После смерти родителей молодой счетовод Уильям Блэйк в надежде на работу приезжает на Дикий Запад, где по злой воле случая за его голову назначается награда в 500 долларов. Раненного в грудь возле сердца, его выхаживает индеец, которого много лет возили по городам Америки и Англии в качестве живого экспоната. Он принял этого юношу в очках за поэта Уильяма Блэйка, чьи стихи запали в сердце «дикаря», и стал его ангелом-хранителем. А опекаемый, лишившись очков, сам вдруг стал стрелять без промаха, увеличивая стоимость своей головы, оставляя за собой след из трупов лиц, охочих до награды, и приближаясь к тому «месту, откуда приходят и куда возвращаются все духи»…
В американском разговорном языке выражение to go West означает нечто иное, нежели просто отправиться на Запад, а именно — погибнуть или умереть. Учитывая, что лента неголливудского независимого классика Джима Джармуша называется «Мертвец», а специально созданная для её съёмок кинофирма — «12-й калибр», то имеется полный набор для типичного вестерна о рискующих авантюристах с далёких фронтиров, которые рано или поздно всё равно найдут собственную смерть от кольта какого-либо калибра. Но юный Уильям Блейк из Кливленда в штате Огайо, что располагается на берегу озера Эри (кстати, и сам режиссёр — родом из Экрона в том же северо-восточном Огайо), словно появляется из небытия и уходит туда же, совершая своё индифферентное странствие по ландшафтам Дикого Запада в конце XIX века.(... читать всё)
Some are born to sweet delight, Some are born to endless night.
О том, как всепоглощающая картина Джима Джармуша в корне переворачивает представление о привычном кино. Независимость картины стопроцентная, определенно одно из лучших творений Джармуша.
С каким трепетом нужно было подойти к съёмкам подобного кино — одному режиссеру известно. При всей мрачности, меланхолии и черно-белого цвета вполне прозрачно то, с какой душой сделан фильм.
Минимум диалогов, максимум атмосферы, причем определенной атмосферы, которая присуща большинству работ Джармуша, когда создается впечатление, что это ты сидишь там. а сейчас смотришь в окно, а сейчас ты мертв.
Фильм о единственном пути, который предопределён каждому.
«Ты научишься говорить языком пуль, и отныне
твои стихи будут написаны кровью»
Обычно в русском народном фольклоре Витязь останавливается на распутье, около камня, на котором написано следующее: прямо поедешь — смерть найдёшь, направо — женатым будешь, налево — богатым. Это один из примеров выбора, к которому всегда стремиться человек. Это единственная точка, у которой нет ничего лишнего, так как весь пройденный путь остаётся позади… Все варианты выбора сведены к минимальному количеству, а работа заключается в одном действии — в принятие решения. Как обычно говорят: выбор есть всегда, но всегда ли есть выбор?
Фильм Мертвец Джима Джармуша вообще не говорит нам ничего о выборе. С начала фильма, мы начинаем наблюдать странную бесповоротную линию сюжета, ведущую нас к одному логическому концу…. В начале фильма становится известно, что главный герой бухгалтер, у которого умерли родители, и ушла невеста, он покидает Клинверд и направляется на дикий запад в город Машин. Примечательно, что молодой кочегар, подсевший к нему в поезде, называет это место тупиком. Может быть, изначально выбор для молодого бухгалтера и существовал, но он избрал путь, оканчивающийся тупиком, иначе смертью, что, впрочем, кочегар и предсказывает. Можно предположить, что дорога мертвеца начинается с самого начала фильма. Метафорический эпиграф Анрэ Мишо: «По возможности не путешествуйте с мертвецом», говорит, что опасно путешествовать с человеком, у которого нет судьбы, который идёт по дороге к концу «везёт свой плуг и телегу по костям мертвецов», свернув с пути рока.
Чувство, которое нас сопровождает при просмотре фильма, это абсурдность всего происходящего. Нелепость и неприятное отвращение к определённым моментам и персонажам, например, к охотнику за головами, который не прочь перекусить человечиной, фанатик-священник, торгующий освещёнными пулями, город Машин, чьи горожане напоминают зверей, а само место наводит на чувство полной обречённости. Мы начинаем чувствовать то, что чувствует герой, встав на ступень чистилища. Здесь присутствует какая-то частичка сна, бредового сновидения, где невозможно определить конец и начало происходящего, а можно только проснуться. Что и стремиться сделать Уильям.
Можно долго говорить о том, когда в фильме умер герой, когда он стал мертвецом, и была ли это смерть физическая. Видь для человека, возможно, знать точно, когда придёт его смерть, и дело тут вовсе не в предсказании и прозрение, просто духовно человек может созреть для смерти. Путь, который мы проходим на земле лишь духовный путь. Плоть — пристанище, носитель души у которой есть определённая цель. Недаром, индеец Никто, сопровождающий Блейка на протяжении фильма, говорит: «поиск истины это священный промысел, Уильям Блейк, для этого нужно долгое время обходиться без пищи и еды, духи любят тех, кто поститься». За время путешествие интересно наблюдать, как крепнет духом герой. В начале их совместного пути, Никто спрашивает: «Ты убил бледнолицего, который убил тебя?», Уил отвечает: «Я не умер» — здесь преобладает сознание плотское, земное, герой отвечает трезво, ещё не отступив от прошлой жизни, от прошлых привычек, это доказывают, что на самом деле пугает нас в смерти. Это не только неизвестность, но и страх потерять собственное я, потерять тело, потерять всё к чему мы так привязаны. Затем, когда путь героя определяется, как путь мертвеца: Никто под воздействием галлюциногена видит лицо Уила в виде черепа, индеец рисует зигзагообразные полосы на его щеках, герой начинает осознавать, что дух его на пути к смерти, он находит мёртвого оленёнка и отмечает себя кровью, тем самым осознавая общее между собой и мёртвым животным.
Так же считают, что герой умер в момент бытовой сцены, когда жених застаёт свою невесту с любовником, и в порыве ревности убивает одной пулей свою невесту и попадает в любовника. Герой падает из окна, и мы видим звёздное небо, а на нём пролетающую комету — символ души, которая покинула землю. Остальные похождение героя это метания души на земле, предсмертные галлюцинации, путь после смерти к вечному покою, в сопровождении проводника в мир духов — индейца Никто, или дословно Бестелесного.
Сначала герой отмечен смертью до момента убийства девушки и падения из окна, затем он умирает физически, получив пулю в грудь, и умирает духовно (если можно так сказать, так как его дух, по словам Никто, уходит туда, где обитают все духи, уходит из мира, но не исчезает на самом деле).
Никто принимает героя за английского писателя Ульяма Блейка. Он помогает дойти герою до Зеркала вод, через которого дух писателя снова вернётся в место, где обитают все души. В понимании Никто, в его убеждениях и верованиях его народа, присутствует представление жизни и смерти как цикла. По ходу фильма создается такое впечатление, что индеец не осознаёт смерть. Он не воспринимает её как физический процесс, а лишь определяет порог, через который нужно шагнуть на другой уровень бытия духовно, тесть заново возродиться.
Мертвец оставляет за собой мертвецов. На протяжении всего пути героя сопровождают символы смерти: черепа и скелеты людей и животных, тела убитых. Все кто были как-то связаны с героем, в конце концов, умерли. Уил отплывает на каноэ в океан и видит, как на берегу стреляют вдруг друга преследователь каннибал и Никто, оба падают замертво. С таким завершение Уильям Блейк отплывает от берегов этого мира.
Человек мертв только тогда, когда он это осознал. Если осознание этого ещё не пришло, то дух остается постоянно на берегу вод, через которые ему не проплыть. Говорят, что выбор можно всегда определить, но зачастую всё происходит не зависимо от человека. Нельзя сказать, что мы не вольны выбирать, воля заключается не в процессе выбора, а в момент осознания пути, на котором ты оказался.
К просмотру этого фильма меня подтолкнуло присутствие в нем Джонни Деппа и реклама по 1-му каналу, где упоминалось о том, что данный фильм столь же загадочен как творчество Джима Мориссона.
Фильм начинался поздно вечером в пятницу — прошло уже много лет, а я до сих пор помню этот день и то, как с первых же кадров меня околдовали эти черно-белые эпизоды с затемнениями и завораживающая музыка Нэйла Янга…
Смотрим на одно, а видим разное: кто-то может поставить плюс только за хорошую работу звукооператора, кто-то удивляется — для чего Деппу было соглашаться на невыразительную роль безвольного жалкого бухгалтера, а кто-то пишет стихи, в которых продолжает ощущаться дыхание этого бесконечного пути к краю водной глади, где она сливается с небесами…
По-настоящему талантливый человек (каковым для меня является Джим Джармуш) никогда не делает кино ради того, чтобы четко изложить суть какой-либо проблемы, а в финале столь же четко втолковать зрителю — какие он должен сделать выводы из увиденного. Джармуш относится к той редкой породе кинематографистов, которые хотят, чтобы зрителю было прежде всего безумно интересно, чтобы у него фантазия подключалась… Джармуш словно шаман вводит зрителя в некий транс, привлекая в напарники еще одного талантливого дядьку Нэйла Янга, и вот уже вроде и табак не курили, а начинает казаться, что находишься где-то в нереальном мире… Что происходит на самом деле, а что является вымыслом?..
Ну а что касается Джонни Деппа — всегда радует, когда шикарный актер не сковывает себя рамками какого-то одного амплуа и одного жанра. Он всегда разный и в любом своем проявлении фантастически хорош. Он обожает подобно хамелеону «менять кожу», и благодаря невероятной силе своего актерского дарования делает это с блеском.
Для меня «Мертвец» — это кусок огромного мира, созданного Джармушем, Деппом, Янгом и всеми, кто… был в этом поезде, в этом городе, в этом лесу, на этой реке…
Наверное, я тоже там была, иначе отчего каждый раз при упоминании об этом фильме та незабываемая гитарная тема начинает звучать в моей голове…
На момент написания данных строк я ознакомился уже со всеми полнометражными художественными фильмами, снятыми Джимом Джармушом. Так что могу с чистой совестью говорить — это самое необычное, интересное и стильное его творение. Уникальное со всех сторон, т. к. если пытаться однозначно и кратко его охарактеризовать, то столкнёшься с неразрешимой проблемой. Тут ответом будет не что-то единичное и точное, а скорее совокупность — это и роуд-муви, и кино притча, и антиамериканский вестерн. Стоит отметить, что это наиболее масштабный и дрогой фильм режиссёра, с наиболее высокооплачиваемыми актёрами. И уже сотню раз было мной замечено, что главная деталь стиля Джима Джармуша — великолепие простоты, тут осталась на своём уютном месте. Неоспоримое достоинство этого фильма — в его многогранности для трактования.
-Some to misery are born.
Взяв за основу самый исконно американский жанр вестерна, а точнее именно его стилистику, Джармуш наложил его на своё виденье «американской мечты», которая так часто пыталась быть найдена в роуд-муви, от которых в свою очередь была взята сама сюжетная идея пути, дороги и изменчивости. Вот и получается, что главный герой, на роль которого была приглашена такая, несомненно, большая и известная звезда Джонни Дэпп, претерпевая видимые, качественные метаморфозы на своём образе является своеобразной аллегорией на мир Америки. На счёт Джонни беспокоится не стоит. Он конечно, сыграл и к 1995 году уже изрядное количество ролей в значимых фильмах, но именно в этом образе стал для меня показателем актёрской игры. Его персонажа можно сравнить с чистой доской, на которой оставляют свои штрихи события и другие герои фильма. Поэтому Деппу приходилось в каждой последующей минуте выжимать из себя всё больше, в то время как на героя пластами накладывались перипетии сюжета.
-Every morn and every night
Начинаясь как классический вестерн, с прибытия главного на Дикий Запад, Джармуш всеми способами опровергает «новый свет», показывая, что свет не может начинаться с тьмы. Город Машин, сердце Америки, это никак не оплот демократически-капиталистических ценностей, а построенное на костях и черепах традиционной культуры индейцев. Горы черепов, коптящие трубы и готовые к использованию гробы — вот что принёс белый человек. В свою очередь в роли такого концентрированного образа выступает полу сбрендивший владелец Джон Дикинсон, чьё желание является законом. Уильям Блейк в Машине — чужак, с самого начала чувствует эту отрешённость от всего окружающего. При этом, стоит вспомнить, что за спиной у него ничего нет, а единственное, что входило в его планы это работа бухгалтером. Но само место навесило на него статус ‘’вне закона’’ указав на дверь самым грубым образом — через убийство.
-Some are born to sweet delight.
Нелепая постельная сцена и случайное ранение стали вторым началом для Блейка. Там, где кончается одно, начинается другое. Начинается метафорическое путешествие, полное внутреннего исследования, путь от тихони до хладнокровного убийцы, уже уставшего от пассивного амплуа. Уильям встречает индейца Никто, ставшего его проводником и учителем в одном лице. Кстати, в русской озвучке его имя многое теряет (No-body буквально). Эта пара изгоев от своего племени становится самым настоящим символом дружбы. Их путешествие ведёт только вперёд, в своём неспешном стиле. Мертвец никуда не будет спешить. А индеец здесь как никто обличает всю контрастность западного конца цивилизации. Даже сам взгляд на смерть, который вплетён в его повествование, разнится с типичным представлением. С одной стороны, он ведёт от жизни к смерти, но с другой — смерть есть новое начало. И нельзя точно сказать, был ли жив Блейк до начала всего. Вдруг для него сам факт физической смерти — ничто. А вообще, есть ли здесь смерть?
«Не пылит дорога,
Не дрожат листы…
Подожди немного,
Отдохнешь и ты».
Некоторое время назад я начала знакомство с картинами Джима Джармуша. Начала с первой его работы — с фильма «Отпуск без конца». Составив приятное первое впечатление о режиссере, я задумалась, какую его работу посмотреть второй. Дело в том, что именно вторая работа позволила бы мне решить, стоит ли продолжать смотреть картины режиссера дальше. Мой выбор пал на «Мертвеца». Синопсис торжественно подытоживала фраза: это «тот самый случай, когда успех картины прямо пропорционален ее высочайшему качеству». Звучит неплохо. Что ж, начнем путешествие в необычайный мир фантазии маэстро Джармуша!
Сюжет. Молодой счетовод из Кливленда — Уильям Блэйк — получив письмо от некоего мистера Дикинсона из Города Машин, пересекает полстраны в надежде получить работу. Но в 19-м веке не было еще самолетов, и когда герой приезжает на завод, он обнаруживает, что никто его уже не ждет и вакантное место занято. Что делать маленькому человеку без денег и работы на Диком Западе? Ясное дело — напиться и отправиться кормить червей. Но дело в том, что мистер Блэйк из Кливленда попадает в совершенно иной мир, мир в котором привычные законы не действуют. И в фильме мы наблюдаем становление нового Человека в странном-странном мире.
В отличие от большинства вестернов, этот не насыщен стремительным развитием событий. Все законы прочь! Ведь мы в другом мире. Действие развивается неспешно, плавно и равномерно, все слова и поступки наполнены смыслом. Да и куда спешить мертвецу в своем последнем пути. Да… Джармуш не был бы Джармушем, если бы замял, оставил без внимания и без смысла хотя бы одну деталь. За что низкий ему поклон. А зритель… Зрителю остается выбрать, что он желает посмотреть: классический вестерн или же вестерн по Джармушу.
Мир наизнанку. Уиллу Блэйку только казалось, что он едет в самый обыкновенный городок на Диком Западе. На самом деле это было путешествие в «самое сердце ада». По мере приближения к Городу Машин даже пассажиры поезда изменились: сначала это были благовидные мсье-дам, затем их сменили люди с ружьями, охотники на бизонов.
Город Машин не встретил Блэйка с распростертыми объятьями: вместо аккуратненьких домиков и миленьких лавочек — бесцветные пыльные строения, телеги, наполненные черепами, и лавка гробовщика. Вместо приветливых горожан — угрюмые дяди, всегда готовые поговорить на языке пули.
Уильям: Зачем тебе револьвер?
Тэл: Это Америка.
Нет, это не Америка, Соединенные Штаты с их идеалами демократии, с их правами и свободами, это даже не Дикий-Дикий Запад со своими законами, это «самое сердце ада», где нет никаких законов. Здесь всюду царит гротеск. Здесь вместо живых цветов — бумажные, лесные разбойники слушают отрывки из Библии и рассказывают сказки о Златовласке и трех медведях (которые, по версии разбойника, сняли с нее скальп), но как-то наизнанку, с разбойничьей спецификой. Здесь не злой по своей сути Конвей Твилл становится прославленным и жестоким охотником за головами, но при том говорящим без умолку и всюду с собой таскающим плюшевого мишку. В противоположность ему ставится демонический образ его коллеги — Коула Уилсона — вечно угрюмого и молчаливого, но всегда хладнокровного. Он, кажется, не чувствует боли (попавшая в него стрела тому подтверждение), не терпит святости, не знает границ в своей жестокости.
Отдельного комментария заслуживает Никто. Это не просто индеец, это, можно сказать, индеец-философ. Во всем происходящем он видит особый смысл, любое его действие подчинено какой-то неведомой нам логике. Благодаря ему, кстати, зритель на несколько минут может покинуть окрестности Города Машин и перенестись в большой мир. По ходу обнаруживается, что все люди в нем одинаково безлики: «В каждом новом городе мне встречались все те же люди», готовы с любопытством наблюдать человека в клетке, словно это совершенно нормально. Вряд ли можно назвать его судьбу счастливой, но он ведь никогда не слышал совета: «По возможности не путешествуйте с мертвецом».
Мертвец. Для окружающего мира Уильям Блэйк умер давно. В родном городе он никому не был нужен, а в Городе Машин его никто уже не ждал. Но этому маленькому человеку, этому трусу и рохле было суждено заявить миру (пусть даже в рамках маленького городка) о своем существовании. Оружие заменит ему слова. Он научится «говорить языком пули». На этом пути, пути мертвеца, его будет сопровождать полумертвый мир: иссохшие пыльные деревья, мертвые люди, мертвые звери. А живые… живые будут с удивлением и любопытством наблюдать за ним. Еще бы! не каждый день наблюдаешь, как человек переходит на «иной уровень бытия».
Получается, что все, что произошло с героем, все, что он пережил, существовало и случилось для того, чтобы прийти к тому, к чему он пришел. И те море, «зеркало вод» и каноэ, что ждут его в финале воистину прекрасны. Они отнесут героя «туда, откуда он пришел». И «этот мир больше не будет его волновать». Это дань измученному, усталому, никому не нужному человеку, воплощение своеобразной мечты… мечты ненужного человека. Этот образ уплывающей лодки так дорог мне, он западает в душу и приносит покой.
Актеры. Великолепный актерский состав подобран в фильме — Джонни Депп, Лэнс Хенриксен, Билли Боб Торнтон, Альфред Молина и пр. А самое замечательное, что все они играют не разрозненно — кто-то слабее, кто-то вообще не вписываясь в атмосферу, — а создают цельное впечатление о том времени и о том месте, в котором происходит действие. Джонни Депп здесь играет органично, играет так, как это прожил бы обыкновенный человек, попавший в необыкновенную обстановку. Но особенно мне понравилась небольшая роль, исполненная Мили Эвиталь — настоящий, живой цветок среди груды бумажных.
Музыка. Никак не могу определиться, то ли это музыка, идеальная для вестерна, то ли это музыка, идеальная для Дикого Запада. Да это и не важно. Особенность этой музыки в том, что при первом просмотре она, что называется, бьет по ушам, надоедает, проще говоря. Может, потому что она такая необычная, а может оттого, что музыкальный мотив на протяжении всего фильма практически не изменяется. Кто знает… При повторном просмотре замечаешь, что она, эта музыка течет так же неспешно, задумчиво, как и сам фильм. Так что претензии к Нилу Янгу отменяются.
Картинка. Здесь много и не скажешь — замечательная идея с черно-белым цветом, много внимания уделяется отдельным деталям, вещам, каждая из которых как бы говорит: «Я ведь тоже не зря в этом кадре, я хоть и живу своей жизнью, но уберите меня, и вы тут же заметите мое отсутствие».
Допы. Ну, то есть сцены, не вошедшие в фильм. Хотелось бы выделить две интереснейшие сцены. В одной из них Уилл Блэйк рассказывает Никто о сне, в котором он видел некое подобие будущего. Сцена символична, так как в ней затрагивается тема отношений человека и природы с одной стороны, и машин и техники — с другой. Другая сцена — диалог, скорее даже полу-диалог-полу-монолог двух охотников за головами — Коула и Конвея. Это чуть ли не единственная сцена, в которой болтливый Конвей сказал нечто действительно интересное, затронув тему дома. Видимо, для большей гротескности образа последнего сцена была изъята.
Что ж, теперь я точно знаю, что просмотр любой картины Джармуша стоит того, чтобы потратить на это пару часов. А фраза из синопсиса оказалась совершенно справедливой. Спасибо за это «Мертвецу» и… спасибо маэстро!
Ну, в общем, да. Я собирался поглядеть этот фильм уже несколько лет. Вот он только что закончился. Честно говоря, твёрдокаменные или, допустим, железобетонные или там алмазные, вольфрамовые 10 баллов из 10, то есть, ни малейших погрешностей, недоделок, фальши или чего-то подобного. В каждом фильме есть какие-то огрехи, а в этом их попросту нету, ну или я их не нашёл. Разумеется, Депп. Никто кроме него, наверное, не смог бы сыграть в этом фильме. Обсуждать это почти бессмысленно, снято и снято, всё равно другого актёра на эту роль уже не впишешь, но Депп фантастически органичен в этой роли. Как, впрочем, почти во всех своих ролях (Джека-Воробья не перевариваю). Ну и вся эта обвязка: работа оператора, музыка, остальные персонажи, что там ещё-то впечатление от фильма-то формирует.
Вот здесь чуть выше ругают «Мертвеца» и хвалят «Куб». По стечению обстоятельств «Куб» я посмотрел вчера. Разумеется, ничего общего с «Мертвецом», только моя оценка диаметрально противоположна: «Куб» — ерунда, а «Мертвец» — кинофильм.
Фильм не из тех, где суть преподносят на терелочке. Она читается «между строк» или если хотите «между кадрами».
Потрясающе красивая картинка и завораживающее музыкальное сопровождение.
Куча именитых личностей, но на них совсем не акцентируется внимание, они тут не важны. Важно только что и как происходит и говорится.
Я хотел написать эту рецензию вчера, когда эмоции били через край, а слова сами складывались в предложения. Жаль, что я упустила такой момент, потому что сейчас мне трудно описать то, что я увидела. Но я все же попробую…
Итак. Вот мы видим молодого человека, в смешном клетчатом костюме, в очках, которые обычно носят представители интеллигенции, и с саквояжем в руках. Он едет в поезде, в промышленной городок, в надежде получить работу. Хотя, уместно ли здесь будет слово «надеется». У него нет никаких сомнений в том, что сегодня он уже будет сидеть за большим письменным столом и разгребать стопки бумаг, ведь у него на руках письмо от владельца фабрики, мистера Дикенсона. Тишину нарушает голос машиниста, который решил заговорить с нашим Ульямом Блейком (так зовут юношу, смутно напоминающего молодого Джонни Деппа). Если не вдумываться в его слова, можно подумать, что у него бред. Но все же это не помешало предупредить нашего несчастного бухгалтера, что здесь, он найдет свою могилу. То есть мы изначально понимает, чем все закончится и кто в итоге окажется тем самым мертвецом.
В ходе беседы, мы узнаем, что у Ульяма недавно умерли родители. Так мало того, еще и невеста сбежала. В родном Кливленде его ничего не держит и он со спокойной душой начинает свое путешествие в Преисподнюю.
Многие говорят, что не представляют Ульяма другим. Таким, каким он был до того, как оказался в поезде рядом с варварами, который увидев в окне стадо бизонов, моментально хватаются за ружья и превращают их в мертвые туши. Но как ни странно, я отлично вижу Ульяма, обычно парня из хорошей семьи, воспитанного, интеллигентного и совсем не знающего жизни. Просто Джармуш не захотел тратить экранное время на скучное прошлое Блейка и решил сосредоточится на его будущем.
Я не буду рассказывать о том, как Ульям получил пулю в грудь, это не так важно. Важно то, что после этого, все происходящее кажется сном. Знакомство с индейцем Никто, который принимает нашего Ульяма Блейка за другого Ульяма Блейка, известного поэта и художника, стихи которого так тронули его сердце. Его речь состоит из несвязанных между собой слов и различных метафор, смысл которых не понятен ни большинству зрителей, ни самому Ульяму, который еще не понимает, что никогда уже не станет тем, кем был раньше. Он не может обрести покой до тех пор, пока не уплывет в большом каноэ в страну. откуда не возвращаются и не уснет вечным сном.
Если обратить на это внимание, то можно заметить, что Ульям постоянно «отключается». Он засыпает, но каждый раз просыпается, видит перед собой своего индейского друга, обменивается с ним парой фраз и потом снова погружается в темноту. Можно, конечно, списать все на то, что Ульям потерял много крови, но можно предположить, что он набирается сил для того, чтобы бороться.
За него назначено большое вознаграждение, его ищут все, начиная с местных шерифов и заканчивая тремя ковбоями, для которых убить человека — все равно что поесть бобов. Он понимает, что выхода нет: либо они убьет его, либо он убьет их. Выбор сделан…
- Вы Ульям Блейк?
— Да, а вы читали мои стихи?
Два выстрела
Нет больше того Ульяма Блейка, скоромного юноши из Кливленда. Это Дикий Запад, здесь свои законы и если ты не будешь их соблюдать, ты не выживешь. Он выстелил себе дорогу в ад, из человеческих трупов. Но разве он сам не мертвец? Разве, он сам не чувствует, как теряет связь с окружающей действительностью. Он убивает, потому что это все уже не имеет значение. Эти людишки живы, они ходят по земле, едят человеческое мясо, убивают друг друга. Ему гораздо ближе маленький мертвый олененок, потому что он хоть и лежит на этой бренной земле, ему все равно что с ним будет. Ему все равно съедят его тело собаки или черви. Но Ульям Блейк еще не умер. Рассказ близок к концу, но все же еще не закончился.
И когда Никто провожает его в последний путь, когда он уже настолько ослаб, что готов сдаться и обрести вечный покой. И когда его спросят боролся ли он за свою жизнь, он ответит, что никто еще так не боролся за нее. Если пальцы нажимают на курок, выстрел, крик и тишина — значит, он еще жив. Только видя трупы, он мог понять, что сам еще не мертв.
Когда Ульям Блейк, закрыл глаза и медленно поплыл по реке, я сама закрыла глаза и почувствовала блаженство. Все кончено!
Фильм трудно оценивать. Вы либо будете с наслаждением слушать короткие, но порой, весьма содержательные диалоги, наслаждаться странными звуками, которые как ни странно, идеально передали атмосферу Дикого Запада. Либо будете пить крепкий кофе и держать веки, чтобы не заснуть. Я хоть и смотрела «Мертвеца» в первый раз, прекрасно понимала, что это будет медленное (в стиле Джармуша) повествование о том, как может изменится человек всего за пару дней. Встает другой вопрос: «Считаю ли я этот фильм шедевром?»
Может я мыслю банально и плоско, но слишком сложно для понимания все то, что происходило на экране, чтобы я могла назвать фильм шедевром. Для кого-то может, шедевральность и проявляется в бесконечных метафорах и индейских афоризмах, но не для меня. Безусловно, фильм не для тех, кто решил скоротать вечер после тяжелого трудового дня перед телевизором. Рискуете заснуть на десятой минуте. Тут нужно внимательно слушать и желательно после этого сразу ставить на паузу, чтобы хоть как-то переварить сказанное.
Стоит отметить и актеров, куда без них. Только Джонни Деппа мог сыграть живого мертвеца. Почему? Потому что Джонни Депп может все. Здесь он в очередной раз доказал это. Но фильм ради него смотреть не стоит. Потому что тут главное не актеры и даже не сюжет, а философия. Такая странная философия кино. Была удивленна, увидев Игги Поппа. Непросто было его узнать, как в общем и Билли Боб Торнтона, который надо сказать, там тоже появляется, правда в небольшом эпизоде. Но и, конечно, Гэри Фармер, персонаж которого, вызывал у меня только недоумение, за что ему большое спасибо.
Я понимаю людей, которые восхищаются этим фильмом, потому что он не похож на все эти голливудские фальшивки, которыми сейчас кишит современный кинематограф. Нам будет, что показать детям!
Когда я на днях пересматривал этот фильм, в моей голове зазвучал голос.
Вот что он сказал:
Живы мы или нет? Может быть, мы все мертвы, и при этом мы испытываем боль? Как испытываем? А вот так — мы идем со свинцом в груди к своему закату, который и выносит нам вердикт «Ты — мертвец», а пока что мы мертвы без фактического подтверждения этому событию, мы испытываем боль, страдания, мы теряем все или что-то приобретаем, но это не меняет нашей сущности — мы мертвы — мы гнием изнутри… даже хороший человек может гнить изнутри — да и что такое «хороший человек», как ни сгнивающее понятие? Мы мертвы, с этим можно спорить, но в любом случае, разумного человека данное рассуждение заставит призадуматься… особенно если оказался в ситуации «полной потери». Мы, оказываясь в подобной ситуации, приближаемся к смерти — наш выбор — бороться с ней либо принять ее и идти со свинцом в груди к своему закату, к осознанию своей жизни и своей смерти… возможно, смерть явится лишь новым началом…
Такие вот слова.
Уильям Блейк плыл на своей дырявой лодке к новым рассветам и закатам.
Никто превращался в медведя и спасался от циклопа Полифема.
Джармуш рассыпал с крыши своего дома сигаретный пепел на головы прохожих и сочинял реплики для нового персонажа Билла Мюррея.
Игги Поп варил бобы и возрождал «Stooges».
Лэнс Хенриксен жарил мясо на костре.
Нил Янг сидел на пеньке и играл на дешевой электрогитаре с эффектом «Delay».
Хит Леджер с небес убеждал киноакадемиков, что покойникам награды и премии не нужны.
Город «Машина» продолжал свое существование.
Я пил крепкий кофе и печатал этот отзыв.
Теперь можно и перекурить.
Такие дела.
P. S. Данный фильм просто обязаны посмотреть все, кто еще жив.
P.P.S. Нет, я не спятил. Я — не псих. Просто щелкаю языком.
Посвящается: ElemenT34, случайному и молчаливому приятелю
История о том, как человек был чужим для всего, чужим и для самого себя, в первую очередь.
Бумажные цветы, косые взгляды, очки, чистые волосы, работа, механика, извините, простите, карьера, страх и прочее — всё пусто, всё ненужное, всё ложное, всё переоценено.
Становление, преобразование, начинается с крови — пуля попала и в сердце Уильяма, и отметается всё лишнее, лишь только смерть за смертью и шаги в себя к познанию.
Оленёнок, как символ невинного, святого и бесценного, того, что мы топчем, уничтожаем каждый день.
Прекрасно проработаны фактуры, потрясающая работа оператора, великая режиссерская работа, отличная игра актёров, незабываемый саунд!
На экране этого не видно, но когда в шаге от тебя несется через пороги такая Москва-река со скоростью 100 км/ч, и ты понимаешь, что съемочная группа сидит на краю, да и камера тоже стоит на краю, и один неверный шаг — и все, ты где-нибудь уже в Белом море… (...)
