Холодным зимним днем Ён узнает, что муж изменяет ей с другой женщиной. В расстроенных чувствах блуждая по городу, она вспоминает, что видела по телевизору репортаж об одном из заключённых по имени Чжин, несколько раз пытавшегося покончить жизнь самоубийством…
У Ким Ки Дука одной из основных тем нередко становится ожидание. Сроки могу быть установлены извне, как в случае с казнью Чан Джина в фильме «Вздох», или назначены самими героями. В любом случае, нет ничего хуже, чем это подвешенное состояние, и герои Ким Ки Дука, как старик из «Натянутой тетивы», решают искусственно ускорить ход событий. Ведь лучше вырвать из календаря своей жизни целые месяцы, чем методично вычеркивать день за днем, ставя крест на прожитом и обесценивая те события и цели, для приближения которых и вычитались квадратики дней.
Ожидание — это потеря контроля. Сколько раз приговоренный к смерти мысленно проходит тот короткий путь, который отделяет дверь его камеры от эшафота? Чтобы избавиться от этого наваждения и монотонности, доводящей до опустошения, заключенный 5796 совершает уже вторую попытку суицида. Из-за страха, но не в последнюю очередь и затем, чтобы вернуть контроль над своей жизнью, даже если свобода воли сводится к тому, чтобы перерезать себе горло.
Чем ближе казнь, тем очевиднее, что преступник достиг рубежа, после которого все заслоняет собой этот неумолимый отсчет. Думает ли 5796 о том, что он совершил, или представляет, как он поведет себя в последние минуты? Практически весь фильм мы не знаем, за что Чан Джина приговорили к высшей мере наказания. Совершенная смертником попытка самоубийства привлекла внимание репортеров, но новостной сюжет о нем каждый раз обрывается: сама Ён или ее муж выключают телевизор.
Позже муж Ён будет ломать себе голову, но не найдет ответа на вопрос, почему из всех людей она выбрала именно заключенного из камеры смертников. Возможно, это особо изощренная месть за его равнодушие и небрежность, с которой он позволил разоблачить себя. Нередко такого рода местью, сводящейся к измене по расчету, жены наказывают не столько неверных мужей, сколько самих себя. Но в тот вечер, когда муж Ён признал измену, она выбежала из дома, не разбирая дороги.
Однажды Ён доказала себе, что дышать или не дышать — это ее выбор. Ей было девять лет, и она играла с друзьями, задерживая под водой дыхание. Даже убедившись, что все, кроме нее, жульничают, Ён не нарушила правила игры, пусть это и могло стоить ей жизни. Ён еще не знала, что задыхаться можно не только под водой, но и в ассиметричной бетонной коробке, в которую, увезя из родной деревни, поселил ее муж. Удушье от одиночества так же разрывает легкие, а глазам больно, как тогда, в детстве, и все, что Ён может видеть, — это желтый свет (желтый — цвет душевнобольных, у Ким Ки Дука он символизирует также «чахлость» и «сюрреалистическую чувственность»). Ён понимает, что, как и заключенный, приговоренный к смертной казни, она ничего не определяет в своей жизни. Только когда нет выбора, когда ее желание не имеет значения — перед лицом смерти — она может повторить незабываемый момент всплытия и первого вздоха. Импульс суеверия подталкивал ее в ту ночь к воротам тюрьмы.
Заключенный 5796 уже никогда больше не промокнет под весенним дождем. Летом он не придет на песчаный пляж, чтобы посмотреть, как поверхность воды отражает звездный свет. Прошло уже два года с тех пор, как он в последний раз слышал шорох осенних листьев, и ему не суждено увидеть, как первые снежинки той зимы тают в волосах Ён. Но у них есть пять свиданий, и Ён, с молчаливого согласия начальника тюрьмы, устроит для него концерты, посвященные смене времен года. Каждый из них, впрочем, неизменно заканчивался тем, что Ён говорила о себе. В лице 5796 она нашла, возможно, впервые за долгие годы внимательного слушателя. Повредив горло из-за очередной попытки суицида, он не мог ее перебить, да и не стал бы. Свои проблемы и давние страхи Ён брала с собой в тюрьму. Они становились реквизитом для ее наивных сценок. Вплоть до зарисовки «Весна» цветы азалии вызывали у нее в памяти лицо отца, каким оно у него было, когда за детские провинности он порол ее веткой азалии. На фотообоях из сценки «Осень» изображен пейзаж, глядя на который, Ён вспоминает о первой встрече с мужем. Когда после свиданий она сжигала свои декорации в тюремном дворе, ей казалось, что ветер развеет гнетущие воспоминания, как пепел из урны.
Тема спектаклей Ён — жизненный цикл и смена времен года — послужила поводом к тому, что «Вздох» стали называть самоповтором Ким Ки Дука. Несмотря на то, что цитатность в современном кино возведена в культ, Ким Ки Дуку все равно дружно объявили строгий выговор с занесением в личное дело. Идея о взрослении, показанная через смену времен года, уже нашла у него отражение в фильме «Весна, лето, осень, зима…и снова весна». Если сравнивать его с другими работами режиссера, то фильм-притча получился удивительно умиротворяющим. Но взросление означает примирение с собой только тогда, когда человек наконец решает отвязать камень своих страхов и ошибок. Свидания с заключенным открыли для Ён путь к себе. Можно выбросить все, что держало ее в жизни, как Ён выбросила ту белую рубашку, которую ветер унес с балкона и швырнул под колеса машины. Или можно поднять ее. На ней две грязные полосы, и первозданную чистоту, наверное, уже не вернуть. Чтобы понять, стоит ли попытаться, надо остановиться — и вздохнуть.
Тонкий, полный психологизма, фильм.
Оставляющий после себя вопросы, заставляющий думать, вновь и вновь возвращаться к главным жизненным смыслам.
Десятилетний брак на грани краха. Искренне любящая женщина обнаруживает измену мужа и вдруг понимает, что безумно одинока. Отчаяние от потери смысла в жизни приводит ее к мысли о смерти — она вспоминает о том, что ощущения, которые она испытала в детстве, когда чуть не погибла, не самые неприятные. Было легко, — говорит она смертнику, в котором нашла родственную душу. Ким Ки Дук показывает, как все мы похожи, когда находимся в отчаянии, на грани смерти — и те, кто за решеткой, и те, кто внешне благополучен.
Ен нашла в смертнике родственную душу — она понимает мотивы его попыток суицида — она не считает его преступником, не верит в то, что он убил свою семью, и попытки суицида объясняет отчаянием. Отчаянием, которое испытывает и сама.
Ким Ки Дук показал зрителю, как легко превращается ненависть в прощение, а ревность в сочувствие, как возвращаются чувства и способность ценить любовь.
Оброненная мужнина белая рубашка, испачканная проезжающей машиной, была выкинута в начале фильма — как обозначение женщиной для себя смерти любви и отношений. Ен в начале фильма в отчаянии поставила точку.
А затем эта точка превратилась в запятую или многоточие — каждый определит для себя сам — в конце фильма, полного символизма, Ен уже не думает так фатально. Она достает рубашку из урны и несет обратно в дом. Она выстирает — а значит, простила измену.
10 из 10.
Не согласна, что фильм депрессивен…
Для себя лично в очередной раз обнаружила: как много можно сказать, не промолвив ни слова…
Хочется посмотреть все фильмы режиссера. Вздох — очень красивая работа.
Семья достигла той стадии разложения, что идея Ён пойти на свидание к неизвестному заключенному-смертнику представляла нечто само собой разумеющееся. Несколько тюремных свиданий и совершенно необъяснимые, на первый взгляд, театрализованные действия Ён во время них имели глубокий смысл, превосходящий смысл огромного количества повседневных житейских сцен, порой не без успеха экранизируемых.
Впрочем, в ходе просмотра нельзя избавиться от ощущения, что находишься прямо на пороге чеховской палаты N6 или же в контакте с осовремененными героями Достоевского, для которых психическое расстройство — просто форма существования. Фильм откровенно депрессивен, но это не делает его отталкивающим, хотя он, несомненно, не предназначен для массового зрителя. Визуальные эффекты в картине нарочито упрощены и даже иногда смазаны. По-видимому, бюджет был очень небольшим даже по сравнению с «Весна, лето…». Но Ким Ки Дук по-прежнему добивается наслоения смысловых пластов, которые, быть может, куда более понятны человеку с традиционным восточным менталитетом.
Фильм глубоко гуманистичен, а главная героина — воплощение интеллигентности, утонченности и артистизма, которые хороши во все времена и у всех народов.
Эта картина в прямом и переносном смысле буквально дышит настоящей человеческой болью. В своей четырнадцатой по счету картине «Вздох» корейский мастер тишины Ким Ки Дук в очередной раз представляет нашему взору зарисовку странных взаимоотношений между людьми, которые находятся между жизнью и смертью, между вдохом и выдохом.
В каждой последующей картине режиссер как будто продолжает развивать и совершенствовать свою философию, которую он донес до нас в своих предыдущих работах. В эпицентре повествования снова мужчина и женщина, секс и смерть, преступление и наказание.
Здесь та же тюремная камера с заключенными, что и в «Пустом доме» и «Плохом парне», такая же безумная и неистовая страсть, как и в «Острове», неизменная череда сезонов, как и в «Весна, лето, осень, зима… и снова весна». Глубокий символизм и психологизм, молчание одного из героев, как визитная карточка любого фильма Дука. Его кино выходит за рамки обычного. И нет, он не повторяется, он все глубже и глубже погружается в свой мир ненависти и боли.
Да и вообще, Ким Ки Дук не любит лишних слов…
Он один в своем роде…
Вздох. Трудно решить — драма это или трагедия. Для этого нужно определить для себя, кто герой. Трагедия обычно заканчивается гибелью героя. Ещё нужно определить — только ли один человек в фильме умер. Или несколько. Или четверо. Или двоим удалось дожить до следующей весны.
К слову сказать, привычную нам драму и трагедию, театр и кино придумали европейцы. И здесь можно заметить насколько европейский человек менее способен воспринимать, чувствовать, заимствовать иную культуру, по сравнению с другими, с более гибким самосознанием этносами. Японец, кореец или индус вполне способны сочинить европейскую музыку, снять фильм, написать пьесу или роман. А вот смог бы европеец создать что-нибудь в жанре японского или китайского традиционного театра? Сомневаюсь.
Режиссер же Ким Ки Дук смог создать драму. Классическую и академическую. И в хорошем смысле. То есть в фильме есть всё, что нужно, что хотел выразить автор. И даже больше. Соединение чувств и эмоций героев с некоторой отвлечённостью (наверное, через незримого надзирателя тюрьмы), стремящейся вывести зрителя на потаённую сущность и дух, как героев, так и вообще этой истории. Ещё фильм весь до краев заполнен символизмом. Рубашка, сохранение которой имеет и не имеет значение, отсутствие у заключенного голоса, весна, лето, осень, зима в одной камере свиданий. И на вершине само сверхсимволичное название. Это и последний вздох милосердия (и все-таки как coup de grace) для смертника, и новый, первый после эмоциональной смерти, вздох для героини. Да, я все же принимаю Ён как главную героиню. Но при этом режиссеру удалась иллюзия, из-за которой непонятно чьими же глазами, через чью душу, мы смотрим на эту историю. При этом на характеры героев не надеты театральные маски, нет. Особенно благодаря игре актеров, напряжению их лиц, их взглядам.
Вздох — это ещё и характеристика сути эстетики фильма. Легкая и осторожная как вздох, чтобы не спугнуть, попытка, проба заглянуть в души. А там и боязнь одиночества, и эгоизм любви, и неумолимость, как следующий вздох, судьбы, и такое отчуждение, когда духовно ближе, роднее кажется только разве что приговоренный к смерти.
До встречи с Ён, заключенный Чжин уже смирился со своей участью, и с нетерпением ждал своей казни, мало того, сам старался ускорить свой конец.
Это и не странно, смотря на то, какое преступление он совершил. Но когда в его последний месяц жизни объявилась эта странная девушка, у него появляется стимул прожить этот месяц.
Всего 4 встречи в камере для свиданий. Но Какие!
Только Ким Ки Дук мог в четырех стенах создать времена года, которые, конечно, не были бы такими яркими, жизнерадостными и грустными если бы не старания главной героини.
Все ее песни и танцы, будто еще раз напоминают, что Чжин видит все это в последний раз…
Хоть и знаешь, что конец в этой истории неизбежен, финал этого немногословного фильма все равно неожиданный и жестокий. Как нож в спину.
В стиле Ким Ки Дука.
«Человек и его поступок — вещи разные.
В то время как хороший поступок заслуживает одобрения, а дурной — осуждения, человек, независимо от того, хороший или дурной поступок он совершил, всегда достоин либо уважения, либо сострадания»
Махатма Ганди
P. S. Это кино точно из категории, как говорится, «на любителя».
Но кто такое понимает и ценит, точно разочарованным не останется.
Дыхательный цикл состоит из вдоха и выдоха. Вдох длится 1 секунду, выдох-2. И сей неоспоримый биологический факт не имеет никакого отношения к фильму Ким-Ки-Дука. Вернее, он нарушает природный закон. Потому как вздох в этом фильме был затяжным.
Дышали в унисон, на двоих разделяя кислород. И если, кто сомневался в эффективности искусственного дыхания, то вот вам опровержение. Правда, почему «искусственного»?По-моему, все было по-настоящему, честно. Не из жалости, не из желания пробудить любовь(ревность) в муже, а по другой, ей одной известной причине, главная героиня идет к заключенному и дарит ему целый год счастья и новых, невозможных чувств. Она облегчила, «обезболила» страх перед смертью, она дала жизнь. Вначале себе самой, потом Чжину, мужу…
Это не выход, не пример, руководство к действию. Это… Вздох.
Женщина в фильме кидается из крайности в крайность. Эпицентром всей картины является комната свиданий. Самое загадочное что главный герой не может говорить. Он пытался покончит жизнь самоубийством — заточку воткнул в горло. Однако все же станет ясно за что его осудили и приговорили к смертной казни из новостей.
Показаны внезапно вспыхнувшие чувства Ён и Чжин. Хотя вроде бы у Ён их и не было. Ведь увидев по телевизору что Чжин опять пытался покончить собой — целует мужа. Кстати — не мало важный аспект — имена есть только у него и у нее.
Последняя попытка покончить с собой — это вздох. Надежда на спасение и отсрочка от казни на еще один день. Познакомившись с Ён у него появляется второе дыхание. Она приносит ему фотографии, а сокамерники с завистью их крадут, рвут. Она поет ему песни, украшает камеру свиданий фотообоями — напоминание о временях года — о прекрасном… И лишь последний раз она не маскирует комнату, (возможно она и так бела как снег) и все походит без вступлений. Самый последний вздох. Шикарно и неожиданно от великого режиссера!
В «Солярисе» Тарковского меня в своё время поразило то, что кадр появляется, не потому что нужно показать следующую сцену истории, а логически вытекает из предыдущего кадра. По логике визуальной. Так вот, то же самое можно увидеть во «Вздохе» Ким Ки Дука. Здесь нет ни одной лишней секунды, ни одного лишнего объекта в кадре, ни одного лишнего жеста персонажа. Идеальное кино-повествование, когда ты чувствуешь, что каждый новый кадр органически растёт из предыдущего, а не придуман режиссёром «нарочно».
Фильм серьёзный, молчаливый, но не депрессивный. Эмоциональный, хотя герои весьма сдержанны. Смотря в полуобезумевшие глаза смертника — понимаешь, что находишься на грани. Впечатляют образы фильма, например, камера смертников. Четыре человека, доведённых до оглушённого состояния. Они молчат, они выражают эмоции жестами, они совершают непонятные поступки. И видно, что им страшно. Они так похожи на загнанных в капкан животных, чувствующих запах крови убитых здесь же сородичей.
«Жизнь измеряется не числом вдохов и выдохов, а моментами когда захватывает дух!»
Ким Ки Дук в очередной раз завладел моим вниманием и дал возможность получить наслаждение от просмотра картины.
Безмолвие, размерность, спокойствие в тандеме с настороженным ожиданием того, что будет там впереди в следующем кадре и как всегда неожиданный поворот заставляют, заворожено смотреть на экран.
Фильм наполнен символами, недосказанностью, предложениями к размышлению.
На экране возникает героиня в период жизни, когда ей овладело безразличие, причина которого — семейные неурядицы. Однажды в новостях она видит человека, который пытается лишить себя жизни, будучи приговоренным к смерти. А ведь они в чем то похожи, она здесь, он там, а состояние одно.
Она начинает посещать его, зачем?
Возможно, она хочет напомнить и подарить ему настоящий мир, раскрыть и возродить полноту жизни, то чего лишен заключенный. Все это она вносит через красочный антураж времен года с песнями, ощущениями и фотографиями.
Что же это на самом деле руководствовало героиней, остается только гадать, каждый найдет здесь свою мораль и свой смысл, этим и великолепен фильм.
13.5 тыс., 
12.5 тыс., 
6 тыс., 
