Литературная основа фильма — повесть Анджея Мулярчика «Post Mortem. Катынская повесть».
Фильм начинается 17 сентября 1939 года и заканчивается осенью 1945. В фильме четыре главных линии. Это судьбы четырех польских офицеров и, в первую очередь, судьбы их родственников, которые не знают правды, но догадываются о ней. Это фильм о женщинах, которые ждут, не верят в смерть, надеются.
Демонстрация картины Анджея Вайды «Катынь» на государственном российском телеканале — это, безусловно, факт, внушающий определенный оптимизм. Формула «не смотрел, но осуждаю» — бесперспективна, она напоминает совок в худших его проявлениях.
Для культурных людей, которые, собственно, и составляют целевую аудиторию канала «Культура», нормой является алгоритм «посмотрел — и обсуждаю». «Катынь» я посмотрел вскоре после того, как она вышла в прокат. Прекрасно помню истерику, связанную с этим фильмом, помню и разгромные статьи в российской прессе.
Другого ожидать и не приходилось: 2007 год, на мой взгляд, был годом апогея нашей «нашести», когда президент, он же самопровозглашенный национальный лидер (по-немецки это, кстати, звучит коротко — фюрер, по-итальянски еще короче — дуче), уже не стесняясь, говорил о вражеских агентах, которые «шакалят у западных посольств» и которым «нужно слабое и больное государство». Сейчас реалии, похоже, немного, но изменились: имперских амбиций поубавилось, страна нехотя обратила взор в сторону Запада, само словосочетание «национальный лидер» незаметно вышло из употребления. И, наконец, на российском телевидении показали «польский пропагандистский антироссийский опус».
Если говорить о самой картине, то лично мне она совсем не понравилась. Но не понравилась она мне несколько в другом аспекте, нежели разного рода квасным патриотам. В этом фильме я не увидел ничего того, что я мог бы посчитать клеветой на мою Родину. Более того, я считаю, что Вайда имел полное моральное право снимать такое кино, ведь его отец погиб в Катыни (см. А. Вайда. «Кино и всё остальное»). Дело тут не в идее, а в художественном исполнении. А оно как раз на очень низком уровне. Актерская игра даже не плохая — кошмарная. Неплохо играет Сергей Гармаш, но на его фоне остальные актеры выглядят еще более неубедительно. Да и роль-то у него отнюдь не главная.
Драматургия в фильме не просто слабая, она грубая, почти топорная. Даже в стандартных голливудских «слезовыжималках» бывают более изобретательные приемы, чем те, что используются в фильме «Катынь». В происходящее на экране не веришь, сопереживать героям — не хочешь. О недостатках этой картины можно говорить долго, но главный из них в том, что, посмотрев ее, сразу задаешься вопросом: «неужели это снял Анджей Вайда?». Тот самый Вайда, который снял «Канал»! «Пепел и алмаз»! «Пейзаж после битвы»! Вайда, у которого был свой неповторимый стиль. Который был Режиссером с большой буквы. Непонятно и обидно. Хотя, наверное, это естественно. Мэтру польского кино уже за 80. С возрастом многие гении утрачивают свой талант. Подобное, я считаю, произошло с моим любимым режиссером Френсисом Копполой. В прошлом талантливый Никита Сергеевич вот уже в свои 64 впал в глубокий…
Совершенно случайно узнал, что этот фильм показали по телеканалу «Культура»(или как его сейчас там?). Переключил, когда уже шло обсуждение фильма. При общих положительных отзывах присутствующих уважаемых людей, как-то выпадали реплики нашего кинематографического титана г-на Михалкова. Сие, а также мой интерес к польскому кино, вынудило меня найти этот фильм и посмотреть самостоятельно.
Скажу сразу, зная официальную позицию польских властей очень опасался смотреть или очередную пропагандистскую агитку, или «ужасы нашего городка», но… Анджей Вайда удивил, даже очень… Поразительно, неужели никто не понял, что этот фильм не антирусский, не антинемецкий… Этот фильм о поляках и для поляков! О месте Польши в истории человечества и месте в сердцах поляков. Кто ты для своей Родины, и что для тебя эта Родина! Это вовсе не исторически-документальный фильм в котором исследуются по дням и часам трагические события достаточно большой, но все же части польского народа. Не это главное… Чтобы понять фильм, надо хоть немного знать историю и географию Польши. Те, кто говорит — «маленькая Польша», там никогда не был! Исторически Польша (а точнее Речь Посполита Людова) простиралась от Смоленска на востоке, до Силезии на западе, и от Балтийского моря на севере, до Черкасс на юге, да и сейчас она по европейским меркам государство не маленькое! Но… К концу 18 века Польша превратилась в «проходной двор» и разменной монетой для более сильных государств. Два века подобного существования ни для кого не проходят даром, вот и поляки из свободолюбивых Шляхтичей превратились в приспособленцев, без особых раздумий ложились под любую приходящую власть — быть бы живу. А как же дворянская гордость, благородство и честь?.. Они есть, но дремлют, как уснувший вулкан — ждут своего часа. И вот — бах… Первая мировая, революция в России, Брестский мир, поражение Германии, свобода! Пилсудский, Еще Польска не згинела! А рядом обескровленная войной и революцией Украина и Белоруссия. Так цеж все наше! Даешь Великую Речь Посполиту! Что-то удалось хапнуть… Но, опять это противное но… Не прошло и 20 лет, и великой и могучей приходится выбирать: с кем? как? и кому?.. А как же свобода, честь и достоинство? Говорят, что только в градиентных, переходных зонах, как в циклоне, можно отделить ценное от шелухи, понять что, и кто собой представляет. Да, но и можно в мутных вихрях и вознестись до небес, прильнув к сильному, придумав себе оправдание…
Мне кажется именно об этом этот фильм. Анджей Вайда крайне деликатно и политически корректно показывает и немецкие, и советские оккупационные войска. При этом не забывая тот реальный урон, который нанесла та и другая сторона. Очень символично (хотя излишне опереточно) снята сцена на мосту в начале фильма — тысячи беженцев со стороны немецкой и единицы с советской. И все же внешние враги — это канва, на которую нашиваются житейские истории персонажей, это сито, через которое просеиваются люди, их взгляды и поступки.
И те, и другие для поляков зло, но какое зло большее. Где та грань компромисса, и в чем суть цели, ради которой можно идти на компромисс? Ведь не все беды от оккупантов, многие деяния совершали «свои». И мальчика-художника убили свои, и пастора свои «замели» и свои захотели строить «новую» Польшу. И у каждого своя Правда. Только чья верней? Для кого-то правда — это вера, для кого-то — память, для кого-то — пропаганда, а кому-то — месть. И мне кажется именно это и хотел сказать этим фильмом Вайда.
А что в конце страшно показаны расстрелы — это факт, который надо принять, и с которым надо считаться.
Что-то много вокруг этого фильма дискуссий о политике и исторической правде. А давайте на секунду забудем о политике и посмотрим на художественную сторону фильма. Великолепная музыка, прекрасно снятые кадры, актерская игра на пределе нервов… И может быть тогда мы заметим, что фильм этот — не только о четырех тысячах расстрелянных, а прежде всего — о матерях, женах и сестрах, которые ждут и надеются. И поймем, что главные герои фильма — это не солдаты Анджей и Ежи, а жена генерала Роза (Данута Стенка), которая не боится прямо высказать правду о смерти мужа; Агнешка (Магдалена Челецка), которая продает свои прекрасные волосы чтобы заказать надгробие для брата; Анна (Майя Осташевска), которая ждет своего мужа, имени которого не было на Катыньском списке, и уговаривает свекровь, что он жив; и ее дочь — маленькая Ника (Виктория Гашевска), которая кидается к двери, едва заслышав шаги в коридоре — а вдруг вернулся папа? Но ни она, ни ее мама не знают о том, что в список закралась ошибка — имя ее отца перепутали с именем другого офицера, он мертв и никогда не вернется… Но они все же верят в невозможное, как верит Агнешка в то, что заказанное ею надгробие все-таки будет установлено на могиле брата… Но после ее ареста разбитая надгробная плита так и остается лежать на земле…
И, если мы отбросим в сторону политику, тогда поймем, что вовсе не хотел Вайда очернить в фильме всех русских. Напротив, майор Попов (Сергей Гармаш), желающий спасти Анну и ее дочь, вызывает только симпатию как у российских зрителей, так и у польских. А лица тех солдат, которые расстреливают польских офицеров, мы даже и не запоминаем, не обращаем на них особого внимания. Ведь понимаем же, что они не виноваты — они всего лишь выполняют приказ. А кто же виноват? Ответ на этот вопрос мы находим в эпизоде, когда генералу зачитывают смертный приговор — со стены на нас смотрит портрет Сталина…
Я считаю, что Вайда просто должен был снять этот фильм. И не только потому, что его отец тоже был расстрелян в Катыне…
Грустное, тяжелое кино про войну, которая всем нам, кажется, так знакома и иногда слишком однозначна. Все войны сопровождает разделение на «своих» и «чужих», если повествование ведется от одной стороны. Причем, «свои» могут оказаться по ту сторону, а «чужие» — где-то рядом, среди соратников… Вспомним «Проверку на дорогах» — фильм, запрещенный цензурой по причине помещения в центр повествования предательства советского солдата. И даже такая коммунистическая тема исправления, искупления вины нисколько не оправдывала затравки картины — попадание «своего» в стан «чужих».
Возможно, человеку всегда обидно попадать под категорию «чужой», но такова военная история человечества, и когда по российскому каналу почему-то показывают фильм, где бравого красноармейца ставят на одну полку с бравым фашистом — зрителю становится обидно за свою историю, за своих дедов, которые защищали будущее собственных детей от страшной гибели в концлагерях вероломных немецких захватчиков. Но, повторюсь — такова история… Польский режиссер переживает гибель своего отца от пули в затылок, со связанными за спиной руками и склоненной головой, на которую двое чекистов набросили шинель, и он вкладывает в уста мученика слова молитвы Господней. Польский режиссер просто снимает картину об этом — о том, что с запада на его страну напала Германия, а с Востока — СССР. Никаких лишних подробностей — это рефлексия по поводу агрессии, бессмысленной «огромной ошибки». Никаких лишних подробностей… кроме разорванного польского флага, который русский солдат пускает себе на портянки, кроме рукопожатия офицера СС и офицера НКВД(и это циничное «как дела, товарищи?»), кроме смерти такого красивого, такого свободолюбивого и полного надежд польского юноши под колесами ГАЗ-64… Вы бы хотели, чтобы все это было мягче? Чтобы не было такой обиды в глазах девушки, состригающей волосы за деньги, на которые она оплатит позже мраморную плиту с изображением своего брата?
Иначе никак не расскажешь о трагедии, яркие художественные образы — самый эффективный способ выражения чувств и мыслей, касающихся войны, смерти, оккупации, беззаконии. И Вайда в совершенстве владеет такими образами, а еще — в его сердце сидит настоящая боль. Лично я не хочу слышать о госзаказе и сравнении с Никитой Михалковым. Да, мы все прекрасно знаем, что в истории Польши были эпизоды агрессии и массового уничтожении русских. И я уверен, что поляки об этом знают не хуже нас, потому что это наша общая история.
Хочу также сказать, что «чужие» здесь не русские — но коммунисты. Об этом говорит и образ героя Гармаша и самоубийство Ежи — как последнего «своего» в польской армии. «Чужие» — теперь не русские. «Чужие» теперь говорят по-польски, они вступают в компартию и подписывают лживые бумаги с исправленными датами смерти. «Чужие» скоро будут рожать детей, которые не узнают правды, родятся с ложью и, скорей всего, умрут с ней — своей смертью. Об этом кино
Фильм не антисоветский и даже не антироссийский — он антирусский. Вайда отождествил всех нелюдей СССР, независимо от их нац. принадлежности, с русским народом. Заменил память о невинноубиенных соотечественниках ненавистью к соседнему родственному народу, а именно это чувство вызывает фильм. Месть, производная от ненависти, тоже не относится к христианским добродетелям. В моей семье от действий советской власти только погибло четверо. У истоков создания репрессивного аппарата СССР стоял поляк… Миллионы русских сгинули по воле грузина и.. . сына еврейки. И что теперь?
Пусть Джугашвили (Сталин), а именно он и никто другой «организовал» мясорубку в Катыне, национальный герой Грузии и памятник ему стоит в Гори и там же музей Людоеда. Не важно кто и зачем начал резню в Южной Осетии… «РУССКИЕ напали на Грузию!» И вот уже Президент Республики Польской стоит рядом с.. . Мишей.
И не надо это прикрывать никакими благими намерениями… Историческая память? Она есть… Корни моего рода на границе нынешней Беларуси и Смоленской области. Что творила польская шляхта и духовенство? Сколько тысяч, десятков тысяч мирных русских, белорусских, украинских крестьян было вырезанно, утоплено, сожжено заживо? А так же их жен, детей и стариков?… А если российская власть возьмёт пример пана Вайды и прочих самостийных деятелей и даст «заказ на такое освежение исторической памяти»? Не страшно?
Отчего-то, после охлаждения отношений друг к другу, у государств, когда-то бывших дружными, появляется желание раскрывать свои секреты по отношению ко вновь возникшему «вероятному противнику». Иначе просто нельзя, для чего, спрашивается, предки в руководстве страны печатали на папках со сверх важными документами гриф «секретно»? Ясное дело, дабы, по прошествию некоторого времени, по истечению срока секретности, раскрыть когда-то слепому населению, какова же она на самом деле, правда, и как обстояли дела в те ужасные времена.
Не удивительно, что «Катынь» был отснят, пожалуй, самым известным польским режиссёром, при личной поддержке президента Леха Качинского (как известно не скрывающего свое, мягко говоря, прохладное отношение к России). Т. е. фильм госзаказ, оформленный по всем правилам, но президент страны не скрывает свою заинтересованность в фильме, и своё участие в его создании. А ещё фильм конкурировал на церемонии вручения Оскара, с фильмом «12», который, по слухам, российский госзаказ, но наши верхние эшелоны власти это не подтверждают (если не читать участия министерства культуры), а, как известно, чем более открыта власть, тем ниже коррупция и даже инфляция (пример Эстонии с открытой властью и низким уровнем коррупции потрясает).
Однако фильм «Катынь» о днях давно минувших, об одном из самых тяжелых периодов в истории Польши, когда маленькая страна была зажата между двумя сверхдержавами: фашисткой Германией (с руководителем шизофреником, мечтающем о мировом господстве, как герой кино-комиксов), и Советским Союзом (с Вождём народов, который и принёс России закрытую власть с сильным бюрократическим аппаратом).
Не взирая ни на что, пока эти две могучие державы шли в направлении друг друга, маленькая Польша, гордо оказалась на их пути, и советское командование решило, размяться на польских солдатах, приговорив и казнив их на Катыньском поле. Фильм, разумеется, показывается советских солдат мерзавцами, ну авторам кино, творческим людям свойственны гиперболы, люди они от вооруженных сил далекие, откуда им знать вообще, что солдаты всего лишь выполняют приказ, а приказы, ещё до Ивана Грозного из Кремля шли, так и после него оттуда идут. В Кремле, стратегически пришли к выводу, что поляки это вероятный союзник Германии, а оставлять врагов в тылу как-то не выгодно, себе дороже.
Это уже потом, во времена, когда Леха Качинский с братом близнецом росли, а Анджей Вайда долго старел, они все, всё время с постоянством параноика, видели Большое око могущей Советской империи, как бы случайно насадившей Польше компартию и марионеток в руководстве…
Однако времена имеют свойство меняться, и Польша обрела дух свободы, и Вайда достиг возраста, когда маразм неминуем, и НАТО со всех сторон Россию окружает. Так что маленькой Польши теперь бояться некого, и грифы секретно будут отлетать от покрытых пылью документов времён могущества КГБ.
В остальном, помимо столь пикантной темы, сюжет фильма донельзя прост, даже банален. Рассказ о трагической семье убитого при Катыне офицера польской армии, его матери, жене и ребёнке, которые не вынужденно оказались перед отсутствием выбора молча соглашаться с тем, что Катынь устроили фашисты, дабы не стать объектом преследования НКВД. Страх имеет большое значение в управлении, власти всегда легко, когда народ выполняет все распоряжения, не выходит на демонстрации и вообще не пользуется всеми конституционными правами и свободами граждан цивилизованных стран. А ещё в Конституциях цивилизованных стран, есть такая дурацкая формулировка, мол, власть принадлежит народу, а высшие эшелоны лишь их представители, однако, в некоторых менее цивилизованных странах, высшие эшелоны предпочитают передавать власть «по наследству», что им Конституция.
Каким могут быть выводы о таком фильме? Поляки должны понять, что история уже написана, и изменить ничего невозможно. Страна оказалась в ненужное время в ненужном месте, и даже её армия могла создать определенные проблемы победно шедшей (несколько лет спустя) в направлении Берлина Красной Армии. Можно только спорить о методах, почему именно расстрел, а не концлагеря или тюрьмы. Можно спорить о художественной составляющей фильма, а можно считать её госзаказом, это ничего не поменяет. Нужно не повторять таких ошибок в будущем, если считать это ошибкой, но, как известно, «на войне все средства хороши», а если уничтожить армию противника, то собственно, и противника нет.
Вайда предоставляет, разумеется, польский взгляд на проблему, показывающий Красную Армию, избавившую мир, включая Польшу, от фашистов, злой машиной, а польские семьи потерявших родных в Катыне более несчастными, чем польские семьи потерявшие родных по ходу Второй Мировой Войны в других местах. Актёрская игра, режиссура, оператор и действительно жуткий эпизод расправ, меркнут перед политическим заказом картины, который оставляет вкус тлена.
О том, что фильм «Катынь» будут показывать по «Культуре» я узнала случайно — в телепрограмме его не было. Узнала, увидев трейлер. Отрывки буквально пронзили душу. Как ножом, и потом вниз, зигзагом… Такое было ощущение. Я подумала: «Если мне сейчас так больно, то что будет со мной после просмотра всего фильма?» Но фильм оказался довольно сдержанным. Боль не хлестала мощным потоком, а томилась в глубине, лишь иногда выплескиваясь через край. Она хранилась, проносилась сквозь время. И это боль самого Вайды.
Жизнь идет через неизвестность, смерть, страх, горе… Бытовое и значимое всегда рядом, они сплетаются, они неотделимы в судьбе каждого человека. Сначала было трудно привыкнуть к такой подаче, но я понимала, что это мудрое, правильное решение. Весь фильм снят великолепно, но те самые высокие, символические эпизоды поднимают собой все остальное. Для меня самые сильные — статуя Христа под шинелью, треснувшая надгробная плита и последняя фраза- молитва…
Сюжеты — как фрески, зарисовки, фрагменты судеб, связанных общим горем… Матери, жены, дети, сестры… И хочется отметить проникновенную игру актеров.
«Катынь» относится к тем фильмам, которые не отпускают, которые запоминаются навсегда, кадры из которых долго стоят перед глазами…
Долго я готовился посмотреть этот фильм. Прочитанная критика, обсуждения настраивали не на оптимистический лад. Думал, ну вот сняли, видимо страшилку про русских для западного зрителя, про хороших поляков и плохих русских. Но недавно все таки приобрел диск и посмотрел.
И не увидел пасквилей и страшилок, увидел боль утрат и хрупкость человеческой жизни в войну. Избежавшие смерти в боях с немецкими частями офицеры польской армии попали в плен к советским войскам. Где и были уничтожены (возьмем принятый государственный вариант их смерти). Но что оставалось их родным и близким, которые не имели никакой информации? Надеется и ждать. И они дождались от немцев информацию, что их мужья, отцы, братья, деды расстреляны советскими властями. Мы можем по разному относится к этому сообщению в XXI веке, но тогда три года неизвестности для них закончились хоть какой то определенностью. И не сказать, что все поверили окончательно и бесповоротно в слова немцев (жена генерала, например), но это стало точкой отсчета для нового ожидания, веры в возвращение или предания вечной памяти погибших. Каждый дела свой выбор сам.
Вайда очень хорошо показал отношение немцев к полякам (закрытие университета, отправка в концлагеря преподавателей, информационную войну), как победителей ненасытных в своей жажде, к побежденным, и нет за это им пощады. На фоне фашистов советские войска смотрятся несколько расплывчатее что ли, не сфокусировано на детали, но достаточно явно прослеживается — они тоже чужие. И чужеродность усугублена еще тем, что по приказу руководителей этих солдат были убиты их родные. Нет анти русского настроя, есть недоверие и сомнение к солдатам, которые завтра могут выполнить аналогичный приказ и боязнь их руководителей, которые такой приказ могут отдать. И уже они будут лишены жизни. Приспосабливание к новым порядкам или жесткая конфронтация, а может просто жить — режиссер дает зрителю все пути по которым можно было идти — не давая оценки каждому из направлений, буднично показана жизнь, которая может оборваться.
Не буду кого то выделять из актеров — смотрелись все хорошо, не буду выделять психологически сильные моменты фильма по отдельности, а равно не буду акцентироваться на каких то нестыковках — фильм целиком получился живой и психологически сильный, с нервом, со смыслом не отпускающем до финальных титров.
Большая трагедия войны и политических амбиций, через призму «маленьких людей» — такой вот я увидел этот фильм.
Смотря такие фильмы как «Катынь», многие любят вспоминать о политике. Причём именно потому, что события, происходящие на экране, относятся некоторым образом к нам, российским зрителям, больше, чем к зрителям, допустим, немецким или тем более американским. Какие эмоции вызывают подобные фильмы у человека, чья семья «сделана в СССР»? Раздражение, обиду, усмешку в духе «Чего ещё от них ждать?». И всё… А вызывают ли они сочувствие у человека, готового в очередной раз возмущаться зрелищем «плохих русских»?
С другой стороны, справедливо спросить — А разве этого не было? Не было расстрела, не было насаждения социализма, не было арестов, не было таких как Ежи? Почему нужно обижаться и отрицать всё до последнего? Кого же стоит винить в том, что это не забыто? Поляков? Но это их история и их боль.
«Катынь» не уделяет русским много внимания. В фильме они механизм, приводящий в действие кровавый конвейрер в расстрельной комнате и на краю рва. Они не важны. Мы даже не видим их как людей, в отличие от польских офицеров, лица которых постоянно показывают крупным планом. Это плохо? Скорее наоборот. Этот фильм концентрирует внимание не на злодеях, а на самой трагедии, и это несомненный плюс.
Продолжая говорить о русских, нельзя не упомянуть советского капитана Попова в исполнении Сергея Гармаша. Одной фразы в его речи достаточно, чтобы понять позицию режиссера — «Свою семью я не смог спасти… «
Не нужно смотреть этот фильм, как месть поляков русским, как политический ролик, как булавку, воткнувшуюся в рыльце в пушку. Герои этого фильма достойны того, чтобы им просто по-человечески посочувствовали. И мы — русские, должны их понимать как никто другой…
Но, есть, конечно, моменты, которые лично с моей точки зрения можно отнести к минусам. Никакого внимания в фильме не уделено другим событиям 2 мировой — а ведь Польша воевала и после Катынской трагедии, и воевала в союзе с СССР. Непонятно несколько ироничное отношение создателей к Армии Людовой (благодаря которой муж служанки Стаси добился высокого положения) — да, она была сформирована с помощью СССР, но в ней воевали поляки, и воевали за свою страну.
Но в целом фильм достоин высокой оценки — в нем мы видим множество на первый взгляд случайных людей, история каждого из которых отдельна, и в тоже время таинственно связана с историями других посредством Катынской трагедии. Ни одному персонажу не уделяется настолько много внимания, чтобы назвать его главным героем, и в то же время, настолько мало, чтобы не раскрыть его образ.
Одно из главных отечественных кинособытий года - Московский международный кинофестиваль - откроется уже 19 июня. Программа 31-го по счету мероприятия выдалась настолько насыщенной, что охватить на ней все не представляется возможным. КиноПоиск составил небольшой гид по нынешнему ММКФ, выбрав десять наиболее примечательных лент из около сотни представленных. (...)
41.8 тыс., 
32.1 тыс., 
