нужный российскому зрителю. Это фильм, вообще нужный человечеству. Не спите, люди. Умоляю вас, хватит желчи и жеманства. Хватит зависти. Хватит ненависти! Посмотрите это кино. Может, что-нибудь да увидите…
Не хочу повторяться и писать про игру актеров и музыку — они бесспорно великолепны.
Фильм затронул меня до глубины души… В течение всего фильма, ни разу не показывая ни актов насилия, ни сцены жестокости, ни убийства, режиссер все равно отталкивает нас от нацизма, вызывает к нему отвращение. В фильме как повседневные события показывают девочку-подростка, охваченную идеей нацизма, странный дым с неприятным запахом, идущий из труб, странных слуг в «пижамах», мальчика Шмульку, за оградой «от животных», который постоянно хочет есть, и учителя, который учит детей ненавидеть других, — все эти события происходят как обычные, повседневные в то же время являясь для нас невероятными, непостижимыми.. Все это все больше и больше убеждает нас в том, что нацисты «не совсем люди» (как говорит о заключенных оберштурмбаннфюрер СС).
Я считаю, что фильм стоит показать и детям — в фильме нет ни одной сцены жестокости или насилия, которая могла бы травмировать психику ребенка, и в то же самое время фильм точно и понятно доносит суть нацизма глазами восьмилетнего ребенка.
Бруно любит играть с друзьями и исследовать окружающий мир — то есть совать свой нос куда не просят. Его отца повышают по работе — этим положено гордиться — и семья оставляет свой большой дом в Берлине, в котором можно было кататься по перилам. Новый дом мальчику совсем не нравится — тоска. Кроме старшей сестры и поиграть не с кем, гулять негде, к людям, которых он видит из окна, подходить нельзя.
Странные они, люди эти. Чем занимаются — непонятно. Однажды юный исследователь все-таки добирается до их фермы, зачем-то огражденной проволокой, и знакомится там со Шмуэлем. Конечно, это несправедливо — этот мальчик может играть с другими детьми, может носить полосатую пижаму вместо костюмов, в которые наряжают Бруно. Жизнь у него наверняка интереснее. Так и начинается их дружба — Бруно и Шмуэля. Сына коменданта Освенцима и заключенного в этом лагере еврейского мальчика.
Так уж вышло, что для обоих эта дружба стала очень важна. Шмуэль живет в вечном страхе, понимая, что его накажут, если кто-нибудь увидит их за разговорами, но не может лишить себя единственного друга. Бруно пытается сопоставить догматы, внушаемые отцом и учителем со своими впечатлениями о Шмуэле и работающем в доме старом Павле, и начинает понимать, что взрослые неправы. Тяжело, наверное, сомневаться в своем отце, в том, что он хороший. Так хочется ему поверить.
Дружба мальчиков, в конце концов, пережила и страх и предательство. И разницу между звездой Давида и свастикой нацизма.
Фильм Хермана — одно целое с книгой Бойна. Я думала, что смотреть эту историю будет страшнее, чем читать, но фильм такой же, спокойно-описательный. Страх охватывает при просмотре самых, казалось бы, мирных сцен фильма. Когда Бруно спит, положив голову на колени к отцу, когда его двенадцатилетняя сестра, ласково обнимая брата, объясняет ему, что евреи — мусор, а не люди. Страшно, потому что легче считать нацистов бездушными убийцами, не думать о том, что они растили детей, любили кого-то, могли делать людям добро.
Пожалуй, только в одном фильм уступает книге. Херман не рассказывает нам о том, что мальчики родились в один день и считали себя чуть ли не братьями. О том, что они запросто могли поспорить на тему, чей город лучше. У Бойна отношения их были лучше, проще, больше похожи на общение обычных мальчишек. Немножко более искренне.
Спасибо актерам. Каждый сделал своего героя заново. Очень понравилась Вера Фармига. Неужели ее героиня действительно была так слепа, так долго не замечала очевидного? Думаю, просто предпочитала об этом не думать. Актриса сыграла потрясающе.
Дэвид Тьюлис очень хорош. Пока что я мало где его видела, но он ни разу меня не разочаровал. Запоминается Руперт Френд — вроде роль не очень большая, но яркая.
Лучше всех дети. Аса Баттерфилд талантливый актер, хоть и маленький. Он сыграл обычного мальчика, не вызывающего особого умиления, которому знаком страх, который может предать, который настолько наивен, что не замечает, как его друг шатается от голода.
Джек Скэнлон. Даже не знаю, что сказать. Я видела недавно документальный фильм о холокосте. Архивные документы, фотографии. У мальчика были такие же глаза, как у людей на этих фотографиях. Как он это сделал? Как смог сыграть ребенка, живущего страхом, не поднимающего головы?
Спасибо режиссеру за такой финал.
10 баллов
И тут он сделал нечто, что было совсем не в его характере: взял тоненькую руку Шмуэля и крепко пожал.
- Теперь ты мой лучший друг, Шмуэль. Мой верный друг на всю жизнь.
Я не помню себя восьмилетним. Вернее, какие-то отрывки в памяти плавают, но в 8 лет они были, или в 7 — не знаю. Арифметически подсчитав, могу сказать, в каком классе я был, могу угадать какие-то события, какие-то поступки. Но я точно могу утверждать, что в то время я абсолютно не знал ничего о том, кто у нас во главе государства стояли, кто для нашей страны был врагом, а кто другом, в каком политическом режиме мы живём, какие социальные проблемы гложат государство и народ. У меня были какие-то друзья, какие-то игрушки, «денди» и всё, что выше этого меня не интересовало. Ну, ещё я знал, что нет никакой войны. Да и не то чтобы знал, я ж не бегал по улице с мыслью в голове: «хорошо, что войны нет». Просто тогда можно было жить, играть, радоваться жизни. Нет опасности.
То же самое происходит и с мальчиком Бруно. Некоторые рецензенты подвергли критике этот образ, дескать, вот я в его возрасте уже знал, что такое тюрьмы, я знал, а он как идиот смотрит на всё, какие-то пижамы видит, думает, что люди в робах играют в какую-то игру, ну что, мол, за даун, так не бывает. Примерно так серчал человек. Но если всё же подумать. Кусочек жизни, показанный нам, происходил в начале сороковых годов. У Бруно нет телевизора, с которого ежедневно Екатерина Андреева гласила бы о том, кого посадили в тюрьму и что происходит в мире; не показывали там репортажей, в которых репортёры тычут микрофоном в нос уголовнику; не видел Бруно Кирилла Набутова с его программой про тюрьму. Бруно знает, что его папа солдат. И что он солдат важный и нужный. Все знания о евреях и полосатых робах — вне его разума. Не из-за его глупости. Он по-детски наивен и чист. И он ищет параллели происходящего с теми знаниями, которые у него есть, а они далеки от военных и политических.
Кинокартина, на первый взгляд, кажется лишними 700 мегабайтами к тем тоннам, которые показывали, какие немцы гады и какое горе принесло миллионам людей вся эта война. Ведь и правда. У меня были мысли во время просмотра о том, что таких лагерей и таких смертей, таких замученных обречённых людей, таких страданий, которые не заслуживают люди, родившиеся с определённой национальностью, сотни и тысячи. И то, что показали нам — возможно, лишь, что называется, капля в море. И просыпается гнев. Абсолютно бесполезный, ненужный, ни к чему не ведущий, но гнев.
Но на второй взгляд, всё это показывается через призму детской наивности, которая выступает неким смягчителем. Детские искренние глаза непонимания, глядящие на то, как ведут куда-то тощих измученных, безвинных людей, заставляют морально недоумевать — что делать: проявлять гнев или сочувствие и некое отцовское покровительство. Сжимать ли кулаки от мысли о миллионах убиенных душ или умилительно наблюдать за тем, как мальчик пытается разобраться в том, что нам понятно, а ему пока нет.
Мне понравилось, что герои по некоему театральному принципу чётко разделены на различные роли-отношения. Режиссёр ясно показывает героев-отношения к ситуации. Главный герой — Бруно. Он не понимает, он не знает, как относиться ко всему происходящему, он не знает, что хорошо, а что плохо. Весь фильм — это зачатки формирования его собственного отношения. Формирование исходя из собственного опыта и из речей учителя. Из собственных переживаний или чужих рассказов и показанных кинофильмов. Есть герой — отец, который, разумеется, всё понимает, знает, кто такие евреи, знает, насколько они вредны, он приложит все усилия, чтобы истребить их всех до последнего. Его позиция устойчива и он от неё не отступится, возможно, даже под страхом смерти своей семьи. Есть героиня — мама. Она понимает, но эмоции её терзают. Мыслями она понимает, что эта антиеврейская установка плотно сидит у всех в рейхе, плотно сидит в голове её мужа и у большинства солдат и немецкого народа. Но эмоции подчас сильнее головы. И весь остаток фильма она пребывает в угнетённом подавленном состоянии из-за того, что она переживает сильнейший внутренний конфликт. Героиня — сестра. Ей движет подростковый максимализм и желание отличиться. Она, как наученная собачка, гордится тем, что считает евреев самой вредоносной нацией для арийцев, но это мнение слизано с мнения правильного папы и красивого лейтенантика. Красивые мужчины так считают. И она будет так считать, чтобы быть в глазах этих мужчин настоящей умной не девочкой даже, а девушкой. И её пренебрежительное отношение к брату — не что иное, как показательное выступление.
Я считаю фильм очень хорошим. Я бы рекомендовал его к просмотру. Причём всем, независимо от жанровых пристрастий. И, я думаю, его не стоит сравнивать с фильмами на ту же тематику. Он как-то отстранёно стоит в сторонке, благодаря тому самому ощущению детскости. Словно, для просмотра этого фильма нужно мысленно стать меньше и младше, чтобы наравне с главным героем видеть и чувствовать всё то, что чувствует он.
А закончить хотелось бы обращением с одного плаката, посвящённого 9 мая. Оно адресовано солдатам, вернувшимся с войны (ныне выживающие в обрушивающихся домах), и солдатам, павшим на полях сражения. «Спасибо, что раздавили фашистскую гадину»
Мое знакомство с этой историей началось с прочтения книги. Она не очень большая, но в ней есть что то. Что то, что трудно описать, но о чем невозможно перестать думать.
Фильм меня не разочаровал. Как и книга он построен на ощущениях, легких, но в то же время тяжелых. Он несомненно о войне, но о войне показанной глазами мальчика, который никогда в своей жизни не видел зла. Главное чем берет за душу фильм (как и книга) это наивностью главного героя. Бруно не делит людей, как это делает его отец, его сестра; его мир полон удивительных открытий и приключений.
Жизнь маленького Шмуэля совершенно другая. Но он не сломлен. Он сидит в клетке, его семью мучают солдаты, но он сильнее чем они. Потому что у него есть вера, простая детская вера. Невыразимо страшен конец, но даже не потому что происходит то что происходит, а потому что ты смотришь в глаза Бруно, ты будто находишься среди этих людей, от его спокойствия сжимается сердце, тебе хочется закричать: Беги! Только бежать некуда. Вот что это такое. Это тупик. Жестокость это тупик.
-Папа, а кто эти люди в полосатых пижамах?
-Бруно, они не люди вовсе.
По названию сразу и не скажешь точно, про что фильм. Ну мальчик в пижаме и мальчик в пижаме… Но если прочитать хотя бы жанры : военный, то название сразу же цепляет, потому что назвать форму в концлагере пижамой, это действительно по-детски наивно, глуповато и.. жутко. Жутко именно потому, что на самом деле всё так и было, это происходило в нашем мире и не так уж давно, всего каких-то 60 лет назад.60 лет назад так бесчеловечно относились к человеку. Люди сжигали людей, при этом думая, что поступают верно, думая, что всё правильно, но детям ничего не говорили, или не хотели говорить, о своих поступках.
Уже известен факт — что ребёнок всё воспринимает правильнее, чем взрослые, поэтому-то война для них была не очень объяснима, а объяснения заканчиваются надурацких учебниках, которые заставляли читать. Именно поэтому маленький мальчик Бруно называл форму пижамой, дружил с евреем, не подозревая и не думаю ни о чём. он просто жил. Жил в этих ужасных условиях, которые создала война для ребёнка директора концлагеря.
Считаю, что фильм вполне мог быть основан на реальных событиях, ведь фашисты и не такое совершали.
На самом деле очень трудно что-либо говорить, потому что это вроде просто история, а перессказывать её здесь не очень правильно, но столько эмоций и впечатлений, что их сдерживать просто не получается.
Даже не хочется писать ничего о сюжете, актёрах и т. д., потому что без всего этого не получилось такой целостной и дивной картины фильма. отдельный низчайший поклон мальчикам, которые великолепно сыграли, действительно заставляя плакать в конце.
Просто посмотрите этот гениальный фильм о войне, и, я умоляю, давайте всё-таки будем оставаться людьми, и сохраним мир для наших детей. Чтобы потом, смотря фильмы о жизни в 2010 году, люди не плакали.
Рецензий писать не люблю, но заставил дядя, который оставил `красный` (как выражается школота) коммент.
Так вот, Игра актеров:
Игра актеров порадовала, особенно дети. К иностранцам всегда претензии по этому поводу, к голливудским актерам особенно, но здесь они сыграли совсем не поголливудски, в отличие от `Пианиста` например (хотя фильм тоже шикарный).
Лояльность:
А как блин по твоему должна выглядеть семья? Лояльность фашистов? Где ты это увидел? Фашисты орут, избивают, и всячески изощряются над узниками. Все так, как и должно быть. В семье естественно любой ПАПА будет добр и заботлив.
Сокрытие от мальчика тайны:
Что за бред? Ни какой тайны ни от кого не было, все знали, папа везет их жить близ Лагеря. А восьмилетний мальчик разве понимал, что такое лагерь? А вы сами вообще много понимали об этом мире в 8 лет? Сомневаюсь, потому что осознание мира приходит у всех по разному, у некоторых вообще не приходит. Так что парню вешали лапшу лишь потому, что не знали, какова будет его реакция, не хотели травмировать, и думали (как всегда) одним местом, потому, что они машу вать фашисты как ни как.
Жена идет против гитлера:
И муж прекрасно это знал потому, что его мать (которую они хоронили) тоже `шла против гитлера`, и сам он лишь выполнял долг, не всегда соглашаясь с доктринами нацизма, но все таки им промывали мозги, и в фильме это отлично показано.
О наступлении советских войск ни чего не сказано:
С одной стороны и правильно. Я помню, как показали Красную Армию в Списке Шиндлера и Пианисте, уж лучше бы не показывали ни как! Но намек был, Берлин бомбили, а значит Наши близко, по этому считать узников перед казнью видимо было некогда. И потом, фильм абсолютно не претендует на историчность, ведь было подчеркнуто в титрах, что фильм снимается по книге. Он не основан на реальных событиях.
От себя:
Фильм понравился. Игра актеров порадовала (особенно дети). Сюжет интереснейший. Снято отлично. Обычно такие фильмы растягивают часа на два с половиной — три, но этот идет всего полтора часа, а смотрится, как большой фильм, но не затянуто, т. к. чем дальше продвигается сюжет, тем больше начинаешь переживать все события, происходящие с Бруно. Можно сказать, фильм даже немного возвращает в детство, ведь все кичатся, что мол у них есть друзья детства, а вспомните, как вы с ними начинали дружить? Ведь это самые теплые и забавные воспоминания о друзьях. Досмотрев фильм до конца я уронил челюсь на стол, и в голове была лишь одна мысль: `Пи***ц…`
А если ты ценитель с особым тончайшим вкусом, то тогда зачем вообще смотришь американское кино?!
К началу съемок из фильмов Мартина Скорсезе мы видели только „Авиатора“, потому что это одна из наиболее доступных для нас картин в сравнении с „Таксистом“ и другими... (...)
1.82 млн, 
