Адриано Челентано у нас известен, как актер преимущественно комедийный, поэтому от фильма с ним можно было ожидать чего угодно, только не эмоционального потрясения и не такого количества вопросов морального, политического, этического и духовного свойства, что поставлены здесь. Увиденное, хоть и резко не соответствовало с ожидаемым, все же привело в восторг.

Перед нами разворачивается далеко не веселая картина переплетения человеческих судеб, в которой безнадежная любовь только усугубляет и без того сложную ситуацию. Люди из этого фильма убегают от груза навалившихся проблем и утрат. Один — коммунист, пострадавший в совершенно дурацкой и даже постыдной ситуации, становится «хроническим» пациентом небольшой провинциальной больницы, другая — после потери любимого уходит в монахини. Оба находятся в добровольном изгнании, пытаясь закрыться непробиваемым панцирем убеждений и веры от реально существующего суетливого мира. Оба по-своему стремятся помогать людям, оба отваживаются наступить на горло самому главному человеческому чувству, пытаясь целиком отдать себя служению каким-то абстрактным принципам. И приносит им это только несчастье.

А за окнами больницы кипит жизнь, в которой любовь стоит на последнем месте. Коррумпированные политики наживаются на народе, прикрываясь партийными принципами, рабочие, врачи, учителя, остаются без работы и бастуют, поставки медикаментов прекращены, ни в чем не виноватые пациенты умирают, бандиты грабят банки, бедных и обездоленных становится все больше и даже больничный и церковный покой нарушается этими событиями, врывающимися в жизнь героев.

Настроение разочарованности в этой ленте очень сильно, хоть и не всеобъемлюще. Режиссер Альберто Латтуада, показав трагичные картинки человеческого существования, все же оставляет место для надежды, говоря, что человеческое в людях еще способно выступить на борьбу с мировой скверной. Главное — снять маски и остаться просто человеком. Если уж коммунист может полюбить монахиню, и взять в руки крест на смертном одре, оставаясь честным перед собой, если монахиня способна на искренние и глубокие чувства, если человек способен ради благородной цели преградить путь мчащейся машине и ценой свой жизни остаться верным своим идеалам… значит не все еще закостенело в головах и сердцах, значит люди все еще могут уживаться друг с другом и любить друг друга вне зависимости от политических принципов, государственных границ, религиозных убеждений, цвета кожи и социального положения. Режиссер, убежденный в этом, убеждает и зрителей.

Человеческое всегда берет верх.

- Ты бы бросил партию ради любви?

- Разумеется!

И это не предательство. Просто расстановка приоритетов. Ведь даже если исчезнут все правительства, если войны покроют трупами всю землю, если кризисы и катаклизмы приведут мир к логическому финалу, все равно матери будут бросаться на защиту любимых детей, мужчины драться за женщин, брат мстить за брата, а девушки ждать любимых парней. Это заложено в самой человеческой натуре, любовь во всех ее проявлениях исконна, непреходяща, все остальное наносное, временное, остальным можно пренебречь. Поэтому прикосновение рук, финальный поцелуй политического активиста и монахини в чистой, светлой и пустой больничной палате, вдали от шума и криков бунтующих толп становится своеобразным символом всеобщего примирения и отступления всех придуманных человеком для усложнения жизни принципов перед любовью. Раз они смогли, значит, это не так уж трудно, нужно просто захотеть, но проблема людей в том, что понимают они это слишком поздно, зачастую задним числом, и это тоже отражено в фильме.

Люди хотят сами себе казаться значительнее, серьезнее, чем они есть на самом деле, стремятся возвыситься над простым, настоящим и обыкновенным, считая недостойным жить в мире и любви. Потому что надо бороться! Надо! А в итоге все равно все сводится к тем же самым вопросам — за что я боролся? А главное — ради кого? И простой поцелуй может изменить политику государства… Наверное, поэтому «Белый, красный и..» не является фаворитом зрителей, значительно уступая в популярности милым и беззаботным итальянским комедиям с участием того же Челентано. Просто он срывает маски, за которые люди так любят прятаться.

Практически во всех своих фильмах «безумно влюбленный» Адриано Челентано предстает изначально в привычном амплуа. Трепач, балагур и бабник, цинично рассуждающий о женщинах и боге, он, однако, не преступает ту грань, за которой начинается его привычная буффонная стихия. А затем происходят изменения так и вовсе непривычные зрительскому сердцу. Челентано под действием любви преображается, теряется, смягчается. И вот перед нами уже не убежденный лидер и артист, могущий одним обаянием и красноречием покорить кого угодно, а просто запутавшийся, одинокий и несчастный человек, стремящийся в политической суете забыть о самом главном — о женщине, с которой ему быть никогда не суждено. Челентано здесь разный, удивительный и, что самое главное, очень искренний и близкий.

Софи Лорен сыграла роль, которую можно сравнить с ролью Одри Хепберн в «Истории монахини». Мы часто читаем и смотрим про таких женщин — самоотверженных, честных, сильных. Но как показать это на экране? Как дать почувствовать зрителям, что ты — любящая женщина, глубоко переживающая боль утраты, слабая и потерявшая жизненные ориентиры, и сильная монахиня, опирающаяся на веру, любовь к людям и самоотречение. Как все это соединить в одном образе, если на эпизоды отведены считанные минуты, реплики отпущены скупо, вся ты закутана в рясу по самые глаза, и в фильме центральной идет другая тема? Софи это удалось. Режиссер оставил ей глаза и ее взгляд полон боли и сострадания. Режиссер одел ее в мешковатую белую рясу, но не смог скрыть ее королевскую осанку и ангельские черты прекрасного лица. Он дал ей не много реплик, но каждая из них звучит как откровение. Он заставил ее быть сдержанной и спокойной, но за этим спокойствием видна борьба чувств и океан эмоций. Он дал ей в напарники самого энергичного и обаятельного актера Италии, но она и его энергию повернула в другое русло, словно вылив на актера ушат холодной воды.

Белый, красный и… Ставя многоточие в названии фильма, режиссер как будто специально отсылает нас к открытому финалу. История не досказана, какому-то цвету еще придет время появиться в названии и в жизни героев. Но во всех мифологиях отмечено триединство белого, красного и черного цветов. Вместе они означают все гармоничные связи в нашей жизни, саму ее полноту. Возможно, именно это и хотел сказать режиссер. Какой цвет поставить, чтобы найти гармонию, чтобы люди наконец-то научились учиться у истории и понимать друг друга? Это кино, полное любви и скорби, прочувствованное и гармоничное, толерантное и поучительное, обязательно нужно посмотреть. Сейчас сделать такое толковое кино, не стилизованное под популярные жанры, наверное, уже почти невозможно. Но это как никогда более актуально.

10 из 10