Молодая пара встречается уже два года. Девушка боится, что юноша может от нее устать. Постоянные истерики приводят к тому, что однажды Чи-Ву находит в себе силы заняться сексом с Си-Хи лишь только после того, как она предлагает ему представить себе другую женщину.
Как можно оставить о себе свежее и новое впечатление от каждой встречи у своего возлюбленного? Можно прибегнуть к пластической хирургии, полностью изменяя собственную внешность…
По-моему этот фильм целиком и полностью о человеческом эгоизме. О девушке, искавшей проблемы везде, где только возможно, и юноше, который просто ее любил. Такую, какая она есть, точнее была.
Главная героиня решается на серьезный шаг — пластическую операцию по совсем мелким причинам. Но кажутся они мелкими только нам, сторонним наблюдателям этой драмы; главной героине совсем не до шуток. Вся драматичность картины и состоит во внутреннем конфликте девушки, а ее любовь лишь усиливает эффект.
На самом деле, очень важно уметь извлекать уроки для себя в таких фильмах. Учитесь смотреть не только на себя и свои желания, но и на других, попробуйте понять и услышать тех, кто рядом с вами. И тогда ситуаций, похожих на эту станет меньше.
И что уж говорить, отличная режиссерская и актерская работа налицо. В прямом смысле слова.
Право, скажу, что не ожидала. Это чудесно. Восторг. Недоумение. Задумчивость. Полная голова мыслей.
Наверное, за то я и не люблю романтические комедии: за их идеальность, за предсказуемый сюжет и за всегда хороший конец.
«Время» как раз не вписывается в такие рамки, что радует (наверно, так можно сказать о нём). Во-первых, фильм начинается с конечной сцены. Только досмотрев историю до конца, понимаешь, что фильм будто бы получается связан, то есть как бы заканчивается и вновь начинается (ассоциирующееся слово у меня- круговорот). Хотя это совсем не означает, что «Shi gan» не имеет конца. Напротив, конец имеется, только о нём я скажу в конце рецензии.
Для меня фильм пронизан свойственной только японцам красотой. Некая никта утонченности, продуманности в каждой тонкости. Она показана во всем, начиная с прекрасных фигур на пляже(ну, столь же не обычных, как и прекрасных), заканчивая послеоперационной маски с губами и нежным (красным, кажется) беретом на волнистых каштановых волосах.
Мне понравилась игра актеров. Чем больше я смотрю кассовые голливудские фильмы, тем больше меня начинает привлекать авторское кино и кино иностранное. Смотря такие фильмы, кажется, что актер не играет роль, а проживает жизнь. Я не знаю, почему у меня возникает такое ощущение. Наверное потому, что на актерах таких фильмов не примеряются множественные кальки различных ролей-минижизней.
Тема одиночества. Мне кажется, это вот одно из основных мыслей фильма. Она пронизывает его, выражается в разных аспектах. Сначала одиночество девушки, которая чувствует, что перестала интересовать своего любимого. Потом потерянность и одиночество молодого человека, который ищет и ждёт до последнего возвращения своей любимой. И в конце, сгрызающее, пожирающее чувство безысходности. Полного, тотального одиночества.
И вот пожалуй.
Подходим к концу фильма. Нет хорошего конца. Возможно, ожидаемого хорошего конца. Конец, как может показаться, будет разрушающим, жестоким. Скажу так, это был мой первый фильм у режиссера, сценариста и продюсера Ким Ки Дука. И вот наверно одной из самых впечатляющих частей в фильме я могу назвать конец. Конец, который меня покорил и за который я стала уважать этого человека. Ким Ки Дук как нельзя точно смог показать не столько лечебную, прекрасную форму любви, сколько её разрушающую и смертельную силу. Он как бы рушит стереотипность «вечной жизни» любви. Тем самым, как мне кажется, это и есть его попытки донести до нас главный смысл картины — любовь рушима и нужно уметь её сберечь. Её необходимо беречь!
Эмоция первая, натуралистичная. Тошнотворные кадры пластобойни. Недаром эти кадры показывают юным девушкам, неудовлетворенным своими природными внешними данными. Вполне возможно, что изменение внешнего облика дает некий психологический толчок к изменению внутреннего «я». Тем самым есть шанс сдвинуть свою жизнь на более «удачные» рельсы. Но режиссер не дает нам шанса на эту иллюзию. И глубочайшие внутренние проблемы не уходят вместе со швами ни через пол года, ни через жизнь.
Эмоция вторая, ироничная. Интрига с подменой лиц особенно гиперболизирована для нашего европейского глаза. Лично я, буквально с первых кадров, был в сомнениях: этот прохожий — наш ли главный герой? Или только похож?.. А эта его случайная знакомая — это Она или, действительно, просто случайная?.. Ну, простите меня, но похожи они все очень.
Эмоция третья, прозорливая. Первые кадры фильма настойчиво твердили, что лицо в маске на пороге пластической клиники — это далеко не случайно. «А раз не случайно, то было бы весьма забавно, если бы это оказалась сама героиня в параллельном времени» — подумал я — «Но тогда как бы режиссер `зацепил` на себя, зациклил бы этот пространственно-временной континуум? Как бы смог реализовать мою шальную сюрреалистичную мысль?» И таки Ким Ки Дук смог! Представляете мое удивление в финальном кадре?!
Эмоция четвертая, эстетическая. Не оценить сад скульптур на побережье очень сложно. Настолько азиатское мышление отлично от нашего, что диву даешься: как в простых житейских предметах и элементарных физиологических действиях можно увидеть столько оттенков прекрасного. Переплетенные руки, тела, злая собака и спящий нагишом юноша, весь в эротических грезах… Так тонко подметить нюансы человеческих эмоций и чувственность отношений. Браво! Автора!
Эмоция пятая, актуальная. Когда увидел на лице героини маску с нарисованными губами, подумал: почему бы сейчас, в разгар «свиной лихорадки» не попытаться взглянуть друг на друга с юмором и иронией. Улыбка продлевает жизнь. Глядишь, может, и раскрашенные медицинские маски помогли бы победить очередную напасть. Представьте себе маски с жгучими усищами или ботексными губищами. Или «третьим глазом». Да пусть даже с забавными слоновьими хоботами.
Эмоция послевкусия. Собрав воедино все эмоции, в очередной раз задумался о сложности человеческих взаимоотношений, сложности понимания, «трудностях перевода». В едином клубке переплелись и восточный менталитет, и нелинейность женского мышления, и извечный конфликт разума и чувств… И этот клубок не мог ни привести к сбою временных рамок. И я благодарен режиссеру за то, что он оставил нас самим решать, что же все-таки произошло, и что из этого выйдет дальше. Потому что европейским ум сделал бы из сюжета очередной нескончаемый сериал о «потерянных во времени».
Вынуждена трагически констатировать: сдал большой эпатажник Ким Ки-Дук свой «шокер» в утиль и теперь балуется «производством слонов из мух заказчика». А ведь недалеки те времена (во!), когда стресс и психо-физический дискомфорт — были единственными вразумительными впечатлениями, что уносил с собой зритель с просмотра очередной ленты плодовитого корейца («Остров», «Плохой парень», «Береговая охрана»). Впрочем, после этого был и иной этап: спокойствие, созерцательность притчи о человеческой жизни и возрождении («Весна, лето…»), потрясающая чистота, откровенность, безупречность «Пустого дома», ювелирная пограничность «Самаритянки».
***
Ким Ки-Дук — личность в мировом кинематографе если не уникальная, то весьма и весьма особенная, оригинальная.
Во-первых, он родился и вырос в такой глуши, что, по утверждению ряда печатных изданий (опять врут!), свой первый фильм увидел лишь будучи в возрасте «слегка за тридцать» (из принципиальных ли соображений, или так тяжела была ситуация в корейской семье Кимов — дело двадцать пятое).
Во-вторых, человек, не имеющий практически никакого образования, Ким Ки-Дук снял свою первую картину в 1996-м году и с тех пор остановиться уже не может. Как результат — 14 полнометражных лент за без малого 11 лет, в арт-хаусном (простите за «грязное ругательство») содержании которых сомневаться как-то не приходится. Быстрее, кажется, снимает только японец Миике, но КПД лучше не сравнивать — Такаши впору повеситься на собственных подтяжках.
В-третьих, каждый, — слышите — каждый из его фильмов (два дебютных, кстати, любимых самим автором больше прочих, мы считать не будем исключительно из соображений лояльности), участвовал в официальной программе того или иного международного кинофестиваля, а уж количество наград и подсчитать не берусь.
***
«Время» — хронологически теперь уже предпоследнее творение Ким Ки-Дука и, честно говоря, о качестве последующего «Дыхания» остается только догадываться… хотя «до», лично я, претензий к южно-корейскому гению не имела.
Сюжет, в общем, можно изложить в двух словах, тем более что спойлеры в этом деле вообще не понадобятся. Милая барышня Сэ-Хи, окончательно порабощенная собственными «тараканами», а также, видимо, страдающая какой-то редкой психической заразой (иначе объяснить себе ее поведение я просто не могу), в один не особенно прекрасный для ее любимого мужчины день решает, что жутко наскучила последнему за 2 года непрерывного общения и идет ради любви на странную, а по ее мнению, единственно-возможную, крайнюю меру — побег и пластическая операция. Этим, собственно, внятные действия и заканчиваются. Дальше лишь бесконечные поиски себя, виноватых, друг друга, правды, любви и справедливости, которой, как известно на свете нет.
Вот и цимус, вроде, имеется… как положено — философский, поглубже упрятанный. Что-то вроде: «В чем смысл противостояния человека со временем, если исход схватки известен заранее? Возможно ли усилием воли «отключить» время — фактор влияния на отношения между людьми, оставив неувядающими и вечными страсть и любовь?», — и звучать бы должно это «Время», и переливаться, и сверкать многообразием граней, с таким-то замесом. Ан, нет! Гундосит невыразительно, по временам срываясь на фальшь.
Авангардная история «про любоff» в драмкружке филиала Института стали и сплавов в городе Бурёновске: ни атмосферы, ни характеров, ни драматической мощи, ни кусачей экспрессии, а главное, что для меня определило своеобразный провал «Времени», — это отсутствие элементов, определяющих национальную принадлежность картины.
Ранее в работах Ким Ки-Дука всегда присутствовала та самая загадочная азиатская ментальность, что поражает разум европейца, заставляя чувствовать себя обитателями другой планеты, если не вселенной. Способность жить в рамках иных человеческих законов, в слиянии с дикими, по нашим представлениям, обычаями, мыслить иными, более отвлеченными, кажется, категориями, дорожить своими «инопланетными» ценностями — все это возводилось режиссером в квадрато-куб, доводилось до абсолюта и выдавалось на гора зрителю. Реакция — глубокий шок! Очищение!
Эта восточная инаковость, на мой взгляд, один из главных козырей азиатов, ориентированных на европейского зрителя, тот фактор, что придает остроты и загадочности, заставляет нас чувствовать себя невежественным и ограниченным, отрезанным от возможности познать нечто, доступное им. Моему чистосердечному желанию «остаться в дураках» «Время» категорически не удовлетворяет. Больше того, случись замена актеров с характЕрным разрезом глаз на Ледуайен-Кане, к примеру, — будет французская история безумной любви, на каких-нить Уизерспун-Леджер — и помешательство по-американски перед вами.
Остались, правда, ожесточенность и безысходность, присущая лентам режиссера, но какие-то они вялые, неубедительные. Может, отчасти и актеры виновны в подобном эффекте. В нескольких особенно острых, судя по замыслу, моментах от их игры «по Станиславскому» приходилось с трудом сдерживать смех. Потом надоело — и уже не сдерживала. Рискую прослыть неромантичной, но мелко-копошащиеся в ворохе надуманных проблем персонажи вызывают лишь… нет, ничего не вызывают. Заставляют скучать.
Отдельное закавыченное спасибо заслуживают отечественные прокатчики, определенно нуждающиеся в массовой имплантации «серых клеточек», наличием которых так гордился в свое время Эркюль Пуаро. Выпусти «в народ» с субтитрами «Остров», «Весну, лето…», «Натянутую тетиву» и иже с ними, вопросов бы не было, ибо текста во всех вместе взятых — едва на машинописную страницу наковыряешь.
Во «Времени» же достаточно объемная часть смысла, формального объяснения поступкам персонажей, кроется в диалогах, вычитывать которые в виде быстроменяющегося нагромождения текста (часто «белым по белому»), под звуки корейской своеобразной речи, напоминающей скорей нежное журчание воды в бачке унитаза, чем человеческий язык, весьма затруднительно. Замечу, что при этом, надо успевать концентрироваться и непосредственно на картинке, не только в силу ее божественной, хоть и пустой красоты, но и чтоб хоть мало-мальски запоминать и к концу сюжета начать отличать друг от друга лица героев. Сложно, однако.
Вывод.
«Время» — удручающе, не по-Кимовски многословная, катастрофически усредненная мелодрама, выстроенная на относительно оригинальном сюжете. Качественно сделанная, но драматически безликая и выхолощенная по смыслу в угоду форме, вероятно, с целью «привлечь массы». Что ж — массы ваши, товарищ Ким! Ибо ни один ржуще-пиво-пьющий элемент из зала не вышел. Даже по нужде. А кино-то получилось проходное.
7 из 10, учитывая всю совокупность внушительных заслуг режиссера.
«Как страшно чувствовать,
что течение времени уносит всё,
чем ты обладал».Блез Паскаль
Прочитав только лишь одну рецензию к фильму, у меня появилось огромное желание посмотреть этот фильм. Японские фильмы всегда вызывали интерес, но драмы японских режиссеров я никогда не смотрела. На протяжении всего фильма я сидела в ожидании того самого главного момента, встречи влюбленных. Но этакий, на первый взгляд простой сюжет обернулся достаточно неожиданно для меня.
Фильм действительно надо смотреть.
А парк скульптур просто потрясающе красив. Очень хочется побывать в столь волшебном месте.
Сегодня утром второй раз посмотрела этот фильм, не сначала правда, но посмотрела. На мой взгляд, это нечто невообразимое, ни на что не похожее. Честное слово, подобное впервые предстало передо мной. Вызвало неоднозначные эмоции и шок.
Это картина о любви, о красоте, о вечности и о жизни. Просто о жизни. Никто из нас не застрахован, увы, от того чтобы просто потеряться в этом всём, просто потерять связь с тем кого безумно любим. И каждый из нас может так же начать сходить с ума от ревности, как и главная героиня. И к несчастью в какой то степени в ней я узнаю себя, ведь тоже люблю, но параноидальную ревность пока держу в руках, хотя со своим мужчиной я, как и главная героиня, уже 2 года…. Хех, не стоит забывать о том, что ничто не вечно и ход времени нам остановить не удастся при всем желании.
Парк скульптур у меня вызвал восторг! Безумно хочу увидеть это чудо человеческой фантазии своими глазами, я обязана это увидеть!
Я не любитель «тяжелых» кинокартин и вся трагичность и драматичность этой картины, словно осакдок, осела на дно моей души. Есть о чем задуматься.
Моя оценка:
8 из 10
Хорошая картина, красивые актеры и безумно живые эмоции.
Тронуло.
Любите, цените, что имеете и держите голову на плечах.
Как-то Альберт Эйнштейн предположил, что время неодинаково в различных точках, Ким Ки Дук постулирует, что оно относительно для различных людей. Мы ускоряем время нашими эмоциями, или же они делают это без нашего ведома.
Для Си Хэ время течет медленно, особенно в моменты ревности, и ускоряется, когда она видит себя в зеркале. Время убивает их любовь с Чи Ву оружием привыкания. И тогда Си Хэ вступает в безжалостную схватку, закрутив колесо времени так, что оно не может их не покалечить.
Сегодня Ким Ки Дук — главный бренд южнокорейского кинематографа. Он выпускает фильмы как на конвейере, наполняя свои сценарии удивительной глубиной, притчивостью и жестокостью. Как и Харуки Мураками, на родине Кима недолюбливают, но это не мешает режиссеру прославлять и популяризировать отечественную культуру. Является это минусом или нет, но фильмы Ким Ки Дука узнаешь из тысячи, по сценам, утопленным в тишине, по озерам и домикам на понтонах, по рыболовным крючкам и потусторонней физиологичности.
Во «Времени» Ким Ки Дук изменил себе. Это уже не задумчивая история о смысле жизни, а динамичная игра двух людей, примеряющих чужие лица как в ролевых играх. Корея — один из лидеров пластической хирургии, и это стало тем социальным элементом, которыми Ким обычно брезгует в своих лентах.
Однако, он не изменяет себе в выборе красивых пейзажей. Сюрреалистический парк скульптуры, в который то и дело возвращаются герои, как руки из глубин океана времени хранят связь между Си Хэ и Чи Ву. Но даже эти руки может поглотить вода, если нерациональными действиями вызвать бурю.
«Мы потеряли героев…» Их и правда нет. Весь фильм режиссер играет с нами в прятки. Сначала скрывает в толпе лиц Си Хэ, а потом Чи Ву. Проблема не в том, что все восточные лица как одно, просо героев мы теперь можем узнать лишь по маскам, вырезанных из старых фотографий.
Функцию мраморных океанических рук с лестницей в небо выполняет и уютное кафе, столик у окна, погруженный в хаос многомиллионного города. Не спасет. По Ким Ки Дуку герои обречены.
«Время» — мой любимый фильм корейского гения. Пускай Ким и не сказал ничего нового, в этот раз он объединил монашеское смирение и большой город. Пластическую хирургию и любовь, одинаково не гарантирующие счастья. Тревожную музыку и кадры. Немыслимую игру в прятки со зрителем и извечную медитативность. Идеально закольцованный сюжет и рваную нить повествования.
Где-то среди тысяч лиц плывет новое лицо Си Хэ, в маске и с выжженным сердцем, подтверждая тот факт, что пластическая хирургия — это прежде всего скальпель и кровь.
Многие ругают Ким Ки Дука за этот тринадцатый по счету фильм, но мне он понравился неожиданным поворотом, который вызвал у публики ступор-поясню:
в кинотеатре сидело на премьере человек 40, и все вели себя очень оживленно, весело, похихикивали как будто на семейной комедии.
Я тоже не отставал, удивляясь как взрослые люди могут придумать себе столь дурацкие, абсолютно не нужные проблемы. И многие, как и я собрались после просмотра пойти либо в парк, либо еще куда-нибудь обсудить фильм, но после завершения все с каменными выражениями лиц разъехались по домам. У меня был легкий шок от той безысходности, огромной бездны которую люди выкопали для себя. А ведь они и правда любили друг друга.
Какое-то психическое расстройство повлияло на ход и
х поступков в жизни. Эта проблема с пластической хирургией насколько я слышал остро стоит в восточной Азии и для нас как-то трудно представить, что можно легко делать операции смертным людям. Но эта проблема не заставит и нас долго ждать.
Фильм получился не таким как то, что я видел у Ким Ки Дука раньше, но он заслуживает внимания зрителя.
Жила-была пара, он и она, 2 года вместе. И вот у девушки всё чаще и всё навязчивее проявляется мысль о том, что она надоела своему молодому человеку, что одно и то же лицо каждый день — это то, что лишает его интереса к ней; и эта мысль приводит её под скальпель к пластическому хирургу. Она исчезает из жизни молодого человека на 6 месяцев, а возвращается с новым лицом, будто новый человек. Но принесло ли ей это счастье…
Противоречивые ощущения от увиденного. С одной стороны, понимание того, что главные герои сами наломали дров, сами создали себе проблемы и сами лишили себя своей любви (вернее, истеричная, не вполне психически здоровая, на мой взгляд, главная героиня); с другой стороны, все эти мысли замолкают в финале картины, когда всё происходящее уже перестает быть каким-то непонятным фарсом, а становится вполне реальной трагедией. Да и бесконечность сюжета, его обезличенность, цикличность, показанные в последних кадрах, всё-таки оставляют сильное впечатление и ощущение пустоты и бессмысленности от всего произошедшего.
Несмотря на надуманность проблемы, фильм смотрится на одном дыхании.
Философский фильм, переворачивающий сознание и заставляющий взглянуть под абсолютно «другим» углом зрения на трагическое соотношение любви и времени.
Любовь не может развиваться отдельно от времени, а время не может стоять на месте. Любовь вынуждена бежать за временем, но никогда его не догонит и даже не сможет бежать с ним в одном темпе, и потому в какой-то момент ей становится скучно и неинтересно, она устаёт бежать, бежит всё медленнее, и в конце концов совсем останавливается и умирает.
Примерно такой ход мыслей у главной героини. Но она не согласна с такой концовкой! Вполне обычное желание не допустить смерть своей любви, но весьма оригинальное решение этой проблемы — искусственно заставить любовь бежать даже не впереди времени, а вообще вне его.
Теоретически она предусмотрела всё. Практически — не учла самого главного, того, за что она боролась. Любовь и время не могут быть разделимы. Попытка отделения любви от времени бесполезна так же, как и попытка влюбить в себя кого-то, кто любил, любит и будет любить другую. И этой другой оказывается она сама. До операции она ревновала его ко всем, после — исключительно к самой себе.
Трагический парадокс заключается в том, что для неё она прежняя и она настоящая неразделимы, а для него — это две разные девушки. Она хотела, чтобы он любил её такой, какая она есть, и она добилась этого. Но только этого и ничего больше, и только её, какая она была, а не какая есть сейчас. Добилась, а вернее, думала, что этого надо добиваться, и не знала, что боролась со временем бессмысленно, ведь у неё и так было то, что она хотела.
Поменялось лицо — должны поменяться и цели. А у её нового лица цели прошлого лица, ведь это лица одного человека. Прошлая цель достигнута. Но лицо-то новое! Она теперь и сама не знает, кого должен любить он: её прежнюю или её настоящую. Сейчас ей наверняка хотелось бы снова попытаться обмануть время, вернуть себя прежнюю, но второй раз этого уже не получится, ведь она переродилась необратимо. И лишь в конце фильма она сможет встретиться с самой собой.
Молодой человек, возлюбленный героини, чтобы доказать свою любовь, тоже решается играть в эту странную и глупую игру со всемогущим временем. Но время тоже играет в игру с людьми, которые не хотят с ним считаться.
Советую посмотреть как тем, кто знаком с творчеством Ким Ки Дука, так и тем, кто не знаком. В любом случае этот фильм Вы никогда не забудете, а потому он более чем достоин быть просмотренным.
Кстати, о времени: фильм длится недолго, а кажется, что часа 3. Вот так Ким Ки Дук обманул время.
38.8 тыс. 
17.7 тыс. 
14.9 тыс.
