… Элюа вмиг становится популярным и знаменитым. После того, как его мать тайком вынимает из мусорного мешка выброшенную ним рукопись и отдает в издательство, подделывая его подпись. Сын всячески противится, называет мать сумасшедшей и угрожает ей судом. Он пытается забрать рукопись из издательства, но безуспешно. Книга опубликована. И вот уже Элюа сидит за столом и раздает книги со своим автографом университетским приятелям, преподавателю и своей собственной матери. К нему подходит парень, Элюа спрашивает: «Какое имя я должен написать?». Тот отвечает: «Морнэ». И свою книгу под названием «Les amitiés maléfiques» Элюа подписывает фразой: «Почему некоторые люди пишут?»…

…«Почему некоторые люди пишут? Потому что они слабы, чтобы не писать». Эту цитату из Карла Крауса неднократно повторяет своим приятелям студент-литератор Морнэ несколько раз в фильме. Она становится центром повествования, объединяя четверых студентов, преподавателя, двух девушек и мать одного из молодых писателей. В фильме они представлены как некий литературный социум, замкнутый в себе и обособленный от внешнего мира. Вопрос, что такое настоящая литература и как отличить писателя от графомана формирует целую бездну подвопросов, идей и концепций, связанных с литераторством. От почти физического и в чем-то фрейдистского «пишу, потому что не могу не писать», потому что «писать — это как дышать» до ницшенианского понимания концепции слова как эстетического феномена. Когда писательство является патологией, некоей словесной шизофренией, только тогда оно имеет смысл, содержательную основу и только в этом случае написанное будет прочувствовано на уровне подсознания и донесено до потенциального читателя. Текст всегда должен быть воплощением жизни. Это одна из мировоззренческих концепций, представленных в фильме.

«Les amitiés maléfiques» по Эммануэлю Бурдье не столько «Отравленные дружбы», «Проклятые дружбы», «Ядовитые дружбы», сколько «Яд внутри друзей», как изначально существующая и обусловленная природой и психотипом человека гнильца каждой личности из замкнутого литературного сообщества. На примере нескольких персонажей и их взаимоотношений Эммануэль Бурдье выстраивает концепцию, состоящую из нескольких идей. В большой аудитории перед студентами уверенный в себе, талантливый, амбициозный Морнэ — лидер по натуре — произносит ключевую фразу-идею.

Сдерживая силу, мы рвемся к сочинительству. Так вот — литература должна быть оправданна. Литература должна быть необходима. Письмо не имеет оправдания и никакого значения, если оно только не принадлежит жизни. Если мы можем жить без него, если мы можем даже не помышлять о письме, тогда все это — обман и болезнь. Роль критика — диагностировать болезнь литературы, а также, чтобы определить настоящее сочинение как сочинение необходимое. Вот почему критик — это существенное дополнение существования настоящей литературы.

Такие, как Морнэ, вряд ли когда-либо будут успешными, они становятся заложниками своего таланта, избыток которого приводит таких людей к творческому самоуничтожению. Люди с таким характером не выдерживают реалий жизни. Зачастую они разменивают свой дар на удобную красивую жизнь со всеми ее материальными благами. Для них сочинительство не важно, оно материализуется в жизненный достаток и перестает быть духовной составляющей, жизненно необходимой субстанцией. Для Морнэ творчество — это порыв, оно несерьезно, потому что было бы безумием серьезно относиться к тому, что ты умеешь дышать. Завоевав лидерство среди своих друзей Элюа, Александра Ферье, Эдуарда Франшона, он, как любимчик профессора, не может ждать и на отказ преподавателя идти на уступки, заявляет: «Присвойте мне степень», дает пощечину профессору и требует срочной выдачи диплома и поездки в Америку.

Флегматичный, слегка неуверенный в себе, спокойный Элюа — человек не одержимый амбициями писателя и, скорее, плывущий по течению к своему заранее уготованному успеху. Чудаковатый Франшон — типичный графоман, который, чтобы понравиться Сюзанне, публикует свой рассказ в модном литературном журнале. Расстроенная мать Элюа обнаруживает, что издательство опубликовало даже ее налоговую декларацию. Бесхарактерный Александр, увлеченный актерством и живущий сегодняшним днем. Все они попадают под влияние Морнэ, который, с одной стороны, является катализатором их успеха. Он нужен им, чтобы победить самих себя, его «ложь во спасение» очень важна для них. С другой стороны, сам Морнэ, отвергая законы литературного общества, не желая жить по правилам, остается не у дел. Этим сюжетным ходом Эммануэль Бурдье как бы формирует другую идею: творить, будучи вне рамок литературного социума — невозможно; полная творческая свобода — иллюзия, как и свобода любого человека в глобальном понимании — тоже всегда иллюзия. Литературный текст всегда выше его создателя и не зависит от писателя, но существует как самостоятельная единица, подверженная любой трактовке со стороны общества.

Литературное общество всегда замкнуто по своей природе, а потому — оторвано от реального мира с его проблемами и заботами. Эммануэль Бурдье говорит о негативном влиянии и некоей «проклятости» таких сообществ, которые всегда стремятся к подавлению личности, а вследствие этого, и подавлению свободы творчества. Он определяет стремление к свободе как основной мотив для «очищения сочинительства», отделения духовного от материального, где литература — всегда довесок ко всему остальному. В фильме герои плетут интриги, ходят на вечеринки и рассуждают о литературе, в общем живут своей жизнью, но…

… почему все-таки некоторые люди пишут?…