Дон Уинер, некрасивая девочка-очкарик двенадцати лет, заканчивает выпускной класс начальной школы. Учителя третируют ее, одноклассники унижают, младшая сестра презирает, а старший брат игнорирует. Первая любовь — к озабоченному сексом рокеру-старшекласснику Стиву только добавляет масла в огонь, превращая жизнь Дон в настоящее бедствие… В какой-то момент рассерженная девочка здоровым тесаком отпиливает кукольную голову. Но не все так плохо. И намерение хулигана Брендона изнасиловать Дон оборачивается началом трогательной дружбы…
На протяжении всей истории тема школы всегда была одной из передовых, часто затрагиваемых как в советском кинематографе, так и в мировом кино.
Конечно же, как и любое популярное направление, отражение жизни подростков также эволюционировало. Данный фильм находится на переходном этапе 90х, и в этом его особое очарование.
Девочка Дон — самая усреднённая по всем параметрам — у неё обычная семья, разлад со всем миром, живёт она в середине Америки и учится в средней школе.
В классе её называют лесбиянкой, потому что она беспомощная и не следит за своей внешностью; дома вся любовь родителей распределилась между старшим братом, способным и предприимчивым и маленькой сестренкой, милой, умненькой и красивой.
Здесь показана трагедия каждого представителя «детей» в конфликте — брат мечтает выбраться в люди, чтобы о нем судили не по внешности, а по делам; младшая сестра становится жертвой киднеппинга; главная героиня строит воздушные замки на разрушенных мечтах, склеивая осколки немногочисленными взглядами и улыбками, адресованными не ей, она не знает, что эти замки потом так трудно разрушить.
Дона часто мечтает о том, как станет популярной, хотя на самом деле в конце мы видим, что ей нужно было только одно — чтобы значимые в её жизни люди сказали ей всего три слова «я тебя люблю». Нехватка любви и подсознательная месть за отвергнутые чувства заставляют сомневающуюся Дону оттолкнуть мальчика из неблагополучной семьи, доверившегося ей, из-за иллюзий, а после того, как они развеиваются, становится уже поздно.
Прекрасный фильм, затрагивающий такие темы, как деградация института семьи, противостояние «отцов и детей», школьные взаимоотношения, отношения между парнями и девушками и т. д., дальнейшим продолжением которого стали «Загадочная кожа», «Милые кости» и т. д.
8 из 10
P.S. Больше всего поразило, что в сериале «Американский папаша» прототипом друзей Стива послужила музыкальная группа старшего сына из «Добро пожаловать в кукольный дом» — толстый Барри, китаец и мальчик с толстыми очками.
Молодая история американского независимого кино была бы не полной без фигуры Тодда Солондза. Как его только не называют — циником, мастером реверсий, патологоанатомом душ, социальным терапевтом. Все это и правильно, и неправильно, так как Солондза, несмотря на его ровное творчество, сложно вписать в некую эстетическую матрицу со всеми ее атрибутами, сковывающими индивидуальность художника.
В следующей, наиболее противоречивой ленте «Добро пожаловать в кукольный дом» (1995), личную трагедию Солондз приправляет кетчупом комедии, вычеркивает из словаря политкорректность, а фраза «Встречай меня в три часа дня, и я тебя изнасилую» звучит убедительней и честнее, чем большинство эстетических порывов американского кино начала девяностых. Нужно учитывать, что говорит это гопник Брендон некрасивой очкастой зубрилке Дон, которую унижают в школе, презирают дома и вообще уровень самооценки у бедной девочки падает катастрофически быстро [1]. Ничего удивительного, что Дон соглашается «быть изнасилованной» [2], и происходит это не только из-за экзистенциальной юношеской безнадеги, но, что немаловажно, из-за желания «быть как все». Здесь Солондз артикулирует главный концепт своей вселенной, в которой «вывихнутое» бытие живет по тем же законам, что и «нормальное» общество. Однако поступок Дон кажется нам более искренним и честным, чем система сложных и абсурдных ритуалов современной культуры. Поэтому Дон Уинер идет на эту крайность и логичной оказывается дружба/любовь между «насильником» и «жертвой». В свое время продюсер Тэд Хоуп (Ted Hope) определил стиль Тодда Солондза как «комедийную трагедию, в которой Тодд всегда знает, как сохранить баланс между несчастьем и юмором. Вы никогда не уверены, смеяться Вам или рыдать» [3].
Рефреном повторяется сцена из «Добро пожаловать…» в последнем на сегодняшний день фильме «Жизнь в военное время» (2009), где эпизод обеда в ресторане Джой (Ширли Хендерсон) с «извращенцем» Алленом (Майкл К. Уильямс) маркирует желание наладить отношения, несмотря на взоры других, реплики официантки и другие условности общества. Желание «быть как все» (ведь герои Солондза прекрасно понимают свою маргинальность и обреченность культурного, объективного бытия) вызывает телесный и душевный трепет [4] не только у героини Хендерсон, но, в конечном счете, у всех тех странных «дядей и тетей». Однако, более тесная связь «Жизни в военное время» просматривается с третьей полнометражной лентой Солондза — «Счастье» (1998), наверное, самой сильной его работой.
Несмотря на это, «Добро пожаловать…» нужно смотреть и любить (если любовь — это понимание) во многих смыслах. Во-первых, для знакомства из творчеством и методом Солондза. Во-вторых, для «душевной тряски», ведь моральные и социальные проблемы, поднятые у ленте, острые как бритва. Но будьте осторожными — бритвой можно и пораниться на всю жизнь!
[1] Читаем в «Словаре культуры ХХ века» Вадима Руднева: «В основе невроза, согласно концепции Адлера, лежит комплекс неполноценности — заложенное в раннее детстве болезненное чувство своей никчемности, которое невротик пытается победить путем гиперкомпенсации, стремясь к неадекватному господству над близкими и в идеале над всеми людьми». Поведение девочки Дон полностью совпадает с определением комплекса неполноценности Альфреда Адлера, где неадекватность является формой самореализации, даже если эта форма представляет собой некий трансгрессивный поступок.
[2] Солондз постоянно работает с парадоксами, разворачивая логику и меняя смысловые акценты. Например, во фразе «я согласна быть изнасилованной» присутствует открытый лингвистический парадокс, ведь согласиться на изнасилование никак нельзя! Суть изнасилования в том, что это грубый, неожиданный и односторонний акт, не предусматривающий согласия Другого.
[3] Comedic tragedy. Todd knows how to maintain that fine balance between heartbreak and humor. You`re often unsure whether to laugh or cry.
[4] Показательным в этом смысле является стартовый диалог между персонажами в «Жизнь во время войны»:
- Ты в порядке?
- Ага.
- Уверена? С самого начала кажется, будто ты немного расстроена.
- О, нет, нет… Просто у меня небольшое дежавю.
Это фильм о девочке-изгое. Такая девочка есть в любом классе. Её никто не хочет слушать, никто не хочет понять. В своей семье она далеко не любимица, вся любовь и нежность родителей обращена на её младшую сестрёнку-милашку. История главной героини, это грустная история о несправедливости, непонимании и равнодушии. Всегда, когда я смотрю этот фильм, мне хочется плакать. И я думаю, как можно ей помочь. Но нельзя заставить любить насильно. Людям не понять эту странную и тихую девочку.
Довольно тяжелый фильм о вполне обычной семье в американской глубинке. История девочки-подростка, которая чувствует себя совершенно лишней в своей семье и не находит понимания ни у родителей, ни в школе. Режиссёр рассказывает её без прикрас, но с большой нежностью к этой девочке.
