Действие фильма происходит в 2056 году. В это время по миру проносится пандемия отказов человеческих органов. Гигантская корпорация придумывает лёгкий способ приобретения органов, за которым кроются ужасающие махинации, включая нелегальную перепродажу уже использованных сердец.
После просмотра трейлера, признаться, был заинтригован. Показалось, что фильм может быть интересным и необычным. В итоге получилось действительно необычно, но на этом достоинства данного опуса заканчиваются.
Снято бездарно. Пересвеченная картинка с добавлением пары незамысловатых эффектов никогда не станет стильным кино. Если мысленно убрать этот эффект, то получится съемка, как в малобюджетном сериале, где о таких вещах, как композиция, выбор ракурса и прочих операторских приемах, которые есть основа настоящего кино, слышали лишь отдаленно. Про доморощенную компьютерную графику и взятый напрокат резиновый анатомический инвентарь и говорить нечего.
Сценарий включает в себя три истории, две с половиной мысли и некое вязкое течение, которое и действием-то не назовешь. Содержание разговоров / песен персонажей настолько банально и неинтересно, что особенно «увлекательные» из них приходилось проматывать. Выход на сцену Брайтман в финале несколько оживляет общую атмосферу скуки, но затем все вновь возвращается на круги своя.
Широкоизвестные в кругу родственников и знакомых, актеры играют, как могут. Играют плохо. Приглашенная ради повышения кассовых сборов Хилтон только усугубляет положение. Энтони Хэд слегка выделяется на фоне общей убогости.
Музыкальная составляющая, а она здесь ключевая, не выдерживает никакой критики. Создается впечатление, что саундтрек был слеплен на скорую руку из самых штампованных риффов, которые только можно было найти. Даже признанные гуру музыкального однообразия — Раммштайн — могли бы позавидовать такому примитивизму. Почему нельзя было пригласить композитора или группу, которые бы сделали достойный саундтрек? Зачем надо было изображать из себя гениальных композиторов при бюджете 8,5 млн.? Ответ напрашивается один — отсутствие необходимого опыта в кинематографе, незнание «кухни», помноженные на излишнюю самоуверенность создателей фильма. В итоге с музыкой такой же провал, как и с лирикой.
Вокальные данные большинства исполнителей почти так же плохи, как их актерская игра. Кое-кто и вовсе не умеет петь. Среди всего этого безобразия партии Веги и Брайтман иногда радуют.
В итоге перед нами плохо замаскированный трэш, суррогат, претенциозное недо-кино в псевдоготическом стиле, рассчитанное на неокрепшую подростковую психику. Что до глубокого философского смысла, то его можно отыскать практически где угодно, даже в такой куче мусора, как эта — было бы желание. Вот только желания такого не возникает.
Слабосмотрибельная галиматья в обёртке визуальной и музыкальной безвкусицы. При достаточной лояльности настроя дотерпеть стоит максимум до феерично-педовочного исполнения феерично-педовочной песни про «17 лет» — узрев данный пик зашкаливающей идиотии а-ля Ханна Монтана, далее наблюдать эту ересь не имеет никакого смысла. Сквозящее в каждом кадре непонимание (игнорирование?) таких понятий как стиль или композиция, лепит из фильма бестолковое клиповое месиво, фрагменты и персонажи которого в угоду жажде создания на экране оригинального беспрецедентного зрелища как попало склеиваются между собой фриковыми мотивчиками, невыразительными кровавыми соплями и хранящимся в недрах продукта фоновым сюжетом, который настойчиво (но в условиях общей бредовости происходящего — безуспешно) пытается подать себя интересным. Номинальный киберпанковский фундамент фильма представлен в виде аляповатой готичной постиндустриальщины, которая вплоть до длительных финальных нюней самым отвратным образом театрально агонизирует под толстым слоем деградантской наивно-комиксоидной муры, этаким фиговым листочком прикрывающей общую бездарность постановки относительно обычных критериев.
Песенная составляющая до невозможности бледна и однообразна. Учитывая, что нормальных (невокальных) диалогов тут практически нет, номера бесструктурно и бесконечно перетекают один в другой, и будучи друг на друга однояйцево похожими, оказываются начисто лишенными индивидуальности и следовательно шансов на то, что их кто-нибудь запомнит. Музыкальная безотрадность продукта подчёркивается «аккомпанементом», наполовину состоящим из скучнейшего ню-металла, выгодно оттеняется пафосно-кретинской лирикой и усугубляется жутковатым фактом, что из актёрской труппы петь, похоже, умеет только Сара Брайтман, да и та не особо старается.
По существу есть следующая аксиома: фильм, который пытается быть тем, чем он не является — это плохой фильм. Проблема данного опуса соответственно в том, что он пытается быть слишком многим (тут и мюзикл/рок-опера, и хоррор, и комедия, и ещё чёрт знает что приплетено), но как и любая пустышка не может поднять ничего из вышеперечисленного на достойный уровень, оставаясь на уровне посредственности. Авторских амбиций и претенциозности — хоть одним местом жуй, а на выходе по нулям. По нынешним временам прямая заявка на культовость, в общем-то.
Что сейчас в кровавом тренде? Долго ли продлится «паранормальное» безумие? Чем заняты авторы наших прошлых кошмаров? В преддверии Хэллоуина мы обратили внимание на то, что творится сейчас с жанром хоррора… (...)
3.2 тыс.
