Специальный приз жюри, Приз Марчелло Мастрояни, Приз ФИПРЕССИ (конкурсная программа), Приз всемирной католической ассоциации по коммуникациям - особое упоминание
Именно кус-кус с превеликим энтузиазмом поедают герои фильма, облизывая жирные пальцы. А потом открывают ресторан с этим фирменным блюдом, что позволяет и решить экономические проблемы, и наладить мир в большой семье, даже помирить двух жен главного героя. Режиссер Абделашиш Кешиш погружает зрителя в мир арабской субкультуры, становящейся одной из главных во Франции.
Что есть кино и что есть искуство? Что делает одни фильмы культовыми, а другие проходными?
На мой взгляд, главный критерий — удалось ли создателям фильма точно попасть в какие-то проявления жизни. Отобразить максимально точно и честно какие-то ее фрагменты.
В этом фильме мы попадаем на 2,5 часа вовнутрь жизни нескольких семей французского портового города. Съемка выглядит почти документальной. Это отпечаток чужой жизни как она есть, без купюр и грима.
Работа оператора и монтаж -. .. авторам отечественных фильмов смотреть обязательно.
Единственный минус — немного затянуто, хотя я посмотрел на одном дыхании.
Это пожалуй главное ощущение, которое вы испытаете при просмотре, все остальные впечатления зависят только от вас и вашего характера.
Сцены в фильме настолько реалистично не сокращены, что ваше отношение к героям одного только диалога может поменяться несколько раз, а сцена так и не закончится. И потом не закончится. И ещё минут пять не закончится. И еще.. И ещё… Потом, БАЦ! Всё…
Говоря о игре актеров, хочется предварительно сделать небольшую ремарку:
Не знаю как Вам, а мне порой тяжело «верить» многим голивудским звездам на экране, особенно когда их роли драматичны, уж слишком много и часто мы слышим об их настоящей жизни. В следствие чего, не смотря на весь их профессионализм, впечатление от некоторых фильмов смазывается.
С «Кус-Кусом» этого не случиться. Актеры настолько реалистичны, что иногда возникает ощущение, что набрали людей с улицы, а это многим не по нраву, так как и играют они слишком реально и просто (не «по-Станиславскому»). Однако я им верю, т. к. сложно ожидать от портового работяги изощренной мимики и многозначительных взглядов, так же сложно их представлять в смокингах и декольтированных платьях на красной дорожке.
Фильм, чем ближе к концу, тем больше начинает выматывать нервы, что тоже не всем может прийтись по вкусу. Однако не смотря на недосказанный и печальный финал, я, лично, ощутил приятное понимание искусной манипуляции, проведенной со мной за эти 2,5 часа авторами «Барабульки». К тому же не все оказалось мне понятно, но при этом увлекательно для понимания, а это безусловный плюс данного фильма.
При правильном отношении фильм может доставить большое удовольствие, однако, если ко второму часу просмотра он вас так и не «зацепит», лучше выключайте, будете разочарованы. Просто, этот фильм не для вас (и ничего в этом страшного нет).
«Это я жду, когда незнакомым людям принесут Кус-Кус и Барабульку?»
Необычное кино, которое определенно понравится не всем. Потому что почти три часа смотреть на выяснение отношений в семействе арабов и французов,. живущих в портовом городке, непросто. Меня привлекло только название фильма, но досмотреть до конца смог лишь благодаря идее главного героя. Симон, оставшийся без работы, на протяжении всей истории пытается открыть свой ресторан, чтобы поправить финансовое положение, решить межличностные проблемы, и чего-то в конце концов, добиться в своей жизни. В этом ему помогают сразу три женщины — бывшая жена, любовница и ее дочь. Запоминается, в основном, дочь, потому что, несмотря на разницу в возрасте, они пытаются любить друг друга.
Снято все это в необычной манере — очень крупные планы, практически документальная съемка, и никакой динамики, да и зачем она здесь? Надо сказать, если бы не действительно отличные актеры, смотреть «Кус Кус и Барабулька» было бы нереально тоскливо. Вся эта бытовая неразбериха на экране интересна будет лишь тем, кто понимает, что все это повседневная жизнь большинства людей. Но не всех, например, меня это не касается. Персонажи ссорятся, мирятся, впадают в депрессии, вынашивают планы, что-то теряют, что-то находят, и т д и т п. Получилось «жизненное» кино, но никак не зрелище, на которое приятно посмотреть. Правда, тема надежды и стремления к чему-то здесь тоже затрагивается, но на фоне вышеперечисленного практически не заметна.
Зрелищность — 4
Постановка — 3
Актеры — 4
Сценарий — 4
Ожидаемость — неожиданно мрачновато
Мое слово — бытовые проблемы и стремление к счастью в одном флаконе, кому что нравится.
«Кус-кус и барабулька» — это кусочек жизни арабских эмигрантов в небольшом портовом городке Франции. У каждого из них много проблем как личных, так и социальных. Абделу Кешишу, выходцу из Туниса, всё это близко как никому другому, видимо, поэтому режиссёр решил рассказать миру о наболевшем.
Зрители, которые не видели ничего, кроме голливудского продукта, конечно будут в недоумении, мол, как это хоум-видео можно вообще фильмом называть. Но настоящие ценители арт-хауса всё поймут и оценят кино Абдела Кешиша по достоинству, не смотря на трёхчасовой хронометраж.
В фильме очень много персонажей. Но меня радовало то, что все они «живые», в их игре нет ни капли наигранности (возможно, они непрофессиональные актёры). Но в их исполнении несомненно есть своя ценность. Всех героев связывает между собой один человек (60-летний Симон), и событие (открытие ресторана), на праздновании которого всё они окажутся в одном месте.
Для кого-то Симон отец, для кого-то бывший муж, для кого-то — нынешний, а для кого-то хороший друг. Первая половина этого кинодейства длится невероятно долго, поскольку зритель не знает, к чему его ведут. Обычно у главного героя изначально есть какая-либо цель, к которой он идёт на протяжении всего фильма. У Симона же мечты и цели появляются спустя час экранного времени и вот только тогда становится по настоящему интересно. До этого кино изобилует сценами из жизни большой арабской семьи, сопровождающимися затянутыми бытовыми разговорами о банальных вещах, и самотерзаниями Симона по поводу своего бессмысленного существования и своей несостоятельности как человека, что мимо воли наводит зрителей на мысль о его суицидальном настрое.
Приём с непрерывными длительными разговорами интересен сам по себе (если у кого-либо есть своя точка зрения на обсуждаемые в семье темы, то обязательно захочется ввязаться в разговор — перечить или соглашаться — всё равно, но интерес будет сохранён). Если же зрителя не цепляет суть их полемики, то их рассуждения покажутся утомительными.
Кино очень жизненное, о простых вещах, без вымысла и пафоса. Всё идёт как идёт. Есть плохие герои, есть хорошие. Те, кто оступился, не собираются исправляться (это ответ большинству драматических сюжетов, в которых подобные персонажи в итоге обязательно становятся на путь истинный). В фильме нет фальши и важно то, что главному герою хочется сопереживать.
Когда идёшь в кинотеатр на такой фильм обычно надеешься получить массу эмоций, неважно каких положительных или отрицательных, главное в том, что ты уверен, что фильм тебя зацепит, войдёт глубоко в душу. Зритель надеется увидеть оригинальные режиссёрские решения и нетривиальную игру актёров.
Но к сожалению после 30 минут просмотра данного коронованного премиями фильма возникает неистовое желание покинуть кинозал. Все надежды хоть на какой то луч света в тёмном царстве исчезают после часа это творения, а к последним минутам фильма раздражение переходит все границы.
Теперь по пунктам.
Игра актёров. В данном фильме нет НИ ОДНОГО достойного актёра, чья игра дотягивала хотя бы до уровня смотрибельности. Главный герой через весь фильм идёт с одними и теми же эмоциями на лице, конечно ясно, что так и нужно было, мол такая роль человека держащего в себе все чувства, одинокого в душе и якобы героя мученника, но получилась полная ерунда, неясно кто не справился то ли актёр, то ли режиссёр, одно ясно такая игра устроила их обоих.
Остальные персонажи и того хуже, просто таки парад лиц с отпугивающей внешностью. Главная героиня позиционируется как красавица, хотя мне очень сложно представить человека, который ЭТО назовёт красотой (возможно я слишком далёк от арабской культуры)
Сценарий и режиссура. Грубо говоря фильм состоит из 4 частей, каждая из которых непомерно затянута. Причём части эти не несут в себе НИКАКОГО смысла, кроме того в них нет ни символизма, ни чёткого сценария, если быть точнее весь фильм это разговоры за едой, и без неё. Непонятно чего хотел добиться Кешиш, когда ЗАСТАВЛЯЛ 10 минут подряд слушать плаксивые крики дочери главного героя, которой изменил муж, в это момент хотелось кинуть в экран чем-нибудь тяжёлым.
Зритель думает, что вот вот крики закончатся, но нет Кешиш припас для вас сюрприз — крики накатывают более сильной, а главное громкой волной. Вообщем сам сюжет не стоит и доллара, сцена, которая длилась бы в обычном фильме максимум минуту, здесь растянута на 20, а сцены за едой (постоянное чавканье, облизывание сальных пальцев и прочие причмокивания) и танцев не вызывают ничего кроме позывов к рвоте.
В итоге самая бездарная киноработа, когда-либо созданная на планете Земля, даже первоклассники снимают более интересное видео на камеры от мобильных телефонов. Я понимаю, что Кешиш хотел отдать дань своему отцу и арабской культуре в целом, но получилось нечно настолько отпугивающее и глупое, что если человеку никогда не видевшему кино показать этот фильм, он больше никогда не захочет его смотреть.
Повторюсь, самое ужасное в фильме то, что он не несёт в себе ничего, ни добра, ни зла, ни идей, ни красивых кадров и красок, ни эмоций, за исключением раздражения. Просто жалко потраченных минут жизни. Совет всем: вместо этого фильма лучше посмотрите видео блюющих кошек поинтереснее будет.
Кино, что называется, за гранью добра и зла. Оно из тех, что или очень нравится, или не нравится очень. У меня симпатии особой не возникло, хотя сказать, что «Барабулька» бездарно снята, что в нее не вложили душу и силы, — тоже нельзя. В общем, на большого любителя.
Бытовуха — не то, что интересует лично меня. Особенно такая рафинированная. В течение всего времени ощущаешь себя внутри этой семьи, становишься случайным свидетелем ее жизни, но далеко не всегда это доставляет удовольствие. Сцена истерики Юли слишком напрягающая, прямо до тошноты. И два мужика смотрят на это без слов, слушают и глотают. Вообще, мужчины в этом кино какие-то побочные герои, которые толком ничего не решают, не влияют, не вмешиваются. Жизнь бушует только в руках, словах и поступках женщин. Это настрожавает.
Обрезанные одним махом концы всех сюжетных линий окончательно убивают надежду на хоть какую-то цельность и завершенность истории. Финальная сцена, когда Симон 15 минут бежит за своим мопедом, как бы пытаясь догнать жизнь, до отчаяния нелепа. Возможно, в этом все дело: «Барабулька» не просто наполнена Жизнью, она ею переполнена. Но стоять на пороге комнаты, где чужие люди выясняют отношения, мне всегда было неловко и неприятно.
Абдел Кешиш, утверждая, что во Франции слишком мало фильмов об эмигрантах, немного грешит против истины. Будучи главной социально-политической темой в Европе, эмиграция, легальная и не очень, становится предметом исследования и искусства, порождая все новые фильмы, выставки, апокалиптические книги в духе Хантингтона и не менее серьезные внтуриполитические катаклизмы. Другое дело, что до Абделатифа Кешиша мало кто старался осветить среду изнутри и рассказать о маврах, не как об ассимилянтах и оккупантах, а как о таких же представителях человеческого рода, какими французам представляются они сами.
«Кус-кус и барабулька» — фреска, талантливый слепок быта и бытия людей, которые осели в малых городах Европы, существуя в своем лоскутном маригальном мире, в надежде, что хотя бы их детей посчитают причастными к французской нации, дабы они достигли европейского уровня жизни. На примере нескольких тунисских семей, Кешиш вскрывает множественные нарывы, разъедающие западную стабильность. Здесь и наивные рассуждения работницы консервного завода Каримы, что забастовка — лучший способ добиться преференций от начальства, и неудобное положение русской девушки, в попытке влиться в мир арабской семьи, и увольнения хороших сотрудников без пенсионной поддержки в погоне за количественными показателями. Герои Кешиша откровенно признаются, что им лучше бы быть французами.
Отрицая наличие этнической составляющей, Абделатиф Кешиш говорит, что его фильм о социальном неравенстве. У меня же сложилось впечатление, особенно от концовки, что «Кус-Кус и барабулька» как раз наоборот о первых и вторых поколениях эмиграции. Главный герой, Слиман Бейджи, человек пожилой и одинокий, несмотря на то, что оставил после себя двенадцать детей. Отдавая все в семью, однажды он решает, потеряв работу, открыть ресторан на старом судне, и кажется, до открытия ресторана не доживает, оставляя его в наследство потомкам. Недвусмысленно, режиссер намекает, что как ни беги, за хорошей жизнью все равно не угонишься.
За 2,5 часа полного погружения в эту пеструю действительность, посредством необязательных диалогов и бюрократических проволочек, мы получаем полноценную картину об одном из самых крупных слоев общества. Заслуга Кешиша еще и в том, что картина человечна и дословно точна, благодаря документальной съемке и личной причастности режиссера к происходящему. Первую заунывную часть фильма с лихвой компенсирует вторая динамичная, накаляющая нервы до предела, когда кажется что не было ничего более волнительного, чем пропажа каши и танец живота на износ, чтобы отсрочить грядущий провал мечты всей жизни одного маленького человека.
Что ж, маленький человек, пожалуй, всегда будет маленьким, но благодаря семейной и дружеской поддержке, которую давно не чествуют в таких странах как Франция, даже он способен оставить после себя нечто большое и значимое. И все эти пугающие книги о столкновении цивилизаций, кажутся детскими байками, основанными на досужих домыслах профессоров, мечтающих о славе. Абделатиф Кешиш нехотя подводит к выводу, что в принципе к этому мы и идем, только вот «Кус-кус и барабулька» кажется более убедительным аргументом. Теперь мы знаем, как это происходит на деле и какова жизненная сила той культуры, которая укрепилась в маленьких европейских городках. Остается ждать, когда эта тьма маленьких людей сделают нечто действительно значительное…
Я, пожалуй, люблю этот новый реализм — с морщинами и царапинами в убогих, но до боли знакомых пестрых блузках, с красивыми своей простотой людьми. Теперь можно позволить себе влюбиться не в Еву, например, мою любимую Грин, а в 45 летнюю женщину с золотыми зубами и завораживающими глазами.
Ясно, зачем нужны эти долгие сцены. С помощью них ты становишься членом этой общины и тебя действительно до паники волнует найдут ли кастрюлю с кус-кусом или нет.
Поражает тема жертвенности. Вот уж где настоящее терпение, труд, самопожертвование. У людей даже нет мысли не отозваться на просьбу. Сплетни — да, но все это не дальше посиделок за чаем. Русская женщина, бьющаяся в истерике из-за того, что ей изменяет муж, кажется просто эгоистично капризной.
[Над основным потоком кино властвует диагональ экрана. Как-то заметно, что режиссёры ориентируются изначально, либо на формат home, либо на панораму theatre. Раскрой сценария, перспективы съёмки, монтаж и озвучание — все фильмовые этапы, кажется, определены тем, каким зрителем чувствует себя сам режиссер, просматривая то внутреннее кино, к которому тянет весь
материал. Прочие деления фильмов на авторские и mainstream, смешанные — авторский mainstream и наоборот, вторичны в отношении этого первого тайного просмотра.
Я не говорю о телевизинности и киношности, как технических кодах фильма. Когда профессионалы учитывают особенности подачи. Для телеканалов делают версию в основном из крупных и средних планов, а в расчёте на большой экран выстраивают другую, используя дальние планы, иной объём спецэффектов. Я говорю не о кухне, а о независимости взгляда снимающего кино от тех разнокалиберных плоскостей, на которых его будут показывать.
Степень достижения этой свободы режиссёром на самом деле ощущается и зрителями.]
Надо попробовать «Кус-кус и барабальку», чтобы разволноваться от того, каким может быть кино свободным.
Абдель Кешиш из фильма попросил уйти всех, кто его делали, и сам ушёл. Искусственность — только в том, что в отличие от моментов жизни, фильм Кешиша можно посмотреть ещё раз. Те, кого мы видим, и на очень близком расстоянии, в нескольких шагах, на расстоянии протянутой зачем-то руки, ощутимо живут поблизости, как соседи. И ритм не наблюдения избран Кешишем, а общения с ними — за одним столом или рядом в квартире, на лестнице, улице, на пристани, верфи, шоссейном кругу, внутри корабля-ресторана.
У взгляда Кешиша словно нет выбора, на что смотреть, он просто смотрит на вещи вокруг себя и людей, которые повторяют время от времени — «это не жизнь» или «это жизнь».
Люди — из арабской общины и коренные французы — люди, молчаливые и крикливые, глупые, умудренные опытом, молодые, среднего возраста, пенсионеры, чиновники, безалаберные, люди, бедные и побогаче, талантливые, трудолюбивые, с аппетитом, с детьми на руках, строящие планы, — и жизнь не по плану. Равная степень разочарований и надежд, готовности помочь и эгоизма, в большинстве из них. Люди обстоятельств, с лейтмотивом, красивее всех звучащим из уст юной Фарияд: «Надо пробовать». Каждый из них либо пробует что-то своё — от открытой истерики, что муж гуляет налево, до готовки кус-куса на сотню гостей и открытия частного ресторана. Каждый в своём возрасте, но вот, что любопытно, как ритм фильма вскрывает время. У Кешиша его определяет баланс эпизодов разочарований и надежд. И главным становится Симон, который в 61 год, уволенный с верфи, на отдых, что вроде нормально, — как подсказывают ему начальник, дети, пытается открыть своё дело. У него есть дряхлый пароход, бывшая жена, умеющая делать вкуснейший кус-кус, и ещё две женщины, которые его любят — любовница и её дочь Фарияд. А что значит любят? В фильме дан непрямой ответ: все три женщины помогают Симону, чем могут и вовремя, и сил у его души становится больше, чем разочарований.
Прямые ответы у Кешиша звучат по-разному, например, каждый день любить — это любовь, или не изменять, или скрывать, что изменяешь, — тоже для кого-то любовь Ответов много — у женщин. Мужчины слушают и говорят не о любви. Но то, что происходит в фильме, показывает, что любовь и для мужчин, и для женщин, — это помощь и аппетит.
Четыре ударных эпизода завершают историю: жена Симона приносит бродяге миску с кус-кусом и барабулькой, не подозревая, какая драгическая ситуация сложилась на презентации ресторана, откуда их с Симоном бестолковый сын умчался к любовнице с кус-кусом в багажнике; выигрывая время, начинает кормить гостей танцем живота Фарияд; Симон падает обессиленный на улице; мать Фарияд неслышно поднимается по трапу с огромной кастрюлей кус-куса. Открытый финал — жизнь не закончилась ни одним событием фильма. «Надо пробовать» — не мораль, вкус к жизни.
Самый дальний план, тут невольно прищуриваешься в «Кус-кусе», когда в темноте падает Симон. Все остальные сняты на привычных см/м друг от друга, даже в тесноте, причем, измеряется она реальной близостью отношений. [Кешиш, похоже, удачно попытался забыть о камерах и прочей эффектной технике на съёмках. По крайней мере, первое предположение, что съёмка была подчинена обычному зигзагообразному движению глаз человека, а ритм кадров определялся настроением к эпизодам. Вероятно, поэтому складывается столь естественное впечатление текучести и моментальности происходящего в фильме, и нет вовсе документальной отстраненности. Есть ещё догадка, как будет смотреться «Кус-кус» на большом экране. Скорее всего, сильнее, резче проявится контраст между эпизодами, с ударением как раз на открывающем финал моменте, максимально удаленной от зрителя точке — замершей у стены здания в ночи фигурке Симона. Почти вопросительной для жизни, которая разливается свободными волнами переживаний в фильме.]
Получив три года назад спецприз жюри за «Кус-кус и Барабульку», режиссер Абделатиф Кешиш возвращается в Венецию с новой картиной «Черная Венера». Главную роль в его драме исполнила непрофессиональная актриса. (...)
409.7 тыс., 
85.1 тыс., 
