В первой новелле, распутная и своенравная графиня Фредерика, находящая удовольствие в издевательствах над своими подданными и соседями, но, влюбляется в своего вороного коня и погибает вместе с ним.
Вильям Вилсон, герой второй новеллы, ведет смертельную борьбу со своим двойником, преследующим его всю жизнь. И карточная партия станет переломным моментом в этой борьбе человека и его совести. А наркоману и алкоголику Тоби Даммиту, герою третьей новеллы, является Дьявол в виде девочки с мячиком…
Этот фильм состоит из трёх новелл («Метценгерштейн», «Вильям Вильсон» и «Тоби Дэммит»), которые созданы на основе рассказов Эдгара Аллана По. Первая, поставленная французским режиссёром Роже Вадимом, отражает его пристрастие к красивым мелодрамам с элементами эротики, с тайнами, загадками и мистикой. Несмотря на великолепно снятые оператором Клодом Ренуаром (внучатым племянником знаменитого живописца Огюста Ренуара) интерьеры, пейзажи, сцены охоты и скачек на прекрасных лошадях, весь романтический антураж типичной «готической» истории проклятия над знатным родом Метценгерштейн кажется легковесным, несерьёзным, почти забавным. Хотя, надо думать, постановщик не преследовал такой цели.(... читать всё)
«Три шага в бреду» — именно так в русском переводе называется фильм, снятый по рассказам Эдгара Аллана По трёмя режиссёрами — Федерико Феллини, Луи Маллем и Роже Вадимом.
В первой части, Фредерика, молодая графиня, ведущая образ жизни, схожий с образом жизни Нерона или Калигулы, находящая удовлетворение в издевателствах над своими вассалами, однажды случайно встречает своего кузена, который принадлжит к роду, с которым род Фредерики бессмысленно враждует уже несколько столетий. Эта встреча удивительным образом меняет её жизнь — больше не в радость прежние забавы, гостей она прогоняет. Как-то раз, в порыве откровенности, она признаётся в своих чувствах, но, отвергнутая, решается на месть — её слуги поджигают конюшню, в котором волей случая гибнет и Вильгельм, спасавший своих любимых питомцев — лошадей. Один из них, чудом спасшийся, попадает во двор к Фредерике, которая видит в нём своего возлюбленного…
Вторая часть, наиболее интересная, на мой взгляд, рассказывает о молодом человеке по имени Уильям Уилсон, который ещё в детстве встречает своего двойника, с таким же именем, который, как кажется Уильяму, постоянно портит ему жизнь. И вот однажды, уже в зрелом возрасте, случай снова сводит их после одной карточной игры, в которой Уильям выиграл, но нечестным образом. На этот раз на кону слишком многое, чтобы дать своему вечному антиподу просто уйти…
Третья часть, самая странная из всех, которую и снял Феллини, повествует об английском актёре Тоби Даммите, который приезжает в Рим на съёмки фильма. Мучимый своими многочисленными внутренними проблемами, он видит всё происходящее сквозь призму какого-то безумия, здорово приправленного его страстью к наркотикам и алкоголю. Ему везде видится дьявол, который, в конце концов, и является перед ним в образе маленькой девочки, когда он отправляется на ночную прогулку по Риму на своём новом Феррари…
Эдгар Аллан По… Мой любимый зарубежный писатель. Естественно, не могла я пропустить этот фильм. Подробно хочу остановиться на работе Луи Малля «Вильям Вилсон».
Всё в этой части мне понравилось: и близко к оригиналу (обожаю, когда экранизируют почти «по тексту»), зловещая атмосфера, антураж и прекрасные Ален Делон и Бриджит Бардо. Идеальное видение этого рассказа. Понравилось очень.
Не думала, что Делон подойдёт на эту роль, но тем не менее. Бриджит Бардо превратилась в роковую брюнетку. Наверное, самая любимая серия из трёх.
Роже Вадим, в свою очередь, снял нечто немного непонятное и не совсем передал весь ужас рассказа По.
Феллини сделал всё потрясающе. Завораживающе. Конечно, это лучший «шаг» из трёх, но просто рассказ «Вильям Вилсон» я люблю больше.
Два шага назад и еще один — за пределы возможного.
Вот мы и добрались до обсуждения франко-итальянской трилогии продюссеров Рэймонда Эгера и Альберто Гримальди «Три шага в бреду», или, как ее знают англоязычные зрители — «Spirits of the Dead», снятой в 1968 году тремя признанными мастерами европейского кино, Роже Вадимом, Луи Малем и Федерико Феллини по мотивам трех рассказов Эдгара Аллана По.
Надо сказать, в те годы мистические кинотрилогии по мотивам классических историй о сверхъестественном были в моде, и начало этой моде положил Марио Бава, сняв за пять лет до «Трех шагов в бреду» свои «Три лица страха, или Черная Суббота» основанные на вольном пересказе литературных произведений А. П. Чехова, А. К. Толстого и Ги де Мопассана.
В отличие от трилогии Бавы, фильм «Три шага в бреду», даром, что поставлен он был по мотивам произведений одного автора тремя прижизненными легендами кинематографа, не производит впечатления цельного произведения и имеет четкий крен в сторону Феллини -
- ибо если Вадим, идущий по списку первым, снял приблизительную экранизацию «Метцингерштейна» откровенно похабно, это одна из худших его работ и обсуждать ее у меня нет никакого желания,
- Маль же, в свою очередь, снял «Уильяма Уильсона» близко к тексту оригинала, как костюмный увраж и статейно-французский фильм своего времени, разве только чуть сдобренный чисто малевским налетом извращенности,
- то Феллини отчудачил нечто совершенно невероятное, что, впрочем, и не сложно предположить, зная его почерк и характер: коротенький рассказ с длинным названием «Никогда не закладывайте Дьяволу своей головы», Федерико Феллини, разумеется, прочитал… и забыл.
И соорудил по мотивам, точнее, по далеким отголоскам его сюжета нечто абсолютно свое, ему современное, для него актуальное, римское… но настолько проникнутое духом Эдгара Аллана По, что даже черты лица писателя проглядывают в играющем Тоби Даммита британском актере Теренсе Стэмпе так, будто самого По взяли и нарочито загримировали под Стэмпа, который должен сыграть героя его рассказа!
Феномен этой новеллы не в соблюдении буквы оригинала, строго говоря, Феллини просто плюнул на него, а в том, что душевные страдания писателя, алкоголический туман, сквозь который тот смотрел на мир, тупое удивление, часто испытываемое писателем при виде увенчанных культурными лаврами идиотов-обывателей, и как альтернатива — взгляд за тот предел, который отгорожен натянутой через дорогу проволокой — все это показано в «Тоби Даммите» театрализованным языком Феллини, но вместе с тем открывает сущность саму сущность писателя Эдгара Аллана По куда как более точно, нежели любая подробная экранизация его произведения, поставленная близко к тексту.
В этом, суть объяснение того, почему в своей личной фильмотеке я не поленилась вырезать эту новеллу и дать ее отдельным фильмом — она стоит двух остальных, причем с перевесом, кратным их общей массе.
«Эрос» еще не предел. Есть еще недокиноальманахи в которых мэтры благородно позорятся выдавая моментами такие образчики киношного дурновкусия, что обзавидовался бы сам Джесс Франко.
Вот и получилось, что «Три шага в бреду» (в оригинале «Лики смерти») — это прекрасная возможность посмотреть совершенно унитарный продукт из разряда «три по цене одного», замешенный на сумрачном безумии тихого клерка По.
Киноальманахи на излете 60-х делать было модно. В те далекие года кинематографисты были, что малые дети — несмышленые и доверчивые, но уже тогда они осознавали, что у такого рода подачи кино есть одно замечательное преимущество: снял ли ты хорошо или же плохо, всё ровно степень твоего вклада в общее дело зависит от знаменитых «соседей».
В виду последнего факта можно сказать, что Маллю и уж тем более Вадиму повезло, таким замечательным соседом для них оказался Феллини… Но, сначала все по порядку.
Шаг первый. Роже Вадим «Метценгерштайн»
Роже Вадим не серьезный режиссер, да и человек, в прочем, тоже. Избалованный дорогим детством, обедами в «Мaxum», элитными машинами, напомаженными блондинками. Он — Хьюго Хеффнер тогдашней Франции, захотевший в один прекрасный день приобщиться к великой тайне, и со всем своим менталитетом жеманного денди и фантазиями нервного подростка пришел в кино. Он делал банальные фильмы, не отличимые от блестящей обложки «Vogue», смелые, но бессодержательные, провокационные, но не более. И его новелла «Метценгерштайн» получилась такая же, замысловатая как дорогой номер в «Ritz», но лишенная всякого смыла как красивые тряпки «от кутюр».
Вадим всегда не отличается изощренной фантазией, но в этом фильме даже нет его фирменной розовенькой блондинки Бриджит, но есть красивая с умным лицом Фонда, а в целом всё как обычно.
По написал мрачный готический рассказ про сомнения и страхи, про наваждение и смерть, а Вадим снял долгоиграющую занудную вещь с долгими планами скачущей в неглиже Фонды на блестящем многотысечефранковом жеребце.
Видно, что Вадим заигрался. Зачем было столько раз переодевать в явно модельные костюмчики, юбочки, пеньюарчики и прочую мишуру стойкую агрессивную американку? Или он подозревал, что такие футуристические латексные доспехи придадут сему творению особый интерес смотрящих или же, что совсем страшнее откроют для несведущих в творчестве По новые горизонты для освоения? Неизвестно.
Но Фонда с накладными шиньонами, ресницами в кожаных сапогах под самое «не балуй» смориться заштатной Барбареллой в тирольской глуши, а остальное, то бишь смысла, и не различить.
Глядя на Фонду-графиню с лошадкой, вспоминается «Всеобщее чувство стыда» Сарди, и становиться понятно, что так смущало незатейливых в киношных предпочтениях итальянцев смотревших много современного, красивого, но бессмысленного и непристойного кино.
Шаг второй. Луи Малль «Вильям Вилсон»
Луи Малль, редко встречаемый на наших просторах классик, наснимавший много чего, но не всегда хорошего качества, и не всегда удачно. Он французский «нововолновик». Может и были в его биографии и баррикады у Синиматеки и поразительный снятый «с перепугу» «Блуждающий огонёк» и скандальный, интересный своей провокационностью «Ущерб», но в общем кино Малля стандартно как французский круасан с клубничной патокой, а оттого и авторский стиль режиссёра — это художественно не уловимая субстанция о которой критики говорят с пиететом и придыханием. И от этого самого придыхания критиков получается, что стиль то есть: ибо его не может не быть у того кто открыл миру Моро, та которая Жанна, и раздел пред этим же миром Бинош, та которая Жульет.
У маллевского кино, конечно, есть ни с чем несравнимая занудность — размазанная, размытая то нарочитым эстетством, то откровенным эротизмом, то не понять, откуда взявшимся у него пацифизмом. Так и в киноновелле «Вильям Вилсон» Малль позаимствовал у Вадима его музу Бардо, предупредительно преобразив этого ангела с щербинкой меж передних зубов, в стервозную брюнетку.
Психология рассказа По было мрачной и напряженной, Малль же снял нечто среднее между ранним Кокто и «Байками из склепа». Это сочетание вертепной картонной сказки, в которой даже накрашенный Делон как-то не впечатляет с доморощенной мистикой из разряда «А был ли мальчик?» у Малля выглядит любительским заморачиванием на деталях фона всей истории.
Шаг третий. Федерико Феллини «Тоби Даммит»
Феллини оказался в положении прожженного, но авторитетного рок-идола, которому после работавших «на разогреве» Вадима и Малля, дали закрыть эту непотребную вакханалию скуки и однообразия, и он как барин отснял то ради чего стоит перетерпеть даже фантики Вадима. Снял легко, «просто так» по-феллиневски, но более в смотрибельной форме потому как мэтру не дали где развернуться, не дали тех двух с половиной часов к которым он так привык. Сказали: «Вот Вам 45 минут, упакуйте рассказ По, да так, что б люди поняли, что мир теплиться не только вывертами Пазолини».
Феллини так и поступил. Приправив «Тоби Даммита» тонко переименованную экранизацию рассказа «Не рискуй своей головой с дьяволом» своей фирменной смесью из сумасшедшего кружения на машине вокруг Колизея, живописными картинами ремонтных работ на улицах Рима с бетономешалками, попрошайками, забулдыгами-водителями, пышными формами немолодых итальянок.
«Тоби Даммит» единственна добротно снятая вещь в «трех шагах», несущая в себе ироничную феллинивскую науку о искусственно создаваемой кино жизнью. Ясно, что Феллини Даммита выдумал, от рассказа По тут осталась лишь мораль, но ещё более ясно, что он с кого-то все это списал. Списал с тех, кто подобно Тоби в бессознательном виде способен прилететь на руках администраторов из Англии на съемки какого-то там религиозного вестерна только из-за того, что ему пообещают за роль Христа-ковбоя «Феррари».
Даммит для всех — это памятник сублимирующий в себе безумие свободы 60-х, 70-х, кокаиновую зависимость, тихий алкоголизм, неврастению, с товарно-рыночными отношениями шоу-бизнеса. Для себя же Даммит стал посмертной эпитафией собственному таланта, на могиле которого Тоби только и осталось, что признаваться в том, что LSD для него это средство почувствовать свое существование.
Раз, два, три… а от новелл По ничегошеньки и не осталось, но скорее всего для Вадима, Малля и Феллини делать канонические экранизации не было самоцелью.
Авторское прочтение классики, выливающееся в безумную феерию
Почти полстолетия назад трое кинематографистов — Роже Вадим, Луи Маль и Федерико Феллини — объединились для того, чтобы отдать дань уважения классику готического рассказа Эдгару Аллану По, и сняли фильм-посвящение, «Histoires extraordinaires» или «Три шага в бреду». Фильм состоит из трех новелл-шагов, каждая из которых соответствует (в разной степени) одному рассказу писателя.
Итак, шаг первый, «Метценгерштейн», режиссер Роже Вадим. Уже с самой первой новеллы нам дают понять, что режиссерский взгляд на Эдгара По окажется авторским. «Метценгерштейн» — сугубо «рожевадимовское» творение — чувственное, романтичное и будто сошедшее со страниц журнала мод. Скучающая графиня Метценгерштейн, проводящая дни в гулянках и разврате, неожиданно оказывается не на шутку влюблена в собственного кузена, меланхолично фланирующего по округе на своем скакуне. Взаимностью тот не отвечает. И тогда начинается страшное… — частично почерпнутое у По, но взятое в ином контексте, с точки зрения женщины. В этой новелле главную героиню играет тогдашняя любовница режиссера Вадима — красавица Джейн Фонда — и это еще один повод увидеть новеллу — фильм с женщиной, в которую влюблен режиссер, всегда оказывается особенно чувственным и трогательным.
Совсем не «Здгар По», но, как и прочие творения Роже Вадима и Джейн Фонды обладает совершенно волшебной аурой. 8/10.
Шаг второй, «Вильям Вильсон», режиссер Луи Маль. История безумца, преследуемого в критические моменты жизни собственным двойником. Неторопливая, но очень напряженная новелла, которая достигает своей кульминации во время карточной партии, которую затевает Вильям Вильсон. Из всех трех она наиболее близка по духу жутковато-готической и чуть извращенной оригинальной истории Эдгара Аллана По. С другой стороны, может, поэтому, она и запоминается меньше остальных. Главная удача фильма — актер, играющий главного героя. Взгляд Алена Делона абсолютно безумен — и при том, герой его из породы тех сумасшедших, к которым в обществе не принято относиться с презрением. 8/10.
Шаг третий, «Тоби Дэммит», режиссер Федерико Феллини. Это адаптация рассказа «Не закладывай дьяволу своей головы», но очень вольная — от оригинальной истории взята буквально лишь стержневая идея. Действие перенесено в наши дни, а главный герой Тоби Дэммит — киноактер. Фамилия Дэммит говорящая, ее можно перевести с английского как «черт побери!» — и право, ругательство это оказывается вполне уместным — потому что где бы Дэммит ни появился, везде он сталкивается с Дьяволом.
Вообще, до «Тоби Дэммита» кажется что общий уровень киноальманаха задается двумя предыдущими новеллами — то бишь в результате должен выйти добротный среднестатистический «фильм-посвящение». От последней новеллы ждешь того же. Но увы. Феллини переигрывает и Вадима, и Маля вчистую. Более того, с высот «Тоби Дэммита» и «Вильям Вильсон» и «Метценгерштейн» кажутся легкими пустячками, «журналом» (опять на ум лезет навязчивое определение «альманах») перед настоящим произведением искусства. Фильм Феллини гениален от начала до конца. Будь то сюрреалистичный видеоряд — во время просмотра непрерывно держится чувство, что Рим, куда прилетел Дэммит — это жуткое чистилище, откуда путь только вниз и вниз. Или потрясающая игра Теренса Стэмпа. Почти наверняка многое для своего обдолбанного и цинично-холодного героя он позаимствовал у центрального персонажа «Фотоувеличения» Антониони, однако актерского дарования это никак не отменяет. Строго говоря, новелла рассказывает о классическом: трагедия актера, застрявшего между «игрой» и «реальностью». Но тем не менее, это один из вечных сюжетов, которые можно проигрывать бесконечно и всякий раз по-новому. 10/10.
Суммарная оценка:
9 из 10
Постскриптум. Изначально было объявлено, что новеллы для фильма будут снимать Феллини, Бунюэль и Орсон Уэллс. Неизвестно, по каким причинам режиссерский состав оказался иным. Быть может, это было сделано, дабы избежать невольной конкуренции авторов. В случае же Феллини, Вадима и Маля сразу становится понятно, на чьей стороне перевес.
Достаточно необычное кино. Несколько коротких новелл — данный стиль современному зрителю Голливуда не очень привычен. Три крупных режиссера того времени показали свое виденье творчества великого писателя. К Эдгару По в искусстве двадцатого века явно обращались не один раз — и не всегда это имело блестящий результат, но на этот вариант стоит обратить внимание. Конечно, зритель думающий что он увидит аутентичное изображение рассказов По явно может данный фильм не смотреть. Здесь фантазии По оказываются приспособленными к веку двадцатому, что делает их по-сути уже историями Вадима, Малля и Феллини.
1. «Метценгерштайн». Возможно это очень непривычное представление рассказа По. Из всех трех вариантов Вадим наиболее всего перекроил автора — из главного персонажа он сделал женщину, из мрачной истории — традиционную притчу о любви. Данная экранизация не претендует на гениальность, но смотрится она ярко и врезается в память очень хорошо.
2. «Вильям Вильсон». У По история выглядела не так — более мрачно и больше внимания уделялось личности персонажа. Но смотрится также очень хорошо — с большим интересом.
3. «Тоби Даммит». Феллини подал свою историю с характерным сюрреалистическим стилем и самое главное перенес действие… в современность. Окружающий мир здесь является отражением сознания героя — и это сознание включает абсурдно сложенные куски эпохи 60-х. Разумеется, творчество Феллини не для всех, но те, кому оно нравится, будут довольны.
Прекрасная экранизация нескольких произведений Короля Ужаса Эдгара Алана По. Европейские экранизации любых мировых произведений европейскими режиссерами всегда будут интересны зрителям и редко, когда они разочаруют поклонников, того или иного автора. Чего нельзя сказать об американских режиссерах.
Отличная режиссерская работа трех величайших режиссеров того времени. Под руководством таких мэтров кинематографа все актеры играют просто блестяще. Особенно хорош молодой Ален Делон (в молодости роли злодеев ему шли просто идеально) в роли человека, который страдает раздвоением личности. Благодаря оператору даже простой осенний лес наполняется таинственностью и загадочностью. Такая спокойная операторская работа завораживает и дает 100 очков нынешним операторам.
В этом странном фильме, затерявшемся во времени и пространстве, живые люди похожи на кукол, а куклы «так похожи на людей»… К нему, снятому поздней осенью 1967-го тремя разными режиссёрами, как ни странно, очень подходит в качестве эпиграфа строчка из битловского «Моржа» (по мистическому стечению обстоятельств записанного тогда же): «Видел бы ты, как они издеваются над Эдгаром Алланом По!»
Действительно, этот фильм — даже не столько вольная интерпретация «Невероятных историй» великого американца, сколько взгляд на них сквозь психоделические очки конца 60-х. Взгляд, замутнённый эйфорически искривлённым сознанием, тронутым чрезмерным употреблением ЛСД и тотальной вседозволенностью. Неслучайно именно здесь вы встретите рядом со своей знаменитой сестрой мало кому известного ещё Питера Фонду, будущего «беспечного ездока» — того самого, кто ещё совсем недавно надоумил Джона Леннона написать потустороннюю «She Said, She Said» с программной строчкой «Я знаю, каково это — быть мёртвым». Здесь вы встретите Алена Делона, гоняющегося за собственным двойником — тема, мистическим образом пролегающая красной нитью сквозь всю его жизнь — реальную и экранную. Здесь вы встретите потрясающего Теренса Стампа в знаковой, пророческой роли типичной «звезды» конца 60-х, утопающей в галлюцинациях и жадно алчущей скорейшего саморазрушения.
Конечно, новелла Федерико Феллини — это бесспорный гвоздь программы. Жуткая, полностью отвечающая заданному жанру литературного первоисточника и уже в духе новой эпохи жёстко-сатирическая одновременно, она поражает воображение своей невероятной изобразительной эстетикой, где каждый кадр, каждый план, каждая мизансцена так и просятся в рамку. История проклятого гамлетовского актёра с говорящим именем Тоби Даммит (to be damned!), неотвратимо приближающегося к роковой встрече с Дьяволом в виде белокурой девочки на краю пропасти (господи, какой у неё жуткий взгляд!), подаётся неспеша, буквально смакуется режиссёром в каждой малейшей детали, и при этом вы чувствуете возбуждающий холодок и неописуемое удовольствие от затянувшейся прелюдии: режиссёр буквально соблазняет своего зрителя! Ещё чуть-чуть, ещё немножко потерпите, и вас ждёт безумный вихрь захватывающей гонки по ночному Риму и стремительный незабываемый конец.
Непросто оценивать эту далеко неровную компиляцию, посему лучше сделать так:
Метценгерштейн (режиссёр: Роже Вадим) — 5 из 10
Вильям Вильсон (режиссёр: Луи Маль) — 6 из 10
Тоби Даммит (режиссёр: Федерико Феллини) — 10 из 10
Этот фильм был одним из первых, который пробудил во мне любовь к кино и к творчеству Феллини.
Я часто пересматриваю новеллу «Тоби Даммит» и как бы нахожу там постоянно что-то свое. То как играет и преподносит свой образ Тэренс Стамп вызывает только восхищение и беспросветное удовлетворение от просмотра. Его дьявольский оскал и взгляд делают почти абсурдную тень уже и не человека, уже и не существа наделенного стандартным лицемерием и потыканием массовым запросам.
Тоби Даммит делает вызов зажравшимся актеришкам и их полуумным продюсерам, он говорит что думает, презирает дешевое телешоу на которое он попал: «Все убого…», высмеивает типа итальянский «Оскар»:" Я не великий актер, нет, я не работал весь последний год потому что я. .. пьяница. Смешно но почему вы не смеетесь? А я сижу здесь и плачу. Вино наводит грусть на меня. Зачем вы привели меня сюда, что вы хотите от меня? Плевать мне на ваше дерьмо». И просто является порождением и мерзавкой того коммерческого кинообщества от которого ему уже не убежать. Он уже обречен как человек, назад дороги нет, только обрыв и натянутая леска ждут героя. Его преследует рыжая девочка-дьявол с шариком, а Тоби все парит в своем пьянящем, выдуманном, поэтическом мире сладкой жизни.
А какая музыка совершенная ! Нино Рота как всегда угадал что хочет показать его друг Федерико. Совершенная работа великого мастера. Возможно, даже лучшая.
