Когда-то Джанни и Джулия были молоды и счастливы. Джулия ждала ребенка, и Джанни был готов носить ее на руках. Но роды оказались тяжелыми — Джулия не выжила, а вот ребенка чудом удалось спасти. Пришедший в отчаяние после случившегося, Джанни даже видеть не захотел своего новорожденного сына, которого взяла на воспитание сестра Джулии.
И вот, спустя много лет, их встреча все же состоялась. Родовая травма, полученная Паоло при рождении, сделала его неполноценным ребенком. Но, по мнению врача, знакомство Паоло с его настоящим отцом должно благотворно отразиться на его здоровье. И теперь отцу и сыну во время совместной поездки в детский реабилитационный центр в Берлине предстоит не только узнать друг друга, но и почувствовать всю крепость кровных уз, незримо связывающих их между собой.
Инвалиды в кино — тема деликатная, могущая глубоко ранить чувства зрителей и в то же время — спекулятивная, защищающая создателей от жесткой критики. Каким бесчувственным чурбаном или, того хуже, бессердечным злодеем окажется критикующий автора с благородными намерениями.
Все же позволю высказать несколько замечаний не только лично моих, но и посмотревшего фильм моего друга с тем же диагнозом, что и у главного героя и хорошо его чувствующего.
Тема — взаимоотношения сына-инвалида, пораженного ДЦП и новоявленного через пятнадцать лет отца. Попытка отца понять и принять ребенка, живущего в мире собственных грез.
Первое и главное замечание. Очень неудачен выбор актера на роль отца — «красавчега» Кима Росси Стюарта — работающего лицом на камеру, как модель пиджаков торговой сети «Dressman». Непроизвольно он «перетягивает одеяло на себя» и оттеняет сына (Андреа Росси, реальный инвалид), которому по смыслу и должен сопереживать зритель. В результате картина получилась «сухой», то бишь малоэмоциональной, — за носовым платком в карман не полезешь.
Другие замечания к сценаристам. Сфальшивили специфику личностных отношений с больными ДЦП и одновременно сиротами. Тут имею ввиду бесконечные муси-пуси, поцелуйчики и поглаживания, естественные и понятные обычному человеку и как током бьющие вторых.
Та же фальш — в последней сцене. В реальной жизни больной вряд не поймет слезы угрызения совести и раскаяния. Этот момент — просто для красоты на обывателя.
Особенно неприятно задел эпизод с выбрасыванием палки инвалида. Здесь проявляется либо эгоизм героя, сгоряча решившего самому стать вечной подпоркой, либо просто глупость сценариста. Тут же можно было выбросить и очки слабовидящего сына.
Плюсы. Великолепная игра Шарлотты Рэмплинг, тонко прочувствовавшей свою героиню — мать — и на нюансах передавшей свои эмоции. Не даром камера как в стоп-кадре задерживается на ее лице минуты на две (отдельное спасибо режиссеру и оператору).
Верно подмечены фантазии с «настоящим» отцом и девушкой Кристин; капризы с телевизором и побег. Есть внутренняя логика персонажа.
В общем рекомендую как хорошую драму, особенно социальным работникам и медперсоналу, связанным с темой профессионально.
Что сказать… С того момента, как нам впервые показывают Паоло в вагоне-ресторане, этот человек овладевает умом зрителя, приковывает внимание. В нем, как физически неполноценном человеке сосредоточено именно то, что вызывает у зрителя не сочувствие, но сопереживание, не жалость, но некую любовь, желание прижать человечка к себе, защитить его.
Вот здесь, в месте, где должен быть человек, способный на это, и появляется Джанни — родной отец Паоло. Изначально в Джанни отражено чувство вины (так положено по сценарию), но оно не настолько выражено, чтобы перебить на его лице (лице актера) необыкновенную Любовь к мальчику. Ким Росси Стюарт сыграл великолепно. На его задумчивое, слегка несчастное лицо можно смотреть и смотреть, не уставая. Так сыграть может только человек, испытывающий в подобной ситуации реальные чувства.
Единственным излишеством в картине я бы назвал присутсвие Кристин — девушки, которую мы видим на фото. Паоло способен любить, но акцентировать внимание на Любви к женщине (пусть девушке) в контексте проблемы отец-сын, несколько неуместно. Отдает голливудской мелодраматичностью. И если вы мысленно выбросите все упоминания о Кристин из фильма, то поймете, что ничего не изменилось, а значит, это было ненужным.
Резюмируя, скажу, что фильм — не драма. Здесь не стоит плакать, но бесконечно сопереживать и радоваться. Тем, кто не смотрел, смотреть обязательно! Это 100% европейское кино, и это не «Море внутри», потому что физическая неполноценность — не краеугольный камень сюжета, но лишь составляющая, где основа все же — Человеческие взаимоотношения.
Фильм начинается без лишних предисловий коротким разговором двух мужчин, встретившихся на вокзале, чтобы с рук на руки передать пятнадцатилетнего мальчика, направляющегося в берлинскую клинику для очередного курса лечения от тяжёлого недуга. Один из этих мужчин, Джанни, — его отец, другой — приёмный отец, муж сестры Джанни.
Возможно, муки совести совсем заели Джанни, и он решил вернуть долг сыну своей умершей при родах жены, возможно, на это повлияло рождение его собственного ребёнка от новой супруги. Так или иначе, с испугом и напряжённым ожиданием он вошёл в вагон поезда, в купе которого спал его первенец.
Если бы Паоло был полноценным ребёнком, встреча этих двух могла быть достаточно предсказуемой. Кто-то извинялся бы, кто-то — обвинял. Но только не в этом случае. Паоло страдает от детского церебрального паралича, он знает, кем ему приходится Джанни, но ни в чем его не винит.
И пусть горе-отец не может запомнить какую руку сына надо продевать в рукав первой, а какую — второй, чтобы не причинить ему боль, между ними нет барьера недоверия и отчуждения. Потому (и это видит Джанни), что этот подросток со скрюченными руками и заплетающейся походкой такой же человек, как и все: со своим характером, даже можно сказать норовом, привязанностями и привычками, по-своему мудрый и рассудительный.
Кто-то скажет: жалость, кто-то подумает: жертвенность. Ответом на это является роль Шарлоты Рэмплинг, несущей свой крест в лице полупарализованной дочери. Её образ отражает всю противоречивость и неоднозначность отношений инвалидов и их родителей, живущих борьбой, надеждой и отчаянием, выраженным шёпотом-криком: «Почему она не умирает?»
Но, может, вся соль именно в том, что они живут? Именно живут, живут своей жизнью, своими интересами, увлечениями. Они не такие как мы, но ведь и все мы разные. Именно жизнь увидел Джанни во взгляде своего сына и, увидев, уже не мог жить без него.
Андреа Росси сделал в роли Паоло то, что он должен был сделать: честно прожить перед камерой часть своей жизни, той самой жизни, которой он живёт со своего рождения: уникальный случай исполнения драматической роли актёром-инвалидом, сложный с психологической точки зрения и некоторых этических норм. Работа этого мальчика совершенна, в ней нет изъянов и фальши. Знак признательности — режиссёрское посвящение этого фильма: «Андреа и Андреа».
Сила его игры — в правде. И эта правда покоряет, как покорила она Кима Росси Стюарта, готового молиться на своего юного партнёра, которого он, того и гляди, начнёт носить на руках. Слегка обалдевший, Ким не забывает о главном и его Джанни неплохо успевает за Паоло Росси.
Так всё же о чем этот фильм? На верное, он всё-таки о жизни, что есть у каждого живущего на земле. Уникальной и неповторимой человеческой жизни, которая может быть трудной и изнурительной, но при этом не перестаёт быть жизнью.
29.4 тыс., 
