|
Представить даже страшно — а вдруг в нашей голове находится с самого рождения чип, который записывает все, что мы видим и делаем на пленку? А вдруг все, что мы делаем, когда-нибудь станет достоянием общественности? А вдруг каждый наш шаг будет просматривать кто-то, кого мы не знали и не любили при жизни? Так что тогда стоит наша жизнь, наша память, если когда-нибудь она станет фильмом? И жизнь ли это будет или просто шоу, в котором сладкоголосый певец поет об идеальных людях и идеальной жизни? Нет, в это сложно поверить, сложно понять, дико представить, но ведь к этому все и идет! С каждым годом технологии опознавания человека прогрессирует, когда-то это были паспорта, потом ид-карты, потом чипы, которые вживляют под кожу, когда-нибудь в нашем мозгу появится и такая вот записывающая машинка, которая после нашей смерти ляжет на стол монтажера, который за определенную плату сделает из нашей жизни идеальную сказку… Имеет ли он на это право? Имеют ли другие люди право на наши воспоминания? не обесценится ли память и сама жизнь, если она будет записываться на пленку?
В бесконечной череде кадров несется перед нами чья-то человеческая жизнь. Машина, похожая на плазменный телевизор, старинную ЭВМ и радиостанцию одновременно, «ласково» именуемая «Гильотиной» выхватывает эпизоды чужой жизни и выводит ее на экран. Мелькают лица, здания, машины — радость, грусть, гнев, страх, любовь, — чего только не отражается на этих лицах. Вот повышение на работе, у этого — родился сын, а этот изнасиловал собственную дочь, а этот занимался сексом с каждой встречной юбкой, этот умер вовсе не от инфаркта, а от СПИДа, о котором никому не сказал, а у этой был внебрачный сын, которого она убила…. Круговорот лиц, событий, жизней, калейдоскоп судеб — чужих судеб. На все это смотрит человек. Один человек. Монтажер. Человек с лицом Робина Уильямса. Его задача — просмотреть чужую жизнь и сделать для родственников умершего фильм про то, каким прекрасным человеком был их усопший родич, он должен оставить самые чистые и светлые воспоминания, он чистильщик, стиратель, он подчищает чужую жизнь. Право, которое имеет только Бог. Но за столько лет этот человек стал Богом — он видел столько жизненных сценариев, столько пороков, столько бед, что в его душе не осталось места для сочувствия и страданий. Он бесстрастен, циничен, бесчувственен, как Бог, которому давно наскучило смотреть на чужие жизни…. Он бесконечно устал от чужих страданий и не заметил сам, как перестал жить своей жизнью, как у него остались только чужие жизни — он слился за эти годы со своей машиной, превратился в робота. Согласитесь, не завидная участь для любого человека…
Робин Уильямс сделал этот фильм одной из самых выдающихся независимых картин последних лет. Именно он, а никто другой. Потому что ему удалось во всех красках раскрыть характер и жутковатую судьбу до боли несчастного человека — человека, который всю жизнь, следя за чужими жизнями, так и не смог устроить свою. Он великолепен в роли чтящего «кодекс монтажеров» бесстрастного и принципиального идеализатора чужой жизни, привыкшего проглатывать и не замечать льющиеся с экрана страдания, и, в тоже время, человека, не могущего удержаться в стороне от жизни своих клиентов. Уильямс прекрасно показывает, как неповторимость каждой увиденной им судьбы кладет на него свой отпечаток, как он боится своих воспоминаний, всю жизнь, монтируя чужие, как пытается заглушить в себе самом память, как переживает за страдания чужих людей. Робин Уильямс создал не просто человека, а целый человеческий мир. Он разучился ненавидеть своих клиентов, но до сих пор не может оставаться безучастным к некоторым жутким страницам их биографий, он лечит чужую память, а своя у него еще более больна. Надо видеть, как меняется Уильямс, когда оживает самое страшное воспоминание его детства, как погоня за собственными воспоминаниями превращается в одержимость, как его ночной кошмар проникает в его сознание и медленно уничтожает его и без того одинокую и страшную жизнь.
Он показал, как всю жизнь, общаясь с мертвыми, он почти потерял умение общаться с живыми, несмотря на то, что он хороший и добрый человек, открытый диалог дается ему трудно, потому что он несет в себе тайны тысяч людей, а это гигантский груз. Уильямс передал всю тоску, всю боль и страх своего персонажа. Он играет напряженно, на грани психического срыва, так, как будто с силой сдерживает готовящиеся прорваться наружу эмоции. Уильямс выглядит так, что мы без слов понимаем: перед нами очиститель грехов из техногенного века, человек, который делает грехи и порки людей своими, потому что это его работа. Трудно представить себе кого-то, кроме Робина Уильямса в этой роли, может, только такие же гении-ветераны, как он сам — Пачино, Де Ниро, Николсон, смогли бы сыграть на таком высочайшем уровне — уровне, когда грань между человеком и образом стирается, а мрачный и скудный на эмоции и краски фильм оживает и затягивает.
Робин Уильямс играет от себя, от души — не ради денег, потому что проект абсолютно артхаузный, он действительно умеет выбирать себе роли, этот актер.
Да, в фильме нет ничего, что обычно привлекает людей в мейнтстриме — ничего эффектного, красивого и яркого — он мрачный, с грубоватой съемкой, тяжелый… Это именно триллер в моем понимании этого слова. Он не пугает, но создает депрессивную, гнетущую обстановку, а приближение конца усиливает какое-то давление, хочется фильм выключить и думать, что все там стало хорошо, но фильм не выключить, он притягивает и заставляет смотреть на эти клочки чужой памяти. Это напряженный фестивально-артхаузный триллер — редкое сочетание.
И, если для Уильямса эта роль далеко не первая, то Омар Наим — в кино дебютант, режиссер и сценарист, кажется, в артхаузе появился новый талант. Нет, сценарий и режиссура не без огрехов, но умение ставить вопросы и не давать на них ответы — очень важно для режиссера триллеров, также как и умение подобрать правильных актеров. Омар Наим этим овладел в совершенстве. Его фильм ставит многочисленные этические и моральные проблемы, на которые предоставляет отвечать нашим мозгам, в которых пока еще нет чипов. В этом фильме перекликаются мотивы таких лент, как «Шоу Трумэна», «Адаптация», «Вечное сияние чистого разума», «Быть Джоном Малковичем». Так же, как и в «Вечном сиянии» герои путешествуют по лабиринтам памяти, только ищут там не любовь, а страх, боль, страдания….
И актеров Наим тоже сумел подобрать — по мрачным улицам неизвестного города движутся вместе с Уильямсом Джеймс Кэвизел и Мира Сорвино… О Мире, кстати, отдельно. Ее появление в этом фильме небольшое, но яркое, впрочем, то, что Сорвино снялась вместе с Уильямсом, само по себе событие — обычно Уильямсу в партнерши достаются не шибко красивые дамочки, а тут он сумел поцеловать саму Миру Сорвино! Правда, ни участие великого Уильямса, ни красавицы Сорвино, ни великолепный сценарий, ни участие в многочисленных фестивалях, не сделали фильму кассу. Оно и понятно. Такой фильм оценят немногие.
После него во рту чувствуется привкус горечи, в душе темнота, а в голове ворох мыслей и чувство неловкой недосказанности… Нет, этот фильм совсем не для развлечения! Я думаю, что немногие посмотрят этот фильм, но тем он ценнее, потому что на посмотревших он вряд ли сможет не произвести впечатление!
10 из 10
|
163.2 тыс. 
105.1 тыс. 
